Глава 42. Прорыв.
Раннее утро следующего дня. Городское управление уголовного розыска Биньцзяна.
С самого утра город затянул густой туман. Воздух был сырым, холодным и тяжёлым. На дежурстве находилось лишь несколько человек, среди них и командир второго отряда У Ин.
С момента убийства сотрудники первого отряда работали без передышки: расследование в апартаментах, проверка зацепок, связанных с Вэй Сюэ, срочное задержание Ван Хуэйтэна. Тем временем второй отряд занялся предварительным допросом, и к этому моменту следователи уже успели систематизировать результаты расследования.
В самом начале дела А-Чжуан анонимно передала в «Биньцзян жибао» тот самый секретный список посетителей ночного клуба. После расшифровки выяснилось, что десятки человек регулярно бывали в «Цзиньцзюэ».
Особенно выделялся владелец автомобиля с красивым номером 平ASA0008. После того как дорожная полиция остановила его машину, мужчину доставили в городское управление. Будучи генеральным директором крупной публичной компании, акции которой котируются на бирже, он сразу согласился сотрудничать со следствием и признал, что пользовался услугами проституток в «Цзиньцзюэ». По его словам, обслуживала его «элитная девушка», не говорившая по-китайски.
Сам состав сотрудников клуба тоже выглядел крайне подозрительно. Лишь половина работников имела официальную регистрацию, а иностранки, проживавшие в апартаментах, вообще не имели ни документов, удостоверяющих личность, ни законных разрешений на работу.
Кроме того, у неопознанной женщины, чей труп ранее был обнаружен и расследованием которого занималось районное управление, где раньше служил Фу Тинсяо, грудные импланты оказались из той же партии, что и у погибшей А-Чжуан. Между этими двумя женщинами, несомненно, существовала некая связь.
У полиции были все основания полагать, что преступления, которые удалось увидеть в ночном клубе, — это лишь верхушка айсберга, а ключ к истине находится в руках подозреваемых по этому делу.
И наконец, показания Вэй Сюэ о событиях той ночи.
Местом преступления была VIP-комната для приёма гостей на третьем этаже. Когда полиция прибыла на место, все спускались вниз, стараясь держаться подальше от места убийства. Но именно в этот напряжённый момент Ван Хуэйтэн почему-то двигался против потока людей и поднимался наверх. На данном этапе расследования именно он оставался главным подозреваемым.
Дверь городского управления распахнулась, внутрь ворвался порыв холодного ветра, и все невольно взбодрились.
Впереди шёл Чэн Чжо. Полицейская форма сидела на нём безупречно, а жетон был закреплён идеально ровно.
Следом вошёл Фу Тинсяо. Он был в гражданском: белая рубашка и серые брюки. Его гардероб, казалось, не менялся годами. Фасонов собственной одежды у него было едва ли больше, чем разновидностей полицейской формы.
— Всего день отдохнул, а будто совсем другим человеком стал, — невольно выдохнула У Ин.
— Ин-цзе, спасибо за проделанную работу, — подойдя ближе, заговорил Чэн Чжо.
— Это всего один день, не стоит, — махнула рукой У Ин. — Мы вместе с коллегами из отдела предварительного допроса уже побеседовали с Ван Хуэйтэном. Интересовались о работе клуба, о том, что произошло в тот день и так далее. Про А-Чжуан не спрашивали. Главным образом разговор шёл о его нападении на Вэй Сюэ. Вопросы задавали в основном в соответствии со сводкой, которую подготовил командир Фу.
Чэн Чжо взглянул на Фу Тинсяо. Последние несколько дней тот вместе с ним безвылазно занимался поиском подозреваемого. Когда он вообще успел подготовить сводку для второго отряда? Будто он владел искусством создавать двойников, и отдых ему совсем не требовался.
Фу Тинсяо на его взгляд даже не отреагировал и сразу спросил, подавшись вперёд:
— Что он сказал?
— Утверждает, что поссорился с Вэй Сюэ из-за графика смен. Говорит, она давно держала на него обиду и набросилась первой, расцарапала ему лицо. А он якобы был вынужден защищаться.
Чэн Чжо взял протокол допроса, пробежался глазами и чуть не рассмеялся от злости.
— Вэй Сюэ весит сорок пять килограмм, а Ван Хуэйтэн — больше ста. И он всерьёз называет это необходимой самообороной? Наглости у него, конечно, хватает. Где он сейчас?
У Ин махнула в сторону соседней двери.
— Первая комната для допросов. Специально для особо опасных преступников.
Чэн Чжо показал ей большой палец, подхватил материалы и уже собирался войти, когда внезапно чья-то рука преградила ему путь.
Пальцы Фу Тинсяо едва коснулись его предплечья, но он тут же их отдёрнул.
— Дай я попробую, — сказал он.
Рука Чэн Чжо уже лежала на холодной дверной ручке. Он на мгновение замер. Всего на мгновение.
— Думаешь, я не подхожу?
Фу Тинсяо покачал головой.
— Последние два дня именно ты постоянно его допрашивал. Он уже вымотался. За всё время под стражей он наверняка выучил свою версию наизусть. Скорее всего, будет снова и снова повторять одно и то же.
— И что ты предлагаешь?..
Чэн Чжо на секунду заколебался. Интуиция подсказывала отказаться, но разум велел сначала выслушать.
В этот момент У Ин окликнула их:
— Кстати, ещё кое-что. Из больницы передали, что состояние Вэй Сюэ улучшилось. Сегодня утром её перевели в обычную палату. Если собираетесь начинать допрос, я тогда поеду в больницу и возьму у неё показания.
Чэн Чжо тут же принял решение и указал на дверь первой комнаты для допросов.
— Тогда Ван Хуэйтэна допрашиваешь ты. А мы с Ин-цзе сейчас поедем к Вэй Сюэ.
Но Фу Тинсяо снова остановил его.
— Ключ.
— Ключ от допросной у тебя есть.
— От наручников.
В одной руке Чэн Чжо держал материалы по делу и протоколы за день, в другой — бутылку минеральной воды. Опустив взгляд, он кивнул на свой пояс.
— Возьми сам. Ты знаешь какой.
Фу Тинсяо на мгновение замешкался. Оценив ситуацию, он протянул руку и коснулся его талии чуть ниже пояса.
Связка ключей тихо звякнула, едва не порезав ему ладонь.
***
Дверь первой комнаты для допросов открылась.
В отличие от привычной картины, когда оперативники врывались внутрь, вышибая дверь ногой, колотили по столу и кричали: «Будешь дальше всё отрицать?!», Фу Тинсяо открыл и закрыл дверь почти бесшумно.
Ван Хуэйтэн в это время как раз клевал носом. Открыв глаза, он неожиданно обнаружил перед собой живого человека, который сидел, скрестив руки на груди, и совершенно не двигался. От испуга он едва не подскочил на месте.
Похоже, второй отряд под руководством У Ин вчера времени зря не терял. Судя по всему, за день они успели как следует его припугнуть.
— Товарищ… товарищ полицейский, — Ван Хуэйтэн прокашлялся и заговорил предельно искренним тоном. — Ваши коллеги уже допрашивали меня вчера. Здесь произошло полное недоразумение. Я признаю, что не должен был распускать руки. Всё, что мог рассказать, я уже рассказал. А ваш начальник… его сегодня нет?
— У него другое задание, — ответил Фу Тинсяо.
Он не стал его поправлять и тем самым позволил Ван Хуэйтэну сохранить сложившееся представление о себе. Закрыв папку, Фу Тинсяо слегка отодвинул её в сторону.
— Я ознакомился с вашими предыдущими показаниями. Менеджер Ван, сегодня я хотел бы поговорить с вами кое о чём другом.
Ван Хуэйтэн энергично закивал, будто клюющая зерно курица.
— Конечно-конечно. Спрашивайте.
Фу Тинсяо опёрся локтем на стол и небрежно откинулся на спинку стула. В своей одежде и очках он больше напоминал учёного или исследователя, чем сотрудника полиции.
— Управляться с таким количеством сотрудников… наверное, непросто? — спросил он.
Ван Хуэйтэн явно не ожидал такого вопроса и на мгновение растерялся.
— Ох, вот уж действительно в точку. Да какое там сложно, это практически невыполнимая задача. Эти девицы тратят кучу денег, а ещё постоянно делят между собой «крупную рыбу». Ну, то есть богатых молодых клиентов. То и дело из-за них устраивают ссоры и склоки.
— Изначально «Цзиньцзюэ» ведь принадлежал не тебе. Менеджер Ван, я ознакомился с твоим досье. Раньше ты подрабатывал на стройке, доставлял посылки, держал небольшой магазин. А перед тем как стать менеджером в клубе, работал водителем у прежнего генерального директора.
Ван Хуэйтэн кивнул. Воспоминания нахлынули сами собой, и он невольно вздохнул.
— Тогда это место ещё называлось не «Цзиньцзюэ», а «Цзиньлилань». У хозяина была фамилия Цзоу. Все, кто там работал, жили перепутав день с ночью. Помню, я выезжал за ним часа в два-три дня, отвозил в клуб, а потом ещё бегал по его поручениям, закупал всё необходимое. После полуночи открытым оставалось только одно заведение напротив, где продавали рис с жареным мясом и овощами. Заносить еду в зал я не решался, чтобы не мешать работе, поэтому сидел там на корточках у входа и торопливо ел. Так и крутился часов до двух ночи. Потом удавалось вздремнуть в машине максимум часок-другой, а около четырёх утра, когда начинало светать и начальник наконец заканчивал со своими развлечениями, отвозил его домой. Так за эти годы из водителя я постепенно дорос до чего-то вроде заведующего хозяйством.
— А потом? — спросил Фу Тинсяо.
— Прежний управляющий в молодости совсем не берёг здоровье. Однажды он перебрал с алкоголем и внезапно умер.
Фу Тинсяо как будто невзначай заметил:
— В этом бизнесе такое, наверное, случается нередко.
В душе Ван Хуэйтэна шевельнулось недоумение. Неужели полиция действительно не видит в смерти А-Чжуан ничего подозрительного? Тогда почему Вэй Сюэ так яростно вступила с ним в конфронтацию? Но времени обдумывать это не было, поэтому он предпочёл ответить уклончиво.
— Вообще-то господин Цзоу был всего лишь управляющим клуба. Его собственных денег не хватило бы, чтобы содержать всю компанию. Настоящих инвесторов было трое. После его смерти они приехали выбирать нового управляющего. В те дни именно я занимался их приёмом, днём рассказывал о работе клуба, а вечером развозил каждого по домам. И вот на исходе третьего дня главный из них вдруг похлопал меня по плечу. Как думаешь, что он сказал?
— Предложил тебе стать управляющим? — следуя его ходу мысли, неожиданно подхватил Фу Тинсяо.
— Именно. Он сказал: «Может, тогда ты и займёшься этим?» Как там говорится? Возможность приходит к тому, кто к ней готов. Сейчас я по-прежнему числюсь менеджером «Цзиньцзюэ», но все решения — и большие, и мелкие — принимаю уже я. Многие даже называют меня боссом.
Рассказывая о своих лучших временах, Ван Хуэйтэн будто готов был немедленно опрокинуть цзинь эрготоу*, ещё и потянулся к Фу Тинсяо за сигаретой.
— Товарищ полицейский, у вас прикурить не найдётся?
Примечание переводчика:
* Эрготоу 二锅头 (èrguōtóu) — крепкий алкогольный напиток (60–70°) двойной дистилляции из злака сорго.
— Я не курю, — покачал головой тот. — Но если хочешь поесть, могу попросить что-нибудь заказать.
Ван Хуэйтэн был польщён неожиданной честью.
— Да всё что угодно подойдёт…
Через час Ван Хуэйтэна вывели из комнаты для допросов № 1 и перевели в комнату для допросов № 3, а на столе его уже ждала дымящаяся порция баклажанов в коричневом соусе с жареным рисом.
Увидев это, сотрудники городского управления немало удивились. Комната для допросов №1 была тесной и неуютной. Холодный белый свет бил прямо в лицо. Стол там ещё не заменили на новый, а наручники на всё время допроса пристёгивались сбоку этого низкого стола, так что долго сидеть было крайне неудобно. Между тем именно этого человека Чэн Чжо отдельно распорядился держать под самым строгим контролем. Так как же получилось, что после какого-то короткого разговора его вдруг перевели в более комфортную допросную, да ещё и накормили раньше остальных?
Даже Чжан Хаожань не понял, к чему всё это. Подойдя поближе, он озадаченно спросил:
— Заместитель командира, а для кого тогда оставили первую комнату? Сегодня ведь больше никого не собирались допрашивать. Может, мне тоже зайти и немного с ним поговорить?
— Можешь зайти вместе со мной и помочь, — ответил Фу Тинсяо. — Заодно захвати папку с документами с моего стола.
Ван Хуэйтэн уже два дня находился в следственном изоляторе. Кормили там без изысков, и за это время даже такой толстяк весом больше ста килограмм заметно осунулся. Увидев перед собой порцию риса с жареным мясом и овощами, он едва не захлебнулся слюной. А вспомнив годы, когда он только начинал свой путь, так на глаза и вовсе навернулись слёзы.
Чжан Хаожань увидел, как Фу Тинсяо снял с него наручники и спокойно сказал:
— Ешь, не торопись. Сяо Чжан тоже ещё не обедал. Поедим и заодно поговорим.
Чжан Хаожань увидев это всё понял. Выходило, что сегодня его позвали вовсе не для того, чтобы давить на подозреваемого и не для того, чтобы вести протокол. Его задачей было… поесть?
Раз так, отказываться он не стал. Подтащил табурет и уселся рядом.
***
В то же время. Третья городская больница Биньцзяна. Отделение интенсивной терапии.
Вэй Сюэ всё ещё лежала под капельницей. После ночного отдыха она выглядела спокойнее, но пересохшие спутанные волосы подчёркивали болезненную серость её лица.
Чэн Чжо опустил взгляд на шею Вэй Сюэ. Следы от двух пальцев налились тёмными кровоподтёками. За столько лет работы в уголовном розыске он впервые видел на живом человеке настолько сильные следы удушения. Зрелище было по-настоящему шокирующим.
На самом деле документы на перевод Вэй Сюэ в обычную палату оформили ещё утром. Но чтобы максимально защитить её личную жизнь во время последующих допросов, Чэн Чжо через знакомого, с которым когда-то учился, связался с администрацией больницы. Один телефонный звонок и Вэй Сюэ временно разместили в отдельной палате повышенной комфортности.
Увидев Чэн Чжо и У Ин, Вэй Сюэ заметно напряглась, дыхание участилось, а пальцы крепко сжали поручень больничной кровати.
Чэн Чжо замедлил шаг и тихо спросил:
— Можем немного поговорить?
Вэй Сюэ заколебалась, и тогда У Ин добавила:
— Не заставляй себя. Если захочешь что-нибудь поесть, просто скажи. Я закажу.
После случившегося все личные вещи Вэй Сюэ были изъяты в качестве вещественных доказательств. Теперь Чэн Чжо открыл пакет и принялся доставать оттуда её одежду и мобильный телефон.
— Я могу присесть? — Вэй Сюэ кивнула, и только после этого Чэн Чжо продолжил: — Вчера днём мы нашли вещественное доказательство, которое искали. Спасибо за твоё содействие. Обычно на стадии расследования мы не сообщаем такие вещи участникам дела, но для тебя я могу сделать исключение. Вэй Сюэ, в ночь преступления ты была на занятиях в вечерней школе. Мы проверили твоё алиби. Есть и свидетели, и записи с камер наблюдения. Поэтому твою причастность к преступлению мы исключили. Но у нас осталось ещё несколько вопросов, и нам нужна твоя помощь.
Это была хорошая новость, однако на лице Вэй Сюэ почти ничего не изменилось. Лишь спустя некоторое время, услышав о вопросах, она медленно кивнула.
— А что на счёт Ван Хуэйтэна?.. — Голос её всё ещё оставался непривычно хриплым, и она даже сама вздрогнула от собственного изменившегося тона.
У Ин села рядом и мягко похлопала её по плечу.
— Сейчас он находится в следственном изоляторе. По крайней мере в ближайшее время он точно больше не сможет тебя побеспокоить. Не переживай.
Чэн Чжо понимал, что накануне Вэй Сюэ пережила тяжелейшее потрясение, и сегодня её состояние можно было назвать стабильным лишь с большой натяжкой. Времени у них с У Ин было немного, поэтому он сразу перешёл к делу.
— После того как пришёл Ван Хуэйтэн, он сразу напал на тебя?
Вэй Сюэ до боли прикусила губу. У Ин тоже невольно занервничала, поэтому попыталась её подбодрить:
— Мы спросим только один раз. Постарайся вспомнить всё как следует, и после этого тебе больше не придётся снова об этом рассказывать.
Вэй Сюэ словно окончательно решилась и начала рассказывать о событиях прошлой ночи. С того момента, как Ван Хуэйтэн распахнул дверь, и до того, как она, поддавшись порыву, пошла с ним на открытую конфронтацию.
— …Я вдруг поняла, что мы столкнулись с ним в коридоре. Комната, где погибла А-Чжуан, находилась на втором этаже, а гримёрка — на третьем. Я спускалась с третьего этажа на второй, а он действительно шёл наверх. К тому времени вы уже приехали, поэтому гости с третьего этажа начали расходиться, все знали, что что-то случилось. В гримёрке других девушек не было, поэтому я и смогла забрать ту помаду. Потом я спустилась посмотреть, что происходит, а он… зачем он пошёл туда? Я всё думала об этом и в итоге спросила. Но не надо было этого делать… — Голос Вэй Сюэ дрогнул. Она сдерживала слёзы из последних сил, не желая терять самообладание на глазах у посторонних.
— Не говори так, — тихо вздохнул Чэн Чжо. — Ты поступила очень смело. И именно благодаря тебе мы быстрее вышли на нужного человека.
До этого Вэй Сюэ ещё удавалось справляться с эмоциями, но после этих слов слёзы хлынули потоком. У Ин открыла сумку и протянула ей две салфетки, а Чэн Чжо пришлось сменить тему.
— Ладно, не будем больше об этом. В общих чертах я уже понял, что тогда произошло. Позже мы сами поговорим с ним. Но есть ещё один вопрос. «Цзиньцзюэ» считается элитным клубом и официально предлагает только караоке и обслуживание напитками. Но если клиенту требовались дополнительные услуги, его проводили через тайный проход в апартаменты?
Вэй Сюэ постепенно успокоилась и выровняла дыхание.
— Не все этим занимались… Я не хотела. И большинство девушек, которые были со мной близки, тоже не хотели. У многих была другая работа, кто-то учился. Никто не хотел так себя унижать. От других я слышала… некоторые клиенты требовали совсем уж странных вещей. Бывали и такие, кто бил девушек. Я бы такого не выдержала.
— Но А-Чжуан этим занималась? — спросил Чэн Чжо.
— Да. В этом она действительно была лучшей. Это правда. Поскольку многие из нас отказывались, примерно полтора года назад Ван Хуэйтэн сказал, что он вышел на нового хозяина и сможет привести новых девушек. Кажется, тогда и появилась первая группа иностранок. Постепенно это стало своеобразной «изюминкой» «Цзиньцзюэ».
— Ты знаешь, откуда они приезжали?
Вэй Сюэ покачала головой.
— Босс об этом не рассказывал. Но говорил, что их привозили по воде. Во всяком случае, точно не самолётом. На авиабилеты у него просто не хватило бы денег.
Чэн Чжо сделал несколько пометок в блокноте и закрыл его. После этого он посмотрел ей прямо в глаза.
— А вы много общались между собой? Когда после работы возвращались в апартаменты и встречались там, могли перекинуться парой слов?
Манера Чэн Чжо во время допроса и во время обычного разговора была совершенно разной. У Ин давно знала этот его приём. Когда он хотел расположить человека к себе, то смотрел ему прямо в глаза. Каждый вопрос задавал с едва заметной улыбкой, будто просто поддерживал непринуждённую беседу. Казалось, ещё немного и та невидимая граница изначально неравного положения между полицейским и собеседником исчезнет. Рядом с ним человек чувствовал себя так, будто разговаривает со старшим товарищем по учёбе или доброжелательным соседом.
Когда У Ин только пришла работать в уголовный розыск, в городском управлении невозможно было найти человека с волосами длиннее армейского ёжика. Тогда все считали, что чем жёстче сотрудник, тем лучше. Но девяносто процентов времени сотрудник уголовного розыска имеет дело вовсе не с тяжкими преступниками. Приходится общаться с самыми обычными людьми, у которых нет ни оружия, ни намерения сопротивляться. Давление и умение внушать страх, это лишь одна из сторон их работы. Гораздо важнее суметь завоевать доверие человека и в кратчайшие сроки получить от него наиболее ценные для расследования сведения. Именно в этом и заключается самый важный навык следователя.
По мере разговора Вэй Сюэ заметно расслабилась.
— Мы с ней не особенно общались. Да и вообще она мало с кем была близка. Впрочем, был один человек.
У Ин сразу вспомнила странное дело о краже браслета, которым ей уже приходилось заниматься.
— Та девочка? А-Та, верно?
— Откуда… вы знаете? — Вэй Сюэ кивнула.
— В тот день, когда погибла А-Чжуан, мы приходили с плановой проверкой. Нас встречала сама А-Чжуан, и А-Та тогда тоже была рядом. Но позже А-Чжуан заявила, что у неё украли браслет и обвинила в этом А-Ту. Нам пришлось забрать её для беседы.
Вэй Сюэ несколько раз покачала головой.
— Не знаю, зачем она так поступила. Да и сказать, что я хорошо знала А-Чжуан, тоже не могу. Но в одном я уверена: они были очень близки. Если бы не внешность, мы бы вообще решили, что они сёстры.
Чэн Чжо и У Ин обменялись взглядами. Похоже, прежнее предположение Чэн Чжо оказалось верным.
Сейчас важнее всего было найти А-Ту. Именно она была ближе всех остальных к А-Чжуан и вполне могла знать что-то, до чего полиция ещё не добралась. Думая об этом, Чэн Чжо мысленно вернулся в городское управление, ведь допросы шли сразу в двух местах. Интересно, как там продвигаются дела у Фу Тинсяо?
Впрочем, у этой поездки была ещё одна цель. Чэн Чжо достал из сумки папку, открыл нужную страницу и показал Вэй Сюэ фотографии.
— Есть здесь кто-нибудь, кого ты узнаёшь? Кто часто бывал в «Цзиньцзюэ»?
Вэй Сюэ указала на несколько снимков.
— Этих я помню. А вот этот человек приходил довольно часто. Но потом он уже…
Не договорив, она замолчала, и Чэн Чжо догадался, что она хотела сказать.
— Среди этих людей был кто-нибудь, кто особенно тесно общался с А-Чжуан?
— Да. Мы все считали, что это её парень. Хотя правильнее, наверное, сказать любовник.
Расследование Ли Чжувэй оказалось не напрасным.
Чэн Чжо попросил Се Сыяна дополнительно обработать собранные материалы. Из документов убрали имена и должности всех этих высокопоставленных людей, оставив только фотографии.
Под пальцем Вэй Сюэ сейчас было скрыто имя: Цянь Циюн. Начальник таможенного управления города Биньцзян провинции Пинхай.
Выражение лица Чэн Чжо сразу стало серьёзным. Он бросил взгляд на У Ин и сказал:
— Мне нужно сделать один звонок.
http://bllate.org/book/12532/1699025
