Сунь Чжифэн преградил им дорогу и гневно выкрикнул:
— Лю Мэнъяо, если сегодня ты не восстановишь справедливость в отношении моей дочери, я отсюда не уйду!
Для окружавших их зевак его слова звучали так, будто он просто требует справедливости. Однако только сама Лю Мэнъяо знала: под «справедливостью» Сунь Чжифэн имел в виду деньги. Такой бездонной пропасти она не собиралась потакать — ни желания, ни времени на это у неё не было.
Лю Мэнъяо проигнорировала Сунь Чжифэна и обратилась к стоявшему рядом Ваньху:
— Ваньху, позвони в полицию. Скажи, что кто-то пытался вымогать деньги и теперь устраивает истерику!
Ваньху кивнул и тут же достал телефон, набирая номер 110. Если бы Лю Мэнъяо чуть раньше не остановила его, он, возможно, уже вызвал бы полицию. Услышав её приказ, Сунь Чжифэн мгновенно сник.
— Лю Мэнъяо, ты жестока! На сегодня я тебя прощаю, но в следующий раз тебе не повезёт!
Когда окружающие увидели, как Сунь Чжифэн поспешно ретировался, они наконец поняли: это был обычный вымогатель, которому не удалось добиться своего. Толпа начала расходиться. Даже те несколько человек, которые ещё недавно заступались за него, теперь смущённо взглянули на Лю Мэнъяо и тоже ушли. Ваньху, всё ещё державший в руке телефон с набранным номером 110, спросил:
— Госпожа, продолжать звонок?
Лю Мэнъяо повернулась к нему и покачала головой:
— Раз он уже ушёл, то нет необходимости. Таких, как он, достаточно просто припугнуть.
Как раз в этот момент соединение состоялось. Ваньху поднёс трубку к уху и холодно произнёс:
— Извините, ошибся номером.
После чего сразу положил трубку.
В кабинете на верхнем этаже компании Цзян Хай, увидев, как тот разговаривает по телефону с мрачным лицом, невольно задумался, что могло так его рассердить. В этот момент Шэнь Кэнань неожиданно сказал ему:
— Цзян Хай, разберись с этим делом Сунь Чжифэна. Проследи, чтобы он больше никогда не появлялся в городе!
— Э-э… хорошо! — кивнул Цзян Хай и вышел. Он не знал, кто такой Сунь Чжифэн, но понимал одно: раз тот попал в поле зрения Шэнь Кэнаня, для него это верная гибель.
Едва Цзян Хай вышел, как дверь снова застучала: «Тук-тук-тук!»
— Войдите! — глухо произнёс сидевший в кресле Шэнь Кэнань.
В кабинет вошла женщина в чёрном пальто, с пышными рыжими кудрями и розовой сумочкой через плечо. Высокие каблуки отчётливо стучали по полу. На её губах играла розовая помада, а на длинных пальцах сверкали разнообразные кольца. Бледное овальное лицо украшала лёгкая улыбка. Женщина изящно опустилась на чёрное кожаное кресло напротив Шэнь Кэнаня, закинула ногу на ногу и неторопливо заговорила:
— Господин Шэнь, вы и правда заняты день и ночь! Вас даже увидеть непросто!
— Зачем ты пришла? — Шэнь Кэнань наконец поднял на неё взгляд, но тут же снова уткнулся в бумаги на столе, не прекращая работу.
В глазах женщины мелькнула вспышка гнева, но она тут же скрыла её и медленно произнесла:
— Говорят, двадцать шестого этого месяца вы женитесь!
Её осторожный вопрос заставил Шэнь Кэнаня нахмуриться. Он на мгновение замер, перо в его руке остановилось, после чего он поднял глаза:
— Это уже опубликовано в прессе. Приходи тогда на свадьбу!
Слова Шэнь Кэнаня обрушились на женщину, сидевшую напротив, как удар. Лицо её побледнело, губы задрожали, пальцы судорожно вцепились в кожаное кресло. В глазах читалось недоверие.
— Кэнань, неужели ты действительно любишь эту Лю Мэнъяо?
Шэнь Кэнань недовольно нахмурился и ледяным взглядом посмотрел на неё:
— Ван Си, это мой кабинет, а не место для твоих истерик. Кроме того, Лю Мэнъяо — моя супруга. Прошу говорить с уважением, иначе не обессудь — старых чувств не жалко потерять!
Услышав это, Ван Си задрожала всем телом и злобно уставилась на него. Атмосфера в кабинете мгновенно стала ледяной.
В этот момент снова раздался стук в дверь. Шэнь Кэнань не сказал «войдите», а сам подошёл открыть. Лю Мэнъяо, стоявшая за дверью, не услышав приглашения войти, увидела, как Шэнь Кэнань лично открывает дверь, и почувствовала себя по-особенному.
— Сегодня устала? Заходи, присядь! — мягко сказал ей Шэнь Кэнань, заметив усталость на её лице.
Ван Си, услышавшая этот тёплый голос, внутри словно обожглась. Когда они были вместе, он никогда не говорил с ней так ласково. Эта женщина, очевидно, обладала особым даром!
Лю Мэнъяо вошла и, увидев сидевшую напротив Ван Си, явно замерла на месте, но затем молча прошла к дивану и села. Шэнь Кэнань налил ей чашку чая и подал.
— Вот, выпей, согрейся!
Лю Мэнъяо приняла чашку, сделала глоток и, взглянув на Ван Си, спросила:
— Я, наверное, помешала тебе работать?
Шэнь Кэнань, заметив, как она посмотрела на Ван Си за его спиной, понял, о чём она говорит, и пояснил:
— Нет. Она просто пришла уточнить, правда ли, что мы женемся двадцать шестого.
Лю Мэнъяо, конечно, не поверила, что Ван Си пришла лишь ради уточнения даты свадьбы. По завистливому взгляду женщины она сразу поняла: та влюблена в Шэнь Кэнаня. Иначе зачем ей так пристально следить за каждым их движением?
Ван Си, которую так откровенно игнорировали, будто её здесь и не было, почувствовала, как гнев клокочет в груди. Она ведь с детства жила как принцесса и никогда не испытывала подобного унижения. То, как сегодня обошлись с ней Шэнь Кэнань и Лю Мэнъяо, породило в ней лютую ненависть к последней. Ведь именно из-за неё Кэнань так с ней поступил!
Ван Си, не желая уступать, решительно подошла к ним и села на диван напротив Шэнь Кэнаня и Лю Мэнъяо, улыбаясь:
— Кэнань, а кто эта дама рядом с тобой?
Шэнь Кэнань не ответил, продолжая пить чай, будто её вовсе не существовало. Улыбка на лице Ван Си мгновенно застыла. Лю Мэнъяо тоже молчала: зачем помогать той, кто явно пришла провоцировать?
Видя, как оба молча и в полной гармонии игнорируют её, Ван Си едва сдерживала бушевавший внутри огонь. Лю Мэнъяо наблюдала, как лицо Ван Си меняется от белого к зелёному и обратно, понимая, что та вне себя от ярости из-за такого пренебрежения со стороны Шэнь Кэнаня. Впрочем, Лю Мэнъяо считала, что он поступил совершенно правильно, и даже почувствовала лёгкое удовольствие.
Ван Си поняла: оставаться здесь — значит лишь унижать себя дальше. Подавив гнев, она медленно сказала:
— Кэнань, вспомнила, что у меня внезапно возникли дела. Не буду мешать твоей работе. Как-нибудь в другой раз зайду!
С этими словами она бросила на Лю Мэнъяо злобный взгляд, схватила сумочку и стремительно вышла, хлопнув дверью в знак протеста. Но в кабинете Шэнь Кэнань даже не обратил на это внимания.
Когда Ван Си ушла, Лю Мэнъяо наконец спросила:
— Кэнань, не боишься, что такая красавица запомнит тебе эту обиду?
Шэнь Кэнань поставил чашку и многозначительно посмотрел на неё, но вместо ответа перевёл тему:
— Участок земли, который ты мне показала, отличный. Говорят, там скоро проложат новую дорогу, и по обе стороны можно будет строить торговые центры и жилые комплексы. Думаю, это принесёт неплохую прибыль. Ты отлично выбрала место!
— Правда? Значит, мой глазок ещё не подвёл! — Лю Мэнъяо не удивилась. Она заранее знала, что этот район рано или поздно начнут осваивать, поэтому новость показалась ей вполне естественной.
Шэнь Кэнань нежно провёл рукой по её гладким волосам:
— Твой глазок действительно хорош. Не зря ты моя женщина!
Лю Мэнъяо покраснела и не знала, что ответить. В этот момент снова раздался стук в дверь, разрушивший трогательную атмосферу.
В кабинет вошла женщина в чёрной униформе с синей папкой в руках. Она серьёзно доложила:
— Господин Шэнь, вот итоги вчерашнего совещания. Прошу ознакомиться!
Шэнь Кэнань принял папку, положил её на стол и махнул рукой:
— Можешь идти!
Секретарь бросила взгляд на Лю Мэнъяо и вышла. Та, увидев, что он даже не заглянул в документы, спросила:
— Ты хоть посмотри, раз принесли!
— Не горит. Пойдём, пообедаем! — решительно заявил Шэнь Кэнань, встал, схватил её за руку и, не дав опомниться, вывел из кабинета.
Ван Си, выйдя из офиса Шэнь Кэнаня, шла по улице с мрачным лицом, крепко сжимая сумочку. С детства она тайно восхищалась Шэнь Кэнанем, но так и не решилась признаться. А теперь вдруг узнала, что он женится! Это казалось ей несправедливым. Она захотела увидеть ту, кому удалось растопить лёд в сердце Кэнаня, и с изумлением обнаружила, что это та самая «падшая» из дома Лю. Это вызвало в ней бурю негодования!
Она достала телефон из розовой сумочки и набрала номер. После нескольких гудков раздался низкий мужской голос:
— Что случилось?
— Хай-гэ, мне нужна твоя помощь. Не могли бы мы встретиться и поговорить? — Ван Си улыбалась, но в глазах её лёд.
Она понимала: других вариантов нет. Остаётся только просить Чжао Хая помочь избавиться от Лю Мэнъяо, чтобы та исчезла из города навсегда.
— Приходи в бар «Восемь». — Чжао Хай коротко ответил и положил трубку.
Ван Си улыбнулась, крепко сжав телефон, и поймала такси.
У входа в бар «Восемь» уже мелькали разноцветные огни. Ван Си решительно вошла, поднялась на третий этаж и пошла по коридору, где слева и справа тянулись двери в караоке-номера. Дойдя до самого конца, она остановилась у двери с табличкой «888» и постучала. Изнутри раздалось:
— Входи!
Ван Си с улыбкой открыла дверь. В номере мерцали цветные огни, на журнальном столике стояли бутылки вина, пива и крепкого алкоголя, а также фрукты. На тёмных диванах расположились многочисленные парни и девушки, а у караоке-станции один из мужчин с чувством исполнял песню.
— Заходи, садись, выпьем! — помахал ей мужчина в белом свитере, красивый и с бокалом вина в руке.
Ван Си улыбнулась, взяла бокал и села рядом с ним — две девушки тут же вежливо освободили место. Мужчина резко притянул её к себе.
От неожиданности вино в бокале Ван Си плеснуло через край. Он крепко обхватил её за талию и прильнул лицом к её шее, вдыхая аромат духов. Ван Си, растерявшись от такой близости, попыталась отстраниться:
— Хай-гэ, я пришла по делу! Не мог бы ты не…
Чжао Хай наконец поднял голову, поставил бокал и махнул рукой. Через мгновение все присутствующие покинули номер, оставив их вдвоём.
Чжао Хай взял бокал с вином, небрежно закинул ногу на ногу и, опершись на спинку дивана, лениво спросил:
— Ну, говори, какую услугу хочешь?
Ван Си, услышав такой прямой вопрос, наконец сказала:
— Мне нужно, чтобы ты выгнал одну женщину из города. Лучше всего — чтобы она никогда больше не смогла сюда вернуться!
Чжао Хай приподнял бровь, опустил ногу и повернулся к ней, насмешливо улыбаясь:
— А чем она тебе насолила?
Он сделал паузу, покрутил бокал в руке и добавил:
— Если хочешь, чтобы она навсегда исчезла из города, есть только один способ — убить её!
Он особенно подчеркнул слово «убить», и Ван Си почувствовала ледяной холод в спине. Но вспомнив сегодняшнее унижение, она решила, что смерть Лю Мэнъяо была бы вполне заслуженной. Однако, подумав о том, что придётся взять на душу чужую жизнь, она всё же сочла это слишком жестоким.
http://bllate.org/book/11722/1046051
Готово:
