Сюй Наньхэн не потерял сознание. Он держался за руку Фан Шию, пытаясь встать самостоятельно. Но тот не отпустил, продолжая придерживать:
— Не двигайся, отдохни немного. Здесь высота над уровнем моря немного выше, чем в Лхасе.
Вдруг сердце так заколотилось, а дыхание перехватило.
Фан Шию наблюдал за ним, одновременно придерживая спину и направляя:
— Ты только что резко сел, это появились симптомы высотной гипоксии. Ничего страшного, дыши как обычно, не торопись.
При легкой высотной болезни кислородный баллон не требуется, и Фан Шию не хотел, чтобы он при первом же недомогании прибегал к кислороду, это не долгосрочное решение.
Фан Шию был немного выше него, примерно на три-четыре сантиметра.
— Как себя чувствуешь? — Фан Шию наклонил голову, чтобы посмотреть на него.
— А? — На самом деле Сюй Наньхэну уже стало лучше. — Всё... в порядке. Так сердце стучит— это нормально?
— Иногда может возникнуть паника. Посиди немного в машине, подожди меня, я вернусь и принесу пару баллончиков с кислородом.
— Не нужно, — сказал Сюй Наньхэн. — Когда мы ехали из Голмуда в Лхасу и пересекали перевал Куньлунь, я тоже не пользовался кислородом.
Фан Шию крепко взял его за руку, усадил обратно в машину и очень серьёзно посмотрел на него:
— Учитель Сюй, слушайтесь доктора. Нужно или нет, но пусть лежат под рукой.
— Я не то, чтобы не слушаюсь, просто подумал, что тебе так рано утром бегать туда-сюда...
— Это несложно, — перебил его Фан Шию. — Подожди меня.
С этими словами он ушёл. Сюй Наньхэн отрегулировал спинку сиденья и откинулся. Он не был неблагодарным человеком и, конечно, понимал, что нужно слушаться доктора. Например, его отец после медосмотра, когда врач сказал ему бросить курить и пить, тут же последовал совету, чего его мать не могла добиться десятилетиями.
Вы можете не подчиняться никому в этом мире, но вы обязаны слушать своего врача.
Сюй Наньхэн потёр грудь. Странно, как только доктор Фан ушёл, сердце успокоилось. Он взглянул на запястье, экран часов не горел. К счастью, они уже разрядились, иначе бы бешено вибрировали, когда он был в объятиях Фан Шию.
Это было бы немного неловко.
От больницы до школы пешком туда и обратно всего двенадцать-тринадцать минут. Он увидел через лобовое стекло, как Фан Шию идёт обратно с пакетом в руке. Доктор Фан подошёл к машине и положил пакет на заднее сиденье:
— Два одноразовых баллончика с кислородом. Ещё я захватил из столовой яичный блин, перекуси немного.
Вдобавок Фан Шию принёс маленький пульсоксиметр, измерил ему уровень кислорода в крови и успокоился, только убедившись, что всё в порядке.
— Спасибо, доктор Фан, — сказал Сюй Наньхэн, выходя из машины. — Я схожу умыться.
— Не поднимайся по лестнице, у тебя высотная болезнь. Подъем по лестнице на высоте и на равнине — это разные вещи, — Фан Шию указал на край стены с другой стороны учебного корпуса. — Там есть кран.
К счастью, вчера они не закончили разгружать багажник, и его дорожная сумка с туалетными принадлежностями осталась в машине. Он достал зубную щётку и пасту. Сюй Наньхэн быстро умылся и глубоко вдохнул. Стало гораздо лучше.
Когда он вернулся к машине, Фан Шию уже надел солнцезащитные очки.
Под расстёгнутой клетчатой рубашкой виднелась чёрная футболка с коротким рукавом, на ногах тёмные джинсы и кроссовки. Если честно, это типичный айтишный стиль, но на статном и симпатичном докторе смотрелось вполне органично.
Сюй Наньхэн кашлянул, чтобы отвлечься.
— Я поведу, — сказал Фан Шию.
— Ладно, садись, ключи в машине, — Сюй Наньхэн прошёл к пассажирскому сиденью, достал из бардачка свои солнцезащитные очки и тоже надел их.
Дело было не в желании покрасоваться. Днём на высокогорье действительно слепило.
Очки от люксового бренда ему подарила мама. Всё-таки сказывался вкус, взращённый тремя поколениями предпринимателей: его мама, годами вращавшаяся в кругах пекинских богачей, насмотрелась на множество роскошных вещей и одевала сына с подчёркнутой аристократичностью.
Фан Шию на какое-то время застыл, разглядывая его. Тот с недоумением спросил:
— Что такое, доктор Фан?
— Очень красиво, — прямо оценил Фан Шию.
Сюй Наньхэн усмехнулся:
— Мама купила, она хорошо разбирается в аксессуарах.
— Я о том, что ты очень красиво выглядишь, — пояснил Фан Шию.
— ...Спасибо...
— Может, сначала перекусим, а потом поедем? — Фан Шию не знал, не будет ли он против поесть в машине.
Сюй Наньхэн вспомнил про яичный блин на заднем сиденье и потянулся за ним:
— Ничего, поем так.
Блин был завёрнут в промасленную бумагу. Фан Шию вздохнул, снова отстегнул ремень безопасности и снял рубашку. Сюй Наньхэн опешил:
— Жарко?
— Нет, — Фан Шию расправил рубашку и накрыл ему колени. — Держи так.
Оказалось, он постелил рубашку как салфетку. Сюй Наньхэн на этот раз искренне удивился:
— Не надо, не стоит, мне уже двадцать пять, думаешь я накрошу блином?
Фан Шию пристегнул ремень и посмотрел на него. Из-за солнцезащитных очков они видели только лица друг друга, но не глаза.
Возможно, из-за того, что глаза скрыты, улыбка доктора казалась немного хулиганской:
— Не то чтобы я тебе не доверял, учитель Сюй, но вспомни дорогу, по которой ты вчера ехал из уезда.
Ах, точно. Трясло так, что чуть не перемешало ему мозги.
— Но всё равно нельзя же твою одежду так использовать, — Сюй Наньхэн собрался вернуть рубашку.
— Ничего, — Фан Шию тронулся с места. — В больнице есть стиральная машина, а в школе нет.
— ...
Сюй Наньхэн замолчал.
Дорога из деревни в уездный центр показалась Сюй Наньхэну полётом птицы, которая несёт очень тяжёлую мышь. Вверх, вниз, вверх, вниз.
Однако Фан Шию вёл машину довольно плавно. Наверное, он боялся, что Сюй Наньхэна может стошнить, поэтому ехал медленно. Через три с лишним часа они наконец добрались до уездного центра.
Рядом с автовокзалом расположился рынок. Выйдя из машины, Сюй Наньхэн отряхнул рубашку Фан Шию рядом с мусорным баком. На самом деле крошек от блина почти не было, но всё-таки это чужая вещь.
Фан Шию взял её и накинул, не застёгивая.
Оба были схожего телосложения. Молодой господин Сюй, выросший в Пекине, имел нежную белую кожу, а доктор Фан за все время в Тибете так и не загорел. Прогуливаясь по рынку, они привлекали немало взглядов.
Автобусов до Шаньнаня ездило много, и автовокзал находился рядом с рынком, поэтому Фан Шию не торопился и сначала повёл Сюй Наньхэна покупать матрасы. Оба были высокими, и при входе в магазин им пришлось немного наклонить головы.
Хозяйка, радуясь приятным глазу покупателям, спросила, какие им нужны и какой ширины кровать. Сюй Наньхэн растерялся — он не знал, — и посмотрел на доктора Фана.
Тот сказал:
— Кровать шириной полтора метра.
Хозяйка спросила, какой наполнитель. Сюй Наньхэн снова посмотрел на доктора.
Доктор Фан сказал:
— Обычный хлопок подойдёт. Три штуки, пожалуйста, ещё два комплекта пододеяльников и простыней, и пару пуховых подушек.
Сын хозяйки помог им отнести покупки к машине и запихнуть в багажник. Сюй Наньхэн подумал, что на этом всё, и уже собрался садиться в машину, как Фан Шию, не знавший, смеяться ему или плакать, остановил его:
— Учитель Сюй, уже уезжаем?
— Так мы уже всё купили, разве нет? — Сюй Наньхэн держался за ручку двери.
Фан Шию улыбнулся крайне беспомощно и опустил голову:
— Тебе ещё нужно купить удлинитель, обогреватель, увлажнитель, электроплитку, фен...
— ...А, — растерянно вымолвил Сюй Наньхэн.
— Это ещё не всё. Стиральный порошок, мыло, шампунь тоже нужно купить, верно?
— ...Верно.
— А не хочешь захватить лапшу быстрого приготовления, снеки, растворимый кофе?
— ...Хочу.
Учитель Сюй с болью осознал, что, видимо, он и правда молодой господин Сюй. Особенно когда машину набили до отказа, и даже на крыше всё под завязку закреплено багажными ремнями. Учитель Сюй снова бросил умоляющий взгляд на доктора Фана.
Он не знал почему, но чувствовал, что у доктора Фана на всё найдётся решение.
И так оно и было.
У входа на рынок, с очками на воротнике и нахмурившись в раздумьях, он почесал голову:
— Вот что, найди где-нибудь в уезде место и подожди меня, я сначала съезжу в Шаньнань за своим пикапом.
— Я тебя отвезу, — предложил Сюй Наньхэн.
— Не надо, зачем тебе лишний раз туда-сюда мотаться. Я на автобусе нормально доеду.
Сюй Наньхэн не стал настаивать и кивнул. Автовокзал же рядом с рынком. Фан Шию помахал рукой и сказал, что уходит, но отойдя не так далеко, развернулся. Сюй Наньхэн ещё не сел в машину, он прислонился к двери и искал, где поблизости можно поесть.
Подняв глаза и увидев, что доктор Фан возвращается бегом, он улыбнулся:
— Что-то забыл?
— Нет, — Фан Шию остановился, слегка запыхавшись, и достал телефон. — Давай добавимся в WeChat, а то потом не найду тебя.
— Ах, точно, — кивнул Сюй Наньхэн. Совсем забыл об этом.
На аватаре учителя Сюя красовался его домашний полосатый кот, восседающий на черепичной крыше пекинского двора-сихэюань. Фотографию Сюй Наньхэн сделал, стоя тогда на табуретке.
Аватарка доктора Фана была сделана во время поездки в Кэкэсили: на ней тибетская антилопа посмотрела в объектив камеры Фан Шию.
— Всё, я пошёл, — сказал Фан Шию.
— Иди, — Сюй Наньхэн убрал телефон.
http://bllate.org/book/12537/1116388
