Она опустила глаза на нож в руке, от которого исходил ледяной блеск, и медленно сжала губы:
— Ты…
— Поиграйся, — сказал Чу Бо, взглянув на её испуганные, словно весенний пруд, глаза, и уголки его губ тронула улыбка. — Баосуй — самое милое создание из всех, кого я когда-либо держал.
Сяо Баосуй проводила взглядом его удаляющуюся спину и почувствовала, как у виска задрожала жилка: откуда в его взгляде только что взялась эта странная отцовская нежность?
— Кто пришёл? — лениво спросил Чу Бо.
— Тань Ин. Явился с таким видом, будто нос у него до облаков достал.
— Он ещё жив? — фыркнул Чу Бо. — Даже Янвань его не берёт — слишком грязный.
— Ещё бы! — беззаботно хмыкнул цзиньи вэй. — На днях в «Пьяном бессмертном» слышали, как Тань Ин пожаловался, что новая девица в доме радостей ему не по вкусу, и увёл с собой какую-то девчушку, пришедшую продавать румяна.
— Господин! А ваш нож? — цзиньи вэй невольно заметил, что у пояса Чу Бо пусто, лишь жёлтый ароматический мешочек покачивается на ветру. Нож цзиньи вэй — святыня: он всегда при тебе, даже в смерти ты должен пасть, держа его в руке. Где же нож господина?
— Пусть Баосуй поиграется, — невозмутимо ответил Чу Бо.
Цзиньи вэй: …
Пока они говорили, уже добрались до входа в управление ду вэйсы.
Тань Ин стоял за воротами, не имея возможности сделать и шагу дальше. Несмотря на ледяной ветер, внутри у него всё горело. Он злобно усмехался:
— Вы понимаете, чем это для вас обернётся?
— Мне бы очень хотелось увидеть, чем именно, — холодно произнёс Чу Бо, скрестив руки на груди, и в его глазах чётко проступили тучи мрачной угрозы.
Увидев этот алый наряд, Тань Ин тут же замолк. Сердце его забилось так сильно, что, казалось, вот-вот выскочит из груди. Он сглотнул и попытался улыбнуться, стараясь скрыть страх:
— А, господин Чу здесь!
— Хорошо, что я здесь, — равнодушно бросил Чу Бо, приподняв бровь. — Иначе вы бы, почтенный, наверное, разнесли моё управление ду вэйсы до основания.
— Да что вы! — Тань Ин отводил взгляд от ледяных глаз Чу Бо, по спине у него уже струился холодный пот. — Господин Чу любит пошутить.
— Ладно, хватит околичностей, — Чу Бо прислонился к косяку ворот и нетерпеливо бросил на него взгляд. — Скажите уж прямо: какой ветерок занёс вас сюда?
— Дело в том… — Тань Ин еле слышно кашлянул и бросил многозначительный взгляд на два ряда стражников за спиной. — Из дворца пропала одна служанка…
— Так вы хотите, чтобы цзиньи вэй помогли её найти? — Чу Бо приподнял бровь и насмешливо цокнул языком.
— Н-нет… — под ледяным взглядом Тань Ин весь покрылся испариной.
— Нет? — Чу Бо выпрямился и одним движением выхватил нож у стоявшего рядом подчинённого. Острый клинок вмиг оказался у горла Тань Ина. — Значит, вы подозреваете, что мы, цзиньи вэй, похитили её и держим здесь, в управлении?
Холод лезвия пронзал кожу. Голос Тань Ина задрожал, переходя почти в плач:
— Вы что, мертвецы?! Быстро спасайте меня! Как вернусь ко дворцу — доложу самой императрице-матери, и вам всем не поздоровится!
Чу Бо бросил ленивый взгляд на стражников. Те переглянулись и, опустив головы, сделали вид, что ничего не видят.
Он снова перевёл взгляд на Тань Ина и с интересом стал изучать пульсирующую жилку на его шее.
— У вас очень красивая жилка, почтенный. Если аккуратно провести по ней лезвием, кровь хлынет фонтаном — «шиии»! Хотите посмотреть?
— Н-не хочу… — Тань Ин дрожал всем телом, виски стучали, как барабаны.
— Жаль, — с сожалением вздохнул Чу Бо. — Вы так далеко пришли, а угостить мне вас нечем. Может, заглянете в Бэйчжэньфусы? Там куда больше интересного, чем здесь.
— Н-не надо… — голос Тань Ина сорвался, лицо побелело как бумага. — Н-нет, нет, нет… Не потрудитесь, господин Чу.
— Раз не хотите, передавайте от меня приветствия императрице-матери, — Чу Бо чуть отвёл лезвие в сторону. — Проводите гостя.
— Есть!
Тань Ин, дрожа всем телом, сделал пару шагов назад и, прячась за спинами стражников, пулей вылетел за ворота.
— В следующий раз обязательно покажу вам красный фонтан, — широко улыбнулся Чу Бо. Даже полуденное солнце не могло рассеять зловещего, кровавого оттенка в его улыбке.
Тань Ин, которого еле держали на ногах стражники, услышав эти слова и увидев лицо Чу Бо — настоящее лики демона из ада, — закатил глаза и тут же потерял сознание.
— У моей Баосуй нервы крепче, — с презрением цокнул языком Чу Бо и направился переодеваться.
*
Дверь со скрипом отворилась. Сяо Баосуй вздрогнула и, повинуясь инстинкту, вскочила на ноги и выхватила нож, заслоняя собой Чжуан Сянь.
Чжуан Сянь смотрела на хрупкую спину перед собой и чувствовала, как на глаза навернулись слёзы.
— Цзиньи-дао толще твоего запястья, — сказал Чу Бо, подходя ближе, и осторожно взял её за руку, вкладывая клинок обратно в ножны.
— Амань-гэ… — выдохнула она с облегчением, но лицо всё ещё было бледным. — Как там дела?
— Кто осмелится тревожить господина Чу? — поднял он бровь.
— Конечно, никто не посмеет, — ответила Сяо Баосуй, глядя на него с недоумением: почему у меня такое чувство, будто он гордится?
— Я вечером отправлю её из дворца, — сказал Чу Бо, между тем любопытно сравнивая размер её запястья с шириной ножа. Белоснежная кожа казалась особенно хрупкой. — Слишком худая.
— Спасибо, что так заботишься, — она подняла на него благодарные глаза.
— Мы ведь всё равно будем лежать в одной могиле, — прошептал он ей на ухо, и уголки его губ тронула улыбка. — Зачем такие формальности?
Сяо Баосуй: …
— Мне пора. В Шанфуцзюй ещё много дел, — покраснев, она оттолкнула его и, не решаясь даже взглянуть на Чжуан Сянь, быстро вышла из комнаты, опустив голову.
Чу Бо улыбнулся ещё шире и повернулся к Чжуан Сянь:
— Разве Баосуй не очаровательна?
Не дожидаясь ответа, он тут же последовал за девушкой.
*
Сяо Баосуй шла рядом с ним, глядя на жёлтый ароматический мешочек у него на поясе, и невольно улыбнулась.
В управлении ду вэйсы теперь было больше людей, чем когда она пришла. Она не знала, показалось ли ей или нет, но все, казалось, смотрели на неё так, будто она редкое диковинное существо.
— Господин, срочный доклад! — один из цзиньи вэй подошёл и поклонился. Лицо его было серьёзным, но он всё же не удержался и бросил взгляд на Сяо Баосуй, стоявшую рядом с Чу Бо. Его глаза округлились от изумления: командир действительно привёл сюда девушку!
— До Шанфуцзюй недалеко, я сама доберусь, — мягко сказала она, и её миндальные глаза ласково блеснули.
Мужчины ведь любят нежных и покладистых женщин.
Она сделала пару шагов и вдруг замерла. Посреди дороги стоял огромный бурый зверь, не сводя с неё больших, круглых глаз. Из пасти торчали острые клыки, сверкающие холодным блеском.
Они смотрели друг на друга, не моргая. Сяо Баосуй затаила дыхание, её руки и ноги стали ледяными от страха.
Лев наконец двинулся, неспешно ступая в её сторону. Она широко раскрыла глаза, лицо стало белым как мел, и в присутствии всех бросилась прямо в объятия Чу Бо, дрожащим голосом прошептав:
— Я не могу… Пусть Амань-гэ проводит меня!
*
Цзиньи вэй стояли как вкопанные. Их суровый, словно бог смерти, командир ласково гладил волосы девушки, прижавшейся к нему, и на губах играла улыбка.
У многих челюсти отвисли: последний раз они видели такое, когда он принёс домой месячного щенка Цытоу!
Чу Бо бросил взгляд на радостно бегущего к ним Цытоу, затем опустил глаза на Сяо Баосуй, которая, дрожа всем телом, будто испуганный крольчонок, полностью спряталась у него в груди.
Он не остановил пса — ведь ему ещё не налюбовался её испуганным видом.
Сяо Баосуй судорожно сжимала его одежду, сердце колотилось где-то в горле.
Вдруг она почувствовала, как что-то слегка потянуло за подол платья, и услышала тихое принюхивание, громкое, как гром.
Она застыла, потом медленно, как кукла на ниточках, повернула голову. Перед ней стоял бурый лев, горячо дыша и с любопытством обнюхивая её.
На мгновение сердце, казалось, остановилось. Воздух стал тонким, как бумага.
Ноги предательски подкосились, и она еле держалась на ногах, крепко обхватив талию Чу Бо, будто повиснув на нём.
Чу Бо явно наслаждался этим чувством зависимости — как щенок, который считает своего хозяина всем своим миром.
В этот момент ему казалось, что для Сяо Баосуй он и есть её небо.
— Погладь Цытоу, — предложил он.
— Ни за что! — фыркнула она, голос дрожал.
— А-у-у! — Цытоу тихо завыл и сам подставил свою пушистую голову под её руку, влажные карие глаза сияли.
Сяо Баосуй вздрогнула, виски застучали, перед глазами всё поплыло.
— Цытоу тебя любит, — прошептал Чу Бо ей на ухо.
Цзиньи вэй с изумлением наблюдали: командир ухаживает за девушкой!
Сяо Баосуй судорожно дышала, несколько раз моргнула — и зрение постепенно прояснилось.
— Цытоу очень послушный, он понимает людей. Посмотри, сам просит погладить, — уговаривал Чу Бо.
Она глубоко вдохнула, собралась с духом и осторожно опустила глаза. Встретившись взглядом с большими, влажными, немного милыми глазами, она подумала: «Похоже, он и правда хороший!»
Чу Бо, заметив, что она немного успокоилась, добавил с ухмылкой:
— Он кусает любого, кого я прикажу.
Сяо Баосуй скривилась: если бы ты этого не сказал, мы бы прекрасно общались!
— А-у-у! — Цытоу ласково тёрся о неё и осторожно, почти нежно, положил лапу на её руку.
Увидев, как он умоляюще просит ласки, Сяо Баосуй мгновенно перестала бояться. Она осторожно потрогала его голову. Цытоу прищурился от удовольствия, хвост медленно изогнулся дугой и… замахал.
«Это… разве собаки не машут хвостом?»
— Э-э… — Чу Бо смутился. — В детстве он рос вместе с собаками.
Сяо Баосуй не удержалась и рассмеялась — теперь Цытоу показался ей ещё милее.
Поглаживая его, она вдруг заподозрила неладное:
— Если Цытоу такой умный, почему ты сразу не сказал мне? Или хотя бы остановил его, когда я испугалась?
Чу Бо на мгновение замер, взгляд его заметно уклонился в сторону.
Сяо Баосуй внезапно всё поняла и приподняла бровь:
— Неужели тебе было забавно смотреть, как я боюсь, и ты хотел понаблюдать подольше?
Он кашлянул и виновато отвёл глаза:
— Сегодня прекрасная погода.
Сяо Баосуй сжала кулаки от злости, но через мгновение расслабила пальцы.
Она ухватилась за рукав Чу Бо и, подняв на него жалобные глаза, надула губы:
— Ты разлюбил меня, да? Вот и позволяешь мне пугаться!
Перед ним стояла юная девушка, словно из нефрита, капризно надувшая губки. Её миндальные глаза, полные страха и растерянности, смотрели на него так, будто она боится потерять его.
Гортань Чу Бо дрогнула. Её взгляд будто раскалённое железо оставил на его сердце жгучий след. Он инстинктивно прижал её к себе, прячась от этого пронзительного взгляда.
— Это не так.
Его движения выдавали замешательство. Сяо Баосуй, спрятавшись у него в груди, тайком улыбнулась: кажется, я стала ему ещё ближе!
*
Когда Сяо Баосуй вернулась, Чжао Ланьин сидела во дворе и спокойно растирала ароматические травы.
— Госпожа Чжао, — она подошла и сделала реверанс.
— Вернулась, — подняла на неё глаза Чжао Ланьин и заметила, как между бровями девушки собралась тёмная туча. Что случилось, спрашивать не стала, лишь помогла ей сесть.
Сяо Баосуй сжала губы. Сладкий аромат не мог успокоить её.
По дороге домой мысли метались в голове, и душа была в смятении. Она хотела отомстить, но не смела нарушить последнюю волю деда. Ведь он лишь желал ей спокойной жизни.
Но…
Сяо Баосуй сжала кулаки так, что кости захрустели: неужели добрые люди должны умирать с сожалениями, а злодеи — процветать и занимать высокие посты?
— Асу! — окликнула её Чжао Ланьин, заметив, как тьма между её бровями сгустилась. — Ты в порядке?
— А? — она очнулась, взгляд прояснился. — Госпожа Чжао, вы что-то хотели?
http://bllate.org/book/10973/982862
Готово:
