От звука капель дождя, бьющихся о стекло, под тонкими веками быстро задвигались глазные яблоки. Сначала движение было вправо, потом влево и только потом появилась щелочка. Сиюль открыл глаза.
Он потер их руками и поднял голову. Пульсирующая боль в затылке и тошнота свидетельствовали о похмелье. Его мучила жажда, он пробормотал, что хочет воды, и огляделся.
Он сидел на заднем сиденье машины. Капли дождя стекали по лобовому стеклу, а также разбивались о прозрачный люк на крыше. Он спал так крепко, что даже не заметил, как снова пошел дождь.
Квон Сиюль повернул голову в поисках воды. У Хёнсе сидел рядом, скрестив руки, запрокинув голову на подголовник и закрыв глаза. Дыхание было ровным, словно он тоже спал. По какой-то причине Квон Сиюль на мгновение задержал дыхание и уставился на его лицо. Приглушенный свет уличных фонарей мягко освещал его профиль.
Он был так красив. Его внешность поражала. Говорят, если человек слишком красив, он кажется нереальным, но в его случае все было наоборот. Легкий изгиб переносицы, естественные морщинки вокруг глаз, появляющиеся при улыбке, и родинка на мочке уха, похожая на след от пирсинга, делали его похожим на настоящего человека.
Он был чертовски красив. С таким лицом стоило бы стать знаменитостью и радовать толпы, а не управлять клубами и барами, и подвергать Сиюля испытаниям. Странный выбор.
Пока Квон Сиюль всерьез думал предложить ему попробовать себя в индустрии развлечений, даже сейчас было еще не слишком поздно…
— Ты мне лицо скоро прожжешь, если будешь так пялиться.
Услышав его голос, Квон Сиюль вздрогнул и прижал ладонь к сердцу. Он совсем не заметил, что дыхание у мужчины выровнялось и он уже не спит.
— Зачем ты притворялся, что спишь? — возмутился Квон Сиюль. Раз уж он не спал, то мог бы сказать, а не смущать его, объявляя об этом вот так.
— Я не притворялся. Я просто ничего не сказал.
— Это одно и то же.
У Хёнсе усмехнулся. Квон Сиюль, сгорбившись от смущения, потер лицо обеими руками. Когда он закашлялся, мужчина протянул ему из подлокотника бутылочку воды. Он открутил крышку и подал ее, Квон Сиюль склонил голову в благодарности и сделал несколько больших глотков. Половина бутылки исчезла в одно мгновение.
— Где мы?
У Хёнсе забрал бутылочку и, сделав всего один глоток, поставил ее на место.
— Место, о котором говорил Квон Сиюль.
— Я?
— Да. Ты сказал, что живешь где-то тут.
Квон Сиюль прижался лицом к стеклу, почти расплющив нос, и всмотрелся наружу. Отель «Осон», строительная компания «Мунхва», салон красоты «Ынхё». Это действительно был его район. Машина, похоже, была припаркована рядом с главной дорогой, поскольку переулок был слишком узким для проезда.
Он поспешно вытащил телефон и посмотрел время. 2:46 ночи. Он крепко проспал в машине почти два часа.
— Тебе следовало разбудить меня.
— Ты так крепко спал.
— Все равно. Тебе ведь тоже домой нужно, директор.
Плечи и шея у него затекли, вероятно, от долгого нахождения в одном положении. Квон Сиюль стал разминать их кулаками. Глядя на его отражение в стекле, У Хёнсе без задней мысли сказал:
— Может быть, нам стоило поехать в отель.
— Нет! — выкрикнул Квон Сиюль, не задумавшись.
Слово «отель» звучало слишком двусмысленно. Хотя между двумя мужчинами, альфой и бетой, в отеле вряд ли что-то могло произойти, но в голове Сиюля отель означал совсем другое. Его лицо мгновенно покраснело, что было заметно даже в темном салоне машины.
— Тебе не нравится спать в комфортных условиях?
— Дело не в этом.
— О чем ты подумал, что твое лицо стало таким красным?
В его голосе слышался открытый смех. Похоже, У Хёнсе быстро понял, что именно значило «отель» в голове Квон Сиюля. Сиюль согнулся и закрыл лицо руками. Оно было горячим, как кипяток.
— Я еще не до конца протрезвел.
— Такой молодой, а такой слабый к алкоголю.
Он говорил с видимой заботой, но явно подшучивал. Квон Сиюль прижался пылающей щекой к окну, по которому стекали капли дождя. Его щека расплющилась, а губы вытянулись, но так было легче, чем сидеть раскрасневшимся.
— Ты был за рулем, директор?
Он только сейчас заметил, что за рулем никого не было. Квон Сиюль выпрямился и посмотрел на У Хёнсе.
— Я вызвал водителя. Я отпустил его, когда понял, что ты надолго заснул. Я вызову другого, когда буду уезжать, так что не волнуйся понапрасну.
— А…
— Тебя что, в прошлой жизни насмерть сбил пьяный водитель? Ты чересчур серьезен в этом вопросе.
— Просто этого делать нельзя. Пьяным за руль садиться нельзя ни при каких обстоятельствах.
— А наркотики продавать можно?
Квон Сиюль тут же умолк. Как ни крути, в его словах не было логики. И то, и то было незаконно, но он требовал строгого соблюдения одного, в то время как сам занимался другим. Говорить о том, что он всего лишь курьер, было лишь оправданием.
— Я, пожалуй, пойду.
Решив, что побег — единственный выход в такой неловкой ситуации, Квон Сиюль схватился за дверную ручку. Отсюда до мотеля было недалеко. Можно было просто немного пробежаться под дождем.
— Иди, когда дождь закончится, — ровным голосом сказал У Хёнсе.
Он не стал его останавливать физически, но Сиюль словно попал в ловушку, замер. Его рука на ручке замерла.
— Можешь еще немного поспать, если хочешь.
У Хёнсе, словно действительно собирался снова уснуть, откинулся в кресло. Он закрыл глаза и положил голову на подголовник, как прежде. Руки он спокойно убрал в карманы брюк. Вид у него был расслабленный, будто он мог заснуть в любую секунду.
— Было бы жаль не насладиться звуком дождя.
От этой сцены хотелось спать даже тому, кто просто смотрел. Стук капель дождя, тихое дыхание, разлитый по салону машины тусклый свет, переливающийся, будто поверхность озера… Это все казалось таким уютным, как и нахождение под теплым одеялом. Сиюль помедлил, но все же убрал руку с ручки дверцы и тоже удобно откинулся на спинку кресла, как и У Хёнсе. Но глаза не закрыл. Он украдкой посмотрел в его сторону и тут же перевел взгляд вперед.
— Тогда я останусь еще ненадолго… Пока не кончится дождь.
Ответа не последовало. Лишь его красивые губы слегка изогнулись, словно маленькая лодочка.
***
Сегодня дождя не было. С утра до самой ночи стояла ясная погода. Несмотря на то, что уже стемнело, на небе не было ни облака, только звезды и луна светили ярко.
В этот вечер, когда температура и влажность были идеальными для прогулок, Квон Сиюль сидел за уличным столиком у круглосуточного магазина. Напиток, который он взял просто ради приличия, был уже наполовину пуст.
Пора бы вставать, но ноги будто приросли к земле. Ему казалось, что если подождать еще минуту, пять минут или десять минут, то вдруг он появится и поздоровается.
Вот только ни с кем о встрече он не договаривался. Он просто сидел, лелея тщетную надежду, что если он подождет, то кое-кто появится, подойдет и заговорит с ним.
Сиюль сделал глоток и посмотрел на телефон. Обычно во время работы он оставлял его в шкафчике и проверял уже после смены. Сегодня были лишь рекламные сообщения.
Он пролистал экран. Чат с У Хёнсе ушел уже далеко вниз. Последнее сообщение было от Сиюля, и уведомление рядом так и не исчезло.
Со следующего дня после того, как они вместе выпили, У Хёнсе стал писать реже. Первый день прошел нормально, но со следующего дня ответы на его сообщения приходили очень поздно. Если посчитать время, ответ пришел почти через десять часов. Конечно же, в бар он тоже не заходил.
Скучно было даже без постоянных посетителей, когда они приходили редко, а уж такого человека, как У Хёнсе, тем более не хватало. После того, как они вместе поели, выпили и даже уснули в машине под дождь… как можно было не думать об этом?
Атмосфера в машине казалась прекрасной.
И ведь прошла даже не неделя. Даже если бы и неделя, он не мог бы ничего сказать, но… прошло всего четыре дня. И впервые в жизни, не считая Квон Ювона, человек, с которым он много общался, вдруг пропал. Это было неприятно.
Сиюль открыл чат и пролистал их переписку. Он взволнованно проверял, не написал ли он чего-то неосторожного, что могло обидеть У Хёнсе.
[Ты, наверное, очень занят]
Это было его последнее сообщение. Оно до сих пор было непрочитанным. Не то чтобы У Хёнсе совсем перестал писать. Сиюль пролистал ниже. В глаза бросилась переписка двухдневной давности.
[Я так и не угостил тебя едой]
[Когда мне это сделать?]
[В следующий раз. Некуда спешить]
Когда речь заходила о возврате денег за химчистку, У Хёнсе говорил, что Сиюль может сбежать, и даже нашел ему работу. А теперь, когда Сиюль хотел расплатиться, его отношение стало каким-то прохладным.
[Я еще не вернул все проценты и взносы]
[Тебе стоит потратить свою первую зарплату на то, что ты хочешь, Сиюль]
Благодаря заботе У Хёнсе, Сиюль впервые за долгое время смог поесть мясо вместе с Квон Ювоном. Они были так счастливы. Вспомнив тот момент, Сиюль облизнул губы.
Когда-нибудь он хотел бы поесть с У Хёнсе сам свинину на гриле. Он не был уверен, любит ли тот такое, но раз он спокойно пил в палатке, то свинину наверняка ел бы без проблем.
http://bllate.org/book/12541/1116576
