Ощутив у носа тёплое дыхание, Линь Жань вздрогнула. Он будто приближался ещё ближе, и она, словно почуяв опасность, инстинктивно отвела лицо.
Шэнь Юй смотрел на неё, языком ткнул в щеку и тихо рассмеялся:
— Чего испугалась? Боишься, что я тебя съем?
От его взгляда Линь Жань стало не по себе: щёки залились румянцем, и она начала пятиться назад. Но он продолжал надвигаться, и тогда она в панике уперлась ладонями в его грудь, крепко сжав губы и не вымолвив ни слова.
— Линь Жань, — наклонился он, внимательно разглядывая её лицо. — Обиделась?
Она отвернулась, избегая его глаз, и молчала.
Шэнь Юй понаблюдал за ней ещё немного, боясь в самом деле напугать эту девчонку до полусмерти, и перестал её дразнить. Легонько потрепав по макушке, он произнёс:
— Я же тебе занятия провожу, глупышка.
Съесть тебя — не сейчас.
Только теперь Линь Жань поняла: он снова над ней подшучивает. Ещё секунду назад она злилась, но как только услышала это «глупышка», злость куда-то исчезла, и она невольно спросила:
— Ты разве не пойдёшь танцевать?
— Линь Жань, ты меня хорошо знаешь, — усмехнулся Шэнь Юй и в мгновение ока вернулся к своей обычной беззаботной манере поведения.
Дальше продолжать было невозможно.
Линь Жань слегка прикусила губу и сказала:
— Шэнь Юй, иди домой.
Он чуть приоткрыл губы и спокойно бросил:
— Нет.
Линь Жань знала, что с ним разговаривать бесполезно, и решила просто игнорировать его, склонившись над своими делами.
Прошло всего несколько минут, как в класс вошёл учитель и встал у доски, оглядывая учеников.
Шэнь Юй небрежно откинулся на спинку стула, одной рукой обхватив её, а взгляд его был прикован к изящному профилю девушки.
Линь Жань выпрямила спину, сжимая в руке шариковую ручку. Она прекрасно знала, что он смотрит на неё, но упорно не отрывала глаз от тетради, будто боялась, что учитель что-то заподозрит.
Шэнь Юй усмехнулся. Они сидели совсем близко, и он легко вытянул ногу, чтобы коснуться её лодыжки.
Из-за этого движения широкие школьные брюки слегка задрались, открывая тонкий лодыжечный сустав, белый, как фарфор.
Линь Жань вздрогнула от неожиданности и обернулась, сердито сверкнув на него глазами. Боясь привлечь внимание учителя, она не осмеливалась делать резких движений, но всё же попыталась наступить на него другой ногой.
Однако Шэнь Юй оказался быстрее — он придержал и вторую ногу, слегка покачав их.
— Опять за своё? — насмешливо приподнял он бровь, глядя на неё с вызовом.
Линь Жань ущипнула его за бедро — довольно сильно. Сверху раздалось шипение:
— Ай!
Она подняла глаза и тихо пригрозила:
— Если сейчас же не уберёшь свою вонючую ногу, буду щипать ещё.
Её голосок был тихим, брови слегка нахмурены, щёчки надулись от злости — выглядела чертовски мило.
Но Шэнь Юй именно этого и добивался — снова начал покачивать ногой, заставляя и её трястись в такт.
Линь Жань вышла из себя и уже собралась снова ущипнуть его, но на этот раз он перехватил её запястье раньше, чем она успела дотянуться.
— Куда ты лезешь? — прошептал он.
Его пальцы слегка сжались вокруг её тонкого запястья, нога отпустила, но горло предательски сглотнуло, и в глазах мелькнуло нечто новое, необычное.
Учитель всё ещё читал книгу, не замечая этой маленькой возни. Линь Жань перевела взгляд на Шэнь Юя и лишь через несколько секунд осознала случившееся. Резко вырвав руку, она опустила голову, чувствуя, как уши раскаляются всё больше и больше.
Шэнь Юй пару секунд смотрел на её покрасневшие ушки, потом отвёл глаза.
Чэн Ци поменялся местами с кем-то и теперь сидел прямо за спиной Шэнь Юя. Он болтал с соседом по парте, Е Жуйем, о последнем баскетбольном матче, но, заметив шевеление впереди, оба замолчали и уставились туда.
Е Жуй смотрел, раскрыв рот:
— Ого! Босс так резко берёт?
Чэн Ци фыркнул:
— Это ещё цветочки. Ты настоящего не видел.
Е Жуй ещё немного поглазел, потом вдруг спросил:
— Эй, а правда ли, что Линь Жань получит стипендию?
Чэн Ци пожал плечами:
— Кто его знает.
Чэн Ци знал Шэнь Юя с детства. Девчонок, которые интересовались им, было немало, но он никогда не обращал на них внимания. Линь Жань — первая. Насколько сильно он к ней привязан и на что готов ради неё — пока неясно. Возможно, просто гормоны бушуют, и она подвернулась в нужное время. Может, пройдёт пыл, и он остынет. А может, и сам влюбится всерьёз.
Чувства в семнадцать лет бывают искренними, но жестокими. Чаще всего всё дело в новизне, в игре молодостью. Кто в этом возрасте думает о «навсегда»?
Пока они так болтали, Шэнь Юй вдруг обернулся, поправил воротник и пробормотал:
— Чёрт.
— Воды нет? — спросил он.
Е Жуй вытащил из парты банку колы:
— Братан, училка рядом. Может, хоть немного сдержаннее?
Шэнь Юй взглянул на колу и нахмурился:
— Ничего другого нет?
— Только это, — ответил Е Жуй.
Чэн Ци еле сдерживал смех:
— Братан, ведь ты сам сказал, что это просто слухи. Чего боишься?
Шэнь Юй молча бросил банку обратно и пить не стал.
«Чёрт, — подумал он, — стоит увидеть колу — и сразу вспоминается „убивает сперматозоиды“. Прям травма какая-то».
Линь Жань боялась, что учитель заметит Шэнь Юя рядом с ней, но к счастью, скоро прозвенел звонок с урока. Она облегчённо выдохнула, быстро сгребла вещи в парту и, словно спасаясь бегством, побежала искать Сюй Синсин, чтобы вместе сходить в туалет.
Линь Жань не ожидала, что Шэнь Юй серьёзно отнесётся к своему обещанию помочь ей с учёбой.
Обычно после занятий он уходил одним из первых, но сегодня, когда большинство одноклассников уже разошлись, он всё ещё спокойно сидел на месте и то и дело поглядывал в её сторону, явно дожидаясь.
Хотя они жили под одной крышей, кроме двух случаев, в школе и дома они почти не общались. Линь Жань старалась держаться от него подальше — ведь он был настоящей знаменитостью в школе, и ходить с ним рядом значило привлекать к себе всеобщее внимание.
Теперь весь класс считал, что между ними что-то происходит, и Линь Жань совсем не хотела, чтобы так думала вся школа.
Она старалась игнорировать его взгляд, спокойно собрала вещи и вышла из класса. Но едва она сделала пару шагов, как кто-то сзади дёрнул её за рюкзак.
— Что? — обернулась она.
Шэнь Юй отпустил рюкзак, слегка прикусил губу и кивнул вперёд:
— Пошли.
По коридору за ними начали коситься одноклассники, некоторые даже зашептались между собой. Линь Жань не знала, что на неё нашло, но вдруг отступила в сторону, слегка поклонилась и с театральной вежливостью проговорила:
— Прошу вас.
— Ха! — Шэнь Юй рассмеялся, засунув руки в карманы. Посмотрев на неё несколько секунд, он усмехнулся и пошёл вперёд.
Линь Жань подождала, пока он отойдёт достаточно далеко, и только потом неспешно двинулась следом, держа рюкзак обеими руками. Фигура юноши впереди становилась всё меньше и меньше, пока наконец не исчезла из виду.
Линь Жань мысленно обрадовалась, но как только вышла за школьные ворота, сразу увидела стоявшее у обочины такси.
Заднее окно опустилось. Шэнь Юй, опершись на подоконник, держал в пальцах сигарету, наполовину выкуренную. Ветерок развевал пепел, и он рассыпался в воздухе.
Линь Жань смотрела на него через дорогу и вдруг почувствовала: он совсем не похож на семнадцатилетнего подростка.
Его обычная беззаботность, казалось, была лишь маской. Без неё он излучал странную, загадочную отстранённость — элегантную, благородную и ещё более притягательную.
Заметив Линь Жань, Шэнь Юй прищурился, глубоко затянулся и выбросил окурок. Его взгляд встретился с её глазами, уголки губ приподнялись в привычной дерзкой ухмылке, и он маняще поманил её пальцем.
На лице юноши играла усмешка, и вся та меланхолия, та одинокая тень, что мелькнула мгновением ранее, будто бы была лишь плодом её воображения.
Линь Жань растерялась на несколько секунд, потом подошла ближе. Шэнь Юй открыл дверцу изнутри, приглашая её сесть.
В салоне витал дымный запах, но окно было открыто, и он быстро выветрился. Линь Жань чувствовала, что у него плохое настроение, поэтому тихо села и молчала.
Шэнь Юй подумал, не напугал ли он её днём своими словами, и тоже не стал её тревожить, откинувшись на сиденье и закрыв глаза.
Через полчаса они добрались до дома. Идя через сад к дому, они увидели, что входная дверь открыта, а изнутри доносится голос:
— Госпожа Шэнь, простите меня, пожалуйста. Я думала, ей будет нелегко одной с двумя детьми, поэтому и порекомендовала её. Но кто мог подумать, что эта Чжоу И окажется такой воровкой!
Тётя Чжан, семь лет работавшая в доме Шэней, в прошлом году уехала в родные края, чтобы помогать с внуком, и привезла оттуда одну женщину-одиночку. Никто и представить не мог, что та окажется лгуньей и воровкой.
Цзян Жунь махнула рукой:
— Людей не разгадаешь. Ты здесь ни при чём.
Шэнь Юй закрыл за собой дверь и, переобуваясь, спросил:
— Что случилось?
Цзян Жунь вкратце объяснила ситуацию и добавила:
— Загляните в свои комнаты, не пропало ли чего.
Линь Жань вбежала к себе и открыла шкаф — все её платья исчезли.
Хорошо хоть, что только одежда.
Самые ценные вещи Цзян Жунь хранила отдельно. Кроме платьев Линь Жань, пропали лишь несколько ваз и немного наличных.
Потери были несущественными, но сам факт кражи возмутил всех. Цзян Жунь сразу позвонила в полицию, дала детям несколько наставлений и ушла.
Линь Жань закрыла дверь и села за стол, чтобы делать уроки. Математику она оставила напоследок.
С другими предметами у неё проблем не было. Когда она только перевелась в эту школу, её английское произношение было не очень, но она каждый вечер слушала записанные уроки по телефону, повторяла утром и смотрела англоязычные фильмы и мультфильмы. Постепенно всё наладилось.
Время летело незаметно, и вот уже девять часов вечера. Линь Жань убрала тетрадь по литературе в портфель и собралась приступить к математике, как вдруг раздался стук в дверь.
Она встала и открыла. На пороге стоял Шэнь Юй, одна рука его лежала на косяке, и он с высоты своего роста смотрел на неё сверху вниз.
Он наклонился, прищурив длинные глаза:
— Так ты меня просто бросила?
Что он имеет в виду?
Линь Жань растерянно уставилась на него.
Прошло несколько секунд, прежде чем она вспомнила, что он обещал ей занятия. Инстинктивно она ответила:
— Не нужно. Иди занимайся своими делами.
Взгляд Шэнь Юя медленно скользнул от её аккуратного носика вниз, остановившись на сочных, пухлых губках — таким мягким они казались.
— Линь Жань, — произнёс он хрипловато.
— Да? — отозвалась она.
Он ещё ниже наклонился, почти касаясь её шеи:
— Давай так: дашь мне поцеловать — и я сделаю так, что ты станешь первой в классе и получишь стипендию. Как тебе?
Линь Жань опешила и только через мгновение пришла в себя.
Шэнь Юй невозмутимо наблюдал за ней. Она подняла глаза — и в тот же миг он резко приблизился, будто собираясь действительно поцеловать её.
Линь Жань в ужасе отпрянула назад. Увидев его усмешку, она поняла, что снова стала жертвой его шутки, и рванула дверь, чтобы захлопнуть её у него перед носом.
Но Шэнь Юй успел просунуть руку:
— Принеси тетрадь.
Не дожидаясь её реакции, он убрал руку и направился к себе в комнату.
Линь Жань уже немного понимала его характер: если она не пойдёт, он обязательно придумает, как её достать.
Раздражённо схватив рюкзак, она последовала за ним.
В его комнате было много вещей, но всё было аккуратно. Напротив кровати стоял небольшой книжный шкаф, где рядами располагались кубки. Поскольку шкаф находился рядом со столом, Линь Жань легко разглядела надписи: чемпион городских и национальных танцевальных соревнований разных лет. Из дат было видно, что он начинал побеждать ещё ребёнком.
Чтобы добиться таких результатов, нужно было вложить огромные усилия. Без настоящей страсти к танцам такого не добьёшься.
— О чём задумалась? — Шэнь Юй бросил мимолётный взгляд на кубки, будто они его совершенно не интересовали, и похлопал по стулу рядом. — Садись.
Линь Жань очнулась, поставила рюкзак и вдруг вспомнила: её тетрадь по математике осталась на столе в её комнате.
— Подожди секунду.
Она побежала за тетрадью, но едва взяла её в руки, как на столе зазвонил телефон. Звонила госпожа Чжао.
Сердце Линь Жань забилось от радости, и она быстро ответила.
…
Шэнь Юй долго ждал в своей комнате, но она так и не появлялась. Терпение кончилось, и он не стал кричать — просто набрал ей номер. Как только линия соединилась, он услышал тихие всхлипы.
Шэнь Юй нахмурился, вскочил и выбежал к ней. Распахнув дверь её комнаты, он увидел девушку с заплаканным лицом — плечи её вздрагивали от рыданий.
Сердце будто сдавило железной хваткой — больно и резко. Он нахмурился ещё сильнее, подошёл и мягко погладил её по голове:
— Ну чего ты плачешь из-за пары платьев? Брат купит тебе новые.
http://bllate.org/book/11369/1015304
Готово:
