Его взгляд рассеянно скользнул по её спине.
Невысокая, одета просто — обычно толстовка, джинсы и обувь на плоской подошве. Почти всегда в чёрных очках с толстой оправой и неизменно с потрёпанной синей сумкой JanSport за плечами. Выглядела так, будто всё ещё учится в средней школе.
И вполне соответствовала его стереотипному представлению о девушке-технаре.
До того как они стали одногруппниками, он, конечно, слышал её имя. В техническом факультете, где парней подавляющее большинство, имя девушки, постоянно возглавляющей списки стипендиатов, неизбежно часто звучит — тем более если она ещё и красива.
Возможно, они уже сотни раз сталкивались в коридорах института связи, но он действительно никогда не замечал её. Даже став одногруппниками, он до сих пор не знал, из каких именно иероглифов состоит её имя.
В его представлении такие девушки — замкнутые, неловкие, скучные и совершенно лишённые чувственности. То есть абсолютно не его тип.
Однако за последнее время он начал замечать: его новая одногруппница, похоже, совсем не такая, какой он её себе воображал.
В чём именно разница — он не мог сказать.
Просто она отличалась от всех знакомых ему девушек.
Настолько необычна, что её невозможно определить словами.
Пока Цинь Мо наблюдал за ней, Е Цзюнь уже подошла к двери лаборатории 603. Она взялась за ручку, но не стала сразу открывать, а неторопливо обернулась и внезапно спросила:
— Все бедные девушки правда похожи на пиявок?
Цинь Мо слегка опешил. Но, судя по всему, она просто вслух произнесла мысль, не ожидая ответа. Сказав это, она чуть улыбнулась и вошла внутрь.
*
С каждым днём становилось всё холоднее. Когда они вышли из учебного корпуса, ледяной ветерок заставил Е Цзюнь вздрогнуть.
Было уже одиннадцать часов вечера.
Шумный и оживлённый днём кампус теперь погрузился в тишину; на улицах остались лишь немногие запоздалые прохожие.
— Цинь Мо!
В ночном безмолвии прозвучал гневный окрик, нарушив покой.
Е Цзюнь подняла глаза и увидела в свете фонаря стремительно приближающуюся фигуру. Парень подскочил прямо к Цинь Мо, одной рукой схватил его за воротник, другой занёс кулак для удара.
Но, хоть он и двигался быстро, реакция Цинь Мо оказалась не хуже. Прежде чем кулак достиг цели, он перехватил запястье нападавшего.
Линь Кайфэн тоже подбежал и закричал на незнакомца:
— Ты вообще кто такой?!
Цинь Мо махнул рукой, давая понять, что вмешиваться не нужно. Затем он оттолкнул захваченное запястье, расцепил пальцы, сжимавшие его воротник, и отстранил противника на полметра.
Линь Кайфэн не узнал нападавшего, но Е Цзюнь знала его.
Она видела его ещё вчера в больнице.
Не сумев застать Цинь Мо врасплох, Чжун Ян разъярился ещё больше и снова бросился вперёд. Но на этот раз, не успев даже коснуться Цинь Мо, получил удар ногой в живот и отлетел назад.
— Хочешь снова сломать ногу? — с презрением спросил Цинь Мо, глядя на мужчину, который, скорчившись от боли, держался за живот.
Чжун Ян выпрямился, но больше не пытался нападать. Его лицо исказилось от ярости, однако было видно, что он вот-вот потеряет контроль над собой.
Правда, он был почти на полголовы ниже Цинь Мо и имел мягкую, интеллигентную внешность — какой бы ни была его злость, угрожающе он выглядел слабо.
Под высокомерным, сверху вниз взглядом Цинь Мо ярость в глазах Чжун Яна постепенно сменилась беспомощностью. Он вдруг осознал: перед ним стоит богатый наследник из влиятельной семьи, а сам он — всего лишь обычный молодой человек, который с трудом пробивается в этом городе. За его спиной никого нет, кроме него самого, и никто не станет платить за его импульсивность.
Е Цзюнь смотрела на угасающее выражение лица Чжун Яна и вдруг почувствовала горькое сочувствие.
Разве он виноват? Ничуть. Из-за игры Цинь Мо он потерял многолетнюю любовь, сломал ногу — и всё же не может ничего сделать тому, кто начал всё это. Более того, вынужден терпеть его высокомерное презрение и унижение собственного достоинства.
На свете никогда не было равенства от рождения. Именно потому, что люди рождаются неравными, некоторые изо всех сил карабкаются наверх.
Жизнь так коротка — кто же не хочет оказаться на вершине?
Чжун Ян с горькой усмешкой отступил на два шага и сказал:
— Цинь Мо, ты думаешь, что можешь делать всё, что захочешь, только потому, что у тебя есть деньги?
Цинь Мо пожал плечами, не комментируя, и на лице его читалось откровенное пренебрежение, будто он смотрел на надоедливого муравья.
— Я буду ждать того дня, когда ты упадёшь, — продолжил Чжун Ян.
Цинь Мо презрительно скривил губы:
— Надеюсь, тебе повезёт увидеть это.
Чжун Ян больше не смотрел на него. Вместо этого он перевёл взгляд на Е Цзюнь, стоявшую в нескольких шагах позади, и быстро подошёл к ней. Глаза его покраснели, и он медленно, чётко произнёс:
— Ты тоже в него влюблена?
Е Цзюнь спокойно смотрела на него, не отвечая.
Тогда Чжун Ян окончательно вышел из себя и закричал:
— Почему вы все такие поверхностные?! Только потому, что он богат и красив, вы готовы влюбляться в такого мерзавца?!
Е Цзюнь по-прежнему молчала.
Цинь Мо обернулся и резко оттолкнул его:
— Кто тут поверхностный?! Если есть претензии — ко мне! Зачем орёшь на неё?!
Чжун Ян пошатнулся, но всё ещё смотрел на Е Цзюнь. Он усмехнулся и, уже спокойнее, но с горькой издёвкой, сказал:
— Для него, этого мерзавца, который играет жизнями, пользуясь деньгами родителей, девушки — всего лишь трофеи. Ты тоже хочешь стать второй Чжао Тин?
Лицо Цинь Мо мгновенно потемнело:
— Да ты совсем охренел?!
Чжун Ян замолчал, но всё ещё с насмешливым выражением смотрел на Е Цзюнь, будто ждал её ответа.
Е Цзюнь сделала шаг вперёд и спокойно сказала:
— Я не стану второй Чжао Тин.
Цинь Мо удивлённо обернулся к ней.
Чжун Ян говорил это в приступе гнева, просто ища, на ком бы сорвать злость, и не ожидал ответа. Он смотрел на спокойное лицо девушки в ночи и вдруг замер.
Е Цзюнь добавила:
— Возможно, тебе стоит радоваться: ты завершил неподходящие отношения и покинул человека, который тебе не пара.
Чжун Ян словно укололи в самое больное место. Он в ярости возразил:
— Ты ничего не понимаешь! Чжао Тин была замечательной! Это он, этот мерзавец, её обманул!
Он повысил голос, будто только так мог убедить самого себя.
Цинь Мо рядом холодно фыркнул.
Е Цзюнь больше ничего не сказала. Она знала: Чжун Ян всё прекрасно понимает — возможно, лучше всех. Просто не хочет признавать, что любимая девушка, с которой он шёл с юности, в итоге предпочла реальность романтическим иллюзиям.
Любовь не так чиста, как кажется. В ней всегда присутствует борьба за выживание и множество неприглядных желаний.
Просто люди привыкли идеализировать её и упрямо отказываются видеть правду.
Проорав всё, что мог, Чжун Ян вдруг испуганно развернулся и, словно раненый зверь, побежал прочь, быстро растворившись в холодной ночи.
Линь Кайфэн покачал головой:
— Вот это парень! Его бросили, а он всё равно пришёл защищать бывшую. Неужели не знает, что бескорыстные «собачки» в итоге остаются ни с чем?
Цинь Мо не обратил на него внимания. Он опустил глаза на девушку рядом, которая по-прежнему сохраняла спокойное выражение лица, и неловко прочистил горло:
— Не обращай внимания на то, что он сейчас наговорил.
Е Цзюнь:
— Не обращу.
Цинь Мо:
— Отлично.
Е Цзюнь:
— Я и так знаю, какой ты человек. Конечно, не стану принимать это близко к сердцу.
Цинь Мо:
— …
Чёрт.
Вернувшись в общежитие, Е Цзюнь увидела, как Сяо Юй сидит за столом, ест чипсы и смотрит сериал. Увидев её, та подняла полный пакет из супермаркета и невнятно проговорила:
— Чжао Тин недавно вернулась в комнату и купила нам обоим мешок закусок — благодарит, что вчера вечером отвезли её в больницу.
— Ага, — кивнула Е Цзюнь.
— Эй? — Сяо Юй поставила пакет на стол, бросила на неё взгляд и с хитрой улыбкой приблизилась. — Я только что заметила: она приехала на машине Чжун Яна. Они что, снова вместе? Хотя Чжун Ян и правда неплох: через несколько месяцев после выпуска уже купил машину. Пусть и не особо дорогую, но для большинства выпускников — это очень круто.
Е Цзюнь помолчала немного и сказала:
— Чжао Тин не будет с ним воссоединяться.
— Почему? — удивилась Сяо Юй. — По законам любовных романов, это как раз тот случай: героиню предал мерзавец, она получает душевные и физические травмы, но её спасает верный первый парень. Она просыпается, понимает, что такое настоящая любовь, и всё заканчивается счастливо.
Е Цзюнь улыбнулась:
— Жизнь — не роман.
Чжун Ян, конечно, был одним из лучших в своём поколении: неплохая внешность, отличная учёба, хорошая работа с зарплатой в полмиллиона в год. Через десять лет он вполне мог бы стать успешным человеком.
Но разве Чжао Тин, севшая в ламборгини Цинь Мо, захочет снова садиться в машину за полмиллиона? Раз уж она увидела, что в жизни есть короткий путь, зачем ей тратить годы, чтобы медленно карабкаться вверх с парнем, зарабатывающим полмиллиона?
Жажда выгоды неутолима.
*
Её предположение подтвердилось уже через две недели.
Был редкий для зимы солнечный день. После пары Е Цзюнь шла в библиотеку сдать книги и, проходя мимо здания финансового факультета, услышала женский голос:
— Е Цзюнь!
Она обернулась и увидела Чжао Тин — модную, ухоженную, с безупречным макияжем. Та улыбалась и шла к ней.
У амбициозных девушек обычно крепкая жизненная энергия.
Всего за две недели Чжао Тин полностью избавилась от прежнего уныния и снова сияла, как раньше.
— Давно не виделись! — сказала она, остановившись перед Е Цзюнь.
Е Цзюнь кивнула:
— Да, как твои дела?
— Неплохо. Я ещё не успела лично поблагодарить тебя за ту ночь. Спасибо тебе и Сяо Юй.
— Это пустяки. Главное, что ты в порядке.
Чжао Тин кивнула, помолчала немного и с улыбкой сказала:
— Я знаю, ты меня презираешь.
Е Цзюнь удивилась и мягко рассмеялась:
— Ты слишком много думаешь.
Чжао Тин пожала плечами:
— Ничего страшного. Мои поступки тогда были не слишком благородными. Что поделать — я начала встречаться с Цинь Мо ради выгоды, так что не хочу уходить с пустыми руками.
Её откровенность на миг поставила Е Цзюнь в тупик.
Чжао Тин продолжила:
— В моей семье всегда ругались из-за денег. Я пошла на финансы, чтобы потом устроиться на высокооплачиваемую работу. Но, попав на факультет, поняла: многие уже родились победителями. Им не нужно беспокоиться ни о работе, ни о связях. А у меня ничего нет — только я сама.
Она сделала паузу и неожиданно добавила:
— Но разве такие, как я, должны оставаться ни с чем?
Е Цзюнь поняла её.
У неё нет связей, но она обладает достаточными личными качествами. В этом мире красота — уже ресурс, универсальный ключ ко всем дверям.
Если она этого хочет, она действительно не обязана оставаться ни с чем.
Е Цзюнь помолчала и сказала:
— У каждого свой выбор. Какой бы путь ты ни выбрала, главное — уметь нести за него ответственность и не жалеть об этом.
Чжао Тин кивнула:
— Верно. Кстати, Е Цзюнь, по сути, мы не так уж и отличаемся. Обе не хотим мириться со средним уровнем и стремимся вырваться вперёд, не так ли?
Е Цзюнь слегка улыбнулась, не подтверждая и не отрицая.
Чжао Тин продолжила:
— Ты ведь присоединилась к проекту Цинь Мо, потому что видишь в нём возможности и ресурсы, верно?
Е Цзюнь кивнула:
— Да, я действительно оценила перспективы его проекта.
Чжао Тин улыбнулась:
— Я знаю, ты способная. Но как та, кто уже доставил тебе хлопот, всё же посоветую: Цинь Мо однажды прямо сказал мне, что в своей команде он не берёт девушек. Будь осторожна — не работай в поте лица ради общего результата, чтобы потом он просто вышвырнул тебя из команды.
Е Цзюнь:
— Спасибо за предупреждение.
Чжао Тин:
— Хотя, возможно, я зря волнуюсь. Ты ведь не из простачков.
Е Цзюнь улыбнулась:
— Это комплимент?
— Конечно. Ты намного умнее меня и точно знаешь, чего хочешь. Так что вряд ли позволишь себя обмануть.
В этот момент раздался сигнал автомобиля.
Чжао Тин обернулась, помахала рукой в сторону стоявшего неподалёку «Мерседеса» и сказала Е Цзюнь:
— Меня ждут! Пока!
http://bllate.org/book/11893/1063062
Готово:
