— Сделай аборт.
Коротко и без тени сомнения произнёс Лу Юнхао, бросив куриную кость и облизнув жирные губы.
— Лу Юнхао! Повтори ещё раз, ублюдок! — беременная женщина с округлившимся животом стояла у стола, одной рукой держась за живот, другой — дрожащей — потрясала в воздухе, будто её било током. — Это твой ребёнок! Родной, из твоего мяса и костей! И только потому, что УЗИ показало девочку, ты хочешь, чтобы я её убила?! Ты вообще человек?!
Пока она срывалась на крик и слёзы, с кухни бодро вышел мужичок лет пятидесяти с блюдом в руках. Он ловко поставил тарелку прямо перед Лу Юнхао, который ел с жадностью голодного волка.
— Брат Лу, попробуйте эту ароматную, нежную кристальную рульку. Старина Го готовил её на настоящей дровяной печке! Такой вкус — только ваш императорский язык оценит как следует.
Лу Юнхао оживился, уже тянулся палочками за куском… но не судьба.
Беременная размахнулась и одним ударом опрокинула весь стол.
С грохотом и звоном деликатесы полетели прямиком на его дорогущий костюм от Armani.
— ЖРИ! ДАВАЙ, ЖРИ! — крикнула она, и, не довольствуясь перевёрнутым столом, начала пинать тарелки и чашки по полу прямо в его сторону.
Охрана и официанты в ужасе бросились её останавливать, а владелец ресторана, глядя на происходящее, мысленно уже собирал чемоданы: устроить скандал во время ужина самого демона Лу — жить надоело, видимо…
Тем временем Лу Юнхао медленно поднялся из-за стола. На его тёмном, квадратном лице не было ни злости, ни удивления. Ростом метр восемьдесят пять, весь покрытый изысканным узором мускулов и татуировок, он шагнул вперёд. Под ногами жалобно захрустели обломки фарфора и стекла.
Та, что минуту назад металась с посудой, теперь застыла. Один его взгляд — и голос у неё будто отняло. Только грудь тяжело вздымалась.
Лу Юнхао сжал её подбородок двумя пальцами — как стальными щипцами:
— Фэн Цяньцянь, ты правда думала, что мы встречаемся? Кто ты вообще такая? У меня пять любовниц — и ты даже до шестой не дотягиваешь. Просто потрахались в клубе, и ты залетела. Я, Лу Юнхао, ясно сказал: хочешь стать моей женой — роди сына. Родишь мальчика — получишь миллион наличкой. Девочка — десятку на реабилитацию, и свободна. Правила были обозначены с самого начала. Такая возвышенная? Вали к чёрту, никто тебя не держит.
Он отпустил её и кивнул охране:
— Свяжите. Отвезите к доктору Лю. Пусть вычистит это дерьмо к чертям.
— Лу Юнхао! Я тебя проклинаю! Пусть всё тебе вернётся!.. мммфф!
Проклятие захлебнулось в глухом «ммм» — ей в рот заткнули тряпку.
Он, не меняя выражения лица, снял испачканный пиджак, бросил его на пол и, с обнажённым торсом, вышел из ресторана.
На солнце его тело блестело, как отполированное бронзовое изваяние. Вся грудь и спина были покрыты татуировками — жутким узором, похожим на зверя, пожирающего мир.
В криминальных кругах этот узор знали все. Это — Лу Юнхао, прозванный Судья Лу, главный исполнитель грязной работы у местной триады.
По документам — директор торговой компании. В реальности — специалист по расправам и устранению конкурентов. Холоден, мрачен и беспощаден. Но при всём этом… обожает вкусно поесть и мечтает о сыне.
Ради редкого блюда он готов ехать хоть в самую глушь. А ради сына… ну, вы сами видели. За три года — шесть беременностей. Результат — ноль.
У выхода из ресторана его уже ждал парень с коротким ёжиком и сигаретой в зубах. Увидев босса, он хохотнул:
— Босс Лу, ну и фарт у тебя! Шесть подряд — и все девчонки!
Лу Юнхао не ответил. Только холодно посмотрел… прямо на промежность Юй Лаолю.
Сигарета выпала у того изо рта. Он что… опять собирается…?
Все знали: недавно Лу собственноручно оскопил одного из подельников за воровство. И не ножом — лезвием для бритья. Крики до сих пор стояли в ушах.
Лу Юнхао молча оттолкнул его в сторону:
— Хватит болтать. В машину.
Юй Лаолю послушно затрусил следом, но, как водится, не удержался:
— Лу-ге… Ну девочка, так девочка… Что в этом плохого? Ну чего уж так…
На удивление, Лу Юнхао не взорвался. Откинулся в кожаное сиденье, открыл банку энергетика, сделал глоток и только потом сказал:
— Девки — это морока. Родится — и вся жизнь псу под хвост.
Юй Лаолю тут же прикусил язык. Вспомнил. Как тут не вспомнишь?
Кто бы пошёл на всё это, если бы внутри не сидела такая… тень.
— Слушай… Может, к гадалке заедем? Всё равно в храм едем, помянуть старуху нашего босса. Там у восточной стены один сидит — Ли Эргуан. Говорят, предсказывает как бог…
Договорить он не успел — по лицу прилетела пощёчина.
— Гадать? Тебе заняться нечем, идиот? Мы тут башку на кону держим, а ты хочешь узнать, когда меня в ад отправят?! Если у тебя есть свободное время — сходи лучше, узнай у кого-нибудь, как пацана зачать. Мать мне во сне опять явилась — говорит, если не заведу наследника, не сможет переродиться.
— Да я-то что! — замотал головой тот. — Это у тебя, видать, семя нерабочее! Моя любовница с первого раза двойней залетела — оба с яйцами. Могу одного подарить… Ай!.. Лу!.. Убери пушку!..
Через час они добрались до Восточного храма.
Лу Юнхао вышел из машины и огляделся. Все главные шишки триады уже были на месте, стояли группками у входа в храм. Выглядели как отряд чертей в плохом настроении.
Он уже собрался присоединиться к криминальному синдикату, но взгляд зацепился за маленький прилавок с вывеской: «Ли Эргуан. Предсказываю судьбу».
Старик за столом выглядел так, будто давно умер, но из уважения к себе продолжал сидеть. Лицо — как сложенная гармошка из пергаментной бумаги: одни складки. Глаза спрятаны за круглыми чёрными очками. И всё равно казалось: сквозь эти линзы он смотрит прямо в душу.
— Молодой человек, хотите узнать судьбу? — хрипло спросил старик.
Прежде чем Лу осознал, что делает, он уже протянул руку.
— Глубокие линии… Много злой кармы… Короткая у тебя дорожка, сынок… Долго не проживёшь, — пробормотал старик.
Лу усмехнулся. Тоже мне, новость. Наёмный убийца до пенсии не доживёт? Да тут и к гадалке ходи.
Он уже хотел отдёрнуть руку, но старик вцепился крепче:
— У тебя на спине — не меньше шести душ… Не тяжело носить?
Лу замер.
Шесть?..
Если считать ту… ту… Фэн Цяньцянь…
Чёрт побери. Действительно шесть.
Сзади с грохотом подлетел Юй Лаолю:
— Старче! — заорал он. — Можно же… ну это… обряд какой провести, чтоб оно отлипло?!
Ли Эргуан уставился в никуда, закашлялся так, что воздух вокруг будто посерел, и прохрипел:
— Поздно. Что посеял — то и пожнёшь. Только выносив шестерых детей от трёх мужчин… он сможет искупить кровавый долг этих душ.
На мгновение повисла абсолютная тишина. Не просто пауза — звенящая, натянутая, будто кто-то выключил звук.
Юнхао даже не успел начать материться, как Лаолю взорвался:
— Ты охренел, старый крот?! — заорал он и с размаху пнул лоток. Всё разлетелось — флажок, черепаховый панцирь, кости.
— Наш босс — мужик! Как ему, твою мать, рожать?! Жопой, что ли?! — и ещё один удар — прямо под рёбра старцу.
Старик рухнул. Очки слетели, и стало видно: глаза у него пустые. Слепой. Настоящий.
Лу фыркнул, бросил старцу купюру, развернулся и пошёл к храму. Конец мракобесию.
— Запомни… — сиплый голос донёсся ему в спину. — Уйдёшь сегодня… в полночь…
— Пошёл ты к чёрту, старый маразматик! — заорал Лаолю, снова пнув лежащего.
Лу Юнхао не обернулся.
Он не видел, как за его спиной старик — окровавленный, раздавленный — вдруг… улыбнулся.
http://bllate.org/book/12470/1110057
