Тёмные глаза юноши потемнели ещё больше.
— Нет, — сказал он.
Девушка на мгновение замерла, затем медленно опустила руку, прикусила кусочек и глухо произнесла:
— А…
Он стиснул зубы.
— Впредь так больше не делай.
Она удивлённо подняла глаза.
— Как это — «так»?
Горло его пересохло, слова выдавливались с трудом, одно за другим:
— Нужно соблюдать дистанцию.
Нельзя допускать таких близких жестов.
Сердце её сжалось, но она не понимала почему.
— Я так не делаю ни с кем другим.
Его шаги внезапно остановились.
За окном палило летнее солнце. Ресницы девушки дрогнули.
— Даже если ты мой старший брат… тоже нельзя?
Его едва воздвигнутая стена из бронзы и стали вмиг рухнула.
Сердце смягчилось до боли, но в то же время наполнилось горечью.
Под белым светом люминесцентной лампы глаза девушки сияли, будто в них отразилось всё звёздное небо — полные доверия и привязанности.
Она действительно считает его своим старшим братом…
А он… питает к ней такие грязные, порочные мысли.
Хэ Чжуо подавил в себе эмоции, но пальцы сжались до белизны, и сквозь стиснутые зубы выдавил:
— Нельзя.
У неё внутри что-то оборвалось. Она прикусила губу.
— А…
Когда они поднялись по лестнице, толпа вокруг будто рассеялась, и прохлада начала проникать в кожу.
Лишь выйдя из больницы после осмотра, Гуань Синхэ немного успокоилась.
Яркое солнце заливало улицы. Напротив больницы раскинулся ряд новых модных заведений, среди которых очередь к одной чайной растянулась далеко вдоль тротуара.
Когда настроение плохое, нужно пить что-нибудь сладкое.
Гуань Синхэ обернулась:
— Хочу чая со льдом.
Хэ Чжуо кивнул.
— Хорошо.
Они встали в конец очереди. Гуань Синхэ достала телефон и стала искать информацию об этом заведении.
Как и ожидалось, в сети было множество советов по «секретным заказам».
В воздухе уже начало витать лёгкое ароматное благоухание чая, и настроение девушки наконец-то улучшилось.
Она знала: Хэ Чжуо такой человек — внешне холодный, но внутри добрый. Наверное, он просто считает, что даже между братом и сестрой нужно соблюдать границы между полами.
Он ведь заботится о ней.
Настроение девушки быстро менялось. Уже через несколько минут она решила простить его в одностороннем порядке.
Моргнув, она спросила:
— Ты что хочешь выпить?
Солнечный свет падал ему под ноги, но лицо юноши оставалось таким же бесстрастным.
Он покачал головой.
— Мне не надо.
Девушка широко раскрыла глаза.
— Мы же так долго стояли в очереди! Жалко же!
Юноша прикусил губу, взгляд упал на яркое меню вдалеке. Наконец, спустя долгую паузу, произнёс:
— Тогда… холодный улун.
Это почти то же самое, что ничего не заказывать!
Но Гуань Синхэ не могла заставить его.
Она посмотрела на длинную очередь и вздохнула:
— Ладно.
В этот момент телефон вибрировал дважды. Она опустила глаза и увидела сообщение от Сян Юаня.
[Ты разве не в Чжиюй?]
Гуань Синхэ удивилась и быстро ответила:
[Да, а как ты узнал?]
[Я прямо перед тобой. Подними сейчас голову.]
Она встала на цыпочки и действительно увидела впереди в очереди юношу с открытым, весёлым лицом, который махал ей рукой.
Взгляд Хэ Чжуо мгновенно застыл, зрачки сузились.
— Это мой старший однокурсник, — пояснила Гуань Синхэ. — Мы уже встречались у ворот Прикладной средней.
Как же он мог забыть того самого парня, который испортил ему настроение на несколько дней подряд?
Ему до сих пор мерещился противный запах лилий, исходивший от него.
Хэ Чжуо пристально смотрел на юношу впереди.
Тот не смотрел в их сторону, лишь склонился над телефоном.
Хэ Чжуо перевёл взгляд на девушку, которая тоже смотрела в экран, и от зависти у него заныли коренные зубы.
Солнце сверкало ослепительно, а лицо девушки сияло лёгкой, беззаботной улыбкой.
— Мой старший однокурсник говорит, что может заказать за нас. Он уже почти у стойки.
Хэ Чжуо стиснул зубы так сильно, что челюсть заболела. Его лицо оставалось холодным, как лёд.
Цикады за окном стрекотали так громко, что резало уши.
Гуань Синхэ потянула его за рукав:
— Он уже выбрал напитки. Пойдём забирать.
Даже короткий путь до стойки казался невероятно трудным.
Хэ Чжуо шёл следом за девушкой. В кафе было многолюдно, но она легко проскользнула между людьми, оставив его одного у входа.
Среди шума цикад и гула толпы он отчётливо услышал голос продавца, полный зависти:
— Твой молодой человек такой заботливый! В такую жару стоял в очереди только ради тебя!
Пальцы Хэ Чжуо побелели от напряжения. Гнев, словно прорвавшая плотину река, хлынул в грудь.
Он решительно протолкнулся внутрь.
Продавец как раз протягивал напитки Гуань Синхэ.
Юноша внезапно возник в поле зрения — его лицо было холодным, будто покрыто ледяной коркой зимней ночи.
Продавец замер, готов был откусить себе язык.
«Чёрт… Что за ситуация? Неужели это настоящий парень?»
Воздух вокруг будто застыл на мгновение.
Продавец неловко захихикал:
— Хе-хе, хе-хе… Извините, я не знал обстоятельств.
Он с опаской взглянул на юношу с мрачным взглядом и ещё ниже опустил голос:
— Простите.
Сян Юань покраснел от неловкости и украдкой посмотрел на девушку.
Если это правда — тогда всё хорошо.
Но Гуань Синхэ торопливо замахала руками:
— Нет-нет, он не мой парень!
Рука Хэ Чжуо на миг ослабла.
Продавец тут же добавил:
— Понятно! Значит, вот этот молодой господин? Извините, я перепутал.
Сердце Хэ Чжуо резко дрогнуло. Только что расслабившаяся рука снова сжалась в кулак.
Гуань Синхэ окаменела. Она махала руками ещё быстрее, но голос дрожал, слова спотыкались:
— Нет! И он тоже не…
Сердце колотилось так сильно, будто хотело вырваться из груди — даже сильнее, чем во время укола.
Майское солнце пекло особенно жарко. Она тайком взглянула на Хэ Чжуо.
Юноша стоял среди толпы, но выглядел особенно стройным и благородным. На лбу у него выступил лёгкий пот, но глаза оставались холодными и равнодушными.
Неужели он вообще никак не реагирует?
Тогда почему её сердце так бешено колотится?
Гуань Синхэ прикусила губу, внутри стало тяжело и душно.
Она не знала, что юноша рядом переживает ещё большее волнение.
Цикады не умолкали. Гуань Синхэ попрощалась с Сян Юанем и, взяв два стакана чая, выбралась из кафе.
Хэ Чжуо молча шёл следом за ней, сдерживаясь, чтобы сохранять небольшую дистанцию.
Девушка вдруг остановилась.
— Держи.
Она протянула ему улун, который он заказал.
Хэ Чжуо молча принял стакан.
В начале лета ветер не такой жаркий, как солнце — тёплый, но не обжигающий.
Хэ Чжуо сделал глоток улуна.
Напиток был холодным и совсем несладким. Огонь в груди немного утих, но он всё равно не мог отвести взгляд от неё.
Стройная фигура девушки, чёрные волосы, развевающиеся на ветру, — всё это сливалось с тихой уличной картиной, создавая образ, прекрасный, как картина.
Но с тех пор как они вышли из чайной, она ни разу не заговорила с ним.
Разве она обиделась из-за слов продавца?
Эта фраза будто разбила сосуд с сахаром, и даже сейчас, вспоминая её, сердце Хэ Чжуо наполнялось сладкой болью.
Но, возможно, ей это неприятно? Может, она сочла это оскорблением?
Хэ Чжуо сжал пальцы и стал замедлять шаг.
Их тени лежали прямо под ногами. Девушка остановилась и обернулась:
— Почему ты так медленно идёшь?
Хэ Чжуо молча нагнал её.
Улица была пустынной, только цикады стрекотали всё так же громко.
Она вдруг заговорила, голос звучал приглушённо:
— Через несколько месяцев я пойду в Прикладную среднюю.
— А… — сердце Хэ Чжуо дрогнуло.
Не одну ночь он просыпался от сладких, смутных снов, тайком открывал карту на телефоне и измерял расстояние между двумя школами.
Он молча смотрел на неё.
Девушка в платье цвета озера стояла под густой тенью деревьев, её глаза сияли, будто в них попало солнце.
Хэ Чжуо чувствовал горечь.
Время неумолимо. Они будут расти, и это, вероятно, самая маленькая разлука.
Когда она повзрослеет, увидит более широкие горизонты и прекрасные пейзажи, станет независимой и сильной… Возможно, та привязанность к нему, как к старшему брату, исчезнет навсегда.
~~
После мая в городе Хайши резко потеплело.
Атмосфера в выпускных классах накалилась: все готовились к последнему рывку перед вступительными экзаменами.
Кроме Ши Суй.
Она безжизненно растянулась на парте:
— Ничего не понимаю! Совсем с ума сойду!
Гуань Синхэ напомнила:
— Во втором задании неправильно использована формула. Исправь скорее.
Ши Суй тяжело вздохнула:
— А-а-а! Схожу с ума!
Она швырнула учебник на стол и махнула рукой:
— Не хочу больше заниматься. Всё равно уже поздно.
Гуань Синхэ серьёзно сказала:
— Быстро исправляй. До экзамена ещё месяц — успеешь.
Ши Суй немного успокоилась:
— Да, ещё есть время… Месяц назад Линь-господин за месяц поднял результат на двести баллов и поступил к нам в старшую школу.
Линь-господин — выпускник, который недавно приходил читать лекцию для их курса.
Ши Суй продолжала подбадривать себя:
— Я обязательно избавлюсь от романов и телефона!
Она вытащила мобильник из кармана и вынула сим-карту.
— Подержи её у себя. Завтра поменяю на кнопочный. И давай вместе сходим ко мне домой — забери все мои романы.
Гуань Синхэ знала, что Ши Суй в последнее время увлеклась романами, но только выйдя из дома подруги, она поняла, насколько глубоко та погрязла в этом.
— Вот эти я уже прочитала, а эти — нет. Забирай всё. Боюсь, если оставить дома, не удержусь и начну читать.
Гуань Синхэ смотрела на груду книг у ног — все с яркими, кричащими обложками популярных любовных романов прошлых лет.
— Тогда позвоню домой, пусть водитель приедет и заберёт.
Через несколько минут приехал дядя Ван.
К удивлению Гуань Синхэ, в машине сидел Хэ Чжуо.
Дядя Ван пояснил:
— Я только что забирал молодого господина Хэ. У него только что закончилось занятие по олимпиадной математике.
Книг было много, поэтому Хэ Чжуо тоже вышел помочь.
Гуань Синхэ взяла небольшую стопку.
Она шла за спиной юноши и тайком смотрела на его прямую, гордую спину.
После того случая в ней будто зародилось странное чувство.
Сердце щекотало, как будто заколдовали — стоит только подумать о нём, и становится щекотно и тревожно.
Будто пытаясь что-то скрыть, Гуань Синхэ опустила глаза на книги, но случайно заметила надпись на обложке одной из них:
«Покорила сердца тысяч девушек! Суперпопулярный роман под названием „Старший брат, будь поосторожнее“»
Поосторожнее?
Что это вообще значит?
Ши Суй, какие книги ты читаешь?!
Лицо Гуань Синхэ мгновенно вспыхнуло. Она поспешно вытащила эту книгу, чтобы спрятать в самый низ стопки.
Но в этот момент врезалась в твёрдую спину юноши.
Он обернулся. Казалось, даже яркое солнце померкло вокруг него.
Его взгляд скользнул по её ногам. Рана ещё не зажила полностью, и она хромала.
Хэ Чжуо сказал:
— Тяжело? Дай я помогу.
Гуань Синхэ резко отступила:
— Нет! Не надо!
Она крепко сжала книги:
— Я сама справлюсь.
Взгляд Хэ Чжуо потемнел.
Неужели теперь она даже не хочет принимать его помощь?
Он вспомнил свои слова в больнице о «сохранении дистанции», и в груди снова заныла горькая боль.
Гуань Синхэ поспешно положила стопку книг в самый дальний угол багажника.
В салоне машины кондиционер работал на полную мощность, но уши девушки всё равно пылали. В голове крутилась только та странная книга.
«Что за ерунда?!»
Наверняка это просто ласковое обращение между влюблёнными. Совсем не про настоящих брата и сестру.
Да, точно так!
Она глубоко вздохнула и немного успокоилась.
В салоне царила тишина.
Хэ Чжуо смотрел в пол, внутри всё кипело от раздражения.
Он знал, отчего так зол.
Но эти сознательные, греховные мысли вызывали у него отвращение к самому себе.
Разве не он сам предложил «соблюдать дистанцию»?
http://bllate.org/book/12119/1083238
Готово:
