— Дай-ка взгляну… — Сюй Сяоцин перелистнула страницы блокнота. — Эмм… Есть ещё местечко в массовке.
Ли Цзинсюэ молчала.
То ли дублёрша, то ли статистка… Неужели она настолько незаметна среди людей?!
Прошло немало времени, прежде чем она спросила:
— Это тоже лично старина Лю решил?
Сюй Сяоцин слегка кивнула.
Ли Цзинсюэ скривилась:
— А тебя он лично назначил?
— Конечно! — воскликнула Сюй Сяоцин. — Старина Лю поручил мне найти актёров! Вы все прошли мой многоступенчатый отбор! Разве не здорово? Неожиданно?
Ли Цзинсюэ замолчала окончательно.
Какое там «здорово»!
*
Постановка оказалась довольно простой — старина Лю выбрал сценарий на скорую руку, лишь бы не заморачиваться.
Во время обеденного перерыва все участники собрались на первую репетицию. Цзи Янь оглядела знакомых одноклассников и вдруг задумалась.
— Так кто у нас главный герой? — Она окинула взглядом выстроившихся в ряд парней, застывших, будто на строевой подготовке: сопляк, кругляш, худощавый как тростинка… Всех не перечесть.
Эммм… Впервые она заметила, что мальчишки в их классе удивительно разнообразны.
— Неужели это он? — Цзи Янь ткнула пальцем в Вэнь Яна, который, словно преданный пёс, держал перед ней пакет с закусками. Её улыбка начала таять.
Вэнь Ян в ужасе спрятал угощение:
— Сестрёнка, только не назначай меня главным героем! Меня же изобьют все парни в школе!
— Нет-нет! — Сюй Сяоцин замахала руками. — Сейчас посмотрю… Кто из парней записывался ко мне несколько дней назад…
В этот момент мимо них прошла группа взрослых, похожих на родителей, поддерживавших одного юношу.
Тот хмурился, на правой ноге у него был гипс, и он медленно ковылял, опираясь на костыли. Его отец, казалось, хотел помочь, но парень раздражённо отстранил его.
Вэнь Ян узнал его и сразу закричал:
— Цзян Янцзе?! Твоя нога так сильно пострадала?!
Цзян Янцзе повернул голову, собрался что-то сказать, но, увидев вдалеке Цзи Янь, плотно сжал губы и ускорил шаг к лестнице.
Сюй Сяоцин хлопнула себя по лбу:
— Ах да, точно! Главный герой — Цзян Янцзе!
Цзи Янь: «…»
Все остальные: «…»
На площадке воцарилась гробовая тишина.
Но как Цзян Янцзе сможет танцевать вальс на сцене с гипсом на ноге? Все оказались в тупике.
Вдалеке, со стороны школьного двора, неторопливо приближался ещё один юноша. На нём была аккуратная рубашка с длинными рукавами и брюки, воротник безупречно чист. Его миндалевидные глаза — суженные у внутренних уголков и раскрытые к внешним — медленно поднялись, бросили усталый взгляд в сторону группы и так же спокойно опустились.
Его тонкие, выразительные пальцы неторопливо разрывали упаковку дешёвого хлеба. Он откусил кусок, и его соблазнительно выпирающий кадык плавно двигался вверх-вниз.
Достаточно было одного взгляда — юноша словно сошёл с картины, и взгляд уже невозможно было отвести.
— У меня есть идея, — Цзи Янь вырвала у Вэнь Яна пакет с чипсами, сунула себе в рот одну и дважды хлопнула в ладоши. — Я знаю, кого взять на роль главного героя!
Она направилась вперёд. Её юбка развевалась в лучах заката, чёрные волосы блестели. Обернувшись, она гордо махнула всем, будто премьер-министр, отправляющийся на важную миссию:
— Ждите моего триумфального возвращения!
Под всеобщими взглядами она стремительно побежала к той самой фигуре.
Все прищурились и вгляделась — неужели это… новый отличник Чэн Е?!
И в тот самый момент, когда парень безэмоционально жевал хлеб, она с горящими глазами бросилась к нему.
Но Чэн Е едва заметно шагнул влево.
По привычке она чуть не рухнула лицом вниз, совершив «кувырок через голову».
Вэнь Ян первым не выдержал:
— Пффф—!
Ли Цзинсюэ уже закрыла глаза ладонью:
— …
Сюй Сяоцин сглотнула и неловко произнесла:
— Ладно, ладно, на сегодня всё! Следующую репетицию объявим дополнительно. Расходимся, расходимся!
Люди начали расходиться.
Цзи Янь, запыхавшись, приложила руку к груди и недовольно крикнула:
— Чэн Е!!
— А? — отозвался он, даже не подняв век, продолжая есть хлеб.
Цзи Янь бросила взгляд на его спокойное, сдержанное, надменное и отстранённое лицо и подумала: «Как ему удаётся есть обычный хлеб за три с половиной юаня так, будто это деликатес за триста пятьдесят?»
— Есть одно дельце для тебя, — сказала она, отдышавшись, и начала усиленно моргать ему глазами.
Услышав слово «дельце», Чэн Е наконец перевёл на неё взгляд:
— Какое?
— Нам нужен актёр для школьной постановки ко Дню школы. Сейчас не хватает одного персонажа… — начала она подробно объяснять.
Чэн Е на секунду замер, доел последний кусок хлеба и спросил:
— За участие в школьном мероприятии платят?
Взгляд Цзи Янь наполнился сочувствием:
— …
Что с ним такое случилось, если он настолько нуждается в деньгах?!
Ладно, раз уж он такой меркантильный, пусть будет денежная сделка. Она и не рассчитывала на его коллективный дух. Главное — хоть как-то уговорить его согласиться.
Цзи Янь глубоко вдохнула:
— Да, я сама тебе заплачу! Получишь деньги после окончания!
Брови Чэн Е слегка дрогнули, и он кивнул:
— Хорошо.
— Ты даже не спросишь, какая роль? — удивилась она.
Он развернулся и выбросил упаковку в мусорный бак рядом. От него повеяло свежим ароматом можжевельника, и Цзи Янь на мгновение потеряла дар речи. Затем она услышала его равнодушный голос:
— Лишь бы не главный герой. Остальное неважно.
Цзи Янь: «…»
Её рот приоткрылся, выражение лица начало разваливаться:
— Вообще-то… именно главный герой…
В ту же секунду лицо Чэн Е стало ледяным.
Он напрягся, нахмурился, в его глазах собрался целый шторм:
— Тогда не получится, — коротко ответил он.
Из-за резкой перемены в его выражении лица Цзи Янь на мгновение растерялась.
Юноша уже развернулся и направился к учебному корпусу, спина напряжена, шаги убыстрены.
Цзи Янь быстро побежала за ним:
— Чэн Е?
— … — Он не ответил.
— Почему молчишь? — растерянно спросила она.
— …
В ответ — лишь тишина.
Цзи Янь вспомнила, как уверенно обещала всем ждать её триумфального возвращения. Похоже, пощёчина судьбы прилетела слишком быстро. Она думала, что «денежная сделка» станет её козырной картой, но этот парень изменил настроение быстрее, чем переворачивается страница!
Она тоже разозлилась и решила действовать наповал:
— Ладно, не хочешь — не надо! Я сама сыграю главную героиню, пусть хоть какой-нибудь придурок берётся за роль героя!
Чэн Е не остановился.
Она кричала всё громче:
— Всё равно ты не умеешь танцевать! Не сможешь подстроиться под мой ритм! Боюсь, ты просто потянешь меня назад! В классе полно парней, найду кого-нибудь другого!
Танцевать? Подстроиться под её ритм?
Шаги Чэн Е резко остановились.
Цзи Янь бросила на его стройную спину злобный взгляд.
Он обернулся, и его лицо было непроницаемым:
— Придётся танцевать?
— Конечно! А что? — удивлённо посмотрела она на него.
— Соло или дуэт?
— Не знаю насчёт остальных, но Сюй Сяоцин сказала, что главные герои танцуют дуэтом. Почему?
Перед ней стоял человек, который ещё секунду назад был совершенно спокоен, но теперь его глаза потемнели.
Его кадык дрогнул, выражение лица стало сложным, будто он сдерживал бурю эмоций.
Прошло немало времени, прежде чем Цзи Янь не выдержала и направилась к лестнице.
Сзади послышался шорох, и хрипловатый голос спросил:
— Где записываться?
Цзи Янь: «?»
Глава двадцать четвёртая (начало обратного V)
— Эй, подружка, каким способом тебе удалось заставить гения добровольно пойти танцевать? — во время перерыва между репетициями Ли Цзинсюэ подошла к Цзи Янь с любопытством.
— Это добровольно? Да ты лучше приглядиcь — у него такое лицо, что если на лоб приклеить луну, станет точной копией Бао Гуна! — Вэнь Ян снова хлопнул Цзи Янь по плечу. — Серьёзно, Цзыцзы, ты его шантажировала?
Цзи Янь закатила глаза:
— Я его шантажировала? Да ладно! Разве это в моих правилах?
— Именно в твоих… — пробормотал Вэнь Ян, но последние слова «обычных методах» проглотил. Цзыцзы действительно забывчива: в средней школе она искала того отличника, чтобы списать домашку. Парень даже рта не успел открыть, как она сжала кулачки и что-то прошипела сквозь зубы — мальчик побледнел и вскоре перевёлся в другой класс.
Цзи Янь проигнорировала его и, прислонившись к стене, скрестила руки и наблюдала за молчаливым парнем в углу.
Чэн Е, казалось, не хотел общаться. Он стоял у перил, молча уставившись в сценарий.
Говорят, сосредоточенный мужчина — самый притягательный.
Сейчас, глядя на его прямой нос, чёткие черты лица и длинные пальцы, сжимающие белые листы, иногда проводящие по ним, она подумала: «Этот мужчина чертовски соблазнителен!»
Цзи Янь выпрямилась и направилась к нему.
Когда она подошла ближе, то заметила, что он сильно хмурился, плотно сжав губы, иногда тихо проговаривая слова.
Ага, обычно презирающий подобные коллективные мероприятия, сейчас усердно заучивает реплики.
Цзи Янь внезапно хлопнула ладонями за его спиной.
Чэн Е приподнял веки, не удостоив её даже взгляда.
— Отличник, так усердно работаешь? — игриво подмигнула она ему.
Чэн Е поднял на неё глубокий, многозначительный взгляд.
Этот взгляд ясно говорил: «Кто меня в это втянул, а?»
Цзи Янь встретила его взгляд и предложила:
— Так заучивать реплики бесполезно. Это же театр, где больше всего танцев. Давай лучше прямо сейчас немного потренируемся?
Чэн Е будто случайно огляделся вокруг. Его брови слегка опустились:
— Нет.
Цзи Янь тоже бросила взгляд по сторонам. Был обеденный перерыв, двор полон людей, шум и гам — действительно не лучшее место для репетиции.
Она кивнула в знак понимания:
— Ладно, тогда после занятий потренируемся. Кстати, дай мне свой вичат, сегодня моя очередь убирать класс, закончу — сразу напишу.
Чэн Е пристально посмотрел на неё, вспомнив, как перед экзаменом она так же настойчиво требовала его вичат.
— После занятий я буду в классе, — сказал он.
То есть, не нужно никакого вичата — она и так сможет найти его в классе.
Её маленькая хитрость была раскрыта, но Цзи Янь не сдавалась.
Девушка с фарфоровой кожей и блестящими губами стояла в лучах заката, кончики её волос отливали золотом. Возможно, свет резал глаза — она прищурилась, глядя на него.
Чэн Е незаметно сделал пару шагов вперёд, загородив её от солнца, так что его лицо скрылось в тени.
— Вдруг что-то изменится, мне же нужно будет тебя предупредить. Дай уже свой вичат… — её изящное лицо блестело в лучах заката.
Чэн Е помолчал несколько секунд:
— Сегодня ты дежуришь?
Цзи Янь:
— А что?
— Кажется, позавчера ты тоже просила меня принести тебе еду, ссылаясь на дежурство.
— А? Правда? Я уже не помню… — начала она увиливать.
Кончики пальцев Чэн Е слегка дрогнули, бумага в его руках зашуршала:
— Я отлично помню. Ты ещё обозвала меня бесчувственным и бездушным.
Цзи Янь: «…»
Ой-ой, провал.
Один и тот же предлог, использованный слишком часто, привёл к катастрофе — как сейчас.
Она быстро замахала руками:
— Да разве это ругань? Ты точно ошибаешься! И сегодня я правда дежурю, клянусь, если соврала — стану твоим папой!
Чэн Е: «…»
Какой необычный обет.
Цзи Янь смотрела на его невозмутимое лицо и в последний раз с надеждой спросила:
— Ты вообще дашь мне свой вичат?
Чэн Е не шевельнулся. Если бы не лёгкий ветерок, развевающий его чёлку, она подумала бы, что его заколдовали. Неужели он так упрямо цепляется за свой номер, будто от этого зависит, отрежут ли у него несколько килограммов мяса?
— Скупердяй, — пробормотала она, опустив голову.
Брови Чэн Е приподнялись. Перед ним стояла девушка с приоткрытыми губами, недовольно опустившая голову. Её белые кроссовки сердито пнули камешек у ног — тот отскочил и ударил его по ботинку.
Взгляд Чэн Е мельком дрогнул, он уже собрался что-то сказать.
Но Цзи Янь резко подняла голову. Её лицо было маленьким, как ладонь, кожа белоснежной.
— Чэн Е, дашь или нет?
Она приблизилась, и её галстук коснулся тыльной стороны его руки, которая ещё не успела опуститься.
Чэн Е прищурился и отступил назад.
Шаг. Ещё шаг.
Ветер поднялся, и край её чёрной юбки легко коснулся его брюк.
http://bllate.org/book/11592/1033249
Готово:
