Е Боюань поспешно взял себя в руки, а за его спиной подошла жена Линь Янь и пристально посмотрела на Е Люйюня. Её прекрасные глаза блестели от слёз:
— Ребёнок, ты вспомнил Чэнь Цзяньцзюня? Значит, ты действительно поправился! Поправился — и слава богу.
Бог знает, как она страдала и корила себя, узнав, что её сын находится в психиатрической больнице и страдает душевным расстройством. А теперь, видя сына таким нормальным, она радовалась — искренне, от всего сердца.
Ниу Чэнъюнь сказал:
— Господин Е, давайте не будем стоять на улице. Прошу вас, зайдёмте внутрь.
Е Боюань кивнул:
— Хорошо. Мы здесь гости — будем следовать вашим обычаям и делать всё, как вы скажете.
Он повернулся к ещё ошеломлённому Бай Чухэну:
— Вы, вероятно, тот самый господин Бай, о котором говорил секретарь Ниу? Простите за беспокойство и спасибо вам огромное за заботу о моём сыне все эти годы.
Ниу Чэнъюнь тут же наклонился и тихо прошептал Бай Чухэну на ухо:
— Это действительно родители Е Люйюня. По дороге сюда они всё время рассказывали мне о нём и даже показали некоторые документы.
Бай Чухэн пришёл в себя, не веря своим ушам, и поспешил ответить Е Боюаню:
— Да что вы! Не стоит благодарности! Такие почётные гости — мы рады вас видеть! Прошу, входите, все входите!
Бай Чухэн пошёл вперёд, чтобы проводить гостей в дом. Дэн Чэн приказал охранникам отвести машины и только потом последовал за Е Боюанем и остальными.
Миньюэ и Е Люйюнь шли последними. Миньюэ попросила Е Люйюня наклониться и, приблизившись к его уху, тихо сказала:
— Они действительно твои родители. Я чувствую связь ваших кровей.
Связь по крови — её глаза это видели.
Е Люйюнь резко сжал зрачки.
Как такое возможно?
Он ведь совершенно точно вспомнил: его родители — Чэнь Цзяньцзюнь и Ли Мэй’э, простые сельские жители. Он не мог ошибиться.
Но эти двое… Тут явно кроется какая-то история.
Е Люйюнь внимательно посмотрел на Миньюэ:
— Я верю тебе.
Миньюэ погладила его по пушистой голове:
— Молодец!
Любой другой, кто осмелился бы так трепать его по голове, получил бы сломанную руку. Но раз это была Миньюэ — ему было приятно, и он совсем не сопротивлялся.
Снаружи женщины, увидев, как Е Боюань и его свита вошли в дом Бая, а роскошные автомобили укатили прочь, зашептались, переглядываясь с любопытством.
— Говорят, это родители Е Люйюня? Да с таким шиком — не похожи на простых людей!
— Я сфотографировала машину и загуглила — представляете, от 4 980 000 юаней!
— О-о-о! — хором ахнули окружающие.
— Так дорого?
— Неужели родители «сумасшедшего Е» — миллионеры?
Одна из женщин прижала руку к груди:
— Будь они хоть трижды богачами — нам до этого нет дела. Главное, что у «сумасшедшего Е» теперь есть семья, и он больше не будет приходить в нашу деревню воровать детей!
— Верно! Семья — это хорошо! Бедняжка… Надеюсь, родные не отвергнут его из-за болезни.
— Вряд ли. Этот господин выглядит очень представительно, но при этом говорит вежливо, не то что некоторые городские — те нос задирают.
Тем временем Шэнь Юйлань, сидевшая дома и лущившая горох, увидела, как Бай Чухэн ведёт внутрь целую компанию. Она быстро собрала стручки и покатила коляску на кухню, чтобы убрать их. Е Люйюнь подошёл и сказал:
— Тётя, я сам отнесу.
Шэнь Юйлань кивнула и передала ему всё. Бай Чухэн тем временем усадил гостей и объяснил матери, кто такие эти элегантные супруги. Узнав, что это настоящие родители Е Люйюня, Шэнь Юйлань удивилась, но искренне обрадовалась за него.
Все расселись. Четыре охранника остались снаружи, личный помощник и водитель встали за спиной Е Боюаня, держа в руках папку с документами.
Бай Чухэн начал разливать воду, но тут Миньюэ вызвалась помочь и сама принесла стаканы гостям.
Увидев такую воспитанную и милую девочку, Е Боюань и Линь Янь оба похвалили её, принимая стаканы.
Ниу Чэнъюнь подвёл Е Люйюня и усадил рядом с собой, объясняя, кто перед ним:
— Эти люди — твои родные отец и мать.
По дороге в школу он провожал сыновей, а по возвращении встретил директора Ли и этих людей. Его пригласили сесть в одну машину с супругами Е, а его трёхколёсный велосипед доверили охранникам. За время пути Ниу Чэнъюнь узнал всю историю.
Е Боюань — богачейший человек провинции Юньнань, председатель совета директоров корпорации «Е». Линь Янь — его супруга. Они много лет искали своего родного сына. Полмесяца назад, благодаря сравнению ДНК, они наконец установили, что Е Люйюнь — их кровный ребёнок, и немедленно бросили все дела, чтобы приехать сюда.
Директор Ли как раз выходил из больницы, когда получил звонок от Ниу Чэнъюня, и случайно столкнулся с семьёй Е. Разобравшись в ситуации, он и привёз их прямо сюда.
Когда Ниу Чэнъюнь закончил объяснения, Е Боюань велел своему помощнику передать Е Люйюню фотографии и документы, после чего отвёл сына в другую комнату и заговорил с ним наедине:
— Чэнь Цзяньцзюнь и Ли Мэй’э — не твои настоящие родители. Они были просто соседями нашей семьи. Род Е изначально вышел из деревни Цайюнь. В год, когда твоя мать была беременна тобой, нас переселяли. У нас было больше всех домов и земли в деревне, плюс два фруктовых сада и небольшая птицеферма, поэтому компенсация составила более десяти миллионов юаней.
Для бедных сельчан восемнадцать лет назад десять миллионов были невероятным богатством — кому бы не позавидовать?
Именно этим и воспользовались Чэнь Цзяньцзюнь с женой. В то время медицина была слабой, видеонаблюдения в деревне не было. Ли Мэй’э и Линь Янь были беременны одновременно, сроки родов отличались всего на десять дней — у Ли Мэй’э раньше. Но Линь Янь родила на две недели раньше срока. Е Боюань был в это время в отъезде, занимался делами по переселению, и не смог отвезти жену в больницу. Ей пришлось рожать дома самой.
Случилось так, что в тот же день родила и Ли Мэй’э — на полчаса раньше. Она велела мужу следить за Линь Янь. Узнав, что та родила и потеряла сознание от усталости, Ли Мэй’э подменила детей: своего отдали Линь Янь, а сына Е — забрали себе.
Они верили: раз Е Боюань — гений в бизнесе, то со временем станет ещё богаче. А когда их сын вырастет и унаследует состояние Е, они смогут признаться ему в истинном происхождении и начать жить в роскоши.
Линь Янь, измученная родами и едва не погибшая от кровотечения, не успела как следует разглядеть новорождённого. Поэтому подмена прошла незамеченной. Когда Е Боюань вернулся домой, супруги были только рады появлению на свет сына, которого назвали Е Лунъюй, и не обратили внимания на странное поведение семьи Чэнь.
Вскоре после этого, получив деньги от переселения, семья Е переехала и начала заниматься торговлей. Со временем их дела пошли в гору, и Е стали богатейшими в провинции Юньнань.
Чэнь Цзяньцзюнь с женой увидели Е Лунъюя по телевизору и в восторге связались с ним, сообщив правду о его происхождении. Линь Янь случайно подслушала их разговор и поняла, что Е Лунъюй — не её сын.
Она рассказала об этом мужу. Супруги тайно проследили за Е Лунъюем, провели расследование и наконец раскрыли правду. После этого они немедленно начали искать Е Люйюня.
Но Чэнь Цзяньцзюнь и Ли Мэй’э назвали своего приёмного сына не Е Люйюнем, а Чэнь Гоуданем.
Имя «Е Люйюнь» тот выбрал себе сам, уже будучи больным. Поэтому Е Боюань так долго не мог найти его.
Если бы не занесение ДНК Е Люйюня в базу данных, он никогда бы не узнал, где искать сына.
Выслушав отца, Е Люйюнь опустил глаза, и в глубине его зрачков вспыхнула лютая ненависть.
Теперь всё ясно.
Неудивительно, что в детстве Чэнь Цзяньцзюнь и Ли Мэй’э постоянно избивали его, не считали за человека. Что бы он ни делал — всё было не так. Еды и одежды ему почти не давали, жил он хуже собаки.
А потом, узнав, что он гениален, они безжалостно сбросили его с горы, пытаясь убить.
Эту обиду нужно отомстить!
Помолчав долгое время, Е Люйюнь холодно поднял взгляд:
— Где сейчас Ли Мэй’э и Чэнь Цзяньцзюнь?
Е Боюань, увидев этот взгляд, почувствовал, будто перед ним не сын, а юный волчонок — внешне послушный и милый, но внутри дикий и жестокий.
Такой же взгляд был у него самого в молодости. У Е Лунъюя, того мягкого и глуповатого мальчишки, такого взгляда никогда не было.
— Они в тюрьме, — ответил Е Боюань, и в его обычно мягких глазах мелькнула ледяная жестокость. — Хочешь отомстить? Я уже позаботился, чтобы там им «хорошо жилось» каждый день.
Как только Чэнь Цзяньцзюнь с женой осмелились разлучить его с сыном и мучить ребёнка, Е Боюань поклялся, что не даст им спокойно жить. Параллельно с поисками Е Люйюня он собрал досье на эту парочку. Выяснилось: после того как они избавились от Е Люйюня и сбежали из Цайюнь, в трущобах Юньнани они убили человека и набрали долгов у ростовщиков. Шесть лет скрывались, а потом Чэнь Цзяньцзюнь изнасиловал и убил девушку…
Е Боюань передал все улики в полицию, и теперь Чэнь Цзяньцзюнь с женой сидят за решёткой.
Что до Е Лунъюя — с ним он пока не стал разбираться. Просто отправил его обратно в Цайюнь и велел присматривать.
Пусть и не родной, но восемнадцать лет растил как сына — сразу отвыкнуть невозможно.
Но и дальше держать при себе не станет!
Сын врага, каким бы невинным он ни казался, всё равно остаётся сыном врага!
Узнав, что Чэнь Цзяньцзюнь и Ли Мэй’э в тюрьме, Е Люйюнь больше ничего не спросил, лишь его глаза стали ещё глубже и мрачнее.
Глядя на него, Е Боюаню стало больно за сына. Он хотел протянуть руку, погладить по голове, обнять… Но побоялся, что Е Люйюнь оттолкнёт его, возненавидит. И не осмелился.
Он слишком многое упустил в жизни сына!
Все эти годы его ребёнок жил в аду.
Голос Е Боюаня стал хриплым:
— Люйюнь, пойдёшь ли ты с нами домой? Папа и мама так тебя ждали… Мы…
Он не договорил, потому что Е Люйюнь поднял на него взгляд, лишённый всяких эмоций. Хотя лицо его оставалось спокойным и благородным, голос звучал совершенно бесчувственно:
— Вы будете ограничивать мою свободу?
Вспомнив, что сын восемь лет провёл в психиатрической больнице без малейшей свободы, Е Боюань переполнился раскаянием и поспешно заверил:
— Никогда! Папа никогда не будет ограничивать твою свободу. Делай всё, что захочешь. Главное, чтобы ты был здоров и… не ненавидел нас.
Е Люйюнь оставался таким же равнодушным, будто робот:
— Я вас не ненавижу. Я поеду с вами.
Без чувств не может быть и ненависти.
Е Боюань и Линь Янь — его родные родители, но он видел их впервые. Ни капли родственного тепла он не ощущал.
Возможно, со временем это изменится. Но сейчас — нет.
Он согласился ехать с ними не из-за семейных уз, а ради влияния клана Е.
Восемь лет он был «сумасшедшим», а теперь, очнувшись, остался ни с чем, оторванным от общества. Ему нужно заново учиться жить.
Семья Е могла дать ему всё необходимое для быстрого роста.
А став сильнее, заработав деньги, он сможет защитить Миньюэ.
Е Боюань был вне себя от радости:
— Ты правда готов поехать с нами? Не злишься на нас?
Он готовился ко всему: продумал сотни речей, как уговорить сына, как заманить его домой. А тут оказалось, что сын уже здоров и сам согласен уехать!
Слишком хорошая новость!
Е Люйюнь спокойно посмотрел на него:
— Да, я поеду с вами. Но с одним условием…
…
В гостиной Бай Чухэн и Ниу Чэнъюнь беседовали с директором Ли о Е Люйюне, Шэнь Юйлань утешала Линь Янь, Дэн Чэн и пять охранников сидели на диване, выпрямившись, как струна, а Миньюэ лизала леденец на палочке.
Её слух был настолько острым, что она могла слышать разговор отца и сына даже из гостиной. Но она сознательно отключила слух — подслушивать нехорошо.
Лучше пообщаться с водителем и охранниками!
— Дядя Дэн, ваша машина такая красивая! Она очень дорогая? Сколько стоит?
— Это Bentley Mulsanne. Пять миллионов юаней. Знаешь, сколько это?
Миньюэ задумалась:
— Знаю. Мой леденец стоит один юань. Значит, на пять миллионов можно купить пять миллионов леденцов…
— Ого! Какая умница! Сразу перевела цену машины в леденцы!
Миньюэ промолчала.
После того как она посмотрела телевизор и Бай Чухэн с другими объяснили ей устройство этого мира, она уже кое-что поняла.
Здесь расплачиваются не золотом и серебром, а бумажными деньгами — юанями.
Деньги можно хранить на банковской карте или в телефоне.
Провёл картой — и купил. Открыл телефон — и заказал.
Казалось бы, всё просто и удобно, но на самом деле очень сложно. Она ещё не до конца разобралась.
Кроме того, она поняла: это деревня, семья Бая — не богатая, и многие вещи им не по карману. Например, такой автомобиль, как Bentley Mulsanne.
http://bllate.org/book/11036/987675
Готово:
