Но теперь всё это уже не имело значения. Если бы Ло Юэли только что рассказал всё до конца, Бай Чжоу честно призналась бы в случившемся, назначила бы Лу Синхэ справедливое наказание и дала бы всем надлежащее объяснение. Однако генеральные прослушивания всё равно прошли бы по графику, и при отсутствии непредвиденных обстоятельств место в дебютной группе всё равно досталось бы Лу Синхэ.
Но Ло Юэли промолчал. Он не раскрыл всех подробностей — а значит, и Бай Чжоу не было смысла говорить об этом самой.
Поэтому она выбрала иной путь.
Да, именно укрывательство Лу Синхэ.
Мир может быть относительно справедливым, но не абсолютно. Взгляды меняются в зависимости от позиции.
Для тех тренировочных участников, которые конкурировали с Лу Синхэ, это казалось крайне несправедливым. Если бы его дисквалифицировали, у них появился бы ещё один шанс занять место в дебютной группе — возможно, такой шанс изменил бы всю их жизнь.
Однако Бай Чжоу должна была смотреть с высоты управленческой позиции: оценивать комплексный потенциал, учитывать перспективы развития, прогнозировать коммерческую ценность и взвешивать, какую отдачу принесёт компании вложение огромных усилий, времени и средств в продвижение артиста.
Очевидно, что Лу Синхэ был коммерчески ценнее, чем все эти скандалисты вместе взятые.
Она была бизнесвумен, а не воительница за справедливость. Её задача — не поддерживать мировой порядок.
Они мечтали — она создавала мечты.
Но вы должны понимать и чётко осознавать: достаточно ли у вас самих сил и таланта, чтобы соответствовать этой мечте?
Она стояла перед Ло Юэли. Шестнадцатилетний юноша ещё не дорос до своего роста, и даже на каблуках она была лишь чуть ниже — всего на полголовы. Их взгляды встретились.
— Возможно, ты просто ослышался? Я не помню ничего подобного.
Конечно, она могла бы сама раскрыть все детали, но эффект был бы иным. Если бы Ло Юэли рассказал всё полностью, она бы не стала отрицать. Но раз он промолчал, она предпочла просто всё отрицать.
Ведь окончательный результат всё равно не изменится: Лу Синхэ не исключат. Это не принципиальная ошибка, и любой, обладающий сочувствием и эмпатией, простил бы его. Конечно, если только не ослеплён завистью.
Раз так, и раз исход одинаков вне зависимости от того, скажут или нет, сейчас ей совершенно ни к чему признавать этот инцидент — чтобы в будущем он не стал поводом для нападок на Лу Синхэ.
Бай Чжоу снова села в кресло, скрестила длинные ноги, положила локоть на подлокотник.
— На крыше я просто немного поговорила с Лу Синхэ, чтобы поддержать его психологически. Ничего из того, о чём ты упомянул, не происходило.
Лу Синхэ замер, готовый встать и заговорить:
— Бай Пи Ди…
Но Бай Чжоу резко прервала его:
— Молчи.
Её взгляд метнул холодную волну власти.
— Когда я говорю, мне не нравится, когда меня перебивают.
Только когда Лу Синхэ опустил голову, она перевела взгляд и окинула им всех присутствующих.
— Сегодняшний инцидент вызвал у меня глубокое раздражение. В такой решающий момент вы не сосредоточены на прослушиваниях, не думаете о сцене, а устраиваете разборки за кулисами. Или вы думаете, что, устроив скандал, завтра автоматически получите хороший результат?
— Скажу ещё жёстче: даже если завтра Лу Синхэ не выступит, вы уверены, что сами займете его место в дебютной группе?
— Я — ваш главный продюсер, продюсер проекта «Сокровищница Хуаман», и старшая сестра по отношению к вам. Я хочу вести вас дальше и выше.
— Вы мечтаете, и я тоже. Ваш успех — мой успех. Значит, мы должны быть едины, ведь у нас одна цель.
Её взгляд был полон угрозы, аура — безупречна. Воспитанная в богатой семье и прошедшая через множество испытаний, она никогда не терялась даже в самых сложных ситуациях. Такие мелкие уловки, как манипуляции и хитрости, давались ей с лёгкостью.
Перед этими юными парнями она применяла их с мастерством.
— Вы ещё молоды, и у вас впереди масса возможностей. «Хуаман» не собирается выпускать только одну группу. Мы продолжим развивать таланты: новые мужские группы, сольные дебюты — всех, кто действительно достоин, мы будем поддерживать всеми силами.
Это были не пустые обещания — так и планировалось.
Закончив речь, она встала и медленно подошла к Ло Юэли. Её глаза сверкали.
— А задумывались ли вы, будете ли вы готовы ухватиться за шанс, когда он окажется прямо перед вами?
Бай Чжоу взглянула на часы и смягчила тон:
— Сегодня все хорошо поработали. Но каждому из вас нужно написать разъяснительную записку и завтра утром отдать её помощнице Цяо. И не забудьте настроиться на завтрашние генеральные прослушивания.
Почему большинство учителей, когда между отличником и отстающим возникает конфликт из-за мелочи, почти всегда встают на сторону отличника?
Потому что эта мелочь — не фатальная ошибка, не вопрос морали или характера.
А отличник может занять первое место.
А отстающий? Может быть, и сможет… но вероятность крайне мала.
Инцидент был исчерпан. Жизненный ассистент организовал возвращение всех в общежитие, после чего провёл дополнительную работу по успокоению. Также было решено устроить завтра утром особо питательный и сытный завтрак. Сначала удар, потом конфета — старый, но действенный метод.
Бай Чжоу тоже с облегчением выдохнула. Хорошо, что это всего лишь шестнадцатилетний участник, без особых замыслов. Если бы на его месте оказался кто-то более расчётливый, план был бы куда тщательнее, и тогда разобраться было бы гораздо сложнее.
В ту же ночь она засиделась на совещании до рассвета. Ведь на следующий день начинались генеральные прослушивания, а после — ещё более важные графики и контракты. Как только будет определена дебютная группа, сразу начнётся запись первого альбома. От этих нескольких месяцев зависело, станет ли группа хитом или нет.
На следующий день прошли генеральные прослушивания проекта «Сокровищница Хуаман», транслируемые в прямом эфире.
Финальный рейтинг складывался из оценок продюсера и жюри, а также голосов фанатов. Первые семь участников получали места в новой мужской группе «Хуаман».
Многие не ожидали, что внутренний кастинг развлекательной компании вызовет такой ажиотаж в сети. Ведущим выступил главный ведущий «Хуаман», а рекомендателем — Фу Шиюэ, чьё участие привлекло огромное количество зрителей и внимание СМИ.
Во время прямого эфира чат заполнили сообщения:
[Вау, настоящие мальчики-сокровища! Почему нельзя увеличить количество мест? Давайте выпустим хотя бы первых тридцать!]
[Ааа, брат Цзян Цзюнь свёл меня с ума! Его голос заставил мои уши забеременеть!]
[Лу Чжинань — абсолютный ангел! Гениальное лицо! Вперёд, малыш!]
[Вэй Синчжоу и Лу Синхэ — две звезды! Вы — свет в моей серой жизни!]
[ТО: Шэнь Икай и Шэнь Иян — вместе навсегда!]
[Лу Синхэ, вперёд! Пусть твой путь будет гладким, без бурь!]
[Я не фанатка, я просто сопровождаю любимого мальчика в его взрослении. Сы Чэнчэнь, сестрёнка ждёт тебя!]
[Зима прошла, звёзды Вэй Синчжоу сияют вечно! Его лицо — на всю жизнь!]
[…]
Во время перерыва несколько участников отдыхали в комнате, попивая воду. Бай Чжоу смотрела в телефон — сотрудники в рабочем чате активно пересылали скриншоты из чата.
— Что это вообще такое? «Синхэ рассыпал три доли очарования, и твоя нежность породила целую галактику…» — смеясь, произнесла она. — Неужели фанаты стали такими талантливыми? Эти комплименты просто сводят с ума!
Её ассистент Ли Минлян тут же возразил:
— Да это ещё цветочки! Самые мастера комплиментов — фанаты группы Universe. У них вообще целая империя: «Смотри, братик, мы завоевали для тебя целую страну комплиментов!»
— Ха-ха-ха, точно! — Бай Чжоу и Цяо Кэюй согласились без колебаний. Фанаты Universe действительно славились своей преданностью: их поддержка всегда была мощной и организованной, часто пугая фанатов других групп.
Бай Чжоу пролистала ещё несколько комментариев и вдруг расхохоталась:
— Сейчас фанаты такие милые и креативные! Посмотрите вот на этот: «Ноги мужа — не ноги, а весенняя вода на берегах Сены. Спина мужа — не спина, а болгарская роза. Глаза мужа — звёзды на ночном небе, сверкающие и околдовывающие. Пресс мужа — холмы? Какой монстр? Пальцы мужа — анестезия: стоит прикоснуться — и ты в экстазе…» Точно пьяный писал!
Цяо Кэюй и Ли Минлян смеялись в ответ, но вдруг их смех оборвался на полуслове — они увидели фигуру, стоящую прямо за спиной.
— Ха-ха-ха… Фу Шиюэ?!
— Нет, этот «муж» — не про Фу Шиюэ, а про Цзяна… — начала объяснять Бай Чжоу, оборачиваясь. Но, увидев стоящего за спиной человека, она запнулась и быстро исправилась: — Я имею в виду… фанаты Фу Лаоши такие талантливые…
Бай Чжоу слегка смутилась и натянуто улыбнулась. Цяо Кэюй и Ли Минлян тут же подыграли, тоже засмеявшись. Только Фу Шиюэ спокойно стоял на месте, слегка усмехаясь и глядя на неё.
Она кашлянула:
— Э-э… Скоро начнётся следующая часть записи. Пойдите, напомните всем подготовиться.
Как только она отправила Цяо Кэюй и Ли Минляна, Бай Чжоу тут же надела самую милашную улыбку и сладко произнесла:
— Братик, я тоже пойду. Увидимся позже.
Она поставила бутылку с водой и направилась к двери — всё-таки на публике нельзя оставаться с Фу Шиюэ наедине.
Но едва она приоткрыла дверь, как чья-то рука прижала её обратно. Тень накрыла её целиком.
Низкий голос, словно басовая волна, прозвучал у самого уха:
— Кого только что называла «мужем»?
Фу Шиюэ явно услышал её чтение комментариев. Он прижал её к двери, загородив выход, и слегка наклонился, глядя на её профиль.
Спина её касалась его горячей груди. Повернуться было невозможно, и она лишь чуть склонила голову в его сторону:
— Никого… Я просто прочитала комментарий фаната…
Фу Шиюэ:
— Прочитай ещё раз.
Бай Чжоу:
— …?
Серьёзно? В такой позе? Это же слишком стыдно!
Она попыталась рассудить:
— Давай сначала отойдём. А вдруг кто-то войдёт?
— Не войдёт, — коротко ответил Фу Шиюэ.
И правда — они стояли у двери, да ещё и он прижимал её рукой. Даже если кто-то попытается войти, дверь не откроется… Но если кто-то увидит их вдвоём в комнате отдыха, это вызовет слухи!
— Но… если нас увидят, могут неправильно понять… Давай лучше выйдем…
Бай Чжоу потянулась к ручке, но Фу Шиюэ положил ладонь ей на плечо, останавливая движение.
— Прочитай ещё раз.
Он развернул её к себе.
Бай Чжоу вынужденно подняла глаза и встретилась с его взглядом. Она тут же прикрыла лицо телефоном. Серьёзно… Читать это при нём — пытка!
— Можно не читать?
Фу Шиюэ тихо рассмеялся, забрал у неё телефон, разблокировал и нашёл нужную страницу. Затем протянул ей обратно:
— Будешь читать, пока не закончишь. Тогда и выйдем.
— … — Спорить бесполезно. Он реально способен на такое. Бай Чжоу сдалась и покорно уставилась в экран: — «Ноги мужа — не ноги, а весенняя вода на берегах Сены…»
Читать такие стыдные комплименты прямо ему в лицо — настоящее испытание для толщины кожи.
Она чувствовала, как краснеет, и мысленно уже искала автора этого комментария, чтобы хорошенько его отлупить.
— «Спина мужа — не спина, а болгарская роза. Глаза мужа — звёзды на ночном небе, сверкающие и околдовывающие. Пресс мужа — холмы…»
Её голос становился всё тише, а Фу Шиюэ всё ближе наклонялся, пока его дыхание не стало ощущаться совсем рядом…
Внезапно в наушнике раздался крик координатора:
— Бай Пи Ди, следующая часть записи начинается! Пожалуйста, немедленно возвращайтесь к жюри!
Бай Чжоу вздрогнула и, пока Фу Шиюэ не успел среагировать, резко толкнула его в грудь.
— Братик, я побежала!
Не дав ему поцеловать себя, она выскочила за дверь.
Фу Шиюэ смотрел ей вслед и не смог сдержать улыбки.
Вернувшись на своё место в жюри, Бай Чжоу всё ещё чувствовала, как сердце колотится. Ах… ведь они уже целовались раньше, но сейчас всё было так, будто они тайно встречаются — чертовски возбуждающе!
Ли Минлян как раз разносил свежую воду судьям и, заметив Бай Чжоу, удивлённо спросил:
— Бай Пи Ди, почему у вас такое красное лицо?
Бай Чжоу краем глаза увидела подходящего Фу Шиюэ, быстро отвернулась и с невозмутимым видом ответила:
— Только что подкрасилась. Наверное, переборщила с румянами.
На самом деле, её актёрское мастерство было действительно на высоте.
http://bllate.org/book/11038/987818
Готово:
