На его лице читалось искреннее недоумение. Хэ Мэйцзы хихикнул:
— Ах, молодой господин! Сразу видно — не из Чанъани вы. Здесь народу хоть отбавляй, да все с деньгами и связями, а Императорская академия всего одна, в ней четыре факультета и всего-то сотня мест. Так что, конечно, драки за поступление не избежать! А раз началась борьба, то одних учебников мало — нужны ещё пособия с разбором заданий, а лучше бы ещё и прошлогодние экзаменационные билеты, верно?
Он говорил уверенно и плавно, и Тан Ду наконец всё понял — глаза его озарились. Заметив такую реакцию, Хэ Мэйцзы, естественно, возгордился:
— Я тогда прозорливо углядел эту грандиозную возможность и решил заняться этим делом. И теперь, теперь я…
Он огляделся по сторонам, замолчал на миг, но тут же невозмутимо улыбнулся:
— Теперь живу безбедно.
Тан Ду взглянул на его яркое, но дешёвое платье и промолчал. Е Цзя же пробурчала:
— Врёшь без зазрения совести. Ты ведь тогда сбежал со старшей дочерью генерала Люя, тебя поймали и изгнали из Академии живописи.
Хэ Мэйцзы, даже будучи уличённым при всех, не смутился, а назидательно произнёс:
— Добрая ты, Е Цзя, другу цены нет. Нежности и заботы в тебе больше, чем в Шэнь Жоу раз в десять. Вот только в делах сердечных ты ещё слишком молода. Посмотри на Шэнь Жоу — она ведь знает, что раны старого друга трогать не стоит, верно?
— Нет, — бесцеремонно ответила Шэнь Жоу. — Просто я знаю, что ты сейчас скажешь это сама. К тому же, раз ты должен мне тысячу лянов серебром и находишься под моей защитой, то обязан называть меня «господин Шэнь». Понял?
Она бросила на него лёгкий, но пронзительный взгляд. Хэ Мэйцзы замер, а потом горько усмехнулся:
— Понял, понял! Господин Шэнь, святая ты моя, боюсь тебя до смерти. Скажи уж прямо — зачем пожаловала на этот раз?
— Да ни за чем особенным, — Шэнь Жоу, довольная его сообразительностью, небрежно ответила. — Просто отдай мне последнее издание своих пособий и подробно объясни Тан Ду, как сдать экзамен в Академию живописи.
Хэ Мэйцзы облегчённо выдохнул:
— И всё?
— И всё, — подтвердила Шэнь Жоу. — Быстрее за дело: если сделаешь как надо, долг в тысячу лянов можно считать прощённым.
Услышав это, Хэ Мэйцзы обрадовался до безумия и, забыв обо всём на свете, пригласил троих гостей в свой двор, плотно захлопнув за ними дверь.
А невдалеке, у стены, Ян Цяо, увидев, как они скрылись за дверью, широко раскрыл рот от удивления:
— Не может быть! Разве это не дом терпимости? Шэнь Жоу так далеко зашла? В первый же день повела парня в такое место? Цок-цок-цок…
Он качал головой, восхищённо причмокивая, но Се Фэнъюй уже разглядел лицо того мужчины:
— Не болтай глупостей. Она просто привела Тан Ду к Хэ Мэйцзы.
— К Хэ Мэйцзы? — переспросил Ян Цяо, нахмурившись, и через мгновение вспомнил. — Ты имеешь в виду того самого Хэ Мэйцзы, который чуть не увёл старшую дочь генерала Люя? Его же объявили в розыск! Как он вообще ещё в Чанъани?
Се Фэнъюй молчал, но спустя некоторое время кивнул:
— В ту ночь было темно, и семья Люя так и не разглядела лица Хэ Мэйцзы. Шэнь Жоу тайком нашла ему замену, пообещала тому тысячу лянов, чтобы тот взял вину на себя, и таким образом спасла Хэ Мэйцзы.
— Вот как?! — изумился Ян Цяо. — Кто же придумал такой коварный план? Не похоже это на стиль Шэнь Жоу!
Се Фэнъюй взглянул на него. Выражение лица Ян Цяо изменилось:
— …Не говори мне, что это был ты.
Се Фэнъюй вежливо ответил:
— И тысячу лянов заплатил тоже я.
Ян Цяо онемел. А Се Фэнъюй отвёл взгляд и, словно про себя, пробормотал:
— А потом она отправляет человека, которого я спас, обучать Тан Ду… Это уж слишком.
Ян Цяо попытался утешить его:
— Может, это и не обучение вовсе… Шэнь Жоу же хочет потягаться с Лиюй? Хэ Мэйцзы отлично осведомлён обо всём, что творится в городе. Возможно, она обратилась к нему именно за этим.
Се Фэнъюй не ответил. Ян Цяо подумал и понял, что имел в виду друг:
— Что, хочешь… войти туда вслед за ними? Но задняя дверь уже закрыта.
— Тогда пойдём с парадного входа, — сказал Се Фэнъюй и первым направился к дому.
Но Ян Цяо уперся:
— Ни за что! Если меня увидят в таком жалком месте, я чести не увижу!
Се Фэнъюй лишь вздохнул и предложил:
— Тогда купи себе бамбуковую шляпу.
Ян Цяо энергично закивал. Так, спустя четверть часа, два молодых человека в бамбуковых шляпах с чёрными вуалями появились на главной улице квартала Канпин, вызвав любопытные взгляды женщин из окон соседних домов терпимости. Те сразу заметили, что одежда незнакомцев дорогая, и начали манить их руками и весело смеяться. Но один из мужчин уклонялся, а другой вежливо отстранял их веером:
— Простите, у нас уже есть назначение. Прошу вас, дайте нам пройти.
Его голос звучал мягко и чисто, как журчащий ручей, и женщины ещё больше загорелись интересом, готовые броситься к ним. Се Фэнъюй вынужден был применить ловкий приём, чтобы наконец вырваться и войти в заведение Хэ Мэйцзы.
Тем временем Хэ Мэйцзы сидел в задней комнате и представлял Тан Ду свои учебные пособия. На обложке томика был фиолетовый переплёт, по центру — выпуклая печать в виде цветка сливы, подтверждающая подлинность издания. Внутри — иллюстрации и пояснения на любой вкус, настоящий самоучитель для новичков, идеально подходящий Тан Ду.
Тот внимательно листал книгу, не поднимая головы. Шэнь Жоу сама не любила учиться, но, видя его усердие, была очень довольна и тут же велела Хэ Мэйцзы принести пособия по всем предметам.
Тот, разумеется, согласился и принёс целую стопку книг. Положив их на стол, он не удержал — книги рассыпались по всей поверхности.
Хэ Мэйцзы поспешил собирать их, а Тан Ду в это время заметил среди разбросанных томов тоненький, ярко раскрашенный буклетик. Он взял его: слева вверху — та же выпуклая печать сливы, справа — надпись «Новейшее творение», а по центру — чёрными чернилами значилось: «Высший экзаменационный сборник издательства „Мэйцзы“». Под этим красными чернилами было добавлено: «Совершенно секретно! Только сто экземпляров!» — что делало книжку особенно соблазнительной.
Тан Ду моргнул. Увидев, что Хэ Мэйцзы всё ещё занят сбором книг и не смотрит в его сторону, он не удержался и раскрыл её. Но как только заглянул внутрь, глаза его округлились: вместо мудрых наставлений там была лишь короткая частушка:
«Три коротких — выбирай длинный,
Два длинных — бери короткий.
Пропускай все пропуски,
В сочиненьях — цитаты мудрецов.
Если встретишь задачку —
Ставь триста тридцать три.
Если всё же провалишься —
Подкупай экзаменатора в конце».
Тан Ду оцепенел. В этот момент Хэ Мэйцзы поднял голову, увидел, чем занят юноша, и в ужасе вырвал у него книжку:
— Нельзя, нельзя! Эту читать нельзя!
Шэнь Жоу удивилась:
— Как это — нельзя? У тебя есть книги, которые нам нельзя смотреть?
— Ну это… — Хэ Мэйцзы замялся. Шэнь Жоу сразу заподозрила неладное и, воспользовавшись тем, что он слабый книжник, а она немного владеет боевыми искусствами, ловко выхватила у него книжку. Пробежав глазами строчки, она почернела от гнева:
— Хэ Мэйцзы! Что за чепуху ты тут написал?!
Е Цзя тоже заглянула и с интересом присвистнула:
— Староста Хэ, ты продаёшь такое и не боишься, что тебя обвинят в мошенничестве?
Эти слова напомнили Шэнь Жоу о возможных последствиях, и она подозрительно уставилась на Хэ Мэйцзы. Тот замялся, но быстро сдался и почесал затылок:
— Ну… действительно есть риск, что меня обвинят…
Он уклончиво отвечал, избегая её взгляда. Шэнь Жоу прищурилась:
— Говори правду: тебя уже ругали? И сильно?
Хэ Мэйцзы захлебнулся, но спустя мгновение махнул рукой и тяжело вздохнул:
— Да уж… Не то что ругали — несколько раз приходили с требованием вернуть деньги! Но ведь в моём издательстве всегда действует правило: «После продажи возврату не подлежит». Разве это не беспредел с их стороны?
— По-моему, беспредел — это ты, — холодно сказала Шэнь Жоу. — Мошенничать и обманывать людей — это подло.
Хэ Мэйцзы возмутился:
— Да я не обманываю! Эти пятьдесят шесть строк — плод моих многолетних размышлений, проверено сотни раз! Как ты можешь называть это обманом?
Е Цзя, положив подбородок на локоть, лениво листала сборник и вставила:
— Если уж так проверено, почему тогда к тебе ломятся с претензиями?
Хэ Мэйцзы умолк. Шэнь Жоу фыркнула:
— Зачем тебе это? Совсем с голоду сдох?
— Да нет же! — воскликнул он. — Просто хотел скорее вернуть тебе долг. Три года ты не выходила из дома — я уж думал, с тобой что-то случилось. Решил собрать тысячу лянов, чтобы ты спокойна была.
Шэнь Жоу и не ожидала таких слов. Она уже собиралась снова упрекнуть его, но теперь не смогла и смягчилась. В этот самый момент в комнату вбежала одна из девушек, испуганно шепча:
— Хозяин! Снаружи двое мужчин в шляпах, лица не видно — не те ли это снова пришли?
«Те» — это, конечно, недовольные покупатели его «сборника». Раз они уже приходили несколько раз, Хэ Мэйцзы сразу стал серьёзным:
— Какого роста? Возраст?
Девушка нервно показала руками:
— Высокие, молодые, одежда и украшения — всё дорогое.
Хэ Мэйцзы втянул воздух:
— Всё, похоже, они.
Девушка испугалась:
— Что делать? Брать оружие?
Хэ Мэйцзы подумал о своей команде — стариков, женщин и больных — и помолчал. Затем он и девушка одновременно перевели взгляд на Шэнь Жоу.
Та лишь покачала головой, но, вспомнив, ради чего он затеял всё это, всё же встала и легко сказала:
— Ладно, я сама пойду посмотрю.
Хэ Мэйцзы обрадовался:
— Вот это да! С нашим господином Шэнь здесь никто не посмеет шуметь! Прошу вас, господин Шэнь, осторожнее на пороге…
— Отвали, хватит льстить, — раздражённо бросила Шэнь Жоу и вместе с ним вышла в переднюю часть дома.
Заведение Хэ Мэйцзы формально называлось домом терпимости, но все постоянные клиенты знали, что на самом деле это книжная лавка, поэтому сюда никто не заглядывал. Сейчас в просторной, но обшарпанной передней комнате сидели лишь несколько девушек: кто грыз семечки, кто усердно переписывал книги для хозяина. Поэтому двое высоких молодых людей в чёрных вуалях выглядели особенно подозрительно — казалось, на лбу у них написано: «Злой умысел».
Шэнь Жоу, выйдя, сначала проверила, нет ли у них оружия. Убедившись, что нет, она перевела взгляд на их лица — и один из них показался ей знакомым. Если бы не мысль, что Се Фэнъюй никогда не ступил бы в такое место, она бы тут же окликнула его по имени.
Но всё же подозрения не покидали её, и она вежливо, но настороженно спросила:
— Я — Шэнь Жоу. А вы кто такие?
Тот, кто был похож на Се Фэнъюя, молчал и не двигался. Зато второй, который до этого протирал руки шёлковым платком, остановился и неловко кашлянул, хрипло произнеся:
— Э-э… Я —
Он не договорил — его прервал громкий удар по двери. Все повернулись и увидели, как в помещение врываются несколько детин в чёрной одежде с кухонными ножами, окружая двух молодых людей в роскошных одеждах. Те приказали своим вышибалам снять дверь с петель, а сами закричали:
— Хэ! Сегодня ты нам объяснишься, или мы с тобой не закончим!
Хэ Мэйцзы опешил: он смотрел то на них, то на двоих в шляпах, не понимая, что происходит. Но детины уже начали крушить всё вокруг — раздался звон разбитой посуды и мебели. Хэ Мэйцзы в панике метнулся туда-сюда, но Шэнь Жоу резко крикнула:
— Довольно!
Её голос прозвучал чётко и властно, и все замерли. Юноши посмотрели на неё и удивились:
— Малышка Шэнь? Так ты действительно вернулась?
Шэнь Жоу не ответила, а медленно произнесла:
— Хэ Мэйцзы — мой человек. Тронете его — тронете меня. Подумайте хорошенько.
Шэнь Жоу три года не появлялась на людях, но её репутация осталась непоколебимой. Все сразу прекратили своё буйство и вопросительно посмотрели на своих лидеров.
Те тоже побаивались её: хоть Шэнь Жоу и была молода, за эти годы она совершила в Чанъани столько смелых и значимых поступков, что её нельзя было не уважать.
http://bllate.org/book/11990/1072006
Готово:
