Ли Тун, будучи физоргом класса, суетилась впереди. Цуй Цинъянь, как и Жуань Инъинь, записалась только на стометровку и поэтому сидела с ней позади.
Сейчас проходил финал мужской стометровки. Внизу у трибун толпились ученики — все наперебой кричали и визжали от возбуждения.
Жуань Инъинь, державшая в руках словарик английских слов, подняла глаза и бросила взгляд вниз.
Ян Тунъюй за последнее время немного побелел — всё-таки использовал специальный тоник для кожи. Но каждый день он по-прежнему не расставался ни с баскетбольным, ни с футбольным мячом и по сравнению с другими парнями всё равно выглядел заметно темнее — по-своему эффектно смуглый.
Он бежал первым, стремительно приближаясь к финишу.
У самой финишной черты коротко стриженная Ли Тун подпрыгивала от радости и громко орала:
— Ян Дахэй!!! Вперёд!!!
Классный руководитель Лю Цинь тоже волновалась, но, услышав крик Ли Тун, инстинктивно отступила на несколько шагов в сторону.
За эти считанные секунды Ян Тунъюй уже пересёк финишную черту, сорвав праздничную ленту.
Ли Тун схватила бутылку минеральной воды и подбежала к нему, похлопав бутылкой по его мускулистой руке:
— Молодец, Ян Дахэй! Не подвёл наш класс!
Ян Тунъюй тяжело дышал, но в глазах читалась гордость:
— Ещё бы! Хотя если бы Юань-гэ участвовал, первое место точно досталось бы ему.
— Да уж, — согласилась Ли Тун, вспомнив эстафету в десятом классе и ту пугающую скорость Цзян Синъюаня.
— Теперь твоя очередь, — сказал Ян Тунъюй.
Ли Тун не стала скромничать:
— Не волнуйся, чемпионка стометровки в этом году обязательно буду я!
Неподалёку Ян Цинвэй услышала эти слова и чуть заметно улыбнулась.
Она проверяла результаты Ли Тун за десятый класс — да, та действительно отлично бегала. Но всё равно уступала ей.
В детстве её мама растила её одна. Было так бедно, что даже на автобус до школы не хватало денег. Приходилось бегать туда и обратно пешком.
Так она и натренировалась. Воспоминания об этом вызвали у Цинвэй горькую улыбку. Те времена с матерью были настоящим кошмаром — настолько тяжёлыми, что даже сейчас, думая об этом, она чувствовала, будто снова проваливается в бездонную пропасть.
Именно поэтому она ни за что не хотела возвращаться в прошлое. И именно поэтому так ненавидела Жуань Инъинь. Если бы не она и её мать, её жизнь никогда не была бы такой!
Рядом Лян Юань тайком поглядывал на Жуань Инъинь, сидевшую на трибунах. Отведя взгляд, он случайно взглянул на Цинвэй и нахмурился:
— Цинвэй, с тобой всё в порядке? Ты как-то бледная.
Цинвэй покачала головой — сначала не хотела ничего говорить. Но, встретившись с ним взглядом, передумала и в нескольких словах рассказала о том, как в детстве бегала в школу.
В глазах Лян Юаня мелькнуло сочувствие:
— Цинвэй, ты…
— Всё нормально, — улыбнулась она, махнув рукой, будто давно всё забыла. — Это же прошлое. Сейчас у меня всё хорошо. И я даже благодарна тем временам.
Лян Юань вздохнул, и в его взгляде читалась нежность.
*
Мужская стометровка закончилась, теперь настала очередь девушек.
Стометровку выбрали больше всего участников — все рассуждали: «лучше быстро и больно, чем долго мучиться», и массово записались именно на неё.
Поэтому забег разделили на много групп. Жуань Инъинь бежала в одной из последних.
По радио уже объявили, чтобы участники стометровки шли на регистрацию. Жуань Инъинь спрятала словарик и вместе с Цуй Цинъянь направилась к месту сбора.
Цуй Цинъянь обняла её за руку и вздохнула:
— Синьсинь, ты слишком усердствуешь. По сравнению с тобой мне даже стыдно становится.
Жуань Инъинь приподняла край широкополой шляпы, почти закрывавшей всё лицо, раскрыла зонт и мягко ответила:
— У меня слабая база, приходится усердно заниматься.
Иначе английский отстанет, и тогда уж точно не удержать первое место.
Интересно, кто станет первым на этой контрольной — она или Цзян Синъюань? Он полмесяца был в отъезде и получил травму. Вряд ли сейчас в лучшей форме, хотя в книге, кажется, всё равно занял первое место.
Но теперь она уже не та Жуань Инъинь. Результат может быть другим. После первой экзаменационной работы она лучше поняла свои силы и уверена: на этот раз написала отлично.
Пока она так размышляла, вдруг увидела, как по направлению к стадиону решительным шагом идёт Цзян Синъюань.
Его взгляд мгновенно зафиксировался на Жуань Инъинь.
Он подошёл ближе, и от него исходило ощущение давящей мощи.
Травма за последние дни не только не подкосила его дух, но, наоборот, пробудила скрытую в нём жестокость. Его присутствие стало ещё опаснее — словно призрак, вышедший из ночного мрака.
От такой ауры даже в ясный солнечный день Жуань Инъинь и Цуй Цинъянь почувствовали лёгкий холодок.
— Что, участвуешь в стометровке? — Цзян Синъюань несильно ткнул пальцем в номерок, приколотый к её животу.
Номерок крепился булавкой прямо под животом. Как только его палец коснулся ткани, Жуань Инъинь резко отпрянула назад, бросив зонт на землю.
Хомячки терпеть не могут, когда трогают их мягкий животик — то же самое и с Жуань Инъинь.
Она прикрыла номерок рукой и посмотрела на Цзян Синъюаня с настороженностью и укором.
Брови Цзян Синъюаня чуть дрогнули, в глазах мелькнула тень.
В прошлой жизни их отношения были куда ближе. Он касался её повсюду — без всяких колебаний.
Пусть теперь Жуань Инъинь и хранит какие-то тайны, пусть правда пока скрыта за завесой. Но разве это важно?
Даже если окажется, что эта Жуань Инъинь — не та, с кем он жил в прошлом, внешность и тело у неё те же.
Значит, всё это принадлежит ему.
Если она окажется той, кто предал его в прошлой жизни, он не даст ей спокойно жить.
А если нет… он всё равно не позволит ей быть счастливой.
Цзян Синъюань насмешливо усмехнулся:
— Дай угадаю… ты, скорее всего, займёшь последнее место, верно?
На физкультуре она всегда была в аутсайдерах. Но в ту ночь в баре… она убегала довольно резво.
Неужели специально скрывает свои способности, чтобы не выдать себя? Скоро всё прояснится.
Именно ради этого он и пришёл сюда. Цзян Синъюань холодно усмехнулся и обошёл лежащий на земле зонт.
Цуй Цинъянь, прячась за спиной подруги, дрожащим шёпотом проговорила:
— Синьсинь, Юань-гэ действительно страшный… Я аж говорить не могла от страха.
Жуань Инъинь кивнула и, взглянув на палящее солнце, поспешила поднять свой зонт.
Пусть будет последней — и ладно.
В такую жару хочется поскорее пробежать и укрыться в тени.
Если вдруг займёт призовое место, придётся бежать ещё и в полуфинале, а потом и в финале — целых три раза!
К тому же Жуань Инъинь и сама считала, что в беге у неё точно последнее место.
*
Ян Цинвэй бежала перед Жуань Инъинь — в предыдущей группе.
Она приняла стартовую позицию — идеально, по всем правилам.
Цинвэй была красива, и ноги у неё длинные. В шортах для бега, присев на старте, она привлекла множество взглядов.
На трибунах уже начали спрашивать друг у друга, кто эта девушка.
Цинвэй сосредоточенно смотрела на финишную черту, полная решимости победить.
Лян Юань стоял у финиша и нервничал. Услышав историю о её детстве, он всё ещё чувствовал к ней жалость.
Такая упорная девушка заслуживает первого места — он искренне так думал.
Прозвучал выстрел стартового пистолета — Цинвэй мгновенно рванула вперёд!
Зрители на секунду замерли, а затем трибуны взорвались криками! Особенно орали мальчишки!
Жуань Инъинь, стоявшая рядом и хмурившаяся от солнца, невольно посмотрела туда и увидела, как Цинвэй лидирует — её скорость даже выше, чем у Ли Тун чуть раньше.
Цинвэй безоговорочно заняла первое место в своей группе. Лян Юань подбежал к ней у финиша. Они улыбались друг другу — красивая пара, настоящее украшение стадиона.
Цзян Синъюань, наблюдая за торжествующими Цинвэй и Лян Юанем, нахмурился. Затем перевёл взгляд на стартовую линию, где готовилась Жуань Инъинь.
Его план после перерождения был прост: использовать Жуань Инъинь, чтобы задеть Цинвэй, а через Цинвэй — ранить Жуань Инъинь. Эти две женщины, которых он ненавидел, в старших классах постоянно враждовали. Каждая была занозой в глазу другой, и их взаимная ненависть причиняла боль гораздо глубже, чем любые его действия как «наблюдателя».
Правда, в этой жизни Жуань Инъинь как будто потеряла интерес к Цинвэй.
А вот Цинвэй по-прежнему очень остро реагировала на Жуань Инъинь. Чтобы заставить Цинвэй страдать, лучше всего использовать именно Жуань Инъинь.
Цзян Синъюань сжал в руке телефон и, вспомнив нечто, усмехнулся.
Жуань Инъинь стартовала на последней дорожке, у края футбольного поля. За оградительной лентой толпились зрители.
Только что победившая Ли Тун вместе с Ян Тунъюем и другими ребятами изо всех сил кричали:
— Жуань Инъинь! Вперёд! Жуань Инъинь! Давай!!!
Они видели, как Цинвэй легко выиграла свою группу.
Теперь, глядя на Жуань Инъинь, которая бежала следом, они переживали за неё.
Все знали об их конфликте с Цинвэй. Поэтому боялись, что Жуань Инъинь сейчас расстроится или почувствует себя униженной. Вот они и старались поддержать её — пусть даже проиграет, но с достоинством!
У финиша Цинвэй спокойно пила воду, едва заметно улыбаясь.
Жуань Инъинь на разминке всегда была в числе последних. В такой ситуации ей остаётся только опозориться.
Зрители, всё ещё взволнованные победой Цинвэй, теперь внимательно рассматривали новую группу бегунов.
Жуань Инъинь была даже красивее Цинвэй, а её ноги — белоснежные, словно изящный нефрит: длинные, прямые, сияющие на солнце.
Взгляды парней буквально прилипли к ней.
Цзян Синъюань хмурился всё сильнее. Он смотрел на её ноги, сжимал телефон в кулаке и прикусил язык.
Жуань Инъинь нервно переступала с ноги на ногу на своей дорожке.
Только что она не волновалась, но теперь, оказавшись на старте, почувствовала тревогу, какой раньше не испытывала.
Пустая дорожка.
Толпы учеников и учителей вокруг.
Судья с секундомером у финиша.
Соперницы рядом, делающие вдохи и выдохи.
…
Напряжение проникало в неё со всех сторон.
Она сосредоточилась, но палящее солнце, которого она так боялась, всё равно отвлекало.
Остальные девушки уже приняли стартовую позицию. Жуань Инъинь посмотрела на соседку и попыталась повторить за ней.
Судья, убедившись, что все готовы, выстрелил.
Жуань Инъинь уже пугалась выстрела, когда наблюдала за другими забегами, и сейчас снова вздрогнула, инстинктивно прикрыв уши.
И тут увидела: все соперницы рванули вперёд, а она всё ещё стоит на месте!
Ли Тун, одна из болельщиц, закрыла глаза — не могла смотреть на то, что должно было последовать.
Ян Тунъюй, второй болельщик, покачал головой.
Линь Мэн, третий, достал комикс.
Цуй Цинъянь, четвёртая, сложила руки в молитвенном жесте.
Лян Юань у финиша затаил дыхание.
Классный руководитель Лю Цинь и не надеялась на успех Жуань Инъинь — спокойно наблюдала.
Цинвэй с удовольствием сделала глоток воды.
Зрители покачали головами, но продолжали следить за Жуань Инъинь.
Ведь она — настоящее зрелище. Даже опоздавшая на старте, она выглядела очаровательно — так, что хотелось взять на руки и прижать к себе.
Цзян Синъюань разблокировал телефон отпечатком пальца и уже собирался нажать кнопку воспроизведения.
Но в эти две секунды Жуань Инъинь опомнилась. Испугавшись, она рванула вперёд изо всех сил!
Цзян Синъюань замер, палец завис над экраном. Его взгляд последовал за её стремительным движением.
«Аааа!!! Как они все сразу побежали?!?! Они что, не боятся выстрела?!?»
Жуань Инъинь паниковала, но изо всех сил гналась за остальными! Хоть и последней, но не слишком позорно!
Одна… вторая… третья…
Под удивлёнными взглядами зрителей Жуань Инъинь начала догонять соперниц!
http://bllate.org/book/11926/1066315
Готово:
