Глава 106. Жилой комплекс «Счастье». Закрываем тему геев
Что такое оказаться в тупике? Что такое оседлать тигра и не суметь слезть?! Ю Юань каким-то чудом услышал его разговор с Чэн Лином!
Ладонь Синь Синя застыла на спине Ю Юаня. Дрожащим голосом он выдавил:
— Брат, брат, брат...
— Ты что, курица? — невозмутимо произнёс Ю Юань. — Кудахчешь без остановки.
Синь Синь: «...»
Впервые в жизни он услышал шутку, но ему было совершенно не до смеха.
Ладонь Ю Юаня на его спине была огромной, сильной и обжигающе горячей. Синь Синь отчётливо ощущал, как пальцы напарника сквозь одежду впиваются в его кожу.
Аааа!!! Он просто задыхался...
— Чего раздухарился?
«...»
Брат, а как ты думаешь?
Синь Синь робко дёрнулся, пытаясь вырваться. Ю Юань не стал удерживать его силой и, поддавшись его порыву, просто отпустил.
Синь Синь тут же начал пятиться назад, всем своим видом изображая отступление. Он было хотел прижать руки к груди, но, встретившись со взглядом Ю Юаня, резко передумал и со всей силы упёрся ладонями в подушки дивана.
— У тебя гей-фобия? — спросил Ю Юань.
Синь Синь в панике вскинул руки, скрестив их крест-накрест:
— Нет!
Ю Юань окинул его тяжёлым взглядом, а затем поднялся. Взгляд Синь Синя невольно потянулся вверх, вслед за его фигурой, пока ему не пришлось полностью запрокинуть голову.
Ю Юань смотрел на него сверху вниз:
— Меньше шути в будущем. Понял?
— ... Понял.
Ю Юань вышел на балкон.
Синь Синь так и остался сидеть на диване, остолбенело глядя на его спину.
Неужели Ю Юань просто подшучивает над ним? Или специально так сказал, чтобы отбить охоту шутить?
Поразмыслив с полминуты, Синь Синь пришёл к выводу, что Ю Юань определённо не шутил.
В его голове тут же пронеслись бесчисленные кадры: все те сцены, где он в разных мирах «флиртовал» со своим напарником... Синь Синь чуть не лишился дара речи. Боже, это что же... сексуальное домогательство?!
Он тяжело опустил голову, и ему показалось, что над его макушкой нависла чёрная туча, которая поливает его ливнем и сверкают молнии.
Всё, приехали.
Неудивительно, что его напарник иногда смотрел на него таким взглядом и вдруг начинал странно себя вести.
Неужели Ю Юань сегодня просто окончательно вышел из себя?
Синь Синь посмотрел на свои слегка дрожащие руки. Ах, эти руки... Они трогали широкую грудь напарника, обнимали его за талию, держали его за руку, не хватало только...
Синь Синь зажмурился.
А ведь той ночью он ещё и прыгал от радости, упрашивая показать татуировку Ю Юаня там, и успокоился только после того, как посмотрел.
О боже.
Синь Синь чуть не упал на колени.
Невинный гей, пострадавший от собственной наглости.
«Тук-тук».
Ю Юань обернулся.
Синь Синь стоял, опустив голову и вжав в плечи, а его руки, которыми он только что стучал в стекло, были смиренно сложены перед собой.
Ю Юань отодвинул створку балконной двери:
— Что случилось?
— Прости, — Синь Синь чистосердечно признался, — Я не знал, что ты гей. Мне не следовало к тебе приставать. Я был не прав.
Ю Юань смотрел на эту опущенную пушистую макушку, и руки в карманах снова начали предательски чесаться.
— Я не принимаю твоих извинений.
— Не принимать — это нормально. — пробормотал Синь Синь. — Я искренне раскаиваюсь. Надеюсь, брат, ты сможешь меня простить. Впредь обещаю вести себя хорошо.
— И как же ты будешь «вести себя хорошо»? — спросил Ю Юань. — Позволишь мне приставать к тебе в ответ?
Синь Синь чуть приподнял голову.
Ю Юань смотрел на него абсолютно невозмутимо.
— Брат, — начал Синь Синь, — если по-честному составить таблицу и всё подсчитать, то, по совести, иногда и ты был инициатором.
— Я и не говорил, что не люблю быть инициатором. — парировал Ю Юань.
Синь Синь: «...»
Ю Юань сделал шаг вперёд. Синь Синь непроизвольно отступил на шаг. Ю Юань сделал ещё один шаг, Синь Синь — ещё один назад. И так, шаг за шагом, он отступил прямо к кушетке в салоне Ю Юаня. Упёршись поясницей в край стола, Синь Синь тихо ахнув, искоса глянул на рабочую зону, а затем снова поднял глаза на напарника.
— Брат...
— М?
— Ч-чего ты хочешь...
У Синь Синя всё внутри задрожало, сердце колотилось как бешеное. Он выставил вперёд руки, собираясь упереться в грудь Ю Юаня, но, глядя на его рельефную грудь, вдруг застеснялся и, сам того не ожидая, сильно покраснел.
Ю Юань опустил взгляд на руки Синь Синя, застывшие у него на груди:
— Что? Боишься трогать?
Синь Синь: «...» Только не заставляйте его пускать в ход коронный приём — «Хватай и бросай, Драконья лапа»!
* шуточная адаптация названия коронного приёма из классических гонконгских кунг-фу фильмов. «Драконья лапа» — это 龙爪手 (lóng zhǎo shǒu), реальный стиль захватов в ушу, особенно известный по «Сказанию о героях, стреляющих в орлов» (《倚天屠龙记》).
— Брат, — выдавил Синь Синь, — ты сейчас, случаем, не флиртуешь со мной?
— А что такого? — парировал Ю Юань. — Я что-то сказал? Или прикоснулся к тебе?
«...» Синь Синь пытался сдержаться, но не выдержал:
— Брат, ты флиртуешь со мной одной лишь своей неотразимостью.
Ю Юань: «...»
Синь Синь тут же пожалел о сказанном:
— Прости, брат, я опять несу чушь.
Ю Юань поднял руку и надавил на макушку Синь Синя. Тот невольно втянул голову в плечи под его напором.
— Так и знал, что ты неисправим.
Бросив эту небрежную фразу, Ю Юань отступил и снова направился на балкон.
Давящая атмосфера, висевшая в воздухе секунду назад, мгновенно рассеялась. Синь Синь прижал руки к груди, вытянул шею и заглянул ему в лицо:
— Брат, признайся, тебе ведь тоже нравится, да?
— Умереть, как нравится.
«...» Синь Синь всё равно потрусил за ним.
Ю Юань стоял на балконе, изучая то, что происходило этажом выше. Синь Синь спрятался за его спиной и тоже выглянул в сторону квартиры 505-й.
На балконе никого не было. Бельё на балконе соседней 506-й по-прежнему висело на верёвках.
Синь Синь молча постоял немного, а затем произнёс:
— Кажется, сегодня Чжао Лихуэй не крал трусы госпожи Дин.
— Угу.
— И непонятно, куда делся тот ребёнок. — Синь Синя это начало беспокоить.
Ю Юань обернулся. Синь Синь похлопал ресницами.
— Гей-фобия прошла? — спросил Ю Юань.
Синь Синь: «...»
— Да я никогда и не боялся, — Синь Синь поднял руку, как на присяге. — Честно, просто немного удивился сгоряча.
— Чему?
— Да так, чему...
— Тебя удивляет, что я гей?
Синь Синь закатил глаза, размышляя. Подумав, он серьёзно ответил:
— Я бы очень удивился, если бы ты оказался натуралом.
Ю Юань: «...»
Синь Синь хихикнул:
— Просто как-то не думал об этом в таком ключе. В прошлый раз я думал, что у тебя есть дети, и тоже очень удивился.
— И что дальше? — Ю Юань давно знал, что ход мыслей его напарника отличается от стандартного, но не ожидал, что он зайдёт так далеко. — Выходит, для нормы я должен быть асексуалом*?
* Асексуал (англ. asexual) — человек, который не испытывает сексуального влечения к другим людям. Это не то же самое, что отсутствие романтических чувств или нежелание вступать в отношения: асексуалы могут испытывать романтическую привязанность, влюбляться, создавать семьи, но секс для них не является потребностью или значимой частью жизни.
— Да я не о том.
Синь Синь на секунду задумался и сказал:
— Брат, приведу не совсем удачный пример, только не злись, ладно?
Ю Юань:
— Говори.
— Ну, это как... как если бы моя огромная плюшевая игрушка вдруг призналась, что она гей, — Синь Синь, преодолевая внутреннее напряжение, медленно произнёс, — Если бы она сказала, что у неё есть девушка, я бы тоже очень удивился.
Ю Юань не разозлился. Он усмехнулся, но от этой усмешки Синь Синя невольно пробрала дрожь.
— Ты хочешь сказать, что не считаешь меня человеком?
«...» Ах, не то, он не это имел в виду...
— А, ты не это имел в виду. — Ю Юань, словно прочитав его мысли, невозмутимо уточнил, — Ты не считаешь меня млекопитающим.
Синь Синь: «...» Описал предельно точно.
— В таком опасном мире задания у меня просто нет времени думать о таких вещах. — поспешно нашёл новое оправдание Синь Синь.
Ю Юань:
— Зато на то, чтобы приставать ко мне, время нашлось.
Синь Синь, решив, что терять уже нечего, и включив наглость на полную мощность, выпалил:
— Потому что это отлично снимает стресс!
Ю Юань: «...»
— Брат, ну прости, — Синь Синь сложил ладони вместе, вновь умоляя о пощаде. — Я правда не подумал, и я не боюсь. Впредь буду соблюдать границы и дистанцию, хорошо?
Видя, что Синь Синь и впрямь искренне и серьёзно извиняется, Ю Юань протянул руку и ущипнул его за щёку. Синь Синь широко распахнул глаза.
— Я не принимаю твоих извинений, потому что не чувствую себя оскорблённым. Ты был прав, мне это тоже нравится.
Ю Юань редко говорил такими длинными фразами. Синь Синь слушал его, разинув рот, и ошарашенно моргал. Хм, Ю Юань и правда не выглядел рассерженным. Он был спокоен и невозмутим, вот только в его глазах Синь Синь увидел собственное отражение — совершенно растерянное и взволнованное.
Ю Юань разжал пальцы:
— На этом закроем тему.
Синь Синь: «...»
Да он и не поднимал её!
До самого вечера Синь Синь не мог прийти в себя от мысли, что его напарник оказался геем. Он чувствовал себя словно в тумане: вроде бы ничего глобально не изменилось, а с другой стороны — всё вверх дном.
— Только осторожно, когда будешь перелезать через балкон, — не унимался Синь Синь, продолжая наставлять Ю Юаня.
Ю Юань коротко кивнул. Он переоделся в длинные брюки, рубашку с длинным рукавом и кроссовки — явно собирался на «активный отдых на свежем воздухе».
Синь Синь не находил себе места. Расстояние между балконами в жилом комплексе «Счастье» было небольшим — взрослый мужчина мог бы запросто перешагнуть. Но это всё же «работы на высоте», да ещё и без страховки. А если нога соскользнёт? Чем закончится падение с пятого этажа, Синь Синь в прошлом мире видел во всех подробностях.
— Шнурки завязал? — Синь Синь не мог не сыпать вопросами и даже наклонился, чтобы проверить обувь Ю Юаня.
— Всё в порядке.
Ю Юань протянул руку и взъерошил волосы Синь Синя. Тот поднял голову.
— Ты тоже будь начеку. — сказал Ю Юань. — Ребёнок не обязательно окажется лёгкой мишенью.
Синь Синь кивнул, но на его лице застыло выражение, словно он хотел что-то сказать, но не решался.
— Ещё что-то? — первым нарушил молчание Ю Юань.
Синь Синь вздохнул:
— Да ладно, неважно.
— Говори уже, не тяни.
Синь Синь несколько раз робко поднимал и опускал взгляд.
— Брат, — тихо пискнул он, — люблю тебя. Ну, в смысле, люблю как напарника.
Ю Юань: «...»
Что же делать? Когда он нервничает, его так и тянет нести такую чушь. А если не скажет, он просто задохнётся.
— Что ещё? — равнодушно бросил Ю Юань. — Выкладывай.
— Больше ничего.
— Обнимемся?
«...»
С видом «Братан, ну ты меня прямо насквозь видишь» Синь Синь что есть сил обнял Ю Юаня:
— Брат, береги себя!
Будто он на смерть собирается.
Ю Юань поднял руку, обхватил талию вцепившегося в него парня, легко похлопал по ней и, наклонившись к самому уху Синь Синя, тихо произнёс:
— Пошли.
Синь Синь разжал объятия. Его сердце бешено колотилось.
Ю Юань открыл дверь. На пороге, скрестив руки на груди, их уже поджидал Чэн Лин.
— Хозяин Ю, добрый вечер. — Он вытащил руку из кармана, помахал Синь Синю, стоявшему позади, и бросил, — Привет, брат Вэй.
Притворяется. Этот тип мастерски притворяется.
Чтобы не привлекать лишнего внимания, светясь всей толпой, Синь Синь и Чэн Лин поднялись наверх первыми. Ту Фэйюй назначил время на пять часов. Когда они поднялись к двери 507-й квартиры, до назначенного времени оставалось пять минут, поэтому Синь Синь решил подождать прямо на лестничной клетке, пока мальчик не выйдет открывать.
— Брат Вэй.
— Только не надо так, — Синь Синя передёрнуло. — Давай уж лучше «господин Вэй».
Чэн Лин тут же поправился:
— Хорошо, господин Вэй.
— Господин Вэй, а почему вы сегодня задали мне тот вопрос?
«...»
— Мы же вроде договорились, что ты забудешь?!
— Я ведь сказал «постараюсь», — Чэн Лин пожал плечами. — Старался изо всех сил. Не вышло, не забыл.
Синь Синь: «...»
Чэн Лин принял вид прилежного ученика, жаждущего истины:
— Может, я как-то не так себя повёл, и вы, господин Вэй, сделали неправильные выводы?
Нет, это я сам себе всё нафантазировал.
Чэн Лин протянул «о-о-о», а затем спросил:
— А вы сами-то тогда кто?
— Тебе-то какое дело?!
Чэн Лин молча уставился на Синь Синя.
Ё-моё, он только что вспыхнул! Да он реально вспыхнул!
Синь Синь, заливаясь краской, поспешно начал оправдываться:
— В таком опасном мире нам точно не стоит обсуждать подобные темы.
Чэн Лин не стал язвить в стиле «а кто первый начал», а лишь улыбнулся и кивнул:
— Хорошо.
Раздался щелчок замка, и ровно в пять часов дверь 507-й открылась.
В гостиной не горел свет, было полутёмно. Ту Фэйюй высунул из-за двери пол-лица. Увидев двоих на лестничной клетке, он вопросительно посмотрел на Синь Синя. Тот тут же натянул самую лучезарную улыбку:
— Это мой друг, пришёл вместе со мной в гости.
Ту Фэйюй перевёл взгляд на Чэн Лина, беззвучно спрашивая подтверждения.
Чэн Лин поправил очки и тоже выдавил стандартную улыбку:
— Да, мы с господином Вэем очень хорошие друзья.
Ну хоть бы чуть больше души вкладывали, когда дурите ребёнка!
http://bllate.org/book/12899/3602596
Готово:
