Уголки глаз Чжуан Цзинчэна слегка приподнялись.
— «Высокие горы и журчащие воды»? Любопытно.
В комнате танцовщица извивалась в плавных, соблазнительных движениях. Девушка, прислуживающая Чжуан Цзинчэну, особенно заискивала перед ним — то и дело прижималась к нему, изворачиваясь всеми способами.
Главное, что Чжуан Цзинчэн не отстранялся.
Су Цзиньхань внутри всё кипело от злости, и даже мелодия под её пальцами стала резкой и колючей.
Наконец раздался резкий щелчок — струна лопнула. Рука Су Цзиньхань тут же порезалась, и она невольно вскрикнула, отдернув ладонь.
Но рана её не волновала. Она выскочила из-за ширмы и указала на одну из девушек рядом с Чжуан Цзинчэном:
— Убери руку!
Только что эта девица, после того как уже позволила себе фамильярности, дерзко и вызывающе запустила руку под одежду Чжуан Цзинчэна — прямо ему на грудь — и принялась томно стонать. Су Цзиньхань не выдержала и бросилась вперёд.
Все в комнате разом уставились на неё.
Мадам Ху мысленно ахнула: «Беда!»
А та самая девушка, чью руку остановили, первой заговорила:
— Ты вообще кто такая? Я развлекаю Его Высочество, тебе какое дело?
Она игриво улыбнулась:
— Или, может, ты устала быть всего лишь музыкантшей и хочешь стать одной из нас? Не беда! Я с радостью разделю Его Высочество с тобой. Всё равно один мне не справиться — он такой… мощный.
При этих словах она томно взглянула на Чжуан Цзинчэна.
Щёки Су Цзиньхань вспыхнули от возмущения. Она несколько раз беззвучно открывала рот, пытаясь что-то сказать, но так и не смогла выдавить ни слова.
В конце концов она резко бросила:
— Ты совсем совести лишилась!
Девушка звонко рассмеялась:
— Совесть? А это что такое? Ей можно накормиться? Или с ней можно провести ночь с Его Высочеством?
И, несмотря ни на что, снова потянулась рукой к Чжуан Цзинчэну.
Су Цзиньхань яростно уставилась на него и сквозь зубы прошипела:
— Чжуан Цзинчэн…
Чжуан Цзинчэн, слегка опьянённый, смотрел на неё осознанно — он узнал её. Но при этом позволял девушке делать всё, что ей вздумается.
Су Цзиньхань просто взорвалась от ярости.
Однако рука девицы так и не достигла цели — Чжуан Цзинчэн резко схватил её за запястье.
— Ай! Ваше Высочество, вы мне больно сделали! — жалобно простонала та, и на лбу у неё выступила испарина.
Чжуан Цзинчэн отпустил её и грубо оттолкнул. Девушка упала на ложе и тут же залилась слезами.
— Вон отсюда! — прорычал он.
Его внезапный гнев напугал всех остальных девушек — они поспешно отпрянули, будто перед ними предстал демон.
Чжуан Цзинчэн указал на Су Цзиньхань:
— Её оставить. Мне любопытно узнать, кто осмелился называть меня по имени.
В его голосе явно слышалась злость.
Су Цзиньхань поняла: он таким образом закрывает рты этим девушкам, чтобы они ничего не болтали и не стали строить догадки, которые могут докатиться до неё. От этого в её сердце непроизвольно потеплело.
Но мадам Ху всё поняла иначе. Она поспешила заискивающе улыбнуться:
— Ваше Высочество, не гневайтесь! Она новенькая, не знает ваших привычек, наговорила глупостей. Прошу простить! Я сейчас же её уведу, прямо сейчас…
— Не слышала, что ли? Вон! — рявкнул Чжуан Цзинчэн, пристально глядя на руку мадам Ху, которая сжимала локоть Су Цзиньхань.
Мадам Ху испуганно отдернула руку.
Су Цзиньхань бросила ей успокаивающий взгляд, и только тогда мадам Ху повела за собой остальных девушек из комнаты.
Когда все ушли, Чжуан Цзинчэн повернулся к Цинхуэю и Тэн Цэ:
— Вы тоже выходите.
Цинхуэй не узнал Су Цзиньхань и, решив, что его господин собирается заняться чем-то недостойным, торопливо сказал:
— Ваше Высочество…
Тэн Цэ тут же зажал ему рот и начал вытаскивать за дверь.
Цинхуэй сопротивлялся, но Тэн Цэ шепнул ему на ухо:
— Внимательно посмотри. Это мисс Су.
Кроме мисс Су, никто бы не осмелился называть Его Высочество по имени.
Цинхуэй перестал вырываться и уставился на спину Су Цзиньхань. Теперь он и правда увидел сходство.
«Боже… Мисс Су пробралась в бордель, переодевшись в музыкантшу?!»
Он был потрясён.
Когда оба покинули комнату, в ней воцарилась гробовая тишина.
Чжуан Цзинчэн нахмурился:
— Зачем ты так оделась?
Су Цзиньхань подхватила подол и круто повернулась вокруг себя:
— Разве плохо смотрится?
Брови Чжуан Цзинчэна сошлись ещё плотнее:
— Так открыто — и это красиво?
Су Цзиньхань надула губы, опустила подол и подошла к нему. Потом сняла вуаль.
Если раньше, в вуали, она казалась огненной нимфой, то теперь, без неё, превратилась в несравненную соблазнительницу: алый наряд, чёрные как смоль волосы, кожа белее снега — этот контраст поразил Чжуан Цзинчэна, и перед глазами у него всё поплыло.
— Я услышала, что ты здесь, переоделась мужчиной и пробралась внутрь. Но потом подумала — вдруг у тебя важные гости? — и украла одежду, чтобы притвориться музыкантшей. Думала, у тебя какие-то дела… А ты на самом деле развлекаешься! Та женщина только что… — Су Цзиньхань замялась, не в силах произнести дальше. — Я не удержалась и выбежала. Чжуан Цзинчэн, я ведь ничего не испортила?
Чжуан Цзинчэн покачал головой и спросил:
— Почему не удержалась? Ты ревнуешь? Значит, тебе не всё равно?
Лицо Су Цзиньхань залилось румянцем. Она сжала губы и отвела взгляд, не желая отвечать.
«Да, ревную! И что с того? Зачем ты это говоришь вслух?» — думала она.
— А ты сам-то зачем сюда пришёл? — быстро сменила тему Су Цзиньхань.
Чжуан Цзинчэн равнодушно ответил:
— Ты же видела — развлекаюсь, пью вино с девушками.
Су Цзиньхань нахмурилась:
— Кто-то следит за тобой? Ты всё это для вида?
— Нет.
— Тогда почему?
— Просто заскучал во дворце. Решил найти себе развлечение.
Голова Су Цзиньхань загудела. Она ошеломлённо смотрела на него. Он сказал — «найти развлечение»…
Значит, у него нет никаких причин. Он просто заскучал и пришёл в Башню Дождя и Тумана, как любой другой клиент.
Получается… она помешала ему веселиться?
Су Цзиньхань нахмурилась ещё сильнее и облизнула пересохшие губы:
— Чжуан Цзинчэн, я не верю, что ты пришёл сюда просто так. Наверняка есть причина. Скажи мне!
Она готова была простить его, если бы он притворялся развратником ради маскировки, но не могла принять, что он действительно изменчив и легкомыслен.
Увидев её расстроенное лицо, Чжуан Цзинчэн почувствовал укол в сердце и смягчился. Но тут же вспомнил, как сегодня в полдень видел её в трактире вместе с Му Жунем. В груди вновь заныла тупая боль.
Он спокойно произнёс:
— Сегодня в полдень я тоже был в трактире. Тебе нечего мне сказать по этому поводу?
Говоря это, он налил себе вина.
Су Цзиньхань удивилась:
— Ты там был? Значит, видел, как Сунь Цзэ и другие издевались надо мной? И не пришёл на помощь? Чжуан Цзинчэн, ты…
Сначала она растерялась, потом разозлилась, а затем вдруг всё поняла. Она пристально посмотрела на него и медленно, чётко произнесла:
— Чжуан Цзинчэн, ты мне не доверяешь.
Это было не вопросом, а утверждением.
Юй У сказала:
— Э-э… Ну как, оправдались ли ваши ожидания…
Ответы (8)
......
В Башне Дождя и Тумана по-прежнему царила суета: девичьи хихиканья и шутки клиентов не смолкали.
А в закрытой комнате, отрезанной от всего этого шума, Чжуан Цзинчэн и Су Цзиньхань молча смотрели друг на друга.
Чжуан Цзинчэн всё так же небрежно прислонился к подушкам, держа в руке бокал вина. Он молчал, но его пристальный взгляд ясно говорил о его намерениях.
Су Цзиньхань в алых одеждах была прекрасна, её стан изящен, черты лица — восхитительны. Но сейчас она стояла прямо, как стрела, и вся её фигура излучала холодную решимость. Взгляд, устремлённый на Чжуан Цзинчэна, был полон льда и разочарования.
Да, именно разочарования.
Ей было больно, что он так мало ей доверяет, что судит её поверхностно.
Она даже старалась держаться подальше от Му Жуня, чтобы потом Чжуан Цзинчэн случайно не увидел, как тот с ней нежен, и не расстроился.
И вот теперь всё испортилось: ему даже не нужно было видеть их вместе — одного взгляда издалека хватило, чтобы он заподозрил её.
Неужели их чувства так хрупки? Неужели в них нет и капли доверия?
Су Цзиньхань вдруг горько улыбнулась — в этой улыбке читались лишь печаль и разочарование.
— Раз ты уже так решил, зачем спрашивать? Как ты думаешь — так и есть.
Объясняться? Она презирала это!
Если бы он верил ей, он бы вообще не задавал этот вопрос.
Пусть бы он ревновал или злился на то, что она общается с другим мужчиной, — он мог бы, как всегда, подшучивать над ней или настойчиво расспрашивать об отношениях с Му Жунем. Но не так! Не без разбора обвинять её сразу.
Если человек не хочет верить, никакие объяснения не помогут.
Су Цзиньхань вдруг не вынесла вида его прекрасного лица. Подавив в себе нарастающий гнев, она развернулась и направилась к двери.
«Мне нужно успокоиться», — подумала она.
Чжуан Цзинчэн смотрел на её уходящую спину. Сердце его сжалось от тревоги и обиды.
«Почему… Почему ты не хочешь объясниться?»
Он не стал её останавливать, а лишь спокойно произнёс:
— Значит, признаёшь? Су Цзиньхань, если бы я не видел всё своими глазами, никогда бы не поверил, что ты та самая легкомысленная и непостоянная женщина, о которой говорила Аньхэ!
Разберитесь, пока не ушли. Пусть даже это причинит боль друг другу — лучше, чем расстаться вот так.
Шаги Су Цзиньхань резко замерли.
Она обернулась.
Значит, он уже считает её изменчивой и распутной?
«Чжуан Цзинчэн, ну и отлично! Ты просто великолепен!»
Су Цзиньхань сдерживала ярость изо всех сил, и всё её тело слегка дрожало.
Но в конце концов она не выдержала. Решительно шагнув к нему, она схватила нетронутую чашку чая и вылила всё содержимое прямо ему в лицо.
Чжуан Цзинчэн либо не ожидал такого, либо нарочно не уклонился — в любом случае, чай облил его с головы до ног. Капли стекали по его безупречным чертам, чайные листья прилипли к волосам и щекам. Даже такой красавец выглядел теперь жалко и растрёпанно.
Су Цзиньхань холодно сказала:
— Чжуан Цзинчэн, раз ты считаешь меня такой распутницей, держись от меня подальше! Не подходи слишком близко — а то я ещё заразлю тебя своей порочностью, и я не потяну такой ответственности!
С этими словами она снова развернулась и пошла к двери.
Внезапно её руку крепко схватили.
Чжуан Цзинчэн слегка дёрнул — и Су Цзиньхань оказалась у него на коленях.
Его одежда уже промокла от чая, и теперь тонкая ткань её платья тоже мгновенно намокла. Су Цзиньхань невольно вскрикнула.
Чжуан Цзинчэн смотрел на неё и хладнокровно произнёс:
— Вылила на Его Высочество чай и думаешь просто уйти? Су Цзиньхань, у тебя наглости хоть отбавляй.
Су Цзиньхань с презрением фыркнула:
— И что ты собираешься делать? Съесть меня, что ли?
Она даже усмехнулась, явно выражая своё презрение.
Чжуан Цзинчэн приподнял бровь и усмехнулся в ответ:
— Неплохое предложение. И вполне соответствует твоему нынешнему положению.
Су Цзиньхань нахмурилась:
— Какому положению?
— В таком наряде ты, конечно же… проститутка…
Едва он произнёс последнее слово, как наклонился и жадно впился губами в её рот — с такой страстью и агрессией, какой она ещё не знала.
Су Цзиньхань не ожидала нападения. Её губы и язык были захвачены без предупреждения.
Но она не сдалась. Хотя губы её онемели от его поцелуя, а тело разгорячилось от его рук, разум оставался ясным. И чем больше он целовал её, тем сильнее в ней росло разочарование.
«Чжуан Цзинчэн, как ты мог так со мной поступить…»
Слёзы навернулись на глаза, но она упрямо не закрывала их. Взгляд её был полон боли и отвращения. Она занесла руку, чтобы дать ему пощёчину.
Чжуан Цзинчэн, будто предвидя это, перехватил её запястье. Но, увидев слёзы и ненависть в её глазах, на мгновение опешил и ослабил хватку.
Тогда Су Цзиньхань другой рукой со всей силы ударила его по щеке.
На этот раз он не стал её останавливать и не уклонился. От мощного удара щека Чжуан Цзинчэна мгновенно покраснела и опухла. Его миндалевидные глаза без эмоций смотрели на неё.
Су Цзиньхань убрала руку:
— Ты только что укусил меня — я ответила пощёчиной. Считаем, что рассчитались. Впредь я буду держаться от Его Высочества подальше. Надеюсь, вы тоже не будете приближаться ко мне.
Сказав это, она отступила на два шага, убедилась, что он больше не станет её задерживать, и выбежала из комнаты.
Чжуан Цзинчэн оцепенело смотрел ей вслед. В его глазах читались усталость и злость.
Он резко схватил бокал и осушил его одним глотком.
Бокал показался ему слишком мал — тогда он взял прямо кувшин и начал лить вино себе в рот.
«Почему… Почему всё дошло до этого?»
Он просто ревновал. Просто злился. Хотел, чтобы она сама сказала ему: «Нет, я не такая, как все говорят».
Почему же всё пошло так плохо?
Вспомнив своё поведение и её взгляд, полный отвращения, Чжуан Цзинчэн почувствовал ещё большее раздражение.
Она, наверное, теперь ненавидит его. Иначе зачем смотреть на него с таким разочарованием?
http://bllate.org/book/12006/1073561
Готово:
