Цзи Юаньфан был не на шутку взволнован: стоял в коридоре, засунув руки в карманы школьной формы, и смотрел на общежитие для девочек напротив.
— Брат, на что ты смотришь? — с любопытством спросил Цзи Юаньчэнь. Он был ещё маленького роста и встал на цыпочки, пытаясь разглядеть, что так привлекло внимание старшего брата.
— На пейзаж, — равнодушно ответил Цзи Юаньфан, не отрывая взгляда.
Цзи Юаньчэнь обиженно надул губы — ему даже слёзы навернулись на глаза.
Цзи Юаньфан не выдержал, наклонился и поднял мальчика на руки. В тот самый момент из общежития вышли Цинь Сунъюэ и Чжу Цзяцзюнь и направились к продуктовому магазину.
— Брат, это та красивая сестричка! — воскликнул Цзи Юаньчэнь. Он с детства был сообразительным и обладал отличной памятью на лица.
Цзи Юаньфан нахмурился и лениво спросил:
— Чэньчэнь, хочешь мороженое?
Мальчик кивнул и, как велел брат, побежал к родителям сказать, что они с братом идут за мороженым.
— Скорее возвращайтесь! — крикнула им вслед Ду Яцинь, складывая вещи Цзи Юаньфана. Цзи Чжэнрун даже засучил рукава и помогал ей — такое случалось редко.
Цинь Сунъюэ зашла в магазин за бутылкой минеральной воды. Чжу Цзяцзюнь держал покупки и не мог зайти внутрь, поэтому ждал её под большим деревом.
Цзи Юаньфан, держа за руку Цзи Юаньчэня, подошёл к холодильнику с мороженым. В тот же момент Цинь Сунъюэ потянулась за охлаждённой водой, но чья-то длинная рука опередила её — кто-то уже открыл дверцу холодильника и достал две бутылки.
Цинь Сунъюэ подняла глаза и с удивлением воскликнула:
— Цзи Юаньфан? Опять ты!
Увидев её, Цзи Юаньфан сразу смягчился и с сожалением спросил:
— Ты… уже уходишь?
— Да, мне нужно проведать отца, — ответила Цинь Сунъюэ, сама не зная, зачем объясняется.
Цзи Юаньфан сначала подумал, что она торопится на свидание с «бойфрендом», но после её слов успокоился почти полностью.
Он купил Цзи Юаньчэню мороженое «Кайдо», себе — бутылку воды и оплатил также воду для Цинь Сунъюэ.
Затем он вышел из магазина и, стоя прямо у входа, сделал два больших глотка ледяной воды. Краем глаза он сердито покосился на Чжу Цзяцзюня, стоявшего под деревом. Хотел спросить Цинь Сунъюэ, не её ли это парень, но побоялся услышать ответ.
Внутри всё горело огнём. Цзи Юаньфан сделал ещё два глотка воды, пытаясь потушить пламя ревности.
— Спасибо за воду! В следующий раз я тебя угощу. Пока! — сказала Цинь Сунъюэ, постояла немного и всё же пошла прочь.
Цзи Юаньфан не смог выдавить «пока» и просто стоял, провожая её взглядом.
Когда она скрылась из виду, он взял Цзи Юаньчэня за руку и направился обратно в общежитие.
Он ничего не сказал и просто позволил ей уйти. Цзи Юаньфан вдруг почувствовал лёгкое сожаление.
В кармане завибрировал телефон — его сегодня принесла Ду Яцинь.
В групповом чате класса староста разослал сообщение о предстоящем банкете в честь учителей в следующее воскресенье.
Цзи Юаньфан слегка приподнял уголки губ и соврал:
— Чэньчэнь, поднимись один, брат забыл кое-что в классе.
С этими словами он бросился к школьным воротам.
На улице стояла настоящая жара, солнце палило нещадно. Цзи Юаньфан бежал, весь в поту, и наконец догнал Цинь Сунъюэ с Чжу Цзяцзюнем.
— Цинь Сунъюэ! — выдохнул он, окликая её.
Цинь Сунъюэ обернулась и удивлённо посмотрела на него. Не менее поражённым выглядел и Чжу Цзяцзюнь.
Цзи Юаньфан перевёл дыхание — по дороге он уже придумал, что скажет:
— Староста просил передать: в следующее воскресенье в одиннадцать часов дня банкет в честь учителей в отеле «Синьшицзи». Не опаздывай.
Цинь Сунъюэ кивнула, моргнула и показала ряд белоснежных зубов:
— Запомнила.
Цзи Юаньфан снова помахал ей вслед и смотрел, как она села в машину Чжу Цзяцзюня.
Когда Цинь Сунъюэ устроилась поудобнее, Чжу Цзяцзюнь наконец не выдержал:
— Сунъюэ, тот парень, что только что подбегал… он, случайно, не влюблён в тебя?
Цинь Сунъюэ широко раскрыла круглые глаза от изумления, но тут же уверенно ответила:
— Нет, конечно!
Она подумала, что у них с Цзи Юаньфаном никогда не было особого общения, так как он может быть в неё влюблён?
Если бы он действительно испытывал к ней чувства, то наверняка признался бы.
А если бы Цзи Юаньфан признался ей…
Цинь Сунъюэ встряхнула головой.
Что это с ней такое…
Ещё в десятом классе ей делали признания — и мальчики, и девочки…
Цинь Сунъюэ плохо умела отказывать, поэтому предпочитала держаться особняком. Она слишком хорошо понимала, как важно для неё поступить в хороший университет.
Чжу Цзяцзюнь взглянул на соседку по подъезду — щёки у неё слегка порозовели — и больше ничего не сказал.
Автор говорит:
Цзи Юаньфан: «Чёрт возьми… мои соперники — не только мужчины, но и женщины?..»
Автор: «А кто виноват, что твоя жена так популярна!!!»
* * *
Автор: «Если не закончу — буду псом! Катаюсь по полу, умоляю… добавьте в закладки…»
На третий день после окончания выпускных экзаменов, а значит, и на третий день без всяких новостей от Цинь Сунъюэ, Цзи Юаньфан уже несколько дней подряд играл в игры, лёг спать лишь в четыре часа утра и проснулся в три часа дня.
Проснувшись, он некоторое время не мог сообразить, где находится. Шторы были задёрнуты, в комнате царил полумрак, а холодный воздух кондиционера заставил его вздрогнуть. Он натянул одеяло и нащупал на тумбочке пульт, чтобы поднять температуру на два градуса.
Всё ещё чувствуя усталость, он зажал одеяло между ног и снова задремал.
За окном светило яркое солнце, в доме царила тишина — в такой послеполуденный зной легко снились странные сны.
Цзи Юаньфану приснилась Цинь Сунъюэ: она шла рядом с Чжу Цзяцзюнем, выглядела покорной и улыбалась с невинной радостью, проходя мимо него.
— Цинь Сунъюэ… Цинь Сунъюэ… — звал он её во сне, но она не слышала и не оборачивалась.
Он протянул руку, чтобы схватить её за руку, но его пальцы прошли сквозь её тело — он схватил лишь пустоту.
— Цинь Сунъюэ! — вырвалось у него, и он резко проснулся от кошмара, покрытый потом.
Он сел на кровати и судорожно задышал, будто кто-то во сне душил его. А ведь так и было — его душу сжимало за самое сердце.
Цзи Юаньфан потер растрёпанные волосы и умыл лицо, постепенно приходя в себя.
Оказалось, это всего лишь сон.
Неужели он одержим?
Цзи Юаньфан шлёпнул себя по щекам, спрыгнул с кровати, натянул шлёпанцы и распахнул шторы.
Яркий золотистый свет хлынул в комнату, наполнив её светом.
Солнечные лучи слепили глаза, и Цзи Юаньфан прикрыл их ладонью.
Он был удивлён: хоть он и давно тайно влюблён в Цинь Сунъюэ, но впервые приснилась именно она — да ещё и такой грустный сон.
От этого настроение испортилось окончательно.
Он зашёл в ванную и включил душ, принимая холодный душ.
Вода струилась по его волосам, лицу, груди.
Намылив тело пеной, он наполнил ванную свежим ароматом.
Быстро промыв волосы, он сорвал с полки полотенце и, не особо вытираясь, вернулся на кровать, всё ещё мокрый.
В этот момент зазвонил телефон. Цзи Юаньфан перекатился через полкровати, схватил аппарат с тумбочки, увидел имя звонящего — Ван Чжань — и включил громкую связь, продолжая вытирать мокрые короткие волосы.
— Эй, Юаньфан, вечером свободен? Заходим в караоке, — раздался шумный голос Ван Чжаня, на фоне которого слышались свистки и пение. — Все наши из средней школы собрались. Приготовили тебе сюрприз.
Цзи Юаньфан повесил трубку, без энтузиазма отправился в ванную и провёл бритвой по уже посиневшему подбородку.
Надев красную футболку и серые спортивные штаны, он вызвал такси и поехал в караоке.
Внутри мелькали разноцветные огни, из каждого кабинета доносилось воющее пение.
Цзи Юаньфан вошёл в кабинет, который указал Ван Чжань, и увидел, как один из их бывших одноклассников обнимает девушку и поёт «Маленькие ямочки».
— Юаньфан, закажешь песню? — спросил Ван Чжань, заметив его.
Цзи Юаньфану было не до песен. Он молча взял с стола бутылку пива, сделал пару глотков и уткнулся в телефон.
Ван Чжань положил руку ему на плечо и многозначительно произнёс:
— Через минуту придёт Лу Ванвань.
Он ожидал, что при упоминании Лу Ванвань Цзи Юаньфан хотя бы как-то отреагирует.
Но тот даже не поднял глаз от экрана.
Ван Чжань решил, что друг просто крутится, и, многозначительно усмехнувшись, начал петь сам.
Когда он допел до середины, дверь кабинета снова открылась.
Лу Ванвань грациозно вошла внутрь, вызвав заметное оживление среди присутствующих.
— О, вот и школьная красавица! Уступите место, уступите!
Ван Чжань отодвинул сидевшего рядом с Цзи Юаньфаном толстяка по имени Ло и освободил место для Лу Ванвань.
Та скромно опустилась на диван рядом с Цзи Юаньфаном.
Ван Чжань тактично отошёл в сторону.
Цзи Юаньфан по-прежнему игнорировал всех и продолжал играть в телефон.
В кабинете было прохладно. Лу Ванвань обхватила себя за плечи и потерла руки.
Видя, что Цзи Юаньфан упорно не обращает на неё внимания, она прикусила губу и, стараясь заговорить, робко спросила:
— Цзи Юаньфан, правда, что ты уезжаешь за границу?
Родители Лу Ванвань знакомы с родителями Цзи Юаньфана и тоже планировали отправить дочь учиться за рубеж, говоря, что двум молодым людям будет легче адаптироваться вместе.
Лу Ванвань долго радовалась этой новости.
Цзи Юаньфан не ответил и продолжал сосредоточенно играть.
Лу Ванвань почувствовала себя неловко, взяла бутылку пива со стола — и тут же услышала резкий окрик:
— Это моё! Не трогай!
Голос Цзи Юаньфана прозвучал громко — как раз в момент паузы между песнями, — и все в кабинете услышали, как он повысил на неё голос.
Лу Ванвань почувствовала и обиду, и унижение, глаза её покраснели, но она не осмелилась возразить — боялась, что Цзи Юаньфан совсем её возненавидит.
Ван Чжань тоже остолбенел. Ведь ещё недавно в коридоре Цзи Юаньфан тайком поглядывал на Лу Ванвань! Почему же сегодня он так грубо с ней обращается?
Все переглянулись.
В этот момент Цзи Юаньфан вдруг раздражённо швырнул телефон на диван. Ван Чжань, острый на глаз, сразу заметил: друг проиграл в игре. Теперь всё стало ясно.
Цзи Юаньфану стало душно, и он вышел в туалет.
Ван Чжань занял его место и протянул Лу Ванвань банку газировки:
— Ванвань, не принимай близко к сердцу. Юаньфан только что играл. Ну, знаешь, для парней игра…
Он хотел сказать «игра важнее девушки», но, опасаясь смутить Лу Ванвань, поправился:
— Игра вообще очень важна.
Лу Ванвань, казалось, прекрасно поняла. Она кивнула, прикусив соломинку, и обида на лице немного рассеялась.
Цзи Юаньфан вышел из кабинета подышать свежим воздухом и вдруг заметил невысокую девушку с короткими волосами, идущую в компании других девушек.
Его глаза сразу загорелись. Он быстро шагнул к ней.
Девушка растерялась и настороженно отстранилась от него.
— Цинь… — начал Цзи Юаньфан, решив, что это Цинь Сунъюэ, и хотел её удивить.
Но когда она обернулась, он увидел испуганные глаза совершенно незнакомой девушки.
Цзи Юаньфан смутился, но постарался сохранить невозмутимость и свернул за угол к мужскому туалету.
Вернувшись в кабинет, он увидел, что Лу Ванвань всё ещё сидит на прежнем месте, а Ван Чжань что-то ей говорит.
— Юаньфан, споешь с Лу Ванвань? — предложил Ван Чжань.
Цзи Юаньфан покачал головой — ему было неинтересно. Он без цели открыл телефон и заметил, что в классном чате идёт оживлённое обсуждение.
Он пролистал историю переписки.
Староста: «Цинь Сунъюэ, поменяй, пожалуйста, ник в чате».
Цзи Юаньфан моргнул — он не ошибся: у Цинь Сунъюэ появился аккаунт в QQ.
Он искал, какой из контактов принадлежит ей, как вдруг пришло новое сообщение.
Цинь Сунъюэ: «Поменяла, спасибо, староста».
Цзи Юаньфан чуть не подпрыгнул от радости на диване. Вся скука, лень, апатия, тоска и раздражение последних дней словно испарились в одно мгновение.
Он открыл профиль Цинь Сунъюэ и замер перед кнопкой «Добавить в друзья».
Не слишком ли это очевидно?
Но ведь они одноклассники — добавить в друзья вполне нормально, правда?
Он закрыл глаза, но палец так и не нажал на кнопку. Вместо этого он отшвырнул телефон в сторону и, зажмурившись, попытался успокоиться.
Снова открыв QQ, он увидел, что экран всё ещё показывает окно «Добавить в друзья».
Цзи Юаньфан так и не решился нажать.
Ему стало невыносимо скучно. Он попрощался с Ван Чжанем и вышел из караоке.
— Юаньфан, ты уже уходишь? — Ван Чжань, держа микрофон, не мог понять поведение друга.
http://bllate.org/book/10963/982163
Готово:
