— Извини, проводник. Я не извращенец… нет ничего такого… Просто я не могу это контролировать… Прости, — прошептал Им Джихёк, извиняясь.
От стыда его уши стали ярко-красными.
— Не переживай. Я знаю, что это реакция на гайдинг. Это обычное дело.
Ынсок говорил нарочито деловым тоном, чтобы Им Джихёк не чувствовал себя слишком смущенным.
— …Мгм, — кивнул Им Джихёк.
Через некоторое время его часы показали глубокий синий цвет.
— Ого, — воскликнула женщина, проверяя его часы. — Джихёк, ты только что достиг нуля.
— …Правда?
Им Джихёк сам проверил свои часы. Он глубоко вздохнул, явно удивленный, увидев ноль.
— Тогда я завершаю гайдинг.
Ынсок аккуратно отстранился от Им Джихёка, которого обнимал все это время, и встал с кровати. Им Джихёк тем временем все еще удивленно смотрел на свои часы.
— Это первый раз, когда я достиг нуля, — произнес он, смотря на Ынсока сиящими глазами. Его взгляд был полон радости и восхищения.
— Тогда надеюсь, ты быстро восстановишься.
Ынсок поднял сброшенную рубашку и надел ее, коротко кивнув на прощание.
— Да… Да! Спасибо!
Несмотря на то, что раны на теле Им Джихёка еще не зажили, он встал с кровати и поклонился.
— Спасибо. Мы очень благодарны вам, проводник Ынсок.
Женщина-охотник, стоявшая рядом, тоже поклонилась. Ынсок кивнул им в ответ и развернулся.
***
Из-за экстренного гайдинга ранним утром все утренние дела были перенесены на вторую половину дня. Хотя сам проводник особо не чувствовал нужды в отдыхе, таков был порядок. Вместо того чтобы идти в спортзал продолжать прерванную тренировку, Ынсок разминался в гостиной общежития, используя боевые искусства, которым он научился в спецназе. Только после того как он начал обливаться потом, он закончил и принял душ.
Пропустив завтрак, он почувствовал легкий голод. Ынсок спустился в столовую, решив пораньше пообедать.
Как только он вышел из лифта и вошел в столовую, он почувствовал, что на него устремились взгляды. Он всегда был окружен большим вниманием, но сегодня оно казалось особенно пристальным.
Когда он направился за подносом, к нему вдруг подошла группа людей. Среди них были знакомые лица и несколько незнакомых. Впереди группы шел эспер Им Джихёк, которому ранее он оказывал экстренную помощь.
— Эм… Проводник Ынсок.
Для человека, которого полуживым привезли утром, сейчас он выглядел довольно презентабельно. После гайдинга и лечения ран, он помылся и переоделся, поэтому выглядел довольно опрятно.
— Огромное спасибо за помощь, — громко произнес Им Джихёк, сделав низкий поклон.
— Спасибо, что спасли нашего Джихёка.
— Огромное спасибо, проводник И Ынсок.
— Спасибо!
Видимо, это были члены второй боевой команды. Они поочередно поклонились, произнося слова благодарности.
— Нет-нет, я просто выполнял свою работу, — тихо сказал Ынсок, ощущая на себе все больше взглядов.
— Мы были в шоке, когда увидели Джихёка с нулевым показателем.
— Впервые вижу, чтобы охотник дошел до нуля.
— Ты действительно невероятен.
Члены второй боевой команды выражали свое восхищение, а Ынсоку становилось все более неловко.
— Ну что ж, приятного аппетита, — улыбнулся Ынсок и взял поднос.
Начав с Им Джихёка, члены второй боевой команды быстро схватили свои подносы и выстроились за Ынсоком. Когда он сел на свободное место после того, как взял еду, они заняли места перед ним и по бокам.
— Ешь побольше*! — едва не закричал Им Джихёк, сидевший рядом. Даже когда Ынсок начал есть, он продолжал бросать сверкающие взгляды вместо того, чтобы есть свою еду. Казалось, за его спиной есть хвост, которым он энергично вилял.
*Пожелание «ешь побольше» — является в Корее искренним проявлением заботы о здоровье и благополучии другого человека. А вопрос «ты поел?» стал аналогом «как дела?». Это все тянется из прошлого, когда Корея переживала периоды голода и экономических трудностей, особенно после Корейской войны (1950–1953 гг.). В те годы еда была не просто удовольствием, а жизненной необходимостью. Корея — страна, где еда занимает центральное место в культуре. Застолье — это способ сблизиться и укрепить отношения. При этом, чтобы показать, что вы насладились едой, часто используют фразу «я хорошо поел».
Возможно, это благодарность, или привязанность и одержимость после гайдинга, а может быть, он и правда хотел подружиться с Ынсоком.
Пока Ынсок сосредоточился на еде, члены второй боевой команды тоже начали есть, словно следуя его примеру. Однако они продолжали поглядывать на Ынсока, и их лица выражали непреодолимое желание узнать, какого это — получить гайдинг от проводника S-класса.
— Эй, эй, перестаньте пялиться, а то проводник подавится.
Замахал руками Им Джихёк, заметив взгляды членов своей команды, устремленных на Ынсока. Только после его замечания количество взглядов немного уменьшилось.
— Говорят, он был на грани ярости, но проводник довел его до нуля только через контактный гайдинг.
— Вау! S-класс действительно другой уровень.
— У него, наверное, довольно свободный график. Разве это справедливо, что все преимущества получает только первая боевая команда?
— Кто знает. Теперь, когда он наладил связь со вторым отрядом, возможно, он будет помогать и им.
Ынсок, чье восприятие было натренировано улавливать обстановку вокруг, ясно слышал все эти перешептывания.
— Разве для второго отряда не достаточно проводника A-класса?
— Теперь, когда появился S-класс, A-класс сразу стал ненужным. Как это раздражает.
— Эм… Не обращай внимания на эти слова. Охотники часто так говорят, когда есть разница в классе. Так уж устроено, когда люди живут вместе, — тихо прошептал Им Джихёк Ынсоку.
— Все в порядке, — ответил Ынсок и поднялся с пустым подносом. — Приятного аппетита, — пожелал он, и члены второй боевой команды встали и поклонились.
Действительно, свободного времени у него было достаточно, ведь он занимался только первой боевой командой. Ынсок использовал эти часы для осмотра и подбора нового оружия и защитного снаряжения.
Ему нравилось чувствовать в руках оружие, поэтому он брал разные образцы, пробовал размахивать ими, оценивал баланс. Он мысленно отметил несколько особенно понравившихся экземпляров. Особенно внимательно изучал огнестрельное оружие, которое без исключений осмотрел каждое. Не успел он оглянуться, как время незаметно пролетело.
Было уже почти три часа дня, когда Ынсок, чувствуя легкое сожаление, покинул оружейную.
Когда он вернулся к себе, то увидел секретаря Ким, которая его ждала.
— Прошу прощения, что заставил ждать.
— Нет, нет, это просто я пришла немного раньше, — тепло улыбнулась секретарь Ким, показывая два стаканчика кофе.
Они зашли внутрь и сели друг напротив друга. Секретарь Ким достала айс-американо и поставила его перед Ынсоком.
— Экстренный гайдинг прошел нормально?
— Да, все хорошо. Не было необходимости отменять утреннее расписание.
— Как бы не так. Вы ведь оказывали помощь эсперу, который был на грани срыва. Вам нужно было отдохнуть. К тому же срочных встреч не было. А, кстати…
Секретарь Ким замолчала и опустила на стол бумаги, которые держала под мышкой. Это были брошюры и журналы с вложенными туда документами.
— Как и ожидалось, реакция на ваше первое интервью оказалась взрывной. Всего одно интервью и ваша ценность резко выросла. Мы получили много новых предложений. Я уже отобрала более подходящие, так что вам останется только просмотреть.
— …
— Вот это… Это социальная реклама для Ассоциации проводников, без гонорара, но я рекомендую ее для вашего имиджа. А это модный журнал, он для всей первой боевой команды, но они настаивают, что вы тоже должны участвовать. Говорят, построят концепт вокруг ваших походов во Врата. А это реклама бренда повседневных костюмов, рассчитанная на молодых мужчин. Лично я очень рекомендую. Они работают только с топовыми моделями и знаменитостями.
Секретарь Ким, сообщая информацию, давала короткие пояснения.
Даже после фильтрации предложений оказалось больше, чем ожидалось. Ынсока интересовали не названия брендов, а суммы, указанные в приложенных документах. Все это он делал ради пополнения запасов, так что для него лишь цифры имели значение.
«Этого хватит на новый нож», — подумал он. «А этого — на пули».
В голове Ынсока суммы автоматически превращались в стоимость снаряжения.
— Такого дохода хватит на пополнение запасов, — произнес он, просматривая бумаги.
Секретарь Ким на секунду замерла, а потом тихо рассмеялась.
— С эсперами контракты обычно заключаются на год, но вам предлагают сразу трехлетние. Думаю, причина в том, что у охотников велика вероятность испортить репутацию за время действия контракта, а у вас — нет.
Это было правдой. Эсперы, будучи физически сильными, нередко попадали в конфликты, которые перерастали в крупные скандалы. В отличие от них, проводники почти не имели шансов испортить себе имидж. Физически они ничем не отличались от обычных людей.
— Это… реклама косметики? — спросил Ынсок, поднимая одну из брошюр.
— Ах, да. Обычно косметические бренды не делают предложений мужчинам, но эти уверены, что ваша кожа и внешность им идеально подойдут. Я подумала, вам подойдет, так что я советую согласиться.
— Но я же мужчина.
— О боже, да разве есть закон, запрещающий мужчинам пользоваться косметикой? К тому же это реклама очищающих средств, можете не переживать.
Ынсок с недовольным видом посмотрел на буклет, потом открыл документ, приложенный к нему. Косметическая индустрия, как известно, прибыльная, и сумма действительно оказалась внушительной.
— …Хорошо, — пробубнил он, в итоге поддавшись деньгам.
Пока они обсуждали детали, время пролетело быстро и уже почти наступило четыре часа.
— У вас ведь гайдинг в четыре, да? Ну, мы все примерно разобрали, поэтому я пойду, — сказала секретарь Ким, аккуратно собирая буклеты и документы.
На четырехчасовой гайдинг был записан Чхве Хансо. От одной только мысли о том, что ему придется остаться с ним наедине в комнате для гайдинга, у него подступил ком к горлу.
http://bllate.org/book/12542/1116612
