Но Цинь Я уже была взрослой девушкой — ей исполнилось двадцать четыре года, и, пожалуй, стоило бы воспользоваться этим шансом, чтобы что-то изменить.
У Цинь Юя было множество планов, но Лу Нин не собиралась ему потакать.
Как только она решила вернуться в школу, то поклялась себе ни в коем случае не отставать и потому сосредоточила всё внимание исключительно на учёбе. После разговора с Чжан Цзичжуань она даже решила переехать в общежитие, чтобы сэкономить время на дорогу и тратить его на решение задач.
Узнав об этом, Цинь Юй выразил несогласие и предложил возить её каждый день: ведь в машине она спокойно сможет читать и решать задания.
Идея была неплохой, и даже Чжан Цзичжуань сочла её разумной, но как могла Лу Нин согласиться?
При Чжан Цзичжуань Цинь Юй не стал спорить, но когда Лу Нин провожала его, он спросил:
— Почему ты отказываешься?
— Тебе это слишком хлопотно, — ответила она.
— Мне совсем не хлопотно. Твои дела никогда не бывают для меня обузой, — возразил Цинь Юй.
Лу Нин опустила голову. Он добавил:
— Лу Нин, я знаю, что ты ко мне не расположена, но хотя бы не отталкивай меня так резко. Если помнишь, мы всё равно поженимся и будем долго жить вместе. Неужели так будет всегда?
Лу Нин приоткрыла губы, хотела что-то объяснить, но слова застряли в горле. Она действительно держала дистанцию с Цинь Юем, но вовсе не из-за неприязни. Просто… ей было страшно поверить. Страшно поверить, что они действительно проживут вместе долгую жизнь, и потому лучше с самого начала не сближаться.
— Я так не думаю, — с трудом выдавила она.
— Тогда не отвергай мою заботу, — сказал Цинь Юй и сам принял решение по этому вопросу.
Он умел уступать, когда это было нужно, но порой следовало и слегка подтолкнуть Лу Нин, иначе она навсегда останется запертой в своей скорлупе, недосягаемой для всех.
Так маршрут Цинь Юя вновь изменился: утром он сначала заезжал за Лу Нин, отвозил её в школу, а затем направлялся в компанию. Вечером после работы он забирал её домой, и иногда Чжан Цзичжуань оставляла его поужинать.
Цинь Юй нельзя было назвать настоящим трудоголиком, но как исполнительный директор он был чрезвычайно занят. Раньше, если работа не завершалась вовремя, он часто задерживался допоздна. Однако в тот год, пока Лу Нин училась, он каждый день уходил с работы вовремя, что вызвало немало пересудов среди сотрудников.
Самая правдоподобная версия гласила, что у президента появилась возлюбленная, ради которой он ежедневно торопится домой. Сотрудники «Ханьюаня» сгорали от любопытства: кто же эта будущая хозяйка компании? И почему их босс, такой расторопный, до сих пор не женился?
Весь этот год Лу Нин почти целиком посвятила учёбе. Цинь Юй, кроме ежедневных поездок, больше не заводил разговоров об их отношениях. Атмосфера между ними значительно смягчилась: они словно стали просто знакомыми, живущими в спокойной и уютной дружбе.
Настал, наконец, день выпускных экзаменов. Цинь Юй заранее распланировал дела и освободил два дня, чтобы вместе с Чжан Цзичжуань дожидаться Лу Нин у входа в экзаменационный центр.
Здоровье Чжан Цзичжуань всё это время оставалось стабильным, без малейших признаков рецидива. За год она полностью восстановилась и теперь выглядела как совершенно здоровый человек. Хотя в учёбе дочери она помочь не могла, на выпускные экзамены обязательно приехала — даже закрыла цветочный магазин на два дня.
— Сяо Цинь, — заговорила она, сидя у входа в ожидании, — прости старуху, что заставляет тебя здесь торчать.
— Тётя, что вы говорите! Вы выглядите ещё так молодо, — ответил Цинь Юй.
Чжан Цзичжуань невольно улыбнулась:
— Ты, милый… Это лишь кажется. Ах, я сама прекрасно знаю своё состояние. После той болезни, хоть сейчас и чувствую себя хорошо, всё равно не сравниться с прежними временами!
— Не говорите так, Лу Нин будет расстроена.
Чжан Цзичжуань посмотрела на него:
— Сяо Цинь, скажи мне честно: твои чувства к нашей Лу Нин… серьёзны?
На такой вопрос даже Цинь Юй, обычно столь вежливый, собранный и невозмутимый, почувствовал лёгкое замешательство. Особенно перед будущей тёщей — женщиной, чьё мнение напрямую влияло на Лу Нин.
Он помолчал немного и ответил:
— Я решил жениться на Лу Нин сразу, как ей исполнится двадцать лет.
Хотя он и не выразил прямо своих чувств, обещание брака уже само по себе было самым красноречивым ответом.
На лице Чжан Цзичжуань появилось удовлетворённое выражение:
— За этот год я видела, как ты относишься к Лу Нин. Но не слишком ли рано выходить замуж? Ведь Лу Нин ещё так молода…
— Не волнуйтесь, тётя, — тут же возразил Цинь Юй. — После свадьбы Лу Нин спокойно продолжит учёбу, ей не придётся ни о чём заботиться.
Ему совсем не хотелось ждать дальше — он обязан был как можно скорее закрепить это решение.
Чжан Цзичжуань колебалась:
— А как насчёт самой Лу Нин? Что она думает?
Раз уж речь зашла о свадьбе, значит, Лу Нин наверняка тоже знала об этом. Но дочь ни словом не обмолвилась ей!
Чжан Цзичжуань никогда не сомневалась в том, что Лу Нин тоже испытывает к Цинь Юю нечто большее, чем простая симпатия. Кто другой мог этого не понять, но только не мать! Отношение Лу Нин к Цинь Юю изначально отличалось от её поведения с другими. Она заметила это ещё при первой встрече.
Цинь Юй выпрямил спину и уверенно произнёс:
— Лу Нин уже согласилась.
На самом деле он намеренно выразился неопределённо. Потому что сам не знал наверняка, хочет ли Лу Нин выходить за него замуж. Но ведь она сама когда-то дала согласие — это точно.
Чжан Цзичжуань удивилась и, подумав немного, сказала:
— Пожалуй, ты прав. Лу Нин ещё молода, а тебе, Сяо Цинь, уже пора. Раз вы сами решили, я, пожалуй, не стану мешать. Но не слишком ли спешите со свадьбой?
До июля, когда у Лу Нин день рождения, оставался всего месяц с небольшим — где взять столько времени на подготовку?
— Не беспокойтесь, тётя, — немедленно отозвался Цинь Юй. — Все хлопоты я возьму на себя. Позже пришлю вам бланки приглашений — вы просто разошлёте их нашим родственникам и друзьям.
— Это… — Чжан Цзичжуань замялась. — Может, мне сначала стоит встретиться с твоими родителями?
Цинь Юй на мгновение застыл.
Он, конечно, сообщил своим безответственным родителям о намерении жениться. Отец, погружённый в свои художественные поиски где-то в неизвестности, лишь бросил: «Принято к сведению». Что до матери… Вспомнив её юного любовника, который младше его самого, Цинь Юй невольно глубоко вздохнул.
Если они встретятся, не заподозрит ли тёща, что в их семье не всё в порядке с моралью?
В этот момент Цинь Юй с особой остротой почувствовал, как ему не хватает дедушки. Будь тот жив, один он смог бы держать всё под контролем, и Цинь Юю не пришлось бы волноваться.
— Мои родители развелись, когда я был ещё ребёнком, — коротко объяснил Цинь Юй свою семейную ситуацию. — Я рос с дедушкой. С отцом вижусь раз в год, не больше. Он знает о свадьбе, но, скорее всего, не сможет приехать. Что до матери… она сейчас в Америке, но, надеюсь, успеет прилететь на церемонию.
Чжан Цзичжуань сразу поняла, что за этим скрывается какая-то драма, и её мнение о тех безответственных родителях резко ухудшилось. Хорошо ещё, что Цинь Юй воспитывался дедушкой и вырос надёжным человеком — иначе она бы, пожалуй, передумала.
— Ладно, делай, как считаешь нужным, — сказала она наконец.
Лу Нин ещё не знала, что её свадьба уже решена двумя взрослыми за её спиной. Чтобы не мешать ей сдавать экзамены, Цинь Юй и Чжан Цзичжуань ничего не говорили. Только после того как Лу Нин закончила все испытания и выспалась дома как следует, мать наконец заговорила с ней об этом.
— Почему не предупредила маму заранее? — упрекнула она дочь. — Когда Сяо Цинь впервые упомянул об этом, я чуть с места не упала от удивления! Да и приданое нужно готовить заранее. Пусть у Сяо Циня и хорошие условия, но с нашей стороны не должно быть недостатка в приличии.
Сначала Лу Нин даже не поняла, о чём речь, а потом вдруг осознала: Цинь Юй уже всё организовал, и даже мама в курсе!
Целый год она была поглощена учёбой и почти не думала о браке. Цинь Юй тоже молчал, и Лу Нин сознательно избегала этой темы — так что дело почти выветрилось из памяти. Поэтому новость поразила её даже больше, чем Чжан Цзичжуань.
Увидев выражение лица дочери, Чжан Цзичжуань удивилась:
— Ты что, не знала?
— А… нет, знала, — ответила Лу Нин. — Цинь Юй раньше говорил… Но зачем устраивать такие пышности? Я даже не представляю, что он там надумал.
— Дурочка ты! Чем масштабнее свадьба, тем серьёзнее его намерения. Это твоё лицо перед обществом! Раз Сяо Цинь хочет сделать тебе честь — не будь неблагодарной. Моя дочь достойна роскошной свадьбы. Только так ты сумеешь занять своё место в его доме.
Она нахмурилась:
— А ты хоть знаешь, что у Цинь Юя за семья? Говорят, его родители совсем безответственные.
— Слышала кое-что, — сказала Лу Нин. — У него в семье никто ничем не занимается — всё решает он сам. Мама, не переживай за меня.
Хотя так думать и нехорошо, Чжан Цзичжуань явно облегчённо вздохнула: у Лу Нин не будет свекрови и свёкра, которые будут её душить, а Цинь Юй явно заботится о ней — значит, жизнь у неё будет хорошей. От этой мысли она стала ещё довольнее.
Так, едва успев выйти из экзаменационного зала, Лу Нин внезапно оказалась в режиме подготовки к свадьбе. Конечно, она не была полностью равнодушна к происходящему, но ведь сама когда-то согласилась на этот брак — рано или поздно это должно было случиться. К тому же она уже привыкла к властному характеру Цинь Юя и знала: сопротивление бесполезно, лучше не тратить на это силы.
Цинь Юй сначала внимательно следил за её настроением, боясь, что она начнёт сопротивляться. Но, увидев, что Лу Нин спокойна, он наконец перевёл дух. Если бы она категорически отказалась выходить замуж, он, конечно, не стал бы её принуждать.
Хотя, по сути, этот брак и так был результатом его настойчивости.
Лу Нин не нужно было заботиться ни о чём, кроме двух вещей: выбрать время для фотосессии в свадебных нарядах и составить список гостей со своей стороны. Но у неё не было близких подруг, а одноклассников приглашать было неуместно, так что в списке остались лишь немногочисленные и далёкие родственники Чжан Цзичжуань.
Если бы не опасение выглядеть нелепо без единого гостя с невестиной стороны, ни Чжан Цзичжуань, ни Лу Нин не стали бы никого приглашать.
Что до свадебной фотосессии, Лу Нин испытывала по этому поводу очень противоречивые чувства. Как невеста, она не ощущала радости от предстоящей свадьбы — в душе царило скорее растерянное смятение. Но чем ближе подходил момент, тем яснее она понимала: Цинь Юй относится к этому всерьёз.
Серьёзно, как будто это не импульсивное решение, а настоящее намерение взять её в жёны.
Но почему? Этого Лу Нин всё ещё не могла понять.
Когда Цинь Юй повёз её в студию, она всё ещё находилась в полуреальном состоянии. Свадьба для любой женщины — событие особенное. И, как сказала мать, масштаб церемонии отражает степень уважения со стороны жениха.
К этому моменту Лу Нин уже не могла сомневаться в искренности Цинь Юя, но и поверить в его чувства тоже не решалась — отсюда и вся эта внутренняя неразбериха.
Выходя из машины, Цинь Юй внешне оставался спокойным, но каждые несколько секунд невольно поглядывал на часы. Лу Нин знала: это его привычка, когда он нервничает. В прошлой жизни она часто замечала такое поведение. Сначала думала, что он скучает в её обществе и считает минуты до расставания, но позже поняла: это просто способ скрыть внутреннее волнение.
После перерождения она больше не видела его таким.
И теперь, увидев это снова, вдруг почувствовала нечто похожее на ностальгию. Этот Цинь Юй сильно отличался от того, кого она помнила, но всё же оставался тем же человеком.
Они были VIP-клиентами и заранее записались, поэтому фотограф и вся команда уже ждали их. После краткого представления их усадили в автобус для выездной съёмки. Такой транспорт был необходим: оборудование, одежда и гримёрные кабинки для переодевания занимали слишком много места.
http://bllate.org/book/11728/1046655
Готово:
