Радость переполняла Дуань Жунму. Разве это не их с Юнь-гэ уединённый мирок? От одной лишь мысли об этом ей становилось сладко на душе. Как только лодка отойдёт от берега, начнётся волшебное время — они останутся вдвоём.
Однако порой самые прекрасные мечты так и остаются мечтами.
— Юнь-гэ, как же ты отправляешься кататься на лодке и даже не пригласил меня? — раздался за ними чарующий голос, когда маленькая лодчонка уже собиралась отчалить.
Фэн Цинсы и Дуань Жунму одновременно обернулись. Госпожа Цзянкан? Как она здесь оказалась?
Фэн Цинсы расплылся в сияющей улыбке, а Дуань Жунму опечалилась.
Госпожа Цзянкан надула губки, бросила злобный взгляд на Дуань Жунму, стоявшую рядом с Фэн Цинсы, но тут же скрыла ненависть в глазах и, обращаясь к нему, сладко улыбнулась:
«Юнь-гэ решил покататься на лодке вместе с Дуань Жунму? Наверняка эта маленькая лисица его соблазнила! Хорошо ещё, что Дуань Муси предупредила меня — иначе Дуань Жунму опередила бы всех!»
— А, госпожа Цзянкан! Простите великодушно, но лодка слишком мала — троим здесь не поместиться! — Дуань Жунму улыбалась, но внутри проклинала госпожу Цзянкан последними словами. Обида от того удара по щеке до сих пор не прошла, а теперь та ещё и на лодку лезет? При чём тут она вообще? С какой стати вмешиваться в их свидание с Юнь-гэ?
— Почему же нет? — возразила госпожа Цзянкан, указывая на другую лодку неподалёку, где сидели Фэн Цинъюнь и две его сестры. — Посмотри, первая и вторая сестры ведь спокойно плывут втроём с Пятым принцем!
— У них лодка побольше, там троим хватает места! — Дуань Жунму взглянула на Фэн Цинсы с мольбой, а пальцы, спрятанные в рукавах, так сжались, что костяшки побелели. «Убирайся скорее, надоедливая особа!» — мысленно выкрикнула она.
— Как это нет? Эти лодки совершенно одинаковые! — Госпожа Цзянкан уперла руки в бока и уставилась на Дуань Жунму. Видимо, в прошлый раз она недостаточно сильно её отшлёпала, раз та осмеливается так с ней спорить!
Её взгляд переместился на Фэн Цинсы:
— Если уж втроём действительно нельзя, пусть тогда она слезет! — Она ткнула пальцем в Дуань Жунму, явно раздражённая.
По её мнению, позволить Дуань Жунму сесть в одну лодку с ней — уже великое снисхождение. Если та не ценит такой чести, придётся просто вытолкнуть её за борт.
— Ладно, ладно, втроём и втроём! — Фэн Цинсы успокаивающе заговорил с госпожой Цзянкан. Ему-то как раз было только в радость: он никогда не был верен одной женщине, и чем больше красивых девушек вокруг, тем лучше.
Неподалёку Дуань Муси мельком взглянула на препирающуюся госпожу Цзянкан и растерянного Фэн Цинсы и холодно усмехнулась.
Дуань Жунму мечтает о романтической прогулке с Фэн Цинсы? Не так-то просто всё окажется.
Именно Дуань Муси намеренно сообщила эту новость госпоже Цзянкан, чтобы между ней и Дуань Жунму возникла ещё большая вражда.
Тем временем лодка Фэн Цинъюня уже отплыла от берега на приличное расстояние.
Его взгляд, хоть и старался удерживаться на Дуань Муси, изредка скользил и по Дуань Муци, но было совершенно ясно, чей образ заставлял его глаза светиться.
Вдалеке, потягивая вино, Фэн Цинъюй наблюдал за этой сценой на озере Тайе. Его сердце наполнилось горькой завистью. Он швырнул бокал в воду, сорвал пробку с кувшина и начал жадно глотать вино. Он прекрасно понимал, что недостоин её, но каждый раз, видя, как она общается с другими мужчинами, испытывал невыносимую боль.
Дуань Муци случайно встретилась взглядом с Фэн Цинъюнем — с его глубоким, сияющим взором. Она постоянно напоминала себе: его сердце принадлежит именно ей, а прогулка с сестрой — всего лишь формальность.
Глядя на живописные пейзажи, Дуань Муци чувствовала, будто её сердце превратилось в цепочку мелодичных нот, весело скачущих по ветру. В этот момент всё складывалось идеально: он любит её, она — его. Её старшая сестра здесь явно лишняя.
Её выражение лица не укрылось от Дуань Муси. Та приподняла платок, скрывая презрительную усмешку и холод в глазах, но на лице по-прежнему играла доброжелательная улыбка.
— Посмотрите, эти два каменных изваяния разве не похожи на Лян Шаньбо и Чжу Интай? Они будто влюблённые беседуют — так прекрасно! — Дуань Муци вдруг указала на пару каменных фигур вдалеке и радостно запрыгала на месте.
— А эти лебеди разве не напоминают влюблённую пару? — добавила она, показывая на двух плавающих лебедей.
Что человек видит в мире, то и отражает его внутреннее состояние.
Она была не столько очарована красотой пейзажа, сколько погружена в блаженство взаимной любви с Фэн Цинъюнем. Чем больше она говорила, тем сильнее раскачивала лодку, и вскоре та начала опасно накреняться.
Из-за сильной качки Дуань Муци испугалась и инстинктивно крепко обхватила ноги Фэн Цинъюня. Она не умела плавать и больше всего боялась упасть в воду. Ведь ещё мгновение назад она была в раю, а теперь вдруг могла погибнуть?
— Отпусти, скорее отпусти! — закричал Фэн Цинъюнь. Он широко расставил ноги, используя лёгкие движения цигун, чтобы удерживать равновесие лодки, но внезапное объятие выбило его из колеи, и сосредоточиться стало невозможно.
Однако Дуань Муци не реагировала на его крики. Видимо, в панике люди теряют рассудок — чем громче он кричал, тем крепче она его обнимала.
Лодка мгновенно потеряла равновесие.
Бульк! Все трое упали в воду. Так как ни Дуань Муси, ни Дуань Муци не умели плавать, они сразу же стали захлёбываться. Чем сильнее паниковали, тем отчаяннее махали руками и ногами, и тем быстрее погружались под воду.
— Беда! Кто-то упал в воду! — закричал Фэн Цинсы, заметив перевернувшуюся лодку Фэн Цинъюня. Не раздумывая, он прыгнул в озеро. Среди всех присутствующих он плавал лучше всех — ведь он был личным телохранителем Фэн Цинъюня, назначенным наставницей Жу, и обязан был обеспечить его безопасность.
Фэн Цинъюнь, увидев в воде барахтающихся Дуань Муси и Дуань Муци, не задумываясь, поплыл к Дуань Муци. Времени на размышления не было — каждая секунда имела значение для спасения от утопления. Поэтому он сразу направился к ней.
Теперь стало совершенно ясно, чьё сердце занимает главное место в его душе.
Добравшись до Дуань Муци, он схватил её и вытащил лицо из воды. Она судорожно закашлялась — всё же успела наглотаться воды.
Дуань Муци тут же прижалась к плечу Фэн Цинъюня, и на её лице заиграла счастливая улыбка. Она была безмерно рада, что он первым подумал именно о ней. Пусть даже старшая сестра и представляет для него большую выгоду — в решающий момент его сердце всё равно принадлежало ей.
— Юнь-гэ, скорее спаси сестру Си! — крикнула госпожа Цзянкан с другой лодки, тревожно наблюдая, как Фэн Цинсы упорно плывёт к Дуань Муси. У неё не было никаких обид на Дуань Муси, и она, конечно, не желала ей зла.
— Фу! — Дуань Жунму холодно фыркнула. Увидев, как Фэн Цинъюнь вытаскивает из воды вторую сестру, она наконец перевела дух. Дуань Муци была её родной сестрой, и она, конечно, не хотела, чтобы с ней случилось несчастье. А вот Дуань Муси… Зачем Юнь-гэ вообще её спасает? Пусть лучше захлебнётся!
— Ты что, совсем бездушная? Это же твоя старшая сестра! — слова Дуань Жунму ясно долетели до ушей госпожи Цзянкан. Неужели та действительно желает своей сестре смерти? Невероятно!
— Не вставай! Лодка сильно качается! — испуганно закричала Дуань Жунму, увидев, что госпожа Цзянкан поднялась на ноги. Она сама широко расставила ноги, стараясь удержать равновесие. Юнь-гэ уже далеко — если они сейчас упадут в воду, ему будет нелегко доплыть обратно.
— Не качать? Ты сказала — не качать, значит, я специально буду качать! — Её статус госпожи Цзянкан был куда выше статуса дочери чиновника четвёртого ранга. Почему она должна слушаться Дуань Жунму?
— Я тебя предупредила: если упадёшь в воду, не пеняй потом на меня! — Дуань Жунму насмешливо усмехнулась и бросила на госпожу Цзянкан презрительный взгляд. Пусть знает, что сама виновата.
— Ты боишься? — Госпожа Цзянкан холодно усмехнулась. Её положение как дочери императорской семьи и любимицы императрицы-матери было незыблемо. Если с ней что-то случится, вся вина ляжет на тех, кто был с ней в лодке. Поэтому она была уверена: если они упадут в воду, Фэн Цинсы первым делом бросится спасать именно её. А Дуань Жунму пусть тонет. Ведь та сама только что желала смерти своей сестре — почему бы и ей не пожелать того же?
Раз Дуань Жунму боится качки — она будет качать ещё сильнее. Так они раскачивали лодку всё сильнее и сильнее, пока та внезапно не перевернулась. Госпожа Цзянкан и Дуань Жунму одновременно полетели в воду.
— Спасите! Помогите! Юнь-гэ, скорее спаси меня! — госпожа Цзянкан забарахталась в воде и в ужасе закричала. Дыхание перехватило, и вода хлынула ей в рот.
Дуань Жунму легко вынырнула на поверхность и свободно поплыла. Она прекрасно знала, о чём думает госпожа Цзянкан, просто не сочла нужным сообщать, что умеет плавать.
Холодно взглянув на барахтающуюся госпожу Цзянкан, она подумала: «Предупреждала же не качать — сама виновата. Главное, чтобы не утонула совсем, иначе императрица-мать накажет всех нас».
Теперь всё складывалось идеально: старшая сестра осталась без помощи Юнь-гэ и, возможно, утонет, а госпожа Цзянкан получит своё за тот пощёчину!
Фэн Цинсы, уже доплывший до середины, заметил упавших в воду Дуань Жунму и госпожу Цзянкан. Он бросил взгляд на всё ещё барахтающуюся Дуань Муси и, вздохнув, развернулся и поплыл к госпоже Цзянкан.
Среди всех девушек здесь госпожа Цзянкан обладала самым высоким статусом. Если с ней что-то случится, императрица-мать и принцесса Жуйань не пощадят никого.
Пусть Фэн Цинъюнь и спасал только Дуань Муци, но ведь они были недалеко друг от друга. Даже если ему придётся спасать двоих, Дуань Муси вряд ли утонет.
Взвесив все «за» и «против», Фэн Цинсы упорно поплыл к госпоже Цзянкан и, схватив её за руку, постарался держать лицо над водой.
Госпожа Цзянкан тут же крепко обвила руками его шею и довольная улыбка расплылась у неё на лице.
Дуань Жунму, наблюдавшая за этим сбоку, почувствовала, как ревность подступает к горлу. Наглецка! Она пользуется бедственным положением! Конечно, Юнь-гэ должен её спасти, но с какой стати она его обнимает? Юнь-гэ принадлежит ей, и никто другой не имеет права на него!
— Помогите! Спасите! Юнь-гэ, помоги мне! — Дуань Жунму нарочно нырнула под воду и сделала вид, что тонет. Юнь-гэ обязательно должен прийти и к ней.
Фэн Цинсы, до этого державший госпожу Цзянкан за шею, теперь вынужден был отцепить её руки и одной рукой поддерживать госпожу Цзянкан, а другой — Дуань Жунму, медленно продвигаясь к берегу.
Благодаря отличному умению плавать он ещё мог справиться с двумя.
Однако его мучил вопрос: ведь он ясно видел, как Дуань Жунму держалась на поверхности. Неужели ему показалось? Может, это было следствием сильного волнения?
Когда он уже почти достиг берега, госпожа Цзянкан вдруг схватила его за руку:
— Юнь-гэ! У меня свело ногу! Посмотри скорее!
Свело ногу? Даже если ногу и свело, это не смертельно! Фэн Цинсы проигнорировал её жалобы и продолжил тащить обеих к берегу.
Как он может быть таким безразличным? Невероятно! Она крепко вцепилась в его одежду. Чем сильнее он пытался вырваться, тем крепче она держалась, решив во что бы то ни стало отвлечь его от Дуань Жунму.
Дуань Жунму злобно уставилась на госпожу Цзянкан. Эта змея хочет её убить! Нога свело, да? Сейчас она покажет ей, что такое настоящая судорога!
Пока госпожа Цзянкан крепко держала Фэн Цинсы, тот был полностью сосредоточен на ней и не замечал Дуань Жунму.
http://bllate.org/book/11690/1042148
Готово:
