Глаза Линь Даминя хитро забегали. Ну ладно, пусть учится — всё равно на год-два. Средняя школа входит в систему обязательного образования, сколько там может стоить? А как только получу деньги за снос, и если парнишка будет послушным, продолжу его водить за нос. А если окажется бесполезным — тогда и вышвырну вон.
Он кашлянул и широко улыбнулся:
— Ладно, пойду поищу твою прежнюю среднюю школу.
Линь Честный поднял голову, покраснел и сказал:
— Пап, я уже взрослый. Если пойду в среднюю школу, надо мной будут смеяться. Я хочу в старшую.
Старшая школа? Линь Даминь замолчал. Старшая школа ведь не входит в систему обязательного образования, один семестр стоит как минимум несколько тысяч! Да и главное — он же хочет поступить на полпути, без аттестата об окончании средней школы. Какая старшая школа его примет?
— Это… дай подумать, — почесал он затылок.
Плечи Линь Честного опустились, и он снова стал таким, как обычно: робким, слабохарактерным, молчаливым.
Такой вид вызывал желание обидеть его, но одновременно создавал ощущение, что с ним невозможно договориться.
Чтобы отвлечь Линь Честного и заставить его передумать, Линь Даминь предложил несколько интересных мест для развлечений. Но Линь Честный просто сидел, не издавая ни звука.
Этот парень слишком упрям. У Линь Даминя заболели виски. Он схватился за волосы и, махнув рукой, сказал:
— Хорошо, я согласен! Но найдётся ли хоть одна школа, которая тебя возьмёт?
Линь Честный тут же поднял голову и с радостью посмотрел на него:
— Спасибо, пап! Ты такой добрый ко мне! Сам найду директора и буду умолять его на коленях. Пусть только примут меня — я готов на всё!
Ну конечно, молодёжь не верит, пока сама не ударится лбом. Пусть попробует — тогда поймёт, где раки зимуют.
Линь Даминь улыбнулся и кивнул:
— Хорошо. Как только найдёшь школу — я тебя поддержу.
Получив заверения, Линь Честный стал смотреть на Линь Даминя гораздо теплее. Он даже незаметно начал заигрывать с ним, так что тот расплылся в довольной улыбке. Вечером они вместе поели и разошлись.
Линь Честный в прекрасном настроении вернулся в дом семьи Лян. Теперь, когда Линь Даминя заманивала перспектива компенсации за снос, он обязательно отправит его учиться. Учёба не только даст знания, но и позволит избежать планов Лян Айхуа эксплуатировать его.
После этого Лян Айхуа не сможет заставить его идти на подработку. Более того, она точно придет в ярость и поссорится с Линь Даминем. Их прежний хрупкий баланс рухнет — а это было бы весьма забавно.
***
Когда Линь Даминь увёл Линь Честного, Лян Айхуа сначала решила, что это уловка, чтобы выманить у неё деньги, и не реагировала, не интересуясь, куда они пошли.
Но после обеда прошёл ещё полдня, наступил вечер, ужин закончился, а Линь Честный так и не вернулся и не позвонил. Тогда Лян Айхуа начала чувствовать, что что-то не так.
Поведение Линь Даминя совсем не походило на попытку вытянуть деньги. Да и сколько времени они провели вместе! На что бы то ни было нужно потратить хотя бы немного денег — а это совершенно не в характере Линь Даминя.
Именно в этот момент Лян Айхуа услышала, как открылась дверь, и вошёл Линь Честный.
Она бросила на него взгляд и с упрёком спросила:
— Почему так поздно вернулся? Ужинал?
— Да, пап сводил меня на баранину по-китайски, — ответил Линь Честный, разуваясь.
Баранина? На двоих — как минимум сто–двести юаней! Неужели Линь Даминь правда изменился? В это она не верила ни на грамм. Линь Честный ведь не его родной сын — зачем ему тратиться? Да никогда в жизни!
Но сегодня всё действительно выглядело странно, слишком необычно.
Лян Айхуа встала и подошла к нему:
— А что тебе папа сказал?
Линь Честный переобулся, выпрямился и, глядя ей в глаза, радостно улыбнулся:
— Папа сказал, что отправит меня в старшую школу!
Глаза Лян Айхуа чуть не вылезли из орбит. Что она услышала? Линь Даминь, этот мерзавец, собирается отправить Линь Честного в старшую школу? Да брось!
Она приложила тыльную сторону ладони ко лбу Линь Честного:
— Жару нет… Ты что, бредишь?
Линь Честный недовольно отстранился и упрямо сказал:
— Я не брежу! Папа сам сказал: если найдётся старшая школа, которая меня примет — он меня отправит учиться. Сначала он хотел отдать меня в среднюю, но я сам сказал, что уже большой и не пойду туда.
Он покраснел, запнулся, объясняя, а потом опустил голову и ушёл в свою комнату. Лян Айхуа осталась стоять в гостиной, словно поражённая громом.
Неужели она не ослышалась? Линь Даминь, эгоистичный, жадный до невозможности, который ни разу за всю жизнь не дал ни копейки на содержание ребёнка, вдруг решил отправить Линь Честного учиться?
Лян Айхуа чувствовала, что всё это ненастоящее, но Линь Честный — честный и простодушный до глупости, он не умеет врать.
Значит, это правда? Что за чёрт с Линь Даминем? Откуда у него деньги?
Всё казалось подозрительным, но Лян Айхуа так ненавидела Линь Даминя, что даже слышать его голос было мучительно, не говоря уже о том, чтобы звонить ему.
Поэтому, вернувшись в спальню, она рассказала мужу:
— Скажи, что задумал Линь Даминь?
Цюй Синьвэнь нахмурился:
— Да что он может задумать? Без выгоды он и с места не сдвинется!
— Выгода? Какая выгода в Аши? Он же не хочет, чтобы Аши работал, а наоборот — готов платить за его учёбу! Это же абсурд! Мне всё ещё кажется, будто я сплю.
Цюй Синьвэнь отложил телефон и съязвил:
— Кто его знает. Но эта выгода явно намного больше, чем стоимость обучения. Иначе, с его скупостью, он бы ни за что не раскошелился.
Услышав это, Лян Айхуа не смогла усидеть на месте. Она резко откинула одеяло и вскочила с кровати:
— Пойду спрошу у Аши!
Цюй Синьвэнь остановил её:
— Забудь. Если ребёнок сразу не рассказал тебе — значит, не хочет. Спрашивать бесполезно. Ложись спать, завтра всё выясним.
Лян Айхуа послушалась, выключила свет и легла, но мысли крутились только вокруг этого события. Ей даже приснилось, как Линь Даминь хвастливо стучит себя в грудь:
— Он мой сын! Обязательно отправлю его учиться!
Лян Айхуа проснулась от страха и до утра спала беспокойно. Утром под глазами у неё появились тёмные круги.
Она встала позже обычного — Линь Честный уже ушёл на работу.
Не найдя его дома, Лян Айхуа попросила Цюй Синьвэня разузнать подробности.
Но прежде чем он успел что-то выяснить, Лян Айхуа получила сообщение от родственников: в деревне Лянцзягоу наконец состоится собрание по поводу сноса домов. Слухи ходили много лет, но теперь это официально подтверждено.
Снос — это хорошо, но всё произошло слишком внезапно. Никаких предварительных сигналов не было, поэтому муж и дочь не успели перевести свою прописку обратно в деревню. Только она и Линь Честный имели право на компенсацию.
Лян Айхуа была в отчаянии. Раньше, когда ходили слухи о сносе, она перевела прописку дочери в деревню. Но потом ничего не происходило, а для поступления в хорошую начальную школу прописка была необходима, поэтому она вернула её обратно. Кто мог подумать, что именно сейчас всё решится?
Вернувшись домой после собрания, Лян Айхуа вспомнила о странном поведении Линь Даминя накануне. Эти два события следовали одно за другим — не связать их было невозможно.
Когда вечером Линь Честный вернулся с работы, Лян Айхуа вызвала его в гостиную:
— Ты знал, что в Лянцзягоу будет снос?
Линь Честный опустил голову и промолчал.
Его реакция подтвердила все подозрения Лян Айхуа.
Этот мальчишка осмелился скрывать от неё! Она в ярости закричала:
— Когда ты это узнал?
Голова Линь Честного опустилась ещё ниже, и он еле слышно прошептал:
— Вчера!
— Линь Даминь тебе сказал? — сердито спросила она.
Линь Честный молчал.
Теперь всё сходилось. Этот мерзавец Линь Даминь, конечно же, прицелился на компенсацию за снос её родного дома! Какой подлый тип! Недаром у него нет детей — ему и не положено!
Лян Айхуа покраснела от злости и чуть не ткнула пальцем в нос Линь Честному:
— Неужели Линь Даминь пообещал тебе отдать компенсацию, если ты пойдёшь учиться? Да он тебя обманывает!
Линь Честный упрямо поднял подбородок:
— Нет! Папа так не сделает! Он сказал, что я у него единственный сын, и купит мне большую квартиру как свадебный подарок!
Да кто в это поверит! У самого Линь Даминя в городе нет даже жилья, а он будет покупать квартиру чужому ребёнку?!
Лян Айхуа смотрела на Линь Честного с отчаянием:
— Ты ему веришь? Он что, стал таким добрым? Тебя легко обмануть, глупыш!
Линь Честный молча сжимал руки.
Это молчание было протестом. Очевидно, он действительно поверил словам Линь Даминя.
Лян Айхуа чуть не упала в обморок от злости, но сколько бы она ни говорила, Линь Честный оставался непреклонен — неизвестно, какие слова внушения вбил ему в голову Линь Даминь.
В итоге она не смогла переубедить его и лишь изрядно вымоталась сама. Вернувшись в спальню, она долго ругала Линь Даминя, но злость не утихала. Когда пришёл Цюй Синьвэнь, она сразу набросилась на него:
— Этот бесстыжий Линь Даминь прицелился на компенсацию за снос моего родного дома! А этот маленький ублюдок Аши ему верит! Просто с ума сойти!
Цюй Синьвэню тоже показалось всё серьёзным. Линь Даминь — законный отец и опекун Линь Честного. Если он будет мешать, а Линь Честный будет на его стороне, компенсация или квартира вполне могут достаться Линь Даминю.
Речь шла о сотнях тысяч, может, даже миллионах! Сколько лет им придётся работать, чтобы заработать такие деньги? И отдавать их этой мерзкой мухе? Никто бы не согласился!
Но ключевой фигурой здесь оставался Линь Честный.
Цюй Синьвэнь нахмурился, подумал несколько секунд и сказал:
— Он умеет уговаривать Аши — так и ты научись. Всё эти годы Аши был с тобой, он скорее послушает тебя. Это же ребёнок — дай ему то, чего он хочет, и всё решится!
Лян Айхуа сразу поняла. Линь Даминь завоевал расположение Аши, купив ему еду и пообещав учёбу. Так почему бы и ей не сделать то же самое? Ведь она кормила его все эти пятнадцать лет!
Глаза её загорелись:
— Муж, ты прав! Всего-то и нужно — позволить ему учиться! Год-два в старшей школе — разве это много? Завтра же разрешу Аши пойти учиться и посмотрим, какие у Линь Даминя останутся козыри!
— Отправить меня в старшую школу? — Линь Честный медленно поднял голову, в глазах читалось изумление и недоверие.
Лян Айхуа улыбнулась, как заботливая мать:
— Конечно! Ты же хотел учиться? Почему не сказал мне, а побежал к Линь Даминю? У того ни гроша за душой, как он будет платить за твоё обучение? Один семестр в старшей школе стоит несколько тысяч, да ещё всякие дополнительные расходы — в сумме выйдет немало.
Она не преминула очернить Линь Даминя, хотя, по правде говоря, не врала — всё это соответствовало действительности.
Линь Даминь легко давал обещания, но когда дело доходило до денег, он вряд ли смог бы их найти.
Поэтому предложение Лян Айхуа платить за учёбу выглядело куда лучше. Линь Честный опустил глаза, скрывая проблеск торжества, и нарочито неуверенно сказал:
— Но… разве у нас есть деньги? Разве мы не бедные? Может, пусть папа платит? Он ведь ни разу за все эти годы не заплатил за моё обучение — пора бы и внести свой вклад.
Эти слова очень понравились Лян Айхуа. Отлично! Значит, мальчишка ещё помнит добро и не стал полным предателем, раз не дал себя обмануть двумя обедами и пустыми обещаниями Линь Даминя. Не зря она растила его пятнадцать лет!
Лян Айхуа глубоко вздохнула, изображая заботливую мать:
— Ничего, у нас с твоим дядей Цюем всё будет в порядке. Раньше ты не хотел учиться, и я думала — пусть лучше пораньше начнёт работать, чтобы накопить на свадьбу. Но раз теперь захотел учиться — иди! У меня ведь только ты один сын, всё моё и так твоё.
Многие в этих краях считали сыновей главными наследниками, так что слова Лян Айхуа соответствовали местным обычаям. Но ведь речь шла не о родном сыне! Чужой ребёнок, каким бы близким он ни был, всё равно не сравнится с родной дочерью.
Лян Айхуа использовала информационный дисбаланс, чтобы сыграть на чувствах — и это было отвратительно.
http://bllate.org/book/10712/961054
Готово:
