Неужели здесь завелся какой-то древний великий демон? При этой мысли все призраки невольно содрогнулись. Одной Руань Мяньмянь уже достаточно — если появится ещё один, это будет настоящая катастрофа!
— Все расходитесь по делам. Завтра я всё объясню сестре Мяньмянь.
Руань Мяньмянь прекрасно знала, что происходило за дверью: ведь все призраки собрались там. Единственное, что оставалось, — срочно переселить Сяобэя в другую комнату, иначе он совсем не протянет.
Утром, разобравшись в ситуации, Руань Мяньмянь вышла во двор и удивлённо уставилась на ростки овощей, которые уже достигли длины ладони. Вчера они едва пробивались из земли, а сегодня — такой рост! Даже если бы их вытягивали вручную, не получилось бы так быстро!
— Мама, тебе тоже кажется, что наши овощи растут чересчур быстро? Я посеял их меньше недели назад, и мне это очень странно. А ночью мне ещё показалось, будто цветы и травы во дворе сами двигаются! Неужели правда, как говорят люди, у нас завелась нечисть?
Руань Сяодун нервно огляделся и тихо подкрался к уху матери.
Руань Мяньмянь закатила глаза и щёлкнула его по носу. Его суровое личико тут же расплылось в гримасе.
— Мама, я же мужчина! Как ты можешь щёлкать меня по носу? Сейчас сестра увидит — и никакого авторитета у меня не останется!
Руань Мяньмянь усмехнулась:
— Ого, наш старший сын теперь заботится об авторитете? А что скажет твоя сестра, если узнает, что ты боишься привидений?
Лицо Руань Сяодуна потемнело. Он молча развернулся и зашагал в гостиную, но на пороге обернулся:
— Забудь, что я сейчас сказал.
Чтобы развеять его страхи, Руань Мяньмянь вызвала старых духов и расспросила. Оказалось, что семена овощей были «обработаны» ими ещё тогда, когда Сяодун принёс их домой. Благодаря этому ростки не только быстро всходят и созревают, но и содержат гораздо больше питательных веществ, чем обычные. Кроме того, за огородом ухаживают духи-растения из ближайших гор. Разумеется, за свою работу они получают плату: по ночам им разрешено приходить в особняк Наньшань и пользоваться установленным Руань Мяньмянь массивом для поглощения лунной энергии. Здесь одна ночь равна целой неделе на воле. Взаимная выгода — почему бы и нет? Тем более что внутрь особняка духи всё равно не могут проникнуть, а с первыми лучами рассвета автоматически исчезают.
Раньше жители деревни боялись подходить к особняку Наньшань, но теперь любопытство взяло верх, и они стали частенько заглядывать туда. Глядя, как спокойно и радостно живёт семья Руань, они лишь вздыхали:
— У этих Руаней железная судьба! Даже дикие духи с ними не справляются.
Из-за происшествия с Сяобэем Руань Мяньмянь не только перевела его в другую комнату, но и установила у двери множество защитных запретов. Однако жизненная энергия мальчика продолжала слабеть с каждым днём. Пришлось ей начать дежурить у его кровати всю ночь напролёт.
Первые две ночи прошли без происшествий. Но на третью, около трёх часов утра, жидкокристаллический экран вдруг издал странный хруст, будто кто-то ломал кости. Руань Мяньмянь сделала вид, что ничего не слышит, и замерла, задержав дыхание.
Приоткрыв чуть-чуть глаза, она увидела, как чёрный экран внезапно засветился, и на нём появилось зеркало. Из него медленно выползала женщина с развевающимися длинными волосами, извиваясь в ужасной позе, прямо к кроватке Сяобэя.
Руань Мяньмянь больше не выдержала — мгновенно вскочила с постели. В этот момент Чэнь Цзяоцзяо и остальные, услышав шум, ворвались в комнату. Но женщина из экрана оказалась быстрее: в одно мгновение она уже стояла у края зеркала и подняла голову, скрытую под густой чёлкой, явно вызывая всех на бой.
— Хе-хе, какая встреча! Хотите поймать меня? Так почему бы вам не заглянуть ко мне в гости? Ха-ха-ха… — женщина указала на тёмное зеркало и зловеще рассмеялась, её голос, словно скрип сухого дерева, резал уши.
— Ты… ты… ты мерзкая тварь! Нет, ты просто отвратительный дух! — закричала Лю Яньянь.
— Уродина, паршивый дух! Вылезай, если не трусиха!
— Да, уродина! Паршивый дух! Прячешься внутри — это что за смелость? Из-за тебя нам всем досталось! Вылезай, паршивка! Убью тебя собственными руками! — завопили Кулинарный дух с большим ножом, повешенные призраки и другие, готовые разорвать женщину на куски.
Но реальность напомнила им: таких существ, как эта, нельзя трогать. Духи, рожденные в экранах, — это воплощение человеческих страхов. Перед ними даже дикие духи бессильны. Например, эта — Безликая! Есть ещё Пилорез из «Пилы», Садако, Кровавая Мэри, Писчий дух, Тарелочный дух и многие другие. Все они обитают в своих мирах и вне их почти непобедимы. Даже Барабашка, тысячелетний призрак, вряд ли выйдет оттуда живым — скорее сам станет закуской!
— Милочка, в следующий раз, когда выйдешь из дома, помой голову. И не могла бы ты повернуться лицом, когда разговариваешь? Это же элементарная вежливость, — с презрением бросила Руань Мяньмянь, глядя на волосы Безликой. От них так и хотелось взять бритву и всё сбрить.
— Что?! Да как ты смеешь?! — Безликая в бешенстве указала на Руань Мяньмянь, её тело дрожало от ярости. За всю свою жизнь она впервые получила такое оскорбление! Эта девчонка осмелилась сказать, что она не мыла голову?! Аааа… Убью!
— Ты вообще человек? Повернись нормально! Мне не нравится, когда со мной разговаривают затылком! — снова потребовала Руань Мяньмянь.
Призраки уже ждали, что Безликая выскочит из экрана и начнёт драку. Но вместо этого та лишь зловеще захихикала:
— Глупая девчонка! Думаешь, таким способом сможешь вывести меня из себя? Смешно! Я сначала высосу этого малыша досуха, а потом займусь тобой. Ох… А от тебя, между прочим, пахнет ещё вкуснее, чем от него! Но думать, что я выйду наружу — глупо! Если хочешь, лови меня сама! Давай, давай! Лови!
Говоря это, она трясла своей жирной, слипшейся чёлкой.
— Паршивый дух! Хватит хвастаться! Вылезай, сразимся один на один! Посмотрим, кто кого сварит! — заревел Кулинарный дух, подняв нож.
— Паршивый дух! Не задирай нос! Пока мы здесь, тебе не дать в обиду нашего четвёртого молодого господина! Ты не знаешь, с кем связалась! Как только представится случай, я сдеру с тебя шкуру и вырву все жилы! — пригрозила Лю Яньянь.
Безликая лишь пожала плечами — ей было всё равно. Ведь экран был её царством, её миром. Пока она не выйдет наружу, никто не сможет её тронуть. У неё есть все основания для наглости!
— Ой-ой-ой, я так боюсь-боюсь! Ну давайте же, входите! Ха-ха-ха! Вы же такие ничтожества! Жалкие отбросы! Входите же, входите! Ловите меня!.. БАМ!
Она не успела договорить — Руань Мяньмянь резко выдернула её из экрана и швырнула об стену так, что в комнате разнёсся гул.
Руань Мяньмянь неторопливо подошла и с презрением посмотрела сверху вниз:
— Я уже сказала: мне не нравится, когда со мной разговаривают затылком!
Безликая: !!!
Все призраки: !!! Ну и заслужила!
— Ты… ты… ты… — Безликая не могла вымолвить и слова. Как такое возможно? Эта девчонка… нет, эта малышка вытащила её из её собственного мира голыми руками?! Это же невозможно! Абсолютно невозможно! Но… как?
Она не успела додумать — старые призраки уже набросились на неё и разорвали в клочья. По комнате разнеслись её вопли, мольбы о пощаде и бесконечные «прости».
Но никто не проявил милосердия. Этот паршивый дух чуть не заставил их стать обедом королевы Руань Мяньмянь — такого не прощают. Если бы не присутствие королевы, они бы ещё устроили ей экскурсию по всем восемнадцати кругам Преисподней!
— Ладно, поверните её лицом ко мне. Интересно взглянуть, как выглядит такая заносчивая особа, — сказала Руань Мяньмянь, щипая щёчку спящего Сяобэя.
Лю Яньянь схватила голову Безликой и передала Чэнь Цзяоцзяо, которая поднесла её к Руань Мяньмянь. Та увидела, что под волосами вообще ничего нет — ни глаз, ни рта, ничего.
— Фу, какая уродина! Ешьте сами, у меня аппетита нет, — брезгливо отмахнулась Руань Мяньмянь.
Услышав эти слова, Безликая наконец поняла: все эти сотни-тысячи лет живущие призраки служат именно этой малышке! А та, не прилагая усилий, вытащила её из её собственного мира — значит, её сила сравнима со служителями Преисподней, а может, и выше! Перед таким монстром любой дух дрожит от страха.
Для духов и духовных созданий быть разорванными — не беда: через несколько дней или месяцев можно восстановиться. Но быть съедёнными — значит исчезнуть навсегда. Безликая прожила всего сто лет и очень хотела жить дальше — хоть и в унижении, но жить!
— Королева! Королева! Умоляю, не убивайте меня! Я буду делать всю домашнюю работу, управлять хозяйством — что угодно! Только не убивайте! Позвольте жить! — умоляла она. Будь у неё тело, она бы уже лежала ниц, целуя обувь Руань Мяньмянь.
— Домашние дела? У нас есть слуги. Хозяйство? Есть управляющая Чэнь. Всё, что нужно королеве, мы и так делаем. А ты? Зачем нам ты? — холодно произнёс Кулинарный дух, взмахнув ножом.
— Верно, — задумчиво сказала Руань Мяньмянь, глядя на Безликую. — Дом полон всего… кроме одного — денег!
— Тогда… тогда… я могу зарабатывать деньги! Я знакома со многими духами экранов! Садако, Кровавая Мэри — все мои друзья! А ещё Писчий дух — она отлично учится и может заниматься с вашими детьми! А Тарелочный дух — великолепно готовит! Умоляю, позвольте жить! Я сделаю всё, что угодно!
Садако: Почему у меня за спиной так холодно?
Кровавая Мэри: Ты наконец купила кондиционер?
Садако: Отвали!
Писчий дух: Безликая — дура. Её каждый раз разводят.
Тарелочный дух: Да уж, ха-ха! Дура! Сама виновата!
Как только Безликая проговорила это, все призраки замолкли. Даже дыхание Руань Мяньмянь участилось. Деньги… какая мощная приманка! Ведь и она до сих пор задыхается под гнётом этих проклятых денег!
Все уставились на неё. Безликая занервничала: правильно ли она поступила? Но пока есть хоть малейший шанс на жизнь — она не отступит. Ведь жить — это так прекрасно!
— Хорошо! Договорились. Приведёшь своих друзей — посмотрим. А пока ступай, — сказала Руань Мяньмянь, наложив на неё запрет и восстановив тело. Теперь, пока она на Земле, сбежать ей не удастся.
Сердце Руань Мяньмянь билось от возбуждения, когда она вернулась в спальню. Остальные призраки переглянулись: вот так просто всё закончилось? Видимо, деньги — действительно универсальное средство! Надо было сразу подумать об этом… Все молча кивнули друг другу и разошлись.
Если даже тысячелетние призраки живут в достатке, у них обязательно есть сбережения! Деньги? Ерунда!
На следующее утро, едва забрезжил свет, в гостиной особняка Наньшань внезапно появились ящики с золотыми и серебряными украшениями, а также антиквариат и древние артефакты, источающие зловещую энергию мёртвых, заполнившие почти весь особняк.
— Ааа, почему так темно? Уже семь утра! Неужели будет дождь? Сяонань, иди разбуди маму, а то ей будет неудобно добираться до работы. Я пока проверю, как братик, — зевнул Руань Сяодун и потянул за рукав ещё сонную Руань Сяонань.
— Хорошо, — ответила та, потирая глаза, и направилась к комнате матери.
А Руань Сяоси, как обычно, отправилась на кухню за завтраком.
http://bllate.org/book/11315/1011544
Готово:
