Дойдя до места, она так и не ощутила ничего особенного…
— Завтрак почти готов, иди умывайся. Лао Лу в душе наверху, скоро спустится! — Су Хан махнул в сторону ванной.
— Нет… не надо… — Янь Сан замотала головой, опустив глаза от смущения. — Я лучше сначала вернусь в общежитие…
Су Хан сделал шаг назад и тоже энергично покачал головой:
— Лао Лу ещё не вышел — я не посмею тебя просто так отпускать.
Янь Сан мысленно вздохнула: «Да я же не заключённая! Что за „просто так отпускать“…»
В этот самый момент за её спиной раздался чистый, звонкий голос:
— Сначала позавтракай. После еды я тебя провожу обратно.
Янь Сан подняла голову. Лу Циньбэй, засунув руки в карманы спортивных штанов, неторопливо спускался по лестнице в тапочках. Его тёмные, как ночь, глаза были устремлены на неё — тёплые и светлые, словно рассеянные лучи солнца за его спиной.
Волосы мужчины ещё были влажными, мягко ложась на лоб. Серые спортивные штаны и белая хлопковая футболка выгодно подчёркивали его светлую кожу и стройную фигуру. Весь он был свеж и аккуратен.
Когда он приблизился, сердце Янь Сан непроизвольно пропустило удар.
— Вы там поговорите, а я пока кашу разолью! — Су Хан хлопнул Лу Циньбэя по плечу и, хитро усмехнувшись, ушёл.
— Хорошо выспалась? — тёплый голос мужчины прозвучал прямо над головой, будто можно было дотянуться и коснуться его.
Янь Сан кивнула, и голос сам собой стал мягче:
— Очень хорошо.
Лу Циньбэй вдруг направился к обувной тумбе у двери, достал пару тапочек и, опустившись на корточки, поставил их у её ног:
— У нас с Су Ханом только два мужика в доме, женских тапочек нет. Эти мои — пока что надень их.
Хотя он и не стоял на одном колене в пафосной позе, но высокий, обычно смотрящий на неё сверху вниз мужчина теперь полуприсел у её ног, предлагая обуть её — Янь Сан была совершенно ошеломлена. Сердце забилось так сильно, что она испугалась — не умрёт ли прямо здесь от учащённого пульса. Белые пальцы ног непроизвольно поджались, и она замерла на месте, не решаясь пошевелиться.
Лу Циньбэй взял один тапок и, глядя на неё снизу вверх, мягко улыбнулся:
— Подними ногу.
Янь Сан прикусила губу. Отказ застрял в горле, не выходя наружу, и ей ничего не оставалось, кроме как послушно выполнить его просьбу.
Когда обе ноги уже были обуты, Лу Циньбэй поднялся:
— Иди умывайся. В ящике есть новый комплект принадлежностей.
Если она ещё немного здесь постоит, то точно умрёт от перебоя сердца. Янь Сан кивнула и быстро юркнула в ванную.
«Боже мой…»
Этот мужчина чересчур опасен. Даже если он ничего не делает, просто стоит рядом — её сердце сходит с ума, все защитные барьеры рушатся, и она остаётся без всякой защиты…
Янь Сан резко оборвала свои мысли и поспешила умыться холодной водой, чтобы хоть немного остыть.
*
Завтрак оказался довольно сытным: яичница, блинчики, булочки с начинкой из яичного крема, и Су Хан даже приготовил два простых овощных салата.
Один из них — жареные соевые бобы с солёными огурцами — мама Янь Сан часто готовила дома. Не ожидала, что встретит это блюдо здесь, да ещё и с таким настоящим вкусом.
Янь Сан не удержалась и подняла большой палец:
— Су Хан, не думала, что ты такой мастер на кухне! Эти соевые бобы с огурцами даже вкуснее, чем у моей мамы.
Су Хан на секунду замер, бросил взгляд на Лу Циньбэя и сказал:
— Хотя мне и приятно получать похвалу, но это блюдо приготовил не я. Я только яичницу пожарил, всё остальное сделал Циньбэй рано утром.
Янь Сан тоже удивилась — оказывается, Лу Циньбэй…
Лу Циньбэй придвинул тарелку поближе к ней:
— Если нравится, ешь побольше.
За столом сидели не только они двое, и такое явное предпочтение со стороны Лу Циньбэя при Су Хане заставило Янь Сан сму́титься.
Она зачерпнула ложкой несколько соевых бобов и с любопытством спросила:
— Это блюдо готовят на юге. У вас дома его часто едят?
— В тот день, когда я обедал у тебя дома, увидел это в холодильнике и подумал, что тебе нравится. Сегодня попробовал приготовить.
Су Хан тут же серьёзно прочистил горло и добавил:
— Попробовал приготовить несколько раз подряд.
Щёки Янь Сан вспыхнули. Она снова зачерпнула ложкой:
— Очень вкусно.
Увидев, как девушка краснеет и увлечённо ест именно это блюдо, Лу Циньбэй придвинул к ней и другую тарелку — с жареными грибами и зеленью:
— Это тоже я готовил. Попробуй.
Рука Су Хана с палочками замерла в воздухе. Уголки его рта слегка дёрнулись, и он в итоге переключился на булочку с яичным кремом, отправив её в рот. Его взгляд на двоих за столом был полон обиды и недовольства.
«Да ладно вам, — думал он про себя. — Утром наелись одних только собачьих кормов, и завтрак уже не нужен…»
Автор примечает:
Янь Сан: Ты — свинья! И вся твоя семья — свиньи!
Лу Циньбэй: Рано или поздно мы всё равно окажемся в одном семейном альбоме.
После завтрака Лу Циньбэй предложил проводить её в общежитие, но Янь Сан сразу отказалась.
Если бы её ночью кто-то увидел с ним, ещё можно было бы объяснить. Но сейчас утро — если заметят, могут подумать, что она провела ночь вне общежития, и тогда её репутация будет окончательно испорчена.
Хотя… технически она действительно ночевала не в общежитии…
Лу Циньбэй, похоже, понял её опасения, и не стал настаивать:
— Тогда хотя бы провожу до выхода из двора. До дороги дойду и сразу вернусь.
Янь Сан огляделась. От ворот до главной дороги было метров пятьдесят.
Она кивнула. До их корпуса ещё далеко, вряд ли встретятся знакомые.
Этот район вилл был предназначен специально для преподавателей университета. Здесь отлично сделано озеленение: сзади — зелёный холм, на юго-востоке — живописное озеро с прозрачной водой, вокруг — ивы и благоухающие полевые цветы.
Даже дорожка из гальки была выложена так искусно, будто создана самой природой.
Когда они шли бок о бок, мужчина вдруг тихо рассмеялся:
— Вчера выпила так много вина… Голова ещё болит?
При упоминании вина Янь Сан захотелось провалиться сквозь землю.
Те два бокала красного вина подействовали как снотворное: сначала она уснула в кинотеатре, потом во время поездки в машине, а в итоге заняла чужую спальню. Просто богиня сна, и больше ничего.
Она прикрыла лицо ладонью, чувствуя неловкость:
— Просто… у меня очень слабая переносимость алкоголя…
— Зато характер во сне прекрасный, — Лу Циньбэй вдруг повернулся к ней и, улыбаясь, тихо добавил: — Очень послушная.
От его сияющих, как звёзды, глаз сердце девушки резко заколотилось. Совершенные черты лица и низкий, бархатистый голос… Этот мужчина чересчур хорош, просто нечестно!
Пока она стояла, оцепенев от его взгляда, сбоку раздались шаги. Заметив идущего человека, Янь Сан инстинктивно захотела прикрыть лицо и убежать.
Но не успела сделать и шага, как знакомый голос донёсся с дороги:
— Янь Сан!
Она невольно подёргала уголком глаза. «Неужели такая судьба? Какой же невероятный совпадением!»
Стараясь выглядеть максимально естественно, она растянула губы в улыбке и обернулась:
— Нянь Нянь, ты как здесь оказалась?
И Нянь подошла ближе, но взгляд её всё ещё был прикован к лицу Лу Циньбэя. На губах играла откровенная, многозначительная ухмылка.
Янь Сан почувствовала, что теряет лицо. Утро, всего семь-восемь часов, а она выходит с незнакомым мужчиной из аллеи между кустами… Создавалось полное впечатление, будто её поймали с поличным.
Лу Циньбэй, однако, не выглядел смущённым. Он спокойно кивнул И Нянь в знак приветствия.
И Нянь вежливо ответила тем же и перевела взгляд на подругу:
— Пойдём вместе?
Янь Сан предпочла не смотреть ни на кого и, прикрывая лицо, быстро зашагала вперёд:
— Пошли, пошли, пошли!
Такое поведение… явно указывало на чувство вины.
И Нянь ускорила шаг и, когда они отошли на безопасное расстояние, многозначительно прочистила горло:
— Кто этот мужчина? Откуда он взялся? Почему-то кажется, что я его где-то видела?
Янь Сан тоже улыбнулась, стараясь казаться беззаботной:
— Да уж, и мне показалось, что он знаком. Наверное, просто типичная внешность.
И Нянь ткнула её пальцем в лоб:
— Не пытайся меня обмануть. Такая внешность — типичная?!
Затем она игриво толкнула Янь Сан в плечо:
— В прошлый раз в торговом центре я уже заметила, как вы переглядываетесь и обмениваетесь взглядами. Так что не отпирайтесь — между вами явно что-то есть!
От этих слов Янь Сан чуть не расплакалась. Какие «переглядываются» и «обмениваются взглядами»?!
Она подняла руку:
— Клянусь, между мной и профессором Лу ничего нет! Он помог мне летом, поэтому я вчера угостила его ужином. Просто вернулись поздно, и в общежитие уже не попасть — вот и заночевала у него. Причём не одна: у него же ещё и сосед по комнате есть. Ничего такого не происходило!
Хотя она и говорила уверенно, внутри всё равно чувствовала вину.
Она не знала точного времени возвращения в кампус, но точно помнила: ворота женского общежития уже были закрыты.
И Нянь постучала пальцем по виску, задумчиво произнеся:
— Так он преподаватель в нашем университете? И живёт рядом с твоим домом? Такой отличный ресурс… Ты правда не хочешь воспользоваться им?
Уголки рта Янь Сан непроизвольно дёрнулись. «Эта девчонка совсем с ума сошла?»
Разве она не пришла выяснять отношения?
Почему вдруг переметнулась на другую сторону?
Янь Сан обняла её за руку и весело заговорила:
— Ладно, давай не об этом. Мне нужно кое о чём тебя попросить.
Увидев её хитрую улыбку, И Нянь сразу заподозрила неладное:
— Я законопослушная гражданка! Никаких преступлений я совершать не буду!
Янь Сан закатила глаза:
— Разве я похожа на такого человека?
— Когда ты возвращаешься в общежитие, Цзинъэр и Тинцзы обязательно начнут допрашивать. Просто скажи им, что мы с тобой вчера ходили на встречу земляков из Су, вернулись поздно и заночевали в гостинице.
Улыбка И Нянь медленно стала многозначительной. Она протянула левую ладонь:
— А что я за это получу?
Янь Сан заискивающе улыбнулась:
— Разве ты не собиралась меня угостить? Сегодня ты выбираешь блюда, а я плачу. Договорились?
И Нянь одобрительно кивнула:
— Тогда сегодня я постараюсь так, что твой кошелёк опустеет полностью.
Услышав про опустошение кошелька, Янь Сан вдруг замерла.
Угостить обедом?
Заплатить?
А вчерашний ужин…
Она ведь не заплатила за него!!
*
Как и ожидалось, когда Янь Сан с И Нянь вернулись в общежитие, Цзинъэр и Тинцзы уже поджидали их, сидя у ведра для мусора, жуя семечки и болтая ногами под вентилятором.
Девушки переглянулись — их жизнь ничем не отличалась от жизни пенсионерок после шестидесяти!
Цзинъэр щёлкала семечки без остановки и зловеще хмыкнула.
Тинцзы бросила на Янь Сан взгляд, в котором не было и капли устрашения:
— Янь Сяо-сан.
Янь Сан невозмутимо улыбнулась:
— Лю Сюнь однажды сказал: «Твои мысли определяют твой взгляд на других. Не пачкай чужую добродетель своей грязной фантазией».
И Нянь чуть не поперхнулась от смеха. Как же называется такое?.. «Серьёзно врать, выдавая выдумку за истину».
Цзинъэр:
— Может, я и мало читала, но Лю Сюня знаю. Он точно этого не говорил! Не пытайся нас обмануть. Где ты была вчера? Как посмела не ночевать в общежитии? Крылья выросли, да?
Янь Сан изобразила шок:
— Ты знаешь Лю Сюня? Ты лично его встречала?
Цзинъэр не отставала:
— Видела его фото! Я его знаю, а он меня — нет.
Тинцзы потянула её за рукав и тихо напомнила:
— Тема ушла в сторону.
И Нянь чуть не лопнула со смеху от этих комичных персонажей. Она подошла и положила руки на плечи Янь Сан:
— Вчера мы с Сань Сань ходили на встречу земляков из Су, засиделись допоздна и заночевали в гостинице.
Глаза Цзинъэр загорелись:
— Встреча земляков? Вы, суцы, так весело проводите время? Сань Сань, как ты могла не взять меня с собой? Много ли там было мужчин? Красивых?
Янь Сан поморщилась:
— Разве ты не клялась выйти замуж только за Ху Гэ?
Цзинъэр прикрыла лицо руками и начала топать на месте от смущения:
— Не раскрывай мои секреты! Разве ты сама не любишь Ху Гэ?
Янь Сан: «…» С этим не поспоришь.
И Нянь ушла по делам, а обещанный обед пришлось отложить.
Цзяцзя в последнее время очень занята. Говорят, пару дней назад уехала на какой-то туристический курорт для съёмок на натуре. Неизвестно, когда вернётся.
http://bllate.org/book/11398/1017442
Готово:
