В начале трапезы хрустящие жареные тофу-бамбуковые палочки, перемешанные с остальным, давали приятную хрусткость, но, пропитавшись бульоном, размягчались, распадались и нежно обволакивали овощи с арахисом, открывая новый вкусовой оттенок.
Сначала она с удовольствием съела несколько вилок рисовой лапши, чтобы утолить первый голод, и лишь затем занялась утиной кожей, насыщенной желатином, и принялась по одной вытягивать мясо из улиток.
Как гласит пословица: «В марте улитки полны икры, а осенью — самые жирные». После Личжоу («Вступления в осень») наступает лучшее время для употребления улиток. Их можно жарить или варить — всё равно мясо будет сочным, плотным и отлично впитает приправы, да ещё и без риска наткнуться на икру.
Ночные закусочные никогда не подводят в выборе ингредиентов. Сказал — есть улитки, так и есть улитки. Меню здесь всегда соответствует реальности, хоть и нет никакого официального меню.
На форуме «Дайяньцзы» гости сами делятся фотографиями своих заказов. Уже больше ста дней прошло с открытия, а ни одного повторяющегося блюда на снимках так и не появилось.
Чтобы сравнить рекламную картинку с настоящим блюдом, вероятно, придётся ждать ещё очень долго.
Улитки не входят в список запрещённых даосами продуктов, поэтому Цинцзин выбрала несколько штук, сначала доела лапшу, а затем уже всерьёз взялась за улиток.
Хвосты улиток были аккуратно подрезаны, внутри — полупрозрачная бульонная жидкость. Всё свежее: улиток выдержали в воде, сменили воду и сварили в тот же день. Мясо не сжалось и не слиплось — стоит лишь хорошенько втянуть воздух, как пропитанное специями мясо вместе с бульоном скользит прямо в рот.
Есть улиток — занятие не для спешащих. Нужно терпение, будто ищешь сокровища: одна за другой высасываешь мягкие кусочки из раковин. Острота, аромат и пряности, добавленные при жарке, уже полностью слились с мясом, а бульон из улиточных панцирей, кислый бамбук и красное масло так долго настаивались, что тоже вобрали в себя весь вкус.
Пусть мяса и мало — это ведь самая суть люосифэня.
Цинцзин съела всё до последней капли, даже бульон выпила. Но запах на одежде остался слишком сильный. Как только она вышла на улицу, подальше от источника аромата, тайком использовала талисман, чтобы полностью избавиться от него.
Видимо, подгонка от Е Цюань подействовала: прямо перед Праздником духов, как раз когда на стол подали ночную порцию жареной рисовой лапши, Лу Бин вовремя вошла в ночное кафе.
— Расследование закончено? — спросила Е Цюань.
Лу Бин, редко слышавшая, чтобы Е Цюань первой заводила разговор о делах, сразу же ответила по существу:
— Да, завершено. Мы отвели его в дом ужасов, чтобы он опознал духов, с которыми контактировал. После подтверждения всех отправим в управление Городского Божества.
— Хорошо, что всё произошло в провинции Хэ. Там поток посетителей в домах ужасов гораздо меньше, чем в мегаполисах. За полгода мы подтвердили 217 жертв, которые действительно получили желаемое, но заплатили за это цену — свою удачу.
— Кто-то лишился удачи на несколько дней, кто-то — на годы… Когда мы начали проверку, у многих оставалась лишь недавно полученная удача. Самые ранние случаи уже были перехвачены сектой Тайань — неизвестно, зачем они это сделали. Пришлось вернуть то, что успели отобрать, а остальным компенсировать ущерб другими способами.
Лу Бин вздохнула с сожалением:
— Один хотел разбогатеть — нашёл тысячу юаней, но оказалось, их украли призраки. Другой желал повышения — дух повлиял на начальника, но в итоге коллеги стали шептать за спиной, что всё было нечестно. Третий просил любовь — и получил её сполна… Один даже успел жениться, прежде чем понял, что его избранница — мошенница. У всех изначально была неплохая карма, но после такого «подарка» судьба их серьёзно пошатнулась.
Однако не все жертвы, обнаружив проблему, хотели немедленно разорвать связь с призраком-исполнителем желаний.
Лу Бин увидела в отчёте коллеги случай, где пострадавшая категорически отказывалась считать духа виновником.
Женщина была компетентной, но каждый год начальник обещал ей повышение и награды — и ничего не выполнял. В итоге продвигали других: то тех, кто давал взятки, то тех, кто называл босса «старшим братом», то просто нужных людей. Она чувствовала неладное, но ничего не могла поделать. Зашла в дом ужасов и, между делом, помолилась — попросила справедливого начальника.
Дух исполнил её желание.
Видимо, у него самого в прошлой жизни были счёты с начальством. Он не просто выполнил просьбу — он выложил всё: как босс присваивал чужие заслуги, крал премии и распространял клевету на женщин-руководителей и партнёрш. А в финале ещё и устроил ему госпитализацию, обеспечив полный социальный крах и уход из карьеры.
В какой-то мере это стало возмездием за зло — и принесло больше справедливости, чем ожидалось. Новая начальница, конечно, не идеальна и не обязательно добра, но пострадавшей этого было вполне достаточно.
Для неё — пусть и небольшая, но победа. А для духа — явная выгода: украденная удача стоила гораздо дороже исполненного желания.
Но с личной точки зрения — кто знает, может, это и к лучшему?
— Самый старый дух, что задержался у алтаря, имел связи с сектой Тайань и именно от них выучил этот метод. Обычные призраки думали, что все делят поровну, но старик мечтал о единоличной власти — часть удачи он присваивал себе, а остальное передавал секте Тайань. Если бы мы не раскрыли заговор заранее, при следующей встрече между ними точно вспыхнула бы ссора.
— Сейчас все дома ужасов в провинции Хэ временно закрыты. После разблокировки владельцы, скорее всего, не захотят продолжать этот бизнес. Коллеги говорят, что многие уже ищут, кому сдать помещения в аренду.
Расследование окончено. Такие «пушечное мясо», как призрак-исполнитель желаний, теперь не нужны.
— Вам он ещё пригодится? Если нет, то…
Лу Бин не договорила, но Е Цюань сразу же прервала её:
— В моём ночном кафе не собирают всякий мусор. Отправляйте его в преисподнюю на суд.
— Преисподняя хоть и реформирована, но восемнадцать кругов ада, горы ножей и котлы с маслом всё ещё ждут таких, как он.
Голос Е Цюань был спокоен до безразличия, но уголки губ приподнялись в лёгкой насмешливой усмешке.
Мир живых управляет живыми. Те, кто считает, что после смерти можно избежать наказания, ошибаются: за злодеяния мёртвых отвечает преисподняя.
Е Цюань уже собралась уйти на кухню, но вдруг остановилась и указала Лу Бин на место:
— Дух в канализации. Вызови его и забирай.
Хотя призраки и не оставляют грязи в обычном смысле — всё превращается в пепел энергии инь, — но этот конкретный, весь в крови и слизи, провалявшийся в канаве, вызывал у Е Цюань отвращение.
Лу Бин: …?
Что он такого натворил?
На мгновение удивившись, Лу Бин быстро взяла себя в руки:
— Тогда мы его забираем. Скоро Праздник духов, а в этом году колдуны активизировались — возможно, планируют атаку на врата в мир мёртвых. Будьте осторожны, Е Цюань.
Е Цюань лишь улыбнулась:
— Ничего страшного.
Ци Си, Личжоу, а через неделю — Праздник духов. Все трое — праздники, но настроение у каждого своё.
В пятнадцатый день седьмого месяца открываются врата в мир мёртвых. В даосизме это день, когда Небесный Чистый Владыка прощает грехи сотен духов; в народе — День поминовения предков; в буддизме — Уланьбань. Такое совпадение нескольких важных дат не случайно.
Аромат жареного тофу разносился с самого утра. Дети, бегающие по улице Си Лэ, напевали детскую песенку: «Тофу на обед, тофу разваливается…» — и от этих простых слов в воздухе вдруг ощущалась зловещая тень.
Небо постепенно темнело. Как обычно, ночное кафе зажгло фонари под вывеской, и до того, как включились уличные фонари, их свет рассеял сумерки.
Старые соседи, привыкшие идти на свет, подошли — но не увидели привычной доски с меню, да и дверь была приоткрыта, но не распахнута. Только тогда они поняли:
— Ой! Маленькая хозяйка Сяо Е сегодня не работает?
Е Цюань, устроившись в кресло-качалку у входа с горстью семечек, помахала им рукой:
— Семечки хотите? Сегодня выходной. Лучше пораньше домой идите отдыхать.
Ночное кафе заранее сообщило, что сегодня не работает.
Не из-за опасений насчёт колдунов — просто собаки Дацзинь и Аньань очень хотели те маленькие клецки из лотосового корня, и Е Цюань устроила для них игру «погоня за шариком».
К тому же Юй Сусу наконец смогла выйти за порог на несколько шагов. Там, где соседи не видели, три духа — она, Аньань и Дацзинь — устроили настоящее футбольное побоище. Весь зал стал их полем битвы.
Открытие кафе зависело от того, что ест Е Цюань, а закрытие — от её настроения.
Внезапно подул ветер.
Три духа внутри устроили такой гвалт, будто их было не трое, а десятки. А на горе напротив, в горе Байюнь, началось движение.
Несколько фигур быстро взбежали на склон, бросили что-то вверх и тут же исчезли. С нарушенной печати хлынула энергия инь, сгущаясь в призрачные силуэты.
Облака над горой Байюнь завихрились, и один за другим появились злые духи. Ветер усилился, небо потемнело.
— Не думал, а?! Я вышел! Я вышел! Ха-ха-ха!.. Ах, запах силы! Запах плоти! Старик Лу, ты ещё можешь двигаться? Нет? Тогда я устрою пир!
Глаза злого духа полыхали ненавистью, кроваво-красные зрачки уставились вверх по склону, лицо исказила звериная ухмылка.
Любой даос из храма Байюнь сразу бы узнал: этот дух явно имеет счёт с храмом — возможно, его здесь когда-то жестоко подавили.
— Храм Байюнь? Нет талисманов… Ах, слабые, совсем слабые! Старик Лу, наверное, при смерти и не может следить! Неудивительно, что те парни поверили — мы сможем открыть врата в мир мёртвых! Ха-ха-ха! Мы пришли! Откроем врата — пусть братья из преисподней выйдут погулять! Настало наше время править!
Духи, почувствовав, что ограничения на горе слабы, ещё больше укрепились в своей уверенности.
Они хохотали, кто-то ринулся к храму Байюнь, другие уставились на город внизу, полный огней и машин, и с злобной радостью бросились туда, подняв холодный ветер.
Внезапно раздался чистый звон меча. В воздухе вспыхнул луч света, окутавший заднюю часть горы Байюнь.
Духи, только что бросившиеся вперёд, мгновенно развернулись и бросились назад.
— Чёрт! Почему никто не сказал, что меч храма Байюнь всё ещё здесь?!
Они слишком долго были запечатаны — информация у них устарела, и они не знали, что дух клинка уже пробудился.
Призраки в панике неслись вниз по склону, но каждый вспышка меча оставляла за собой символ, вонзаясь в землю и пригвождая духов к месту.
Лу Шаочжан, привыкший возвращаться к колодцу, запечатывающему духов, безмолвно поднял меч снова. Но движения становились всё тяжелее, звон — всё реже.
Из уголка глаза он заметил, как белые пряди волос, свисающие в колодец, мгновенно покрылись чёрной энергией. Всё, чего он добился за последние дни — отвоевал несколько сантиметров чистоты, — было уничтожено. Теперь волосы стали ещё чёрнее, чем раньше.
Лу Байлин, небесный наставник, обеспокоенно смотрел на него:
— Ученики уже вышли против врага группами, старший учитель. Не стоит переутомляться. Вам нужно беречь себя.
После появления духа клинка часть талисманов сняли — ведь дух меча намного мощнее слабеющих талисманов. Именно поэтому призраки и ошиблись.
Но нагрузка на дух клинка оказалась куда выше, чем все ожидали.
— Хм, — Лу Шаочжан кивнул, увидев фигуры в даосских одеждах, бегущие по лесу, и медленно опустил меч.
Беловолосый дух клинка взглянул на огни города внизу. Его длинные волосы всё ещё были погружены в колодец и не поддавались извлечению.
Внизу, у подножия горы Байюнь, Е Цюань почувствовала перемену и подняла глаза вверх.
На вершине горы Байюнь вечерние туманы клубились, создавая картину неземной красоты. Среди облаков, казалось, кто-то смотрел на неё издалека.
В следующее мгновение Е Цюань нахмурилась с отвращением и встала с кресла-качалки.
— Что храм Байюнь делает? Кто разрешил вам выходить?
Высокая девушка говорила спокойно, но на ней не было и следа духовной ауры — казалась обычной смертной, способной видеть духов, но не имеющей силы сопротивляться.
— Что? — злой дух, только что сбежавший от меча, столкнулся с нежной, белокожей девушкой. Из его пасти с торчащими клыками капала смешанная со слизью слюна.
Такие, как она — видят духов, но не практикуют дао — особенно вкусны!
Дух злорадно ухмыльнулся и оттолкнул товарищей:
— Эту я съем первым!
— Нет, я! Я!
Пронзительные голоса и зловещий смех слились в один хор. Злые духи спорили, кто первым получит право пожрать человека, и уже неслись к, казалось бы, оцепеневшей от страха девушке!
Гнилые клыки щёлкнули в воздухе, зловонный ветер почти коснулся её лица!
— А-а-а! — самый резвый злой дух вдруг отлетел назад, как сбитый боулинговый шар, раскидав остальных и оставив за собой клубы рассеивающейся энергии инь.
Он был ошеломлён: «Что случилось? Почему я полетел? Больно!»
— Цц.
Е Цюань опустила ногу, недовольно отряхнула подошву и убрала обратно в карман горсть сливочных семечек — аппетит пропал. Медленно направляясь к дороге в конце улицы, она будто шла неспешно, но в мгновение ока оказалась перед призраками.
Ночное кафе находилось на самом краю улицы Си Лэ, и до задней части горы Байюнь была всего лишь одна дорога. По ней редко кто ходил, а в ночь Праздника духов — тем более.
http://bllate.org/book/12027/1076055
Готово:
