Целый день прошёл, а Цюй Синьвэнь так и не появился. Лян Айхуа звонила ему — никто не брал трубку. Дождавшись обеда, когда в супермаркете стало меньше покупателей, она поспешно вернулась домой. Едва открыв дверь, её тут же обдало запахом спиртного.
Она заглянула в спальню — Цюй Синьвэнь действительно был там. Неизвестно, сколько он выпил накануне: в комнате стоял такой дух, что голова закружилась. Он даже не переоделся и не принял душ — всё ещё вчера в той же одежде лежал на кровати и громко храпел.
Лян Айхуа вздохнула. Впервые за долгое время в её сердце шевельнулось чувство вины. Она присела на корточки, осторожно сняла с него обувь и пиджак, укрыла одеялом и на цыпочках вышла из спальни.
Цюй Синьвэнь проспал до самого вечера. Открыв глаза, он почувствовал, будто голова вот-вот разорвётся от боли. Прижав пальцы к вискам, он отправился в ванную, принял душ, переоделся в чистую одежду и вышел в гостиную попить воды.
Едва войдя в зал, он ощутил лёгкий аромат еды. На обеденном столе стояли две миски мягкого рисового отвара, а между ними — два простых блюда. Лян Айхуа, завязав фартук, вышла из кухни с палочками в руке. Увидев его, она озарила лицо беззаботной улыбкой, будто между ними ничего и не случилось:
— Протрезвительный отвар стоит на журнальном столике. Выпей и иди есть.
Цюй Синьвэнь удивлённо взглянул на неё. Обычно, если он напивался до беспамятства, она сразу начинала скандалить. Сегодня же такая заботливость… Наверное, чувствует вину и стыдится. Он глубоко выдохнул, опустился на диван и одним глотком осушил отвар. Голова всё ещё раскалывалась, но горло стало менее сухим.
Лян Айхуа заметила, что он сидит, уставившись в одну точку. Подойдя сзади, она мягко начала массировать ему голову и виски — нежно, с заботой.
В душе у Цюй Синьвэня царила растерянность. То, что Лян Айхуа тайком передавала деньги своему бывшему мужу, задело его за живое. Но развод? Они прожили вместе больше десяти лет, между ними — не только быт, но и настоящие чувства. Да и дочь у них общая. К тому же, в зрелом возрасте человеку нужен кто-то рядом — чтобы поддержать, разделить заботы. Ему уже за пятьдесят… Если они разведутся, что дальше? С кем останется ребёнок? Искать новую семью, где у каждого свои дети? Тогда все будут думать только о своих, и сердца никогда не сойдутся.
Все эти мысли терзали его. Наконец он не выдержал:
— Какой компромат у тебя в руках у Линь Даминя?
Лян Айхуа так испугалась, что рука её дрогнула — ноготь скользнул по переносице Цюй Синьвэня, оставив мелкую царапину, из которой выступила капелька крови. Она опомнилась и поспешно отдернула руку:
— Сейчас принесу пластырь!
Но Цюй Синьвэнь, раз начав, не собирался давать ей уйти. Он схватил её за руку и усадил рядом на диван:
— Мелочь, само заживёт. Давай сегодня поговорим о твоих делах с Линь Даминем.
Сердце Лян Айхуа забилось тревожно. Она судорожно сжала пальцы, не решаясь взглянуть ему в глаза, и пробормотала:
— Говорить не о чем. Он просто мерзавец и хулиган. Мне не повезло с ним — хуже не придумаешь.
Цюй Синьвэнь сложил руки на коленях и уставился в пол:
— Айхуа, мы ведь уже больше десяти лет вместе. Твоя ненависть к Линь Даминю — не притворство. Более того, ты даже на Аши злишься из-за него, относишься к сыну холодно. Но при этом тайком, снова и снова передаёшь этому человеку деньги. Раз уж дело не в чувствах, значит, у него есть над тобой власть — он держит тебя на крючке. Теперь понятно, почему в прошлом году он потребовал долю Аши от компенсации за снос дома. Я тогда предложил подать в суд, а ты отказалась.
Лян Айхуа не знала, что ответить. Цюй Синьвэнь всё угадал. Что будет дальше? Если он узнает, что она нарушила закон и может сесть в тюрьму, станет ли он так спокойно сидеть рядом и разговаривать?
Видя её молчание, Цюй Синьвэнь устало спросил:
— Айхуа, мы же столько лет женаты… Разве ты до сих пор мне не доверяешь?
— Конечно, доверяю! — поспешно возразила она.
Цюй Синьвэнь взял её руку:
— Тогда расскажи. Я сам поговорю с Линь Даминем и покончу с этим раз и навсегда.
Лян Айхуа в ужасе замотала головой. Она всеми силами пыталась скрыть это от него! Помедлив, она тихо сказала:
— Не надо. Я сама всё улажу. Ты…
— Как уладишь? — язвительно перебил он. — Будешь и дальше позволять этому паразиту высасывать из нас кровь? Если бы ты могла решить проблему, давно бы уже избавилась от него. Если бы Аши не позвонил ему, и я не услышал разговора, до сих пор был бы в неведении.
Лян Айхуа крепко стиснула губы, будто принимая решение:
— Больше такого не повторится, обещаю.
Цюй Синьвэнь фыркнул:
— Чем ты гарантируешь? Если бы ты могла от него избавиться, сделала бы это давно. Зачем тянуть все эти годы? Ладно, с меня хватит. Делай, как хочешь…
В его голосе прозвучало такое разочарование, что Лян Айхуа испугалась. В жизни у неё было два брака. Первый стал кошмаром — сейчас об этом вспоминать больно. А второй… Второй можно назвать удачным. Муж, хоть и не богат, да на десяток лет старше, но принял её с ребёнком на руках, трудолюбив, все деньги отдаёт ей на управление, всё решают вместе. Жизнь идёт спокойно и благополучно.
Она не хотела, чтобы этот мерзавец Линь Даминь разрушил её семью.
Лян Айхуа встала, крепко сжала руку мужа и умоляюще проговорила:
— Милый, поверь мне ещё раз. Я обязательно избавлюсь от этой проблемы. Юэюэ сейчас в самом важном для учёбы возрасте — девятый класс. Если мы начнём ссориться и разведёмся, больше всех пострадает она. Ради дочери дай мне ещё один шанс.
Цюй Синьвэнь очень любил дочь — Юэюэ была его слабым местом.
И правда, стоит вспомнить о ней — и он смягчился. Долго думал, потом сказал:
— Хорошо. Я ещё раз тебе поверю.
Лян Айхуа крепко сжала его ладонь и радостно воскликнула:
— Спасибо, милый! Спасибо, что веришь мне. Обещаю — я навсегда избавлюсь от этой напасти и больше не позволю ему вмешиваться в нашу жизнь.
Через пару дней, немного успокоившись и обдумав план, Лян Айхуа назначила встречу Линь Даминю.
Тот в последнее время открыл для себя новый способ добывать деньги: заходил в супермаркет Лян Айхуа, набирал кучу товаров, часть оставлял себе, а остальное перепродавал — и получал прибыль. Жилось ему вольготнее, чем раньше, когда он просто выпрашивал у неё наличные — ведь не всегда она соглашалась платить.
Поэтому, увидев сегодня свою «золотую жилу», Линь Даминь был в прекрасном настроении. Лицо его расплылось в широкой улыбке:
— Айхуа! О чём поговорить хочешь? Быстрее, у меня дела!
Недавно он начал щедро раздавать дорогие сигареты всем подряд и теперь пользовался огромной популярностью в местном магазинчике для игры в мацзян. Эта слава так ему понравилась, что он почти целыми днями торчал там, а сегодня уже договорился с кем-то сыграть во второй половине дня.
Лян Айхуа едва сдерживала тошноту при звуке его голоса. Хотелось никогда больше его не видеть. С презрением взглянув на Линь Даминя, она прямо спросила:
— Что тебе нужно, чтобы наконец оставить меня в покое?
Ага, понял Линь Даминь — опять пришла торговаться. Он вытащил из кармана пачку «Чжунхуа», взятую в её магазине, закурил и, пустив в воздух клуб дыма, нагло прищурился:
— Если бы я не хотел тебя отпустить, разве согласился бы на развод? Без развода ты бы никогда не получила эту хорошую жизнь!
Говоря это, он потянулся, чтобы похлопать её по плечу.
Лян Айхуа резко оттолкнула его руку и отступила на шаг, с ненавистью глядя в глаза:
— Линь Даминь, давай покончим с этим. Назови цену. Если смогу — заплачу. Если нет — иди в полицию и сдавай меня. Мне надоело жить в этом аду!
Конечно, в тюрьму она идти не собиралась. Такой выпад был лишь намёком: не смей требовать слишком много, иначе предпочту сесть, чем платить тебе.
В глубине души она была уверена: Линь Даминь не пойдёт в полицию. Ему выгоднее торговаться — так он получит ещё одну крупную сумму.
Увидев её решимость, Линь Даминь понял — она не шутит. Он скривил губы, уклоняясь от прямого ответа, и перевёл разговор в шутливый тон:
— Эй, да что случилось? Кто тебя так разозлил? Успокойся, успокойся!
— Да кто, кроме тебя, этого мерзкого урода?! — не сдержалась Лян Айхуа. — Ты постоянно берёшь товары из магазина — Цюй Синьвэнь заподозрил неладное и хочет развестись! Из-за тебя наша семья вот-вот развалится. Если мы разведёмся, я останусь ни с чем. Так что сдавай меня в полицию — пойду в тюрьму, и дело с концом!
Похоже, угроза развода действительно выбила её из колеи. Линь Даминь недавно вкусил сладость лёгких денег и рассчитывал продолжать в том же духе, но, судя по всему, эта жилка скоро иссякнет.
Ладно, раз постоянный доход пропадает — надо выжать из неё всё сейчас.
С сожалением он поднял два пальца:
— Двадцать тысяч! Подпишу гарантию — больше не появлюсь.
— Двадцать тысяч?! Да ты лучше грабь банк! — возмутилась Лян Айхуа. Этот нахал чересчур жаден.
Линь Даминь хихикнул:
— Твоя свобода, твой брак, твоя дочь — и всё это стоит всего двадцать тысяч? Подумай хорошенько: если я пойду в полицию, тебя посадят, Цюй Синьвэнь разведётся с тобой, а Юэюэ придётся ходить в школу с клеймом «дочь преступницы». Ах да, чуть не забыл — Линь Честный тоже возненавидит тебя! Стоит ли экономить на двадцати тысячах?
— Ты меня шантажируешь? — процедила сквозь зубы Лян Айхуа и тут же начала торговаться: — Десять тысяч. Больше не дам. Хочешь — сдавай.
Десять тысяч были ниже его ожиданий. Линь Даминь помолчал, не зная, что сказать.
Лян Айхуа добавила:
— Эти деньги возьмём из суммы, предназначенной Аши. Сейчас же переведём их со сберегательного счёта на текущий.
На это Линь Даминь возмутился:
— Нет! Я ведь его родной отец! Почему я должен получить только десять тысяч? Нет, хочу двадцать пять — поровну!
Лян Айхуа съязвила:
— Бери или не бери — твоё дело. Если всё раскроется, ты не получишь ни копейки. Да и сын тебя бросит — кто станет заботиться о таком отце? А если согласишься, мы тайком разделим деньги, скажем Аши, что магазин понёс убытки и пришлось использовать его средства. Потом компенсируем ему. Получишь деньги, а он и не догадается — будет и дальше звать тебя отцом и заботиться о тебе. Решай сам.
— Так вы с самого начала планировали присвоить его часть компенсации! — воскликнул Линь Даминь, наконец всё поняв. Сам бы он на месте Лян Айхуа тоже не отдал бы ни юаня.
Лян Айхуа не стала отрицать:
— Теперь ты всё знаешь. Так что решай — или получаешь деньги, или остаёшься ни с чем!
Выбора у Линь Даминя не было — конечно, он выберет выгоду. Но пятнадцать тысяч — это слишком мало. Он ведь помнил обещание Линь Честного: вместе купить квартиру. Это намного больше, чем пятнадцать!
Правда, одно — реальные деньги здесь и сейчас, другое — обещание, которое легко может не сбыться.
Весы его колебались в сторону Лян Айхуа. Ведь если правда всплывёт, он тоже потеряет всё.
Но всё же — пятьдесят тысяч и дать ему всего пятнадцать? Это меньше трети! Надо выжать из неё ещё!
Линь Даминь хитро прищурился — у него появилась идея.
* * *
http://bllate.org/book/10712/961065
Готово:
