— А, да. Вы родители Пэй Юнь, верно? — спросил Ши Чжэншэн, заметив, что жена лишь вежливо улыбнулась и не собиралась приветствовать гостей. Зная, что у неё до сих пор остался осадок, он сам вынужден был заговорить.
Официанты у входа уже распахнули двери ресторана и почтительно застыли по обе стороны, ожидая, пока все войдут.
— Да-да, проходите, проходите! Не будем же мы тут стоять — давайте пройдём внутрь, — пригласил Пэй Цзиньхай, делая широкий жест рукой и позволяя гостям идти первыми. — Ох, на этот раз ваш сын нас очень выручил! Действительно, всё благодаря ему! Парень видный, воспитанный — видно, что хорошее домашнее воспитание!
Его слова изобиловали искренней благодарностью и восхищением.
— Ха-ха, да это же пустяки, вы слишком добры… — отмахнулся Ши Чжэншэн с улыбкой.
Ши И и Пэй Юнь шли следом за взрослыми по коридору. Их шаги бесшумно утопали в тёмно-коричневом ковре, который словно поглощал даже эхо разговоров. По стенам висели картины в рамах — масляные полотна и пейзажи разных уголков мира.
— Прошу сюда, — указал молодой официант, шагая впереди.
Такая обстановка вызывала у Ши И и Пэй Юнь лёгкое неловкое чувство. Особенно Пэй Юнь замечала, как мать Ши И время от времени бросает на неё взгляд. Хотя выражение лица Вэнь Цзюньи оставалось вежливым и учтивым, девушка не чувствовала в нём настоящей теплоты.
Подтверждением этому служило и то, как холодно Вэнь Цзюньи отвечала на попытки Цзинь Жухуэй завязать светскую беседу — ограничиваясь лишь формальностями без малейшего намёка на искренний интерес.
«Что происходит?..» — думала Пэй Юнь, опустив глаза на ковёр. После каждого шага на нём оставался лёгкий отпечаток, но почти сразу исчезал.
Она рассеянно размышляла, одновременно недоумевая по поводу отношения матери Ши И. Неужели та недовольна тем, что её сын бросился спасать утопающую?.. Впрочем, это можно понять: ведь героизм всегда связан с риском, и любая мать боится за жизнь сына. Такие чувства вполне естественны.
Но, как бы ни была права логика, Пэй Юнь всё равно чувствовала лёгкое разочарование.
— Ты уже в порядке? — услышала она знакомый голос рядом и повернула голову. Ши И смотрел прямо перед собой, его тон оставался спокойным, но в нём сквозила забота. Казалось, он не заметил перемены в её настроении.
Коридор был нешироким, но двоим идти рядом было удобно. Однако при ходьбе их руки то и дело случайно задевали друг друга.
Пэй Юнь незаметно отступила чуть в сторону.
— Да, всё хорошо, — ответила она, вернувшись из задумчивости, и добавила: — На этот раз тебе огромное спасибо. Хорошо ещё, что я тебя не подвела… Иначе бы я совсем…
— Не надо столько «если бы», ничего такого не случилось бы, — перебил её Ши И, прежде чем она успела договорить, и быстро сжал её руку, оказавшуюся совсем рядом. — Не волнуйся, моя мама на самом деле легко находит общий язык с людьми. Просто сегодня, возможно, возникло недоразумение.
Он крепко сжал её ладонь и так же непринуждённо отпустил. Его лицо оставалось невозмутимым, но уголки губ предательски приподнялись.
«Давно хотел так сделать».
В его обычно сдержанном и холодноватом голосе теперь слышалась нотка упрямой решимости. Ши И снова заговорил:
— Я знаю, ты всё слышала. В тот день.
Взрослые впереди ничего не заметили — продолжали оживлённо беседовать.
Мозг Пэй Юнь на секунду-другую будто остановился, а щёки сами собой залились румянцем.
Тепло и прикосновение его ладони, уверенный, почти властный тон — такой несвойственный Ши И — заставили её вновь вспомнить события того дня в бассейне…
…
Сквозь полузабытое сознание она услышала всплеск воды. Чья-то рука крепко обхватила её, будто боясь, что она вырвется… Пэй Юнь даже тогда удивилась себе: как у неё хватило сообразительности думать об этом?
Затем эта не особенно мускулистая, но цепкая рука вывела её на поверхность. В расплывчатом зрении мелькали волны, а рядом — юноша, чей силуэт казался хрупким. В ушах звучал знакомый голос, настойчиво повторяющий:
— …Пэй Юнь, дыши вместе со мной, потерпи ещё немного, сейчас вытащу тебя на берег… Пэй Юнь, с тобой ничего не должно случиться! Ты ведь ещё не успела меня завоевать, а бросить начатое — это хуже всего… Ладно, не надо завоёвывать.
После этого голос вдруг оборвался, и в ушах остались лишь размеренные всплески воды. Спустя мгновение юноша смущённо пробормотал:
— Потому что я тоже…
«Я тоже? Ты тоже что?.. Договори же!» — хотела крикнуть Пэй Юнь, желая снова услышать его прохладный, приятный голос.
Иногда, когда они всплывали на поверхность, до неё доносились далёкие, приглушённые звуки — тревожные крики тренера и сотрудников бассейна, которые наконец заметили происходящее и спешили на помощь… Но всё это растворялось в воде, оставляя лишь тишину и отчаянный, совсем не свойственный ему голос…
Позже, очнувшись на берегу среди суматохи — скорой помощи, встревоженных родителей и всеобщей неразберихи — они так и не смогли продолжить тот разговор. Некогда было говорить о таких хрупких, важных вещах.
А теперь, в роскошном ресторане, в длинном коридоре, он смотрел на неё всё такими же тёмными, как чернила, глазами, и в его словах звучала уверенность, хотя в них всё же чувствовалась лёгкая нервозность. Он просто сказал это вслух…
Пэй Юнь показалось, что этот коридор — самый длинный в её жизни…
— Вот наш зал, прошу вас, — к счастью, официант наконец остановился у двери с табличкой «зал „Хайдан“» и пригласил всех войти. Пэй Юнь невольно перевела дух.
Хотя она первой призналась Ши И в чувствах, теперь, став старше и осознаннее, стала гораздо осторожнее в вопросах сердца.
Все уселись за стол.
За время пути Пэй Цзиньхай и Ши Чжэншэн уже успели хорошо пообщаться. Оба были общительными людьми и умели поддерживать беседу на нужную тему.
А вот Цзинь Жухуэй и Вэнь Цзюньи явно не ладили. Сначала Цзинь Жухуэй старалась проявить инициативу, но, заметив сдержанность Вэнь Цзюньи, постепенно сбавила пыл. Работая в правительственном учреждении, Цзинь Жухуэй отлично разбиралась в людях и сразу поняла: мать Ши И — не из тех, кто по натуре молчалив или не умеет общаться. Просто она не хотела вести разговор.
Ведь иногда дело не в том, умеешь ли ты говорить, а в том, хочешь ли ты это делать.
Цзинь Жухуэй была благодарна сыну Ши И за помощь, но если та, напротив, считала, что её сын зря вмешался в чужие дела, или, может, даже злилась — ничего не поделаешь. В конце концов, в будущем им вряд ли придётся часто встречаться, так что она больше не старалась заводить темы.
За столом Пэй Цзиньхай и Ши Чжэншэн всё больше находили общих тем — от светских фраз до обсуждения недвижимости и фондового рынка.
Сам Пэй Цзиньхай, хоть и занимал пока скромную должность, происходил из богатого рода. Ещё в эпоху прадеда Пэй Юнь семья была весьма состоятельной, но к временам деда дела пошли на спад.
Её дед был талантливым предпринимателем, но в итоге разорился, проиграв всё состояние. Остался лишь один большой дом на окраине города — да и тот сохранился лишь потому, что был семейной реликвией и продавать его запрещалось.
Сам Пэй Цзиньхай с детства отличался сообразительностью и в своё время поступил в университет. Но из-за банкротства семьи и огромных долгов ему пришлось бросить учёбу и рано выйти во взрослую жизнь.
Сначала он работал временным помощником в юридической конторе, затем сдал экзамены и получил необходимые сертификаты. Постепенно, собирая материалы для известных юристов и наблюдая за их работой в суде, он сумел закрепиться в профессии. Сейчас его карьера уверенно шла вверх.
Он специализировался на крупных экономических делах, поэтому хорошо разбирался не только в экономическом праве, но и в финансовых инструментах, ценных бумагах и биржевой торговле.
Ши Чжэншэн же находился на ещё более высоком уровне. Он видел гораздо больше обычного человека и изначально согласился на эту встречу лишь потому, что его сын увлечён девушкой. Но, познакомившись поближе с Пэй Цзиньхаем и убедившись, что тот порядочный человек, стал разговаривать охотнее.
Внезапно раздался звонок — это звонила мама Пэй Юнь. Звонок вовремя разрядил неловкую тишину за столом.
— Алло? — ответила Цзинь Жухуэй.
— …Да, на следующей неделе открывается ассоциация мацзян, и ещё будут занятия танцами на площади. Начнём завтра с утра… Хорошо, хорошо… Да, всё устраивает, вы сами организуйте. Ладно, у меня тут дела… Отлично, завтра обсудим подробнее.
Положив трубку, Цзинь Жухуэй заметила, что Вэнь Цзюньи вдруг переменила отношение к ней.
«Ассоциация мацзян? Танцы на площади?»
Цзинь Жухуэй разговаривала по телефону, не уходя в сторону, поэтому Вэнь Цзюньи услышала всё. Эти слова показались ей странными и новыми — она раньше не слышала о подобном.
Сама Вэнь Цзюньи давно хотела научиться играть в мацзян: все её подруги регулярно собирались за этим занятием, а она, не зная правил, могла присоединиться разве что к шопингу или спа-процедурам. По разным причинам, в основном из-за собственного безразличия, так и не научилась.
Но что такое «танцы на площади»?.
На самом деле и ассоциацию мацзян, и танцы на площади придумала сама Пэй Юнь для своей мамы. Первая идея возникла потому, что Цзинь Жухуэй обожала мацзян, но из-за этого сильно повредила шею. Что до танцев — в ближайшие годы они станут невероятно популярными.
Пэй Юнь хотела, чтобы мама больше двигалась, поэтому предложила объединить любителей мацзян в районе через местный комитет и создать ассоциацию. Сначала участники будут собираться ради игры, но постепенно откроют для себя радость танцев и переключатся на них.
Позже мама Пэй Юнь действительно увлечётся танцами и бросит мацзян. Но последствия для шеи уже будут необратимы, поэтому Пэй Юнь решила заранее запустить эту инициативу.
Увидев любопытство Вэнь Цзюньи, Цзинь Жухуэй, не обидевшись на её прежнюю холодность, охотно всё объяснила.
— А есть какие-то ограничения для участия в ассоциации? — спросила Вэнь Цзюньи, колеблясь: с одной стороны, после того звонка она не хотела сближаться, но с другой — новое увлечение казалось таким интересным. Будучи любопытной от природы, она не могла уйти, не узнав подробностей.
— Никаких ограничений. Это общественная инициатива, можете присоединиться и вы.
…Благодаря этому случайному звонку мамы Пэй Юнь и Ши И вдруг заговорили оживлённо. Молодые люди сзади сначала растерялись от резкой смены настроения, но потом с облегчением перевели дух.
— Кстати, скажите, как вообще произошёл этот инцидент? Почему ваша дочь чуть не утонула? — спросила Вэнь Цзюньи, когда разговор стал доверительным. Она начала подозревать, что, возможно, ошибалась: эта семья явно не из тех, кто идёт на всякие уловки.
Цзинь Жухуэй на мгновение замерла, затем лёгким шлепком по лбу дочери сказала с досадой и страхом:
— Эта девчонка! Перед тем как зайти в воду, она подвернула ногу, а потом началась судорога. Но упрямица решила всё равно пойти плавать в день экзамена — говорит, завтра начинаются подготовительные курсы, не хочет пропускать. Как только судорога в стопе прошла, сразу нырнула. А посреди бассейна свело уже всю ногу! Тренер был далеко, не заметил, а те, кто должен был следить за порядком, сидели и болтали! Хорошо, что мимо проходил ваш Ши И, иначе… Ох, что за история получилась…
Пэй Юнь незаметно высунула язык — было неловко.
— Правда так?.
Взглянув на сына — спокойного, как всегда, — и на девушку, которая всё это время держалась с достоинством, Вэнь Цзюньи почувствовала неловкость. Ей вспомнился звонок той девочки, которую она всегда жалела:
— Тётя, это Цинцин… Мне не следовало вам звонить, но Ши И — мой хороший друг, и я переживаю, что на него плохо повлияют. Поэтому решила сказать… Вы знаете, в школе Ши И есть одна девочка по имени Пэй Юнь. Она публично призналась ему в чувствах прямо перед экзаменами, и об этом заговорила вся параллель.
— …Я даже из другой школы всё узнала! Это ведь плохо сказывается, правда? Хотя, к счастью, Ши И всегда хорошо учился и не пострадал из-за неё… Ну, может, эта девочка просто не подумала, что помешает ему на экзаменах…
http://bllate.org/book/11854/1058029
Готово:
