— А ещё эти яйца — полностью экологичные, безо всякой химии…
Цзи Шинянь слегка напрягся, поднял глаза и увидел довольную, хитро ухмыляющуюся Линь Вэйвэй. Неожиданно в голове всплыл образ из сна:
Высокая, прекрасная девушка стояла перед суровым священником и очень серьёзно отвечала на его вопросы.
Она согласна.
Цзи Шинянь вздрогнул, отогнал странное чувство, поднимающееся в груди, и медленно продолжил завтракать.
Цзи Шинань — не добрый человек. Хитрый, коварный. Глупенькая и наивная Линь Вэйвэй точно не сможет с ним тягаться. Даже если они и поженятся по-настоящему, счастья ей это не принесёт.
Он не чувствовал ни раскаяния, ни угрызений совести. В этой жизни он собирался жить лучше всех, и каждый долг он вернёт лично.
Обычно сладкое молоко почему-то привкусывало солоноватой горечью. Цзи Шинянь нахмурился и невольно посмотрел на Линь Вэйвэй.
Та смотрела на него совершенно открыто и успокаивающе сказала:
— Ешь побольше, тогда рана быстрее заживёт.
Дедушка Линь так широко улыбнулся, что глаза совсем пропали, и тут же энергично закивал:
— Вэйвэй права! Надо есть побольше!
Цзи Шинянь помедлил, но без колебаний выпил всё молоко — даже с подмешанным «ингредиентом» — и бросил на Линь Вэйвэй многозначительный взгляд.
Всё-таки она всего лишь маленькая девочка, которая никогда не повзрослеет. С ней и спорить-то не стоит.
После спокойного завтрака дедушка Линь вызвал Цзи Шиняня к себе в кабинет поговорить по душам. Отец и мать Линь внимательно смотрели на дочь, и в их глазах читалась неясная тревога.
— Вэйвэй, разве ты не ненавидишь его? — с любопытством спросила мама Линь. Отец тоже кивнул: их дочурка всегда была прямолинейной и вспыльчивой — любит, так любит, ненавидит, так ненавидит. Как она вдруг стала сама носить молоко этому мерзкому парнишке?
Линь Вэйвэй с удовольствием вытерла рот салфеткой и хитро улыбнулась:
— Мам, ты просто не понимаешь! В древности царь Юэ Гоуцзянь десять лет терпел унижения, лёжа на полыни и пробуя жёлчь. Я сейчас проявляю к нему доброту, чтобы угодить дедушке. А потом, как только увижу его слабое место — сразу нанесу решающий удар!
Конечно, мои услуги тоже недёшевы.
Мама Линь тут же запустила в неё поток комплиментов:
— Наша умница! Гораздо умнее своего папы!
— Верно, — одобрил отец Линь, — в меня пошла! — Но, увидев, как Линь Вэйвэй снова суетится на кухне, не смог скрыть лёгкой обиды: — Только не перестарайся с ним. Я-то до сих пор ни разу не пробовал твоих блюд.
— Пап, лучше ешь то, что мама готовит. Мои блюда я сама есть боюсь, — тихо призналась Линь Вэйвэй.
Отец Линь: «…Кхм. В компании дела — пойду поработаю».
Что именно обсуждали в кабинете дедушка Линь и Цзи Шинянь, оставалось загадкой — разговор затянулся надолго. Линь Вэйвэй подкралась к двери с фруктовой тарелкой и пыталась подслушать. До неё долетели лишь обрывки: «Цзи Шинань», «шоу-бизнес»…
Аромат свеженарезанных фруктов был насыщенным и манящим, цвета — сочными и аппетитными. Линь Вэйвэй решила не мучиться и начала есть прямо у двери.
Она помнила: в книге разговор между Цзи Шинянем и дедушкой должен был состояться гораздо позже. Ведь после перерождения Цзи Шинянь ненавидел семью Линь и ни за что не стал бы здесь жить. А теперь… Неужели всё изменилось из-за неё — маленькой бабочки, взмахнувшей крыльями?
Даже самые могущественные «золотые пальцы» не выдержат силы эффекта бабочки.
— Вкусно? — раздался голос за спиной.
— Вкусно… — Линь Вэйвэй замерла, лицо её мгновенно преобразилось, и она ослепительно улыбнулась: — Какая удача! Я как раз испекла печенье. Обязательно попробуй!
Цзи Шинянь слегка нахмурился, но ничего не сказал. Раз уж он остался здесь жить, все её провокации ему придётся принимать.
Линь Вэйвэй занесла тарелку с фруктами в кабинет и тут же выбежала обратно, чтобы принести другую — с чёрными, неопределённой формы лепёшками. Она смотрела на него невинно и искренне:
— Я добавила шоколадный порошок и клюкву! Для первого раза получилось отлично, я сама довольна.
Её большие, влажные глаза томно моргнули, делая её вид особенно милым и обаятельным:
— Так что, мой «жених», обязательно съешь побольше!
Цзи Шинянь бросил один взгляд — и на лбу у него заходили ходуном виски. Шоколадный порошок? Клюква?
Эта чёрная гадость явно была провалом!
— Я не люблю сладкое, — бесстрастно произнёс он.
Линь Вэйвэй, будто заранее знала его ответ, прикусила губу и улыбнулась:
— Не волнуйся, я добавила чуть-чуть соли. Совсем несладкое.
Цзи Шинянь: «…»
Утренние неприятные воспоминания вновь всплыли в сознании. Лицо Цзи Шиняня стало ледяным и мрачным, а в глубине его тёмных, словно бездонное озеро, глаз впервые после перерождения блеснула настоящая острота.
Как будто острые клыки хищника медленно впивались в её кожу.
Линь Вэйвэй дрогнула, но в глазах её загорелась решимость. Она гордо выпрямила спину и ослепительно улыбнулась:
— Жених, не стесняйся! Я буду хорошо о тебе заботиться!
Она покажет ему, что в доме Линь не так-то просто ужиться!
Но, встретившись взглядом с её прекрасной, безупречной улыбкой, Цзи Шинянь вдруг рассмеялся.
— Хорошо.
Хотя в глазах его не было и тени тепла — лишь ледяная пустота.
Авторская заметка:
Шинянь: Хочу в душ — потереть спину!
Вэйвэй: Отлично! Братан Гуаньюй, мыло вот, заходи! :-D
Спасибо за гранату от «Обожаю Ачжэна»!
Забота Линь Вэйвэй не прекращалась. Угрозы Цзи Шиняня, его холодный взгляд и явное отвращение не могли её остановить.
Раз он уже хочет её убить, зачем ей быть вежливой? Если бы не полиция, Линь Вэйвэй с радостью подсыпала бы ему по сто граммов яда в каждую тарелку.
Что до того, чтобы угодить Цзи Шиняню — об этом она даже не думала. Независимо от того, была ли она причастна к его смерти в прошлой жизни, и уж тем более не считаясь с тем, сколько жён и наложниц он заведёт в будущем, одного только образа этого персонажа из книги было достаточно, чтобы окончательно отбить у неё всякое желание.
Безжалостный, беспринципный, лживый и коварный… А теперь ещё и способный на упорство и самопожертвование, как Юэ Гоуцзянь. С таким человеком всегда нужно быть настороже: ведь никогда не знаешь, где правда, а где ложь в его словах.
Линь Вэйвэй была уверена: Цзи Шинянь не простит ей ничего. Даже несмотря на то, что они росли вместе, он не выказал ни капли эмоций, когда узнал о смерти прежней хозяйки этого тела. Значит, он ненавидит её всем сердцем.
Что ж, пусть каждый использует свои козыри! Разве у неё нет своих «золотых пальцев»?
Атака «чёрной кухней» уже не действовала. Цзи Шинянь теперь мог спокойно допивать молоко, в которое она подмешивала не только соль, но даже имбирный сок. Правда, после этого он пил воду в несколько раз чаще.
К сожалению, он оставался жив и здоров, без малейших признаков недомогания.
Линь Вэйвэй ломала голову, придумывая новые методы. Старые уловки прежней хозяйки тела были слишком опасны — легко можно было задеть своих. А слишком очевидные козни только сыграют против неё.
Но дедушка Линь ничего не подозревал. Наоборот, последние дни он был растроган «гармонией» между молодыми людьми и чуть не расплакался от счастья.
Вэйвэй наконец повзрослела! Такая заботливая, хозяйственная… Пусть её пирожные и выглядят уродливо, но наверняка вкусные!
За панорамным окном на лужайке стояли двое: один, опираясь на костыль, осторожно делал шаги, другой — стоя рядом, воодушевлённо хлопал в ладоши. Картина была трогательной и прекрасной.
Дедушка Линь широко улыбнулся. Эти двое так хорошо ладят! Он же говорил — его внучка добрая, не злопамятная, обязательно полюбит Шиняня.
А в это время «добрая и не злопамятная» Линь Вэйвэй закатывала глаза и без обиняков заявила:
— Бросьте уже этот костыль и смело шагайте! Не волнуйтесь, я не стану толкать вас без причины.
Цзи Шинянь всё так же осторожно ставил ногу за ногой. Его травма не была серьёзной — после установки металлической пластины через две недели он мог вставать, но пока ещё не решался отказаться от костыля.
В прошлой жизни он плохо восстанавливался после перелома, а потом в драке, устроенной Цзи Шинанем, снова повредил ногу — и остался инвалидом на всю жизнь. Поэтому в этот раз он был предельно осторожен.
— Эх, дедуля, — проворчала Линь Вэйвэй, — не хотите, чтобы я вас поддержала?
Цзи Шинянь молчал, полностью игнорируя её.
Линь Вэйвэй уже собралась уйти, как вдруг зазвонил её телефон. Звонила Чэнь Мяоси. Сердце Линь Вэйвэй слегка дрогнуло. Она приподняла бровь и нажала «ответить».
— Вэйвэй… — в голосе Чэнь Мяоси слышались слёзы, вызывая жалость. Линь Вэйвэй машинально посмотрела на Цзи Шиняня.
— Вэйвэй, ты где? Можно мне тебя увидеть? — голос был униженный, почти умоляющий. Линь Вэйвэй нахмурилась и холодно спросила:
— Что случилось?
— Вэйвэй… помоги мне, пожалуйста… — Чэнь Мяоси, казалось, была в панике, голос дрожал, но суть проблемы она так и не объяснила.
Линь Вэйвэй не любила такое ощущение. Она помолчала и сказала:
— Если дело важное, почему нельзя сказать по телефону? У меня дома дела, я не собираюсь выходить.
— Вэйвэй, пожалуйста, помоги… Мы же подруги? Ты… ты должна мне помочь… — послышались тихие всхлипы Чэнь Мяоси, и атмосфера между ними мгновенно изменилась.
Линь Вэйвэй специально включила громкую связь, чтобы Цзи Шинянь всё слышал. Но тот оставался совершенно равнодушным.
«Наша школьная красавица плачет, а он даже не шелохнётся! Неужели он настолько осторожен?» — Линь Вэйвэй сразу потеряла интерес и вяло произнесла:
— Раз хочешь помощи, можешь хотя бы объяснить, в чём дело?
В трубке слышались лишь тихие рыдания. Чэнь Мяоси всё не решалась говорить. Линь Вэйвэй быстро сообразила и просто отключила звонок.
Хочет помощи, но не говорит, в чём проблема? Скорее всего, нужны деньги. Прежней хозяйке тела это, возможно, и сработало бы. Но ей, Линь Вэйвэй — богатой и скупой девчонке, такие штучки не пройдут!
До этого Цзи Шинянь сохранял полное безразличие, но теперь поднял глаза, и в них мелькнуло удивление. Он думал, она без раздумий переведёт деньги Чэнь Мяоси — ведь именно так обычно поступала принцесса Линь Вэйвэй.
Но, оказывается, она без колебаний отказалась, даже не дав договорить.
Заметив его взгляд, Линь Вэйвэй презрительно фыркнула и с лёгкой усмешкой сказала:
— Что, жалко стало? Может, сам сгоняешь? Вдруг наша школьная красавица предложит тебе себя в благодарность?
Брови Цзи Шиняня незаметно сдвинулись. Линь Вэйвэй уже не в первый раз упоминала Чэнь Мяоси при нём, и каждый раз с язвительной интонацией. Неужели она думает, что он в неё влюблён?
«Ха, женщины действительно непостижимы».
Цзи Шинянь опустил глаза и спокойно произнёс:
— Одноклассники должны помогать друг другу. Вы же подруги?
— Цыц, — Линь Вэйвэй окинула его взглядом с головы до ног, остановившись на чертах лица, прекрасных, будто не от мира сего. — Мы же с тобой жених с невестой. Не пора ли нам начать любить друг друга? Дай-ка поцелую… Или, может, разденешься для осмотра?
«…»
Лицо Цзи Шиняня стало чёрным, как туча. Настроение явно испортилось.
— Не стесняйся, — Линь Вэйвэй весело прищурилась. — Любовь и взаимность, любовь и взаимность!
Цзи Шинянь развернулся и пошёл прочь. Линь Вэйвэй тут же побежала за ним и даже припустила, чтобы догнать.
На лестнице он наконец остановился и обернулся, глядя на неё с насмешливой улыбкой. Его тёмные глаза были бездонными.
Он наклонился к её уху и тихо, почти как возлюбленный, прошептал:
— Раз уж заговорили об этом, дама должна быть первой. Хотя ты и выглядишь отвратительно, я выполню свой долг, чтобы ты не бегала налево и направо.
Голос был приглушённый, словно нежный шёпот влюблённых, но слова заставляли желать ему смерти!
— Да ты сам урод! — Линь Вэйвэй чуть не взорвалась от ярости. Всё, что у неё есть — это лёгкая пухлость щёчек! Как он смеет называть её уродиной? Это же позор!
— Да ты сам бегаешь налево и направо! И мужчин, и женщин! Цзи Шинянь, ты бесстыжий мерзавец!
Цзи Шинянь подлил масла в огонь:
— Мы разные. Я хотя бы могу кого-то соблазнить. А ты? Ешь поменьше, толстушка.
А-а-а-а-а-а-а! Ненавижу!
Линь Вэйвэй уже занесла руку, чтобы ущипнуть его, как вдруг увидела знакомую сцену — ту самую, что происходила раньше!
Она на секунду замерла, глядя на свои руки, и на миг подумала, не стала ли она мастером боевых искусств, способным бить на расстоянии. Но тут же сообразила.
Проклятый Цзи Шинянь! Сам устроил эту сцену и теперь пытается обвинить её!
Линь Вэйвэй мгновенно взбесилась. На её территории он ещё осмеливается строить козни? Цзи Шинянь, ты у меня попомнишь!
http://bllate.org/book/11010/985783
Готово:
