Она на мгновение оцепенела — лишь прохладное прикосновение к губам вернуло её к действительности.
В глазах вспыхнуло изумление, и она резко оттолкнула человека, загородившего ей путь.
Хотела быть великодушной, но мысль о том, что у него столько наложниц, вызвала в ней глухое сопротивление.
Лин Жэнь тоже почувствовал её отпор. Он напрягся, отпустил её, и в его взгляде мелькнула тень.
Он увидел в её глазах шок — будто он не имел права делать с ней такое.
Но ведь они только вчера обвенчались. Она — его императрица.
— Императрица, — окликнул он.
Дянь Фу в этот момент чувствовала себя до крайности неловко. Она отвела взгляд и тихо отозвалась, голос прозвучал приглушённо:
— Да?
Увидев, что она упрямо не смотрит на него, Лин Жэнь вновь почувствовал раздражение, которое уже начало утихать.
Он наклонился и прошептал ей на ухо:
— Что, ненавидишь меня?
Тёплое дыхание коснулось уха, и Дянь Фу замерла. В следующий миг её тело окончательно одеревенело.
Холодные губы коснулись кожи за ухом, и по всему телу побежали мурашки.
Его дыхание становилось всё тяжелее.
Дянь Фу сидела, словно окаменевшая, и думала: а не отправят ли её в холодный дворец, если она сейчас оттолкнёт Его Величество…
Но вскоре она почувствовала нечто странное: человек, державший её, начал дрожать.
Она подняла на него глаза.
Брови его были слегка сведены, лицо — бесстрастно, но на лбу выступили капли пота, будто он переживал сильную боль.
Выражение его лица не казалось притворным. Дянь Фу испугалась, а когда заметила, что его глаза покраснели, совсем занервничала.
— В-ваше Величество! Что с вами?
Лин Жэнь услышал её голос и слабо отозвался:
— Мм?
Дянь Фу никогда не видела его таким. Она чуть не расплакалась.
Она же только подумала, стоит ли его оттолкнуть! Она ещё ничего не сделала!
Лин Жэнь упирался руками в спинку кресла так сильно, что на них вздулись жилы.
Сдерживая дрожь, он посмотрел на женщину в своих объятиях:
— Не паникуй. Позови Чэнвэня.
С этими словами он убрал руки, освободив её.
У Дянь Фу не было времени ни на что — она вскочила и бросилась к выходу.
Что вообще происходит?! Она ведь ничего ему не сделала!
Она быстро выбежала из зала и увидела Чэнвэня, стоявшего неподалёку у перил. Для неё он был настоящим спасением.
— Господин Чэн!
Увидев, как императрица в панике выскочила из покоев, Чэнвэнь подумал, что Его Величество обидел её, и уже собрался что-то сказать, но она резко схватила его за рукав:
— Быстрее! Зайдите к Его Величеству!
Чэнвэню было всего двадцать пять лет, но он уже занимал должность главного управляющего внутренним дворцом.
Он попал во дворец ещё ребёнком. Старый евнух, который его воспитывал, сказал, что в его семье слишком много сыновей, поэтому родители продали его.
За все эти годы он стал самым преданным слугой императора.
Характер Его Величества был непрост для понимания, но некоторые вещи скрыть невозможно.
Когда он заметил, как внимание императора к дочери семьи Дянь растёт день ото дня, он искренне обрадовался. Услышав указ о возведении её в императрицы, он даже представил себе рождение будущего наследника.
Но сегодняшнее происшествие резко вернуло его к реальности!
Он посмотрел на женщину, сидевшую на циновке у прохладного павильона, и не удержался:
— Госпожа императрица… с ним всё будет в порядке?
Дянь Фу задумчиво сидела, но, услышав его голос, сразу же подняла на него глаза.
Будет ли с ним всё в порядке? Сама бы она хотела знать!
Час назад Чэнвэнь послал за стариком извне дворца. Императора Шуньюаня отнесли в спальню Чжаохуагуна под охраной его телохранителей. Хотя Дянь Фу очень волновалась, ей оставалось только ждать снаружи.
Что происходило внутри спальни, никто не знал.
Вспомнив состояние императора, Дянь Фу до сих пор чувствовала страх. А теперь ещё и Чэнвэнь выглядел так обеспокоенно, что тревога в ней усилилась.
Она посмотрела на евнуха и тихо спросила:
— Господин Чэн, что с Его Величеством?
Встретившись с её чистым, прямым взглядом, Чэнвэнь чуть не выдал всё, что знал, но вовремя вспомнил характер императора и проглотил слова, уже подступившие к горлу.
К тому же, перед тем как он вышел из спальни, Его Величество строго приказал не болтать лишнего при императрице.
Чэнвэнь тяжело вздохнул:
— Госпожа императрица, не волнуйтесь. С Его Величеством всё в порядке.
«Только что сам чуть не заплакал от страха!» — подумала Дянь Фу, злясь. Она прикусила губу, но Чэнвэнь был не из тех, кого можно легко разговорить. Сколько бы она ни пыталась выведать информацию обходными путями, ответа так и не получила.
Она посмотрела на небо — сумерки уже сгущались, а из спальни так и не прозвучало ни слова.
Дянь Фу потерла лицо, размышляя.
Его Величество ведь был совершенно здоров… Всё началось после того, как…
Тело её слегка напряглось.
Неужели он так невзлюбил её поцелуй, что чуть не заболел от отвращения?!
Дянь Фу: «…» От этой мысли ей не стало легче.
Она и так склонна была к тревожным размышлениям, а теперь, взволнованная, начала фантазировать всё более странные вещи.
Заметив, как выражение её лица меняется одно за другим, Чэнвэнь немного успокоился: похоже, императрица всё же переживает за Его Величество.
Едва эта мысль пришла ему в голову, как с циновки раздался её голос:
— Господин Чэн?
Чэнвэнь быстро подошёл к ней:
— Госпожа императрица, что прикажете?
Дянь Фу колебалась, но, не выдержав неопределённости, всё же спросила:
— Вы давно служите при Его Величестве… Скажите, он… он очень меня ненавидит?
Вспомнив страдальческое выражение лица императора, она снова почувствовала страх.
Чэнвэнь, не задумываясь, воскликнул:
— Госпожа императрица! Как Он может вас ненавидеть!
Он запнулся, подбирая слова, но Дянь Фу уже сделала выводы.
— Ладно, я поняла, — вздохнула она.
«Нет, госпожа! Что именно вы поняли?!» — растерялся Чэнвэнь. Увидев, как императрица кивнула с видом человека, внезапно всё осознавшего, он понял, что должен что-то сказать.
Но не успел он открыть рот, как к ним подбежал один из слуг с срочным докладом.
Услышав сообщение, Дянь Фу тут же вскочила с циновки и пошла к спальне императора. Чэнвэнь, конечно, последовал за ней.
Ночь опустилась, и во тьме будто притаились хищные звери.
Дянь Фу, приподняв подол, шла из тёплого павильона к покоем императора Шуньюаня. Чем ближе она подходила, тем сильнее билось сердце.
Вскоре она достигла дверей. Внутри горел свет, яркий, как днём. Она переминалась с ноги на ногу, но не решалась переступить порог.
Чэнвэнь удивился:
— Госпожа императрица, почему вы не входите?
Она бросила на него быстрый взгляд, прислушалась к тишине внутри, но ничего не услышала.
Тогда она тихо сказала:
— Господин Чэн, не могли бы вы сначала заглянуть внутрь?
Вдруг Его Величество не желает её видеть? Тогда её появление только усугубит ситуацию.
Чэнвэнь не понял её опасений, но послушно кивнул:
— Конечно, госпожа. Сейчас доложу Его Величеству.
— Идите, идите скорее.
За передней залой находилась спальня. Внутри седовласый старик в зелёном халате укладывал инструменты в красный деревянный сундучок для лекарств.
С тех пор как он вошёл во дворец, лицо его оставалось суровым.
Лин Жэнь, заметив, что тот собирается уходить, сказал:
— Уже поздно. Лекарь Чжан, останьтесь сегодня ночевать во дворце.
Старик продолжал упаковывать вещи, не глядя на него:
— Я давно не состою при дворе. Это было бы неуместно. Пусть Его Величество пришлёт любого стражника проводить меня.
Лин Жэнь ничего не ответил и отвёл взгляд.
На нём была лишь светлая рубашка, и он полулежал на циновке, лицо побледнело.
Увидев это, лекарь Чжан почувствовал, как в груди застрял ком.
— Вы понимаете, что на этот раз чуть не лишились жизни?! — воскликнул он.
Лин Жэнь слегка нахмурился:
— Не преувеличивайте.
Это ещё больше разозлило старика. Он дернул себя за бороду и гневно уставился на императора:
— Даже если я и преувеличиваю, всё равно это очень серьёзно!
Вспомнив, в каком состоянии увидел императора, лекарь стал ещё мрачнее.
Он лучше всех знал истинную причину недуга Лин Жэня, поэтому и злился так сильно.
Обычный человек не выдержит даже горячей чаши в руках слишком долго, а этот… Этот человек терпел такую боль, что начал дрожать! Невообразимо!
Совсем безрассудно!
Лин Жэнь молчал, опустив глаза на свои руки, выражение лица — непроницаемое.
Хотя прошло уже немало времени, боль в нескольких местах всё ещё давала о себе знать, будто его действительно обожгло.
Он сжал губы:
— Разве вы сами не говорили, что, открыв сердце, эту болезнь можно победить? Неужели лекарь Чжан забыл свои слова?
Глаза старика расширились от изумления — он не ожидал, что император так ответит. Получалось, его же обвиняют!
Разъярённый лекарь чуть не бросил сундучок и ушёл, но, увидев спокойное выражение лица императора, не выдержал:
— Так вот вы теперь вините меня?! Неужели Вы не понимаете, что чрезмерность — тоже плохо?
Губы Лин Жэня побледнели ещё сильнее. Он плотно сжал их в тонкую линию и опустил глаза.
Увидев такое, лекарь Чжан вдруг вспомнил детство императора: тощий мальчишка, которого часто обижали, но он никогда не жаловался, даже когда его били до крови. Точно так же молчал и сейчас.
Он знал: внешне Лин Жэнь казался равнодушным ко всему, но на самом деле был упрям до крайности. Раз уж решил что-то — переубедить его почти невозможно. Но если позволить ему действовать по-своему, придётся постоянно вызывать лекаря во дворец.
Он-то может терпеть боль, но самому лекарю, в его почтенном возрасте, такие тревоги ни к чему.
— Во всём нужно соблюдать меру и двигаться постепенно. Ведь вы уже заманили дочь Дянь в дворец. Почему бы не проявить немного терпения? Разве не прекраснее всего, когда чувства взаимны?
Ресницы Лин Жэня дрогнули, но в следующий миг он мысленно усмехнулся.
Взаимные чувства? Боюсь, к тому времени она уже убежит куда подальше.
Он уже собирался что-то ответить, как вдруг услышал шаги и поднял глаза.
Чэнвэнь только что прошёл через занавес, как тут же встретился со взглядом императора. Сердце у него ёкнуло, и он чуть не заплакал:
— Ваше Величество…
Лин Жэнь смотрел на него бесстрастно.
От этого взгляда Чэнвэнь тут же проглотил все слова.
— Отправь кого-нибудь проводить лекаря Чжана, — приказал император.
— Слушаюсь, Ваше Величество! — Чэнвэнь поспешно подошёл, чтобы взять сундучок.
Лекарь Чжан добавил:
— Ближайшие несколько дней не выходите на утренние аудиенции.
Сказав ещё пару наставлений, он направился к выходу. Чэнвэнь, неся за ним сундучок, последовал за ним. Едва они вышли из покоев, как увидели женщину, которая металась взад-вперёд и что-то тихо бормотала себе под нос.
Чэнвэнь хлопнул себя по лбу — он совсем забыл сообщить императору, что императрица ждёт снаружи!
— Госпожа императрица!
Дянь Фу тоже заметила их. Её глаза загорелись, и она осторожно спросила:
— Как Его Величество?
Хотя уже стемнело, вокруг дворца горели фонари. Света было меньше, чем днём, но достаточно, чтобы различить лица.
Лекарь Чжан незаметно оценил её.
Глаза у неё были ясные и светлые, и даже в полумраке в них мерцал живой огонёк.
Чэнвэнь уже собрался ответить, но лекарь мягко дёрнул его за рукав и сам сказал:
— Если так переживаете, госпожа императрица, почему бы не зайти самой?
Чэнвэнь тут же подхватил:
— Да-да, госпожа, зайдите, пожалуйста!
Дянь Фу посмотрела на старика, понимая, что это тот самый лекарь, которого привезли извне дворца. Хотя она не знала его точного положения, факт, что его допустили к императору, говорил сам за себя.
— Хорошо, — сказала она, колеблясь, и поблагодарила старика за труд. Ей показалось, что он смотрит на неё как-то странно.
Лекарь Чжан кивнул и ушёл.
— Госпожа, скорее заходите! — торопливо бросил Чэнвэнь и побежал за стариком.
Оставшись одна, Дянь Фу принюхалась и заглянула в зал, но, конечно, никого не увидела.
Она хотела уйти, но стража у галереи уже заметила её. Если она пришла, но не навестила императора, это будет выглядеть странно.
Да и сама она очень волновалась за состояние Его Величества.
http://bllate.org/book/12048/1077860
Готово:
