Глава 63. Я так скучаю по тебе.
Цэнь Чжисэнь вернулся только в субботу. Едва самолёт приземлился, он сразу же позвонил Нин Чжиюаню.
Тот как раз выходил из дома, зашёл в лифт и надел наушники:
— Так рано приземлился?
— Только что вышел из аэропорта, — раздался в трубке голос Цэнь Чжисэня. — Сегодня свободен? Приезжай ко мне.
— Не поеду, — Нин Чжиюань без раздумий отказался. — Совсем некстати, у меня правда сегодня нет времени.
— Тогда я за тобой заеду, — настаивал Цэнь Чжисэнь.
— Да не надо, — беспомощно сказал Нин Чжиюань и объяснил: — Правда, не получится. Сегодня мои родители переезжают, я должен помочь.
— Сегодня? Правда сегодня переезжают? — переспросил Цэнь Чжисэнь и, почти не колеблясь, сказал: — Тогда я поеду с тобой, помогу с вещами.
— Ты же только что с командировки вернулся и собрался помогать, не устал?
— Всё нормально.
— Ладно, как хочешь. Увидимся там.
Раз уж Цэнь Чжисэнь непременно хотел поехать, Нин Чжиюань не стал его отговаривать.
Он немного подождал, подъехав на машине к жилому комплексу, где жили его родители, и вскоре появился Цэнь Чжисэнь.
Нин Чжиюань, сидевший в машине, нажал на клаксон и стал наблюдать, как человек, которого он несколько дней не видел, выходит из машины и идёт к нему.
Их взгляды встретились через стекло автомобиля, и вдруг Нин Чжиюаню вспомнилось, как Цэнь Чжисэнь впервые привёз его сюда. Эта сцена повторилась и сегодня. Только в тот раз Цэнь Чжисэнь сидел в машине, а он сам оставался снаружи и никак не мог заставить себя уйти.
Цэнь Чжисэнь открыл дверцу и сел на переднее пассажирское сиденье. Нин Чжиюань повернул голову и внимательно посмотрел на него. После стольких дней командировки тот выглядел всё таким же энергичным, на лице не было и следа усталости. Неудивительно, что у него хватало сил ещё и на такие «дополнительные мероприятия».
— Долго ждал?
— Только что приехал.
Нин Чжиюань улыбнулся, больше ничего не сказал и, нажав на педаль газа, въехал во двор.
— Кажется, я впервые попал сюда вместе с тобой, — сказал Цэнь Чжисэнь, рассматривая окрестности.
— Ты что, упрекаешь меня, что я не приглашал тебя раньше? — с усмешкой спросил Нин Чжиюань. — Цэнь Чжисэнь, с чего это ты вдруг такой услужливый? Хочешь понравиться моим родителям?
— Постараюсь как смогу, — не стал отрицать Цэнь Чжисэнь.
— Ну тогда прояви себя как следует, — Нин Чжиюань улыбнулся. Ему это и вправду было приятно.
Однако появление Цэнь Чжисэня оказалось неожиданным для Нин Чжэна и его жены. Увидев его, Сунь Сяоцин отложила свои дела и уже направилась на кухню, чтобы поставить воду и заварить чай. Однако Нин Чжиюань остановил её:
— Не надо, мам. Он приехал помогать, а не мешать. Просто скажи ему, что нужно сделать.
— Как так… это ведь неудобно… — засомневалась Сунь Сяоцин.
— Всё в порядке, тётя, занимайтесь своими делами, не нужно меня угощать, я тоже пришёл помочь вам, — спокойно ответил Цэнь Чжисэнь. Он уже снял пиджак, закатал рукава рубашки и пошёл помогать Нин Чжэну перетаскивать коробки.
Сунь Сяоцин на миг растерялась. Конечно, обращаться к ней «тётя» было вполне естественно, но с учётом его положения она никак не ожидала, что Цэнь Чжисэнь назовёт её так. Ведь раньше он всегда обращался к ней и к мужу не иначе как «учитель».
Нин Чжиюань сразу понял, какие у того намерения, но не стал его раскрывать, только сдержал улыбку и напомнил Сунь Сяоцин:
— Мам, не обращай внимания, пойдём делать дела. Столько вещей! Если не ускоримся, до вечера не управимся.
— Верно, я ведь ещё ту коробку не успела до конца упаковать, — спохватилась Сунь Сяоцин и снова взялась за работу.
Через десять минут приехал и Цэнь Чжэ. Увидев Цэнь Чжисэня, он лишь слегка удивился и поздоровался, а затем, без лишних слов, закатал рукава и присоединился к работе.
В последние полгода в этом доме жили только Нин Чжэн и Сунь Сяоцин. Цэнь Чжэ и до этого почти всё время проводил в университете, а после получения докторской степени устроился работать в «Ценьань». Цэнь Шэнли выделил ему квартиру неподалёку от офиса, и он переехал туда один. Так же, как и Нин Чжиюань, вернуться домой и пообедать вместе с родителями он мог только по выходным, если не было сверхурочной работы.
Нин Чжэн с женой всю жизнь копили деньги и изначально хотели купить сыну новое жильё. Но ни Нин Чжиюань, ни Цэнь Чжэ в этом не нуждались. В конце концов оба уговорили родителей, и те решились поменять свою квартиру, чтобы в старости жить в новом доме.
После ремонта квартира простояла ещё несколько месяцев, и вот только сегодня они выбрали подходящий день для переезда.
Старая квартира семьи Нин досталась им ещё тридцать лет назад, когда Нин Чжэн с женой поженились. Её выделило им предприятие. Чем больше они собирали вещи, тем больше их оказывалось, особенно книг в кабинете. И ни одну рука не поднималась выбросить.
Нин Чжэн, встал на стул и достал с самой верхней полки шкафа детское издание «Четырёх великих классических романов». Аккуратно смахнув пыль, он протянул книги Нин Чжиюаню, который помогал рядом складывать коробки, и с лёгкой грустью сказал:
— Я купил этот комплект ещё до твоего рождения. Когда ты был у мамы в животе, я каждый день читал тебе вслух. Хотел, чтобы ты потом любил книги. Планировал, что когда подрастёшь, я отдам их тебе, чтобы ты сам читал…
На этом месте, Нин Чжэн осёкся. Всё равно у него оставалось чувство сожаления, ведь столько лет было упущено.
Нин Чжиюань взял книги и мягко успокоил его:
— Ничего страшного, пап. Кто-то ведь читал их вместо меня. Это то же самое. Давай заберу этот комплект себе, я и правда мало читал классические романы, пора наверстать.
— Хорошо, забирай, — обрадовался Нин Чжэн. — Но это детское издание, а на твой следующий день рождения я подарю тебе коллекционное.
— Спасибо, папа.
Обменявшись несколькими фразами, Нин Чжиюань обернулся и увидел, что Цэнь Чжисэнь стоит в дверях кабинета и смотрит на него. Он подошёл ближе.
— Ты почему это не работаешь? Стоишь тут без дела?
В глазах Цэнь Чжисэня мелькнула улыбка. Нин Чжиюань говорил, что ему всё равно, как относятся к нему старшие, но это было не так. Возможно, он сам этого не осознавал, но будь то любовь или семейные чувства, он всегда их жаждал. Просто раньше он получал всего этого слишком мало, поэтому колебался, не решался довериться.
— Тётя просила, чтобы ты вышел на балкон. Там несколько горшков с цветами, надо решить, как их упаковать. Или просто перевезти так, как есть.
— Что же ты раньше не сказал? — бросив эти слова, Нин Чжиюань быстрым шагом направился на балкон.
Раньше цветами он не интересовался. Но после того, как отобрал у Цэнь Чжисэня его кактус фейхуайюй, понял, что такие суккуленты ухода почти не требуют. Потом он купил ещё несколько других видов. Однако времени у него совсем не было, и все растения стояли у родителей, а Сунь Сяоцин присматривала за ними. Сам Нин Чжиюань лишь по выходным, приезжая на обед, навещал их.
Цэнь Чжисэнь проследил за ним взглядом. На балконе Нин Чжиюань и Сунь Сяоцин обсуждали, как ухаживать за цветами, а он молча наблюдал за ними, и его взгляд становился ещё мягче.
Вещей оказалось слишком много. Пока всё упаковали, уже наступил полдень. Рабочие из транспортной компании перенесли коробки в машину, а когда добрались до нового дома и разгрузились, было уже около двух часов дня.
Новая квартира находилась в замечательном месте. Прямо перед домом раскинулся большой городской водоём, в жилом комплексе было много зелени, всё выглядело тихо и уютно. И пусть теперь дорога на работу для Нина Чжэна и Сунь Сяоцин стала длиннее, до пенсии им оставалось совсем немного, так что это не имело большого значения.
Квартира была куплена в кредит. Нин Чжиюань предлагал помочь и выплатить всё сразу, чтобы они не брали ипотеку, но родители отказались. Они настояли именно на кредите, да ещё и решились купить просторную четырёхкомнатную квартиру. Говорили, что у них есть и пенсия, и возможность работать по контракту после выхода на пенсию, они не бедствуют и не хотят, чтобы сын тратился на них.
Кроме спальни и кабинета, они оставили по комнате для Нин Чжиюаня и Цэнь Чжэ, чтобы те могли приезжать на выходные и оставаться ночевать. Это Нин Чжэн и Сунь Сяоцин заранее обсудили с Нин Чжиюанем перед покупкой квартиры, опасаясь, что у него могут возникнуть какие-то возражения. Но тот и не думал возражать, ведь в доме семьи Цэнь, в их семейной вилле, у него и у Цэнь Чжэ тоже были собственные комнаты. Не было причин мешать Цэнь Чжэ навещать родителей.
По дороге Нин Чжэн заказал еду, и, приехав в новый дом, они не стали сразу же разбирать вещей, а сели все вместе перекусить. За столом он поблагодарил Цэнь Чжисэня за помощь. Тот лишь улыбнулся и сказал:
— Так и должно быть, — дав Нин Чжэну понять, что не стоит быть таким вежливым.
— Через несколько дней, когда всё разберём, мы официально пригласим вас, господин Цэнь, к нам на ужин, — с теплотой сказал Нин Чжэн.
Цэнь Чжисэнь согласился и добавил:
— Дядя, тётя, и вам не обязательно всё время называть меня «господин Цэнь». Зовите меня по имени. Наши семьи, можно сказать, связаны судьбой, а вы мои старшие, незачем быть такими формальными.
После этих слов Нин Чжэн больше не стал настаивать на вежливых обращениях.
— Хорошо. Тогда приходи к нам, как будет свободное время, ешь с нами, как и Чжиюань. У вашей тёти и правда неплохие кулинарные способности.
— Ладно, — кивнул Цэнь Чжисэнь с улыбкой.
Рядом с ним Нин Чжиюань молча ел, но под столом его рука резко сжала колено Цэнь Чжисэня. А тот, с серьёзным видом, ничем не выдавая себя, спокойно положил ему палочками в тарелку кусочек еды.
После обеда они ещё помогали наводить порядок. Но часам к четырём Цэнь Чжисэню позвонили: появились неотложные дела, которые требовали его присутствия.
— Иди, — махнул рукой Нин Чжиюань. — Здесь и так почти всё убрано. Остальное уже мелочи, родители сами разберут потихоньку.
— Вечером созвонимся, — ответил Цэнь Чжисэнь, затем попрощался с Нин Чжэном и остальными и уехал.
Цэнь Чжэ тоже вскоре ушёл, так как вечером у него была встреча с одноклассниками. В итоге остался только Нин Чжиюань. Он помогал до самого вечера и закончил лишь к восьми часам.
— Чжиюань, отдохни уже. Устал, наверное, за целый день, — остановила его Сунь Сяоцин, когда Нин Чжиюань хотел помочь ещё и с разбором коробок. — Останься сегодня у нас, переночуешь, а завтра утром поедешь.
Нин Чжиюань был не против и сразу же согласился к большой радости родителей.
— Я достану тебе пижаму. А ты иди в душ и ложись пораньше, — тут же сказала Сунь Сяоцин.
Пижама оказалась новой, его размера. Очевидно, она подготовила её заранее. На самом деле родители уже не раз хотели предложить Нин Чжиюаню остаться у них, но в старой квартире не было лишней комнаты. Они боялись, что ему будет неловко, и молчали. И тогда родители всё же решились на покупку новой квартиры, значительной причиной было именно желание, чтобы в доме наконец появилась комната для их родного сына.
Нин Чжиюань всё понимал, но не стал говорить это вслух. Он взял пижаму и спокойно ушёл в ванную. После душа Нин Чжиюань ещё немного поболтал с родителями, и только к девяти вечера вернулся в свою комнату.
Он вошёл и осмотрелся. Обстановка была простой, а места — немного. Пожалуй, это самая маленькая из всех комнат, где он когда-либо жил, начиная с самого детства. Но именно здесь он ощутил необыкновенное спокойствие, какого прежде не испытывал.
Сев на кровать, он наугад открыл пожелтевшее детское издание «Четырёх великих классических романов» и провёл редкий свободный вечер за чтением.
Около половины одиннадцатого Нин Чжиюань захотел пить. Он вышел, чтобы налить себе воды на кухне, и увидел в гостиной отца, сидевшего с чаем перед телевизором.
Нин Чжиюань подошёл ближе.
— Папа, ты ещё не спишь?
— А ты? — Нин Чжэн поднял голову, увидел его и жестом пригласил присесть. — Не спится? Садись. Всё-таки новый дом, непривычно немного. Твоя мама устала и уже заснула, а ты? Тоже сна нет?
— Я плохо засыпаю в незнакомой кровати, — честно признался Нин Чжиюань.
— Здесь жить, наверное, не очень удобно? — спросил Нин Чжэн.
— Да нет, — ответил Нин Чжиюань. — Со временем привыкну.
Нин Чжэн кивнул и предложил ему чаю.
— Папа, ты и так не можешь уснуть, ещё чай пьёшь? — усмехнулся Нин Чжиюань. — Я не буду. Если выпью, вообще засну нескоро.
Нин Чжэн помедлил, отставил чашку и тоже рассмеялся.
— Твоя мама постоянно мне так же говорит.
Услышав это, Нин Чжиюань невольно встрепенулся и спросил:
— Пап, вы ведь с мамой очень хорошо ладите, да? Я редко встречал супругов в вашем возрасте, которые сохранили бы такие тёплые отношения.
Нин Чжэн хотел было ответить, что это вполне обычно, но вспомнил, в какой среде рос его родной сын и с какими людьми ему приходилось сталкиваться. Потому объяснил:
— В большинстве случаев обычные супружеские пары такие же, как мы. И у нас были моменты неловкости, и ссорились мы тоже. Но всё равно мирились. Как говорится: «у изголовья спорим, у изножья миримся». — Затем он задумался: — А почему ты так интересуешься? У тебя девушка появилась?
— Можно и так сказать, — ответил Нин Чжиюань. — Просто стало любопытно.
— Правда есть девушка? — оживился Нин Чжэн. — А чем она занимается? Откуда родом? Давно встречаетесь?
— Папа, не спрашивай пока, сейчас не самое удобное время, — Нин Чжиюань с улыбкой покачал головой. — Когда настанет подходящий момент, я расскажу тебе и маме. Надеюсь, вы сможете принять его.
Последние слова показались Нин Чжэну немного странными, но он не стал на этом зацикливаться.
— Ладно. Тогда постарайся, и пусть это твоё «можно и так сказать» поскорее станет «именно так».
— Хорошо, — с лёгкостью в голосе согласился Нин Чжиюань.
Раз уж сын проявил интерес, Нин Чжэн охотно поделился:
— Мы с твоей мамой вместе с детства, ты ведь сам видел, когда ездил с нами в родной город. Мы были соседями, росли бок о бок. В детстве ладили, как родные брат с сестрой, а когда подошло время жениться, всё сложилось само собой.
— Но если вы ладили, как брат и сестра, это же скорее родственное чувство. Как оно потом переросло в любовь? — спросил Нин Чжиюань.
Говорить на эту тему с собственным сыном Нин Чжэн вовсе не смущался, и, вспоминая прошлое, он даже слегка зарделся.
— Мы ладили, как родные брат и сестра, но всё же ими не были. Когда осознали, что можем встречаться как мужчина и женщина, это чувство естественным образом возникло. Любовь — это когда днём и ночью думаешь о человеке, теряешь аппетит и покой. И если ты так же не можешь перестать думать о ком-то, значит, это и есть то самое чувство.
Нин Чжиюань всерьёз задумался и согласился:
— Наверное, так и есть.
— Не нужно слишком много думать об этом, пусть всё идёт своим чередом, — сказал Нин Чжэн, словно заметив его внутренние сомнения в вопросах чувств, и успокоил его: — На самом деле нет необходимости докапываться до сути, что это и почему. Главное — следовать своему сердцу и понимать, чего ты хочешь.
Чего он хочет?
Он хочет быть с Цэнь Чжисэнем. Хочет, чтобы Цэнь Чжисэнь любил его. И сам тоже хочет любить Цэнь Чжисэня.
— Спасибо, пап, — снова улыбнулся Нин Чжиюань.
— Пустяки, — ответил Нин Чжэн. — Рад, что смог помочь тебе разобраться.
Они поговорили ещё немного. Потом Нин Чжэн заметил, что уже поздно, и сказал:
— Иди спать. Даже если не уснёшь, просто закрой глаза и полежи, через какое-то время сон сам придёт.
— Папа, и ты тоже ложись, — напомнил ему Нин Чжиюань.
И они разошлись по своим комнатам. Нин Чжиюань в темноте прислонился к стене и отправил Цэнь Чжисэню сообщение:
[Твоя встреча уже закончилась?]
Через полминуты пришёл ответ:
[Только что. А ты? Уже дома?]
Следом пришёл запрос на голосовой звонок. Нин Чжиюань принял его, как обычно, надев наушники. Он любил, когда голос Цэнь Чжисэня звучал совсем рядом.
— Ты вернулся домой? — снова спросил Цэнь Чжисэнь.
— Ты так поздно закончил встречу? Я остался ночевать у родителей, — Нин Чжиюань усмехнулся. — Прости, сегодня ночью не смогу быть рядом с тобой.
— Это не обязательно, — ответил Цэнь Чжисэнь. — Если хочешь спать, ложись пораньше.
— Не могу уснуть.
— Потому что непривычно в доме родителей?
— Потому что скучаю по тебе, — прямо сказал Нин Чжиюань. — Я только что сидел, разговаривал с папой, и вдруг так сильно захотелось тебя увидеть… Что же теперь делать?
Голос Цэнь Чжисэня стал тише:
— Тогда выходи.
— Сейчас?
— Я буду у тебя через десять минут. Пойдём что-нибудь перекусим вместе, — предложил Цэнь Чжисэнь. — А потом я отвезу тебя обратно.
http://bllate.org/book/12442/1107931
