Со Сухён открыл дверь небольшого супермаркета. Магазин, расположенный в одиночестве у въезда в деревню, всегда был открыт, даже когда владелец уходил на несколько часов. Поскольку люди, которые посещали его, были жители деревни, не было необходимости запирать дверь.
Бабушка всегда ему говорила не оставлять дверь открытой, и если бы она узнала, что он ее ослушался, то рассердилась бы.
Сухён шмыгнул носом и обернулся, закрывая дверь. Когда он, повернулся обратно, то с кем-то столкнулся, и чуть не ударился затылком о косяк.
— А-а-а!
— Эй, мелкий, ты че так орешь?
Прямо перед ним стоял темноволосый мужчина. Из-за разницы в росте Со Сухён врезался в его грудь и машинально схватился за свою в районе сердца, чувствуя, как оно сильно бьется.
— Почему ты здесь? — подняв голову, спросил он.
— Думаешь, я буду стоять на улице в такой холод? Я вышел из того возраста, чтобы торчать на морозе.
— У тебя же есть машина.
Со Сухён бросил взгляд за дверь. Он торопливо шел, опустив голову из-за снега и ветра, поэтому не заметил припаркованный слегка заметенный снегом черный автомобиль. Увидь он его раньше, он бы знал, что пришел покупатель, и не испугался бы так.
— Курить в машине, дурная привычка, и она автоматически делает тебя плохим взрослым.
— Разве есть разница, куришь ты в помещении или в машине? Если уж на то пошло, разве выпускать сигаретный дым в помещении, а не в своей машине, не делает тебя еще хуже как взрослого? И… Ты работаешь в Рождество?
Со Сухён успокоил бешено колотящееся сердце и стряхнул снег со своей флисовой куртки. Он опустил взгляд и заметил, что Бокшиль обнюхивает ноги мужчины. Словно забыв, что еще совсем недавно он яростно лаял на него. Он обошел большие туфли и ушел, устроившись около радиатора, который Сухён оставил включенным.
«Почему он не лает? Они что, уже подружились?»
— О, сегодня Рождество?
— Да.
— Тогда считай это рождественским подарком.
Сухён повернул голову и увидел на холодном металлическом столе белую коробку.
— Что это?
— Торт.
Сухён в своей жизни неоднократно пробовал торты, но после макарун, которые мужчина привозил ему ранее, в нем взыграло сильное любопытство.
Сухён, поглядывая на Ки Тэёна, подошел к столу и аккуратно открыл коробку. Внутри оказался торт, непохожий ни на один, что он видел раньше.
— Вау, какой красивый… — невольно воскликнул он.
Торты, которые он ел до сих пор, были либо со взбитыми сливками, либо из сладкого картофеля, посыпанные желтым порошком, но этот торт был совершенно другим.
В этом торте были видны слои бисквита с бело-фиолетовым оттенком крема в прослойке. Даже несмотря на то, что густой крем был нанесен неровно, кое-где сбиваясь в комки, это выглядело не неаккуратно, а странно красиво.
Верх торта был покрыт чисто белыми взбитыми сливками, а сверху щедро выложено что-то вроде джема, отчего десерт казался еще аппетитнее. По краю торта, где был виден только густой белый крем, по кругу были вставлены красноватые фрукты с плодоножками.
— Это что, вишни?
Вишни, которые он видел раньше, не были такой формы и такого цвета. Они были меньше и ярко-красного цвета.
«Те вишни были консервированными… вот значит как выглядят свежие вишни».
Консервированные вишни имели только вкус сладкого сиропа, и ему было интересно, каков вкус свежих вишен. Ему также было любопытно попробовать торт с красивым цветным кремом.
Со Сухён, собиравшийся взять ложку, передумал и взял палочки. Торт был настолько красивым, что ему стало жалко есть его ложкой. К тому же, поскольку у него был гость, он намеревался аккуратно разрезать его и есть палочками.
— Господин Ки, присаживайся здесь. Пол теплый.
Сухён поставил торт на стол и снял шапку. Стянув с себя флисовую куртку, он с сосредоточенным видом принялся аккуратно разрезать десерт. Услышав, как мужчина садится, он инстинктивно поднял глаза, и их взгляды встретились.
«Истинная сущность человека отражается в его глазах».
Отвлеченный необычной формой глаз мужчины, он до сих пор не замечал, насколько они были черными.
«Что…»
По какой-то причине у него увеличилось слюноотделение, и он, не моргая, тяжело сглотнул. Взгляд черных глаз начал медленно опускаться вниз. Мужчина делал это настолько медленно и откровенно, чтобы Сухён явно это увидел.
Со Сухён понял, что Ки Тэён откровенно его разглядывает.
«Почему он так смотрит на меня?»
Его пристальный взгляд вызвал легкое напряжение, и он крепче сжал нож. Надеясь избежать зрительного контакта, Сухён медленно опустил взгляд.
«Если он так пристально смотрит, значит, Исон-хён действительно испортил мне челку… Неужели я так смешно и нелепо выгляжу?»
Сухён отогнал эти мысли и, разрезав торт на восемь частей, положил один кусок Ки Тэёну. Обычно он бы просто взял кусок ложкой, но, увидев, что там ровно восемь вишен, он разрезал торт так, чтобы в центре каждого куска была вишня.
— Угощайся, господин Ки.
Он протянул тарелку и поднял глаза, снова встретив взгляд мужчины.
В отличие от оживленного Со Сухёна, Ки Тэён оставался неподвижным. Его острый, совсем не мягкий взгляд просто уперся прямо в Сухёна, давая понять, что тот за ним наблюдает.
«Он мне сейчас лицо прожжет», — проворчал мысленно Со Сухён.
Несмотря на это, он аккуратно положил себе кусочек красиво нарезанного торта. После этого, держа палочки в одной руке, он уставился на тарелку напротив, словно ожидая, когда Ки Тэён начнет есть первым.
— Что ты делаешь? — спросил мужчина.
Ки Тэёну это показалось забавным. Он подпер подбородок рукой, и его крупное тело неуклюже наклонилось над низким столиком.
— Я жду, пока ты начнешь есть первым.
— Уважаешь старших? — усмехнулся альфа и слегка наклонил голову. Его щека чуть вдавилась в его большую ладонь.
Нетерпеливый Со Сухён быстро кивнул. Хотя он ел много, жадным он не был. Однако, познав новый мир макарунов, он заинтересовался вишневым тортом и хотел поскорее его попробовать.
— Я не очень люблю сладкое, так что ешь все сам, малыш.
— Нет, так нельзя.
В ответ на его слова мужчина скептически приподнял бровь, по-прежнему подпирая подбородок рукой. Не в силах удержаться от предупреждения Кан Исона, Со Сухён выпалил первое, что пришло в голову:
— Раз ты зашел в мой дом, значит ты гость, и должен поесть. Бабушка говорила, что нельзя плохо обращаться с гостями.
Только теперь Со Сухён задумался, что это было странно. Он впустил этого мужчину к себе домой, потому что тот улыбнулся, сказав ему про торт. Вот так неожиданно он теперь оказался его гостем.
— Значит, теперь я гость? — усмехнулся Ки Тэён.
Альфа взял палочки, воткнул их в торт, отломил кусочек и поднес ко рту. Только убедившись, что он начал есть первым, Со Сухён опустил голову к своей тарелке, подтягивая ее к себе ближе.
«Консервированные точно красивее по цвету».
Аккуратно придерживая черенок вишни, чтобы не испачкать пальцы кремом, он положил свежую ягоду в рот.
— Вау!
Желая полностью ощутить вкус, он вонзил зубы в самую мясистую часть, но тут же наткнулся на что-то твердое. В середине была косточка. Он забыл, что в отличие от клубники, у вишен есть косточки. Послышался тихий смешок, но Со Сухён проигнорировал его, перекатив языком круглую косточку за левую щеку, а саму вишню разжевал правой стороной. Его рот наполнился освежающей сладостью, которую он никогда раньше не испытывал.
«Так вот какой вкус у свежих вишен».
В них не было искусственного сиропного привкуса, как в консервированных вишнях, которые он всегда ел. Естественная сладость разлилась по языку. Изначально ему показалось, что красноватый цвет не особо красив, но вкус не шел ни в какое сравнение с консервированными вишнями.
Проглотив мякоть, Сухён тщательно облизал косточку и выплюнул ее на ладонь. Остатки мякоти на желтоватой косточке были темно-пурпурными, и казалось, что если подержать ее дольше, то ладонь окрасится в фиолетовый.
— Я никогда раньше не ел свежую вишню, — произнес Со Сухён, не замечая оценивающего взгляда Ки Тэёна.
Альфа слушал его вполуха. Он провел языком по внутренней стороне щеки, наблюдая за ним. Когда парень снял шапку, ему показалось, в его внешности что-то странное, и только теперь он понял — Сухён подстригся. Его лицо было полностью открыто.
«Как ни посмотри, он выглядит как омега, но почему я не чувствую никаких феромонов?»
Образ открывающихся губ Сухёна, когда он выплюнул косточку, ярко запечатлелся в его памяти. Ки Тэён уже представлял, как трахает этого Пушистика, но он не ожидал, что возбудится от одного только вида того, как он ест вишню.
— И вишневый торт я тоже ем впервые. Обычно я ел торты из батата с фруктами и вишнями на взбитых сливках, но…
Возможно, из-за того, что он зашел с холода, его щеки порозовели, пухлые губы быстро шевелились, когда он говорил, а длинные ресницы отчетливо были видны, потому что он сосредоточенно смотрел на торт… Все это еще больше разжигало импульсы Ки Тэёна.
«Он еще молодой и определенно не в моем вкусе…»
Ки Тэён, так и не притронувшись больше к своему торту, все еще подпирая подбородок, наблюдал, как Сухён усердно орудует палочками. Его взгляд, скользящий как змея, был интенсивно сосредоточен, но Со Сухён, поглощенный тортом, ничего не замечал.
— Этот крем, должно быть, окрашен чем-то вроде вишневого джема. Он очень вкусный с вишнями внутри, и цвет такой красивый. Как кто-то додумался сделать такой торт?
Очарованный новым вкусом, Со Сухён продолжал восхвалять торт. Толстый слой крема с давлеными свежими вишнями находился между бисквитами, а сверху был еще слой крема. С каждым кусочком мягкого бисквита, сладкого крема и освежающих вишен все внутри него наполнялось легкостью.
— А почему ты выбрал именно вишневый торт? Мне кажется, зимой чаще встречаются клубничные.
Он не часто ел торты, поэтому не был уверен, но, поскольку клубника была сезонным фруктом зимой, это было естественным предположением. Тогда вишни тоже зимние фрукты? Внезапно у него возникло бессмысленное любопытство.
Хотя он интересовался кулинарией, его интересы ограничивались блюдами, которые он мог приготовить из ингредиентов, легко доступных в сельской местности. Он не обращал особого внимания на что-либо еще, поэтому не знал, когда созревают редкие фрукты и ягоды. Подумав, он пришел к выводу, что вишни, вероятно, были импортными.
— Я просто попросил купить что-нибудь, что понравится ребенку. Мне вот это и принесли.
Со Сухён пропустил мимо ушей, что его назвали ребенком. Хотя ему не нравилось, когда с ним обращались как с малышом, но жизнь среди пожилых людей приучила его к этому.
— Ты кого-то попросил?
— А, что я должен был сделать это сам?
— Разве выбор взятки не дело того, кто ее дает? Но ты занятой и важный человек, тогда тут, наверное, ничего не поделаешь…
Главное, что торт был настолько вкусным, что ему просто не хотелось зацикливаться на мелочах. Красивый розовый крем с вишнями и воздушный бисквит были умеренно сладкими и мягкими, что делало торт невероятно вкусным.
— Это просто смешно.
Со Сухён, уплетая торт за обе щеки, искоса посмотрел на Ки Тэёна, услышав его тихое ворчание. Несмотря на то, что он произнес слово «смешно», выражение его лица оставалось прежним.
— Кто тебя научил, что взятку выбирает дающий?
— Меня никто не учил, просто я так думаю. Обычно это способ показать «жест доброй воли». А если это жест доброй воли, то тот, кто выражает ее, и должен выбирать. Мне так кажется.
— Сухён, тебе разве не страшно находиться рядом со мной? Ты меня не боишься?
Сухён, потянувшийся за вторым куском торта, многозначительно моргнул.
У него не было причин бояться этого мужчину. Он не угрожал ему и не кричал на него, так почему он должен был бояться? Он слышал, как деревенские бабушки шептались, что он гангстер, но было ли это правдой или нет, ему было совершенно все равно.
— Тот, кто дает мне еду, не вызывает страха.
— …
— И ты мне не причинил вреда, господин Ки.
Если бы он обманул его, забрав деньги и сигареты, он, возможно, затаил бы обиду, но этого ведь не случилось.
— А что бы ты сделал, если бы я пришел сюда, чтобы навредить тебе?
— Ты говоришь про землю? Я никогда не говорил, что не продам ее. Я буду следовать решению бабушек. Но ты должен предложить мне хорошую цену. Бабушки сказали, чтобы я не волновался, потому что они разберутся сами… О, и никто, кто приходил сюда, чтобы навредить мне, никогда не говорил мне об этом заранее, как ты.
Судя по выражению лица Ки Тэёна, когда он спросил, боится ли Сухён его, он выглядел как хитрый лис.
Закончив говорить, Сухён нацелился на вишню, расположенную на вершине торта. На этот раз он не стал кусать плод посередине, а аккуратно обгрыз его по краям, ловко избегая косточки. Выплюнув круглую косточку вместе с хвостиком, он встретился взглядом с мужчиной, который снова пристально смотрел на него.
«Наверное, моя прическа его действительно забавляет».
— Почему ты так на меня смотришь? — спросил Со Сухён, кончиками пальцев трогая укороченную челку. — Это правда так смешно?
— Это странно, — ответил Ки Тэён и, подражая Со Сухёну, съел вишню.
«Что странно? Мои волосы?» — сделал вывод Сухён и сунул в рот еще кусочек торта.
Его щеки раздулись, а по языку растекся сладкий вкус.
Он планировал на ужин приготовить суп из морских водорослей, но раз у него неожиданно оказался торт, то он вполне сойдет за праздничное блюдо на день рождения.
— Ты работаешь, несмотря на то, что сегодня Рождество?
Их разговор вернулся к началу.
— Честно говоря, я не думаю, что ты ходишь в церковь, но… обычно люди проводят время с семьей или любимыми. Двадцать пятого же государственный праздник.
— Ты хочешь спросить, почему я торчу здесь, вместо того чтобы быть в тепле между ног у какой-нибудь омеги? * — усмехнулся Ки Тэён, кривя губы.
Из-за того, что он подпирал щеку рукой, это выглядело особенно игриво. Со Сухён удивленно моргнул, озадаченный выбором слов, и его лицо покраснело. Он не был невеждой в сексуальных вопросах, но совершенно не умел разговаривать на такие темы. Возможно, именно потому что он сам был омегой, эти слова звучали как откровенное домогательство.
— Нет, нет… я не это имел в виду, — быстро ответил он.
— Пытаешься урвать дорогого кота на ночь, когда все отели забиты под завязку, да?*
—…
*корейское сленговое выражение, грубый намек на сексуальный контакт.
*Намек на предпраздничный ажиотаж, когда все гостиницы заняты влюбленными парами.
«Интересно, все альфа такие?»
Сухён задумался, использует ли мужчина такие выражения просто потому, что он взрослый, или делает это потому что он альфа.
Пока Со Сухён просто тупо смотрел, Ки Тэён усмехнулся и выпрямился. Он медленно опустил руку, до этого подпиравшую щеку, и коснулся пальцами низкого столика.
— Этому месту плевать хотел на такие вещи, как Рождество.
— Это правда, но…
— Тогда и мне приходится подстраиваться.
Оказалось, что не все, кто приезжает из Сеула, заботятся о Рождестве. Он уже начал думать, что мужчина действительно приехал сюда работать, как в голове всплыло новое сомнение.
— Но ты же все время просто сидишь в супермаркете, когда приезжаешь сюда.
Ки Тэён бывал здесь нечасто. Если память не изменяла Сухёну, сегодня это был его пятый визит. Может, он и правда приехал сегодня по работе, но пока что все, что он делал, это курил перед супермаркетом или принимал отчеты у людей в черных костюмах. Ёго нахождение в супермаркете больше походило на то, что он просто убивал время.
«Разве он не мог получать эти отчеты в Сеуле?»
Он не припоминал, чтобы видел Ки Тэёна за работой.
— Сегодня я приехал, чтобы дать взятку.
В отличие от стремительных мыслей Со Сухёна, ответ Ки Тэёна прозвучал нагло до бесстыдства.
«По-моему, он очень странный человек…» — подумал Сухён.
Но не смотря на такие мысли, он все же поднес ко рту еще кусочек вишневого торта. Снова сладкий, нежный и щекочущий вкус наполнил рот.
Что-то…
Возможно, все дело было в том, что он ел торт в свой день рождения, поэтому в груди у него разлилось какое-то теплое и пушистое чувство.
🍒🍒🍒
— Вау, получилось куда лучше, чем я ожидал.
Сухён с восхищением разглядывал хурму, развешанную под карнизом, нежно трогая ее. В этом году дерево принесло особенно богатый урожай, поэтому он старательно вымыл и очистил плоды, чтобы сделать сушеную хурму. Его усилия и регулярные проверки того стоили.
Развязав веревочку и сняв мягкую хурму, Сухён тут же ее попробовал. Едва только он надкусил, как во рту распространился тягучий сладкий вкус.
— Надо будет в следующий раз дать господину Ки, когда он приедет.
Кан Исон говорил ему, что нужно всегда отвечать взаимностью, когда получаешь что-то, так что будет неплохо угостить и его.
_______________________-
P.S.: Большинство природных видов вишни, на основе которых создана сакура, произрастают на Корейском полуострове. Однако стоит учитывать, что многие виды используются в культуре только как декоративные растения и дают мелкие и несъедобные плоды. Вот почему Сухён так удивился настоящей вишне.
И еще примечание по поводу того, что в тексте вишню и клубнику Сухён называет фруктами. Это не ошибка перевода и я не безграмотная😅
В Корее вишня 과일 (кваиль) — считается фруктом, как и в большинстве стран мира. В корейском языке нет прямого аналога русскому слову «ягода». Мелкие плоды вроде клубники или винограда тоже называют 과일 (фрукты), а термин 열매 (ёльмэ) — это общее название плодов растений (включая ягоды, орехи и т.д.).
http://bllate.org/book/12539/1116513
