Песня Чжоу Цзе Луна «Воздушный шар признания» — старая, заезженная до дыр, но в этот самый миг, среди безбрежного розового дождя из воздушных шаров, она звучала настолько романтично, что голова пошла кругом.
Со всех сторон раздавались восторженные крики, ликование не смолкало ни на секунду, а щёлканье фотоаппаратов слилось в непрерывный гул.
Цяо Цяо стояла в центре сцены, ошеломлённая и онемевшая. Она застыла, глядя на падающий с неба розовый ливень, забыв даже уклониться. Мягкие шарики мягко бились о её плечи и голову — лёгкие, пушистые, словно розовые сахарные облачка.
Её глаза сами собой наполнились улыбкой, и она радостно обернулась к Лян Сяовэй.
Но вместо подруги в поле зрения вдруг ворвался совершенно неожиданный силуэт.
Чэнь Ханьвэнь был одет в простую белую футболку и светлые джинсы. Его чёлка закрывала слегка узкий лоб, а черты лица казались нереальными в этом море разноцветных шаров.
Он шаг за шагом приближался к ней и, увидев её изумление, улыбнулся:
— Нравится?
Внизу толпа шумела, сражаясь за шары, превратившись в сплошной хаос.
Среди этого грохота Цяо Цяо с трудом нашла свой голос:
— Что всё это значит?
— Небольшой подарок. Знак моих чувств, — невозмутимо ответил Чэнь Ханьвэнь, засунув руку в карман.
Цяо Цяо посмотрела на букет в своих руках, потом на бесконечный поток парящих над ней шаров.
Неужели всё это устроил он? Сколько же это стоило?
Но тут же подумала: ради девушки он и не такое делал. Для него такой жест — всего лишь пара слов, и вовсе не требует настоящей искренности.
— Ты вообще чего хочешь? — спросила она.
Чэнь Ханьвэнь не ответил, лишь бросил взгляд на шумную толпу:
— Цяо Цяо, я хочу, чтобы ты была счастлива.
— А мне-то какое дело до твоего «хочу»? — холодно отрезала она.
Он повернулся к ней и посмотрел с невиданной сосредоточенностью:
— Цяо Цяо, я люблю тебя. И надеюсь, ты всё ещё любишь меня.
— Любовь… — фыркнула она. — На сколько же времени хватит твоей «любви»? На день? Месяц? Год? Или завтра ты снова решишь, что я тебе больше не нужна, и просто исчезнешь, как в прошлый раз?
Она швырнула ему в грудь розу:
— Чэнь Ханьвэнь, если не можешь дать гарантий — не трать моё время. Мне не нужны твои дешёвые чувства.
Шары всё ещё медленно опускались с неба, будто не желая конца этому спектаклю. Цяо Цяо быстро сошла по ступеням. Благодаря воздушному барьеру никто из зрителей не обратил внимания на происходящее на сцене.
Внизу царила суматоха. Цяо Цяо долго искала Лян Сяовэй и наконец заметила её у самой окраины толпы.
— О боже, я чуть с ума не сошла! Как только шары посыпались, я даже не успела сделать тебе фото — все бросились вперёд, как сумасшедшие, и вытолкали меня на самый край!
Лян Сяовэй одной рукой придерживала поясницу:
— Ах, спина болит так, будто сейчас переломится.
— Тебе не больно? Может, сходим в больницу? — обеспокоенно спросила Цяо Цяо.
— Да ладно, не так уж и страшно. Ах да! Кажется, я видела, как на сцену поднялся Чэнь Сяоцао. Он тоже здесь?
— Ну… наверное, увидел меня на сцене и решил подойти, — уклончиво ответила Цяо Цяо.
Лян Сяовэй усмехнулась:
— Так-так, похоже, у кое-кого День влюблённых уже состоялся.
— Ты что несёшь? — нахмурилась Цяо Цяо.
— Да брось! Я хоть и одинока, но у меня глаза зоркие. Я сразу вижу, кто в кого влюблён. Чэнь Сяоцао точно тебя любит. А ты…
Она не договорила, но смысл был ясен.
— Но даже если и люблю, — вздохнула Цяо Цяо, — это не значит, что мы обязательно будем вместе. Ладно, хватит об этом. Пойдём поедим.
Чэнь Ханьвэнь стоял неподалёку и смотрел, как фигура Цяо Цяо растворяется в толпе. В огромном Ганчэне найти человека, который от тебя прячется, — всё равно что иголку в стоге сена искать.
Чтобы отыскать Цяо Цяо, ему пришлось изрядно потрудиться.
Она не из этих мест, работы у неё нет, круг общения крайне узок. Кроме поругавшейся с ней Лу Ваньцзя, рядом с ней только Цзян Юань, с которой она общается поближе. Он помнил, что Цзян Юань открыла студию иллюстрации, и легко выяснил её адрес. Но Цзян Юань питала к нему глубокую неприязнь и точно не выдала бы информацию о Цяо Цяо.
Чтобы не спугнуть добычу, он распорядился следить за ней почти две недели, но так и не увидел, чтобы Цзян Юань встречалась с Цяо Цяо.
Потом вдруг вспомнил о Лян Сяовэй. В тот день та упомянула Чжоу Сюэ, и он интуитивно почувствовал: Цяо Цяо обязательно свяжется с ней снова. Решил попробовать — и тоже поставил за ней наблюдение. И только сегодня ему наконец удалось увидеть Цяо Цяо.
Как раз День влюблённых. Услышав, что она пошла в кино, он изо всех сил устроил ей сюрприз.
И всё закончилось скандалом.
Чэнь Ханьвэнь шёл по улице, нахмурившись и размышляя над её словами. Она назвала его чувства дешёвыми и потребовала гарантий.
Но разве любовь можно гарантировать? Это же абсурд.
Так говорил разум. Но в следующий миг он подумал: если речь идёт о Цяо Цяо, то, возможно, абсурд не так уж и невозможен.
Он вспомнил ту ночь, когда увидел, как Цяо Цяо покорно прижалась к другому мужчине. Тогда его охватила ярость, и он полностью потерял контроль.
Теперь, спокойно обдумывая всё, он понял: злился он не потому, что она с кем-то, а потому, что не мог смириться с мыслью, что Цяо Цяо больше не будет смотреть только на него. Раньше он был так спокоен, ведь был уверен: Цяо Цяо до сих пор не забыла их прошлое. Он чувствовал себя в безопасности, почти самоуверенно. Но в тот момент вся эта уверенность рухнула.
Он испугался.
По-настоящему, впервые за всю жизнь.
Он ясно осознал: если не вернёт Цяо Цяо сейчас, она может стать чьей-то девушкой, а потом и женой. Даже если всё ещё любит его.
Он не допустит этого.
Цяо Цяо может быть только его.
Даже если это просто временное увлечение или всепоглощающая ревность — Цяо Цяо обязана принадлежать ему.
Цяо Цяо и Лян Сяовэй вошли в ресторанчик с горячим горшком и сели у окна.
Чэнь Ханьвэнь стоял неподалёку и смотрел на них сквозь стекло.
Цяо Цяо держала меню, иногда поднимала глаза, чтобы что-то сказать подруге. Её улыбка делала глаза полумесяцами, а свет в них сиял ярче звёзд.
— Простите, можно здесь присесть? — раздался над ними голос.
Лян Сяовэй подняла голову, увидела Чэнь Ханьвэня и тут же вскочила.
Услышав его вопрос, она поспешно отодвинулась:
— Конечно, конечно!
Но тут же вспомнила о Цяо Цяо и повернулась к ней:
— Можно, да?
Цяо Цяо нахмурилась и недовольно уставилась на незваного гостя:
— Ты опять зачем явился? Мне казалось, я всё уже объяснила.
Чэнь Ханьвэнь невозмутимо сел, уголки губ тронула лёгкая улыбка:
— Ответ на твой вопрос…
Он вынул из кармана маленькую коробочку и протянул ей.
На крышке красовался узнаваемый логотип всемирно известного ювелирного бренда. По размеру было ясно, что внутри.
Рот Лян Сяовэй раскрылся так широко, что, казалось, в него можно было засунуть целый кулак.
Цяо Цяо сжала ладони так сильно, что ногти впились в кожу, помогая сохранить хладнокровие. Она с трудом сдержала изумление и нарочито спокойно спросила:
— Что это значит?
Бульканье в горшке усилилось, острый пар поднимался между ними.
Видя, что она не берёт коробку, Чэнь Ханьвэнь открыл её сам и показал кольцо:
— Посмотри, нравится? Только что купил. Времени на выбор особо не было. Если не подходит — в следующий раз выберем вместе.
Шестигранник бриллианта сверкал в свете люстры.
Лян Сяовэй еле сдерживала восторженный визг.
Она перевела взгляд на Цяо Цяо, но та мрачно повторила:
— Я спрашиваю, что всё это значит?
Тогда Лян Сяовэй посмотрела на Чэнь Ханьвэня.
— Любовь — вещь абстрактная. Я просто материализовал её. Проще говоря… — он пристально посмотрел на Цяо Цяо. — Цяо Цяо, выйдешь за меня замуж?
Лян Сяовэй прикрыла рот ладонью, сожалея, что не записала этот момент на видео.
Цяо Цяо не шевелилась. Подруга не выдержала и тайком ущипнула её за руку:
— Эй, скажи хоть что-нибудь!
Цяо Цяо очнулась и долго смотрела на мерцающее кольцо. Наконец произнесла:
— Я подумаю.
Обед прошёл безвкусно.
Цяо Цяо молча жевала, но из-за тревожных мыслей еда казалась пресной.
Лян Сяовэй и Чэнь Ханьвэнь вели вежливую беседу, время от времени вспоминая какие-то истории про Цяо Цяо.
Прошло минут десять, и Цяо Цяо не выдержала:
— Сяовэй, не хочешь выпить? Я схожу за напитками.
Лян Сяовэй тут же встала:
— Сама сбегаю!
И, схватив сумочку, вышла.
Вскоре на телефон Цяо Цяо пришло сообщение:
[Я ушла, Цяо Цяо! Не буду вам мешать… Не стесняйся! Обязательно заставлю тебя отдать мне этот ужин… Улыбка :) ]
Цяо Цяо отложила палочки, взяла сумку и направилась к кассе:
— Счёт, пожалуйста.
Чэнь Ханьвэнь опередил её, протянув карту:
— Я заплачу.
Цяо Цяо бросила на него короткий взгляд и вышла.
Праздничный вечер сделал город особенно оживлённым. Даже в девять часов вечера пробки стояли повсюду.
Автобус, в котором ехала Цяо Цяо, застрял в потоке машин. Сначала они ещё двигались рывками, но у самого Сиху-Гардена остановились совсем.
Пассажиры ворчали, в воздухе витало раздражение.
Цяо Цяо стояла у задней двери. В нескольких шагах от неё Чэнь Ханьвэнь держался за поручень и смотрел на неё. С тех пор как они вышли из ресторана, он следовал за ней, и теперь она не знала, чего он хочет.
Она не желала иметь с ним ничего общего и сделала вид, что не замечает его.
Автобус простоял минут десять, когда водитель объявил:
— Впереди авария. Ещё минут тридцать не проедем. Кто хочет — выходите здесь!
В салоне снова поднялся ропот.
Цяо Цяо выглянула в окно. До Сиху-Гардена оставалось меньше пятисот метров — пешком домой доберёшься за полчаса.
Как только двери открылись, она спрыгнула на дорогу.
Чэнь Ханьвэнь последовал за ней.
У входа в Сиху-Гарден она наконец не выдержала и резко обернулась:
— До каких пор ты будешь за мной ходить?
На улице почти никого не было. Жёлтый свет фонарей пробивался сквозь густую листву деревьев. Чэнь Ханьвэнь стоял под деревом, руки в карманах, лицо скрыто тенью.
— Я искал тебя целый месяц, — сказал он. — Хотя бы скажи, где ты живёшь. Тогда я уйду.
Цяо Цяо глубоко выдохнула:
— Чэнь Ханьвэнь, я спрашиваю в последний раз: что тебе нужно, чтобы оставить меня в покое?
— Цяо Цяо, я люблю тебя, — ответил он, глядя на неё с невинным выражением. — Мне казалось, я уже всё ясно выразил.
Отлично. Прекрасно.
— Подумай хорошенько, прежде чем ответить.
Она пристально посмотрела на него:
— Я не такая, как твои прежние девушки, которые могут «расстаться по-хорошему». У меня узкий ум и упрямый характер. Если ты осмелишься бросить меня снова — я тебя убью.
«Снова бросить»?
Значит, она согласна?
Он на миг замер, уловив смысл её слов, и радостно шагнул вперёд. Свет фонаря осветил его лицо: в глазах — уверенность, на губах — победная улыбка.
— Цяо Цяо, ты всё ещё меня любишь. Я знал.
Цяо Цяо не ответила. Повернулась и быстро зашагала прочь.
Да, я всё ещё люблю тебя. Но и что с того?
Внутри она горько смеялась: Чэнь Ханьвэнь, только не пожалей об этом.
С южной стороны Сиху-Гардена шла тропинка — через неё домой добираться на десять минут быстрее.
Цяо Цяо хотела поскорее оказаться дома и, немного помедлив, свернула на неё.
Фонарей здесь почти не было, да и те, что были, скрывала густая листва парка. Всё вокруг было окутано темнотой.
Цяо Цяо достала телефон и включила фонарик, осторожно ступая по узкой дорожке.
— Ночью не ходи этой дорогой. Слишком опасно, — Чэнь Ханьвэнь подошёл ближе и преградил ей путь.
Цяо Цяо раздражённо отмахнулась:
— Убирайся с дороги!
Она припустила бегом, пытаясь оторваться.
Но едва сделала несколько шагов, как её сзади крепко обхватили. Сильные руки прижали её руки и грудь, горячее дыхание щекотало щёку.
http://bllate.org/book/10999/984797
Готово:
