Зазвонил телефон. Чэнь Аньли посмотрела на молчаливую, суровую спину юноши, сидевшего на диване, тяжело вздохнула и тихо сказала:
— Тогда я поеду к тебе домой, ладно?
Спина юноши слегка дрогнула. Чэнь Аньли надула губы и сама вышла из квартиры.
У подъезда уже ждал водитель — с холодной надменностью в лице, но учтиво распахнул перед ней заднюю дверцу автомобиля.
Чэнь Аньли никогда не видела подобного обращения. Она кивнула в знак благодарности и села в машину.
Едва она захлопнула дверь, как из подъезда появилась высокая, худощавая фигура юноши. Водитель как раз открывал дверцу со своей стороны.
Не проронив ни слова, Лу Юйсюй открыл дверь и уселся рядом с ней, отвернувшись к окну.
Упрямый, но сдержанный.
Казалось, ему совсем не хотелось ехать домой, но ещё меньше он доверял тому, что Чэнь Аньли поедет одна встречаться с тем мужчиной.
Чэнь Аньли прикусила губу, сдерживая улыбку.
Она засунула руку в сумочку и, пока он смотрел в окно, внезапно вытащила маркер и быстрым движением провела им по его пальцу.
Профиль медленно повернулся к ней. Взгляд был обиженный, но терпеливый.
Чэнь Аньли торжествующе улыбнулась прямо в изумлённые глаза водителя:
— На этот раз ты сможешь смыть это только дома.
— Так что всё зависит от того, сколько времени займёт дорога. Понял?
Лу Юйсюй опустил взгляд на свою руку.
Он давно заметил её попытку напасть исподтишка. Просто каждый раз позволял ей выходить сухой из воды.
Золотистая линия маркера аккуратно пересекала безымянный палец.
Как обручальное кольцо.
Сердце на миг дрогнуло. Впервые Лу Юйсюй по-настоящему почувствовал, что след на пальце — не грязь, которую нужно немедленно стереть.
Наоборот, ему захотелось, чтобы он остался подольше.
Водитель быстро отвёл глаза и молча завёл машину.
Автомобиль стремительно тронулся с места.
Миновав шумный центр города, они выехали на скоростную трассу и долго ехали по ней без остановок.
Сначала Чэнь Аньли была взволнованной и возбуждённой, потом начала уставать, веки стали клониться ко сну, а вскоре она и вовсе отключилась, беспомощно откинувшись на спинку сиденья.
Голова её покачивалась из стороны в сторону, пока наконец не легла на плечо Лу Юйсюя.
Он склонил голову. В нос ударил тонкий, нежный аромат её волос, смешанный с теплом, исходящим от её тела.
Внезапно вся эта поездка перестала казаться такой уж невыносимой.
Наконец автомобиль подъехал к особняку семьи Лу.
Охранник, увидев свой автомобиль, заранее открыл ворота с помощью пульта.
Чэнь Аньли спала так крепко, что её собственный телефон, внезапно зазвонивший в сумочке, заставил её вздрогнуть.
Она резко проснулась и поняла, что всё это время спала, положив голову на плечо юноши. Лу Юйсюй сидел, откинувшись на спинку сиденья, с полузакрытыми глазами.
Вытащив телефон, Чэнь Аньли мысленно поблагодарила судьбу: звонок раздался именно сейчас.
После стольких приготовлений перед встречей с важным человеком она всё равно забыла перевести телефон в беззвучный режим.
На экране высветился неизвестный номер из города Линься.
Чэнь Аньли тихо ответила:
— Алло?
В трубке повисла долгая пауза.
Потом послышался шорох, будто кто-то нервничал, и наконец раздался низкий мужской голос:
— Аньань?
— Это Ий Чэнцзи.
Голос словно прошёл сквозь годы и воспоминания.
— Я вернулся.
Чэнь Аньли замерла. Сердце на миг пропустило удар.
Она задержала дыхание и долго не могла вымолвить ни слова. Моргала, будто во сне.
Рядом Лу Юйсюй открыл глаза и пристально уставился на её телефон.
Взгляд медленно переместился на её лицо, явно потерявшее всякое выражение.
Голос мужчины по-прежнему звучал мягко и чисто, но годы добавили ему глубины и спокойствия.
Не дождавшись ответа от Чэнь Аньли, Ий Чэнцзи не рассердился. Он приглушил своё дыхание и тихо позвал:
— Аньань?
Чэнь Аньли очнулась от оцепенения.
Глубоко вдохнув, она наконец вернула себе голос, вырвавшись из водоворта воспоминаний:
— Старший брат… — дрожащим голосом прошептала она, повторяя его слова, — ты… ты вернулся.
— Да, — в голосе Ий Чэнцзи прозвучала тёплая улыбка, — я сейчас тоже в Линься. Давай встретимся, если у тебя будет время.
Она положила трубку.
Ей казалось, что её ухо всё ещё чувствует лёгкое прикосновение его низкого, приятного голоса.
Чэнь Аньли глубоко выдохнула и наконец осознала смысл фразы «Я вернулся».
Ий Чэнцзи вернулся.
Все три года старшей школы её чувства крутились вокруг него, а после его отъезда всё это было надёжно заперто в сердце.
Чэнь Аньли думала, что больше никогда его не увидит, но время повернулось колесом — и вот он снова здесь, в её городе, без предупреждения.
Она обернулась. Лу Юйсюй всё ещё сидел, откинувшись на спинку сиденья, руки лежали на коленях, а взгляд был ледяным.
— Это… мой старший товарищ по учёбе. Он уехал учиться за границу на первом курсе, а сейчас позвонил и сказал… что вернулся, — неловко объяснила Чэнь Аньли, излишне оправдываясь.
В конце она отвела глаза от его взгляда.
Выходя из машины, она машинально провела рукой по завиткам волос на затылке и тихо бросила в открытое окно:
— Пошли, не будем заставлять твоего отца ждать.
Этот жест — прикосновение к завитым прядям на затылке — всегда выдавал её, когда она пыталась что-то скрыть.
Лу Юйсюй опустил глаза. В них мелькнула боль, быстро сменившаяся ледяной пустотой.
Вилла семьи Лу была выдержана в европейском стиле. Перед домом простирался огромный участок с открытым бассейном, вода в котором была кристально чистой и свежей голубизны.
Чэнь Аньли с восхищением оглядывалась, следуя за управляющим, и шепнула Лу Юйсюю, идущему рядом:
— Так вот где ты вырос — в настоящем особняке!
Теперь понятно, почему в самом начале знакомства он так легко говорил о жизни в большом доме — для него это действительно было чем-то обыденным.
Лу Юйсюй шёл молча, опустив глаза и плотно сжав губы. Недовольство читалось у него на лице.
Чэнь Аньли моргнула, не получив ответа, и решила замолчать.
Она не знала о конфликте между Лу Юйсюем и его семьёй и недоумевала: «Неужели он так против?»
Интерьер виллы также был полностью оформлен в европейском стиле. Из-за отсутствия высоких зданий вокруг света в комнатах было много, и всё пространство напоминало картину из средневекового замка аристократов.
Обойдя входную галерею, они оказались в просторном холле, где мужчина в серебристо-сером костюме, услышав шаги, неторопливо поднялся.
Лу Юаньчжэн снял очки в тонкой золотой оправе и аккуратно положил их в нагрудный карман. Сначала он взглянул на молчаливого сына, следовавшего за управляющим, а затем перевёл взгляд на Чэнь Аньли.
— Госпожа Чэнь приехала.
Чэнь Аньли видела этого человека лишь на обложках финансовых журналов и в интернете.
Поэтому она знала лишь то, что семья Лу — очень влиятельная и богатая, а их частная жизнь почти никогда не попадает в прессу.
А теперь она стояла в холле особняка семьи Лу лицом к лицу с самим Лу Юаньчжэном.
Согласно информации в сети, Лу Юаньчжэну было чуть за сорок, но он сумел не только сохранить семейное наследие, но и превратить корпорацию «Лу» в многопрофильного гиганта, заняв место самого молодого миллиардера страны.
Раньше, глядя на фото в журналах, Чэнь Аньли и другие девушки думали, что он выглядит таким молодым и красивым лишь благодаря профессиональному ретушированию. Но увидев его лично, она поняла: фигура и лицо Лу Юаньчжэна действительно отлично сохранились. Его стройная талия обтянута идеально сидящей рубашкой и брюками, что создаёт впечатление холодной, почти аскетичной элегантности.
К тому же внешность Лу Юаньчжэна была яркой и выразительной: черты лица резкие, глаза глубокие. Когда он смотрел на кого-то, его взгляд был пронзительным и острым.
Теперь, глядя на отца и сына рядом, Чэнь Аньли отметила сходство в чертах лица. «Наверное, Лу Юйсюй больше похож на маму», — подумала она.
Отбросив все посторонние мысли, Чэнь Аньли крепко сжала пальцы от волнения и, как школьница перед директором, скромно кивнула:
— Господин Лу… Здравствуйте.
— Госпожа Чэнь, не стоит волноваться. Прошу, садитесь, — ответил мужчина, и в его голосе не было той холодной надменности, которую она ожидала. Более того, уголки его губ даже мягко приподнялись.
Чэнь Аньли была поражена такой учтивостью.
Она осторожно опустилась на антикварный диван, стоимость которого, вероятно, превышала её годовой доход, и аккуратно положила руки на колени.
Лу Юйсюй помедлил секунду, затем сел рядом с ней, загородив собой от отца, и холодно уставился на Лу Юаньчжэна.
Тот, заметив эту защитную позу и вспомнив угрожающее сообщение, которое получил от сына, провёл длинными пальцами по скуле и прямо сказал:
— Отойди. Мне нужно поговорить с госпожой Чэнь наедине.
Юноша ответил ледяным тоном, словно в голосе его звенел лёд:
— Ей не о чем с тобой разговаривать.
Лу Юаньчжэн прищурил глубокие глаза.
Чэнь Аньли вдруг почувствовала себя неловко: она стала центром напряжённого противостояния двух сильных мужчин. Ладони её вспотели от волнения. Она потянула Лу Юйсюя за край рубашки, и когда тот обернулся, указала на его руку и тихо напомнила:
— Ты можешь смыть это сейчас.
Лу Юйсюй взглянул вниз, сжал край одежды и упрямо покачал головой.
Лу Юаньчжэн с интересом приподнял бровь, постучал пальцем по подлокотнику дивана и встал.
— Госпожа Чэнь, не хотите осмотреть дом?
— А? Конечно… конечно, не возражаю… — растерянно ответила Чэнь Аньли и последовала за ним к винтовой лестнице.
Лу Юйсюй двинулся следом.
Лу Юаньчжэн резко обернулся и преградил ему путь.
Улыбка, которую он только что показывал Чэнь Аньли, исчезла. Холодно глядя на след от маркера на руке сына, он с сарказмом произнёс:
— И на что ты надеешься, если хочешь её защитить?
Юноша сжал перила. Его шаг замер, а в глазах погас почти весь свет.
Не глядя больше на сына, Лу Юаньчжэн развернулся и пошёл за Чэнь Аньли, которая уже миновала поворот на втором этаже.
В коридоре второго этажа между комнатами висели картины маслом.
Чэнь Аньли подняла голову и рассматривала их одну за другой, пока её взгляд не остановился на двери в конце коридора.
Эта комната была больше остальных, и дверь у неё — двустворчатая.
Когда она была закрыта, казалось, будто за ней скрывается целый отдельный мир.
— Это музыкальная комната Юйсюя, — раздался за спиной низкий голос Лу Юаньчжэна.
Чэнь Аньли вздрогнула и обернулась. Мужчина слегка улыбнулся:
— Хотите заглянуть внутрь?
— Я… можно?
— Конечно.
Лу Юаньчжэн распахнул дверь.
В комнате были раскрыты все шторы, и через панорамные окна заливался тёплый солнечный свет.
В огромном помещении одиноко стоял чёрный рояль.
Чэнь Аньли невольно ахнула.
— У Юйсюя с детства навязчивая брезгливость. Вы, наверное, уже знаете об этом?
Он резко перешёл к делу, без предупреждения.
Чэнь Аньли кивнула.
— Это наследственное. Его мать страдала лёгкой депрессией и с раннего детства заставляла его постоянно мыть руки, внушая, что всё вокруг — грязно. Когда я это осознал, ему было всего лет четыре или пять, а он уже отказывался, чтобы его кто-то обнимал.
Чэнь Аньли нахмурилась. Такая жизнь казалась ей немыслимой.
— А его мама…
— Умерла, — тихо сказал Лу Юаньчжэн, проводя пальцем по крышке рояля, будто погружаясь в воспоминания. — От рака два года назад. Тогда Юйсюй учился в десятом классе.
Чэнь Аньли открыла рот, но не нашла слов.
В голове мелькнул образ Лу Юйсюя, молча моющего свои красивые руки до покраснения, и сердце её сжалось от боли.
— Простите… Я не знала…
— Вам не за что извиняться, — спокойно ответил Лу Юаньчжэн. — Болезнь — это то, чего не избежать.
— Кстати, более двух месяцев назад Юйсюй сбежал из дома. Я всё это время следил за ним, — продолжил он, глядя ей прямо в глаза. — Из-за своей навязчивой брезгливости он с детства избегал контактов с людьми и почти не имел друзей. После смерти матери его состояние только ухудшилось. Я приглашал множество психологов, пробовал разные методы, но ничего не помогало.
http://bllate.org/book/11312/1011323
Готово:
