Его движения были настолько плавными, что Ся Сиюэ на миг замерла в изумлении. Опомнившись и решив остановить его, она уже опоздала — вся рыба исчезла.
Ся Сиюэ посмотрела на невредимого Юнь Хуа и ненадолго задумалась:
— Похоже, в рыбе не было яда?
Лучше бы она… Нет-нет, даже если нет яда — всё равно нельзя есть! Юань Чжицин явно что-то задумал. «Кто ест чужой хлеб, тот и песенку поёт», — нельзя поддаваться на его сладкие уловки.
Ся Сиюэ мысленно кивнула.
Рядом Юань Чжицин тоже внимательно разглядывал Юнь Хуа.
В отличие от прежней настороженности, теперь он будто убедился в чём-то, и его взгляд стал полон живого интереса.
Подойдя ближе, Юань Чжицин заметил: хотя признаки были почти незаметны, у Юнь Хуа явно остались следы занятий демонической практикой. Другие, возможно, и не увидели бы этого, но ему было не обмануть глаз.
«Неужели Юнь Хуа тоже демонический культиватор? — подумал он. — И судя по ощущениям, уровень у него далеко не низкий».
Но совсем недавно этот человек был наполнен чистейшей, прозрачной духовной энергией. Даже если бы он перешёл на демоническую практику, пришлось бы начинать с нуля — невозможно так быстро достичь подобного уровня.
Значит, это кто-то другой, подменивший его?
Юань Чжицин невольно усмехнулся про себя: «Секта Иньсяньцзун считает себя главой всех даосских школ, а между тем первому ученику одного из своих пиков так легко подменили личность. Вот только расскажи об этом — весь демонический мир будет смеяться до упаду».
Однако…
Он продолжал разглядывать «Юнь Хуа», размышляя про себя: «Откуда вообще взялся этот человек?»
Среди демонических культиваторов, конечно, встречаются и свободные странники, не связанные с крупными кланами, но большинство значимых фигур Юань Чжицину было известно.
А вот о таком, как перед ним, он никогда не слышал.
Возможно, он слишком долго пристально смотрел — Юнь Хуа отвёл взгляд от горизонта и посмотрел прямо на него.
Их глаза встретились, и оба, скрывая свои мысли, отвели взгляды.
На самом деле, странным «Юнь Хуа» показался не только Юань Чжицину.
Когда аромат жареной рыбы рассеялся, Ся Сиюэ перевела взгляд на Юнь Хуа и почувствовала лёгкое беспокойство.
«От него словно пахнет деревом, — подумала она. — Очень похоже на запах древесных духов, которых я встречала в Верхнем Мире».
Неужели в этом малом мире тоже есть духи природы? Никогда об этом не слышала…
Юнь Хуа вдруг посмотрел на неё:
— Что случилось?
— Ах! — Ся Сиюэ вздрогнула. Она думала, что наблюдает совершенно незаметно, но этот древесный дух оказался невероятно чутким.
Хотя она носила шляпу с прозрачной вуалью, и Юнь Хуа не мог видеть её взгляда, скорее всего, он просто угадал.
Ся Сиюэ потрогала вуаль морской девы на своей шляпе, чтобы успокоиться.
Прокашлявшись, она спокойно сказала:
— Ничего.
И, чувствуя себя виноватой, отвела глаза.
Посмотрев на солнце, она поняла, что пора отправляться в путь — все уже собрались. Ся Сиюэ оглянулась на секту и, решив не медлить, взмыла в небо на своём мече:
— Пора в дорогу.
…
После того как отряд ушёл,
в глубине леса горы Данъгуй
яркая птица пронеслась над самыми верхушками деревьев. Она кружила над поляной, не сводя чёрных глаз с серебристого предмета на земле.
Наконец, не выдержав соблазна, птица резко пикировала вниз: такой блестящий предмет обязательно украсит её гнездо и привлечёт самых красивых самок на сто ли вокруг!
Она клювом схватила серебряную вещь и изо всех сил замахала крыльями, пытаясь взлететь.
Но вес человека оказался для неё слишком велик. После долгих попыток птица вынуждена была отпустить добычу, и тот, кого она чуть было не подняла, с глухим стуком рухнул обратно на землю.
Не желая сдаваться, птица прыгала вокруг, то клевала, то тыкалась клювом, пока случайно не задела головной убор.
К её радости, эта блестящая штука легко снялась и оказалась очень лёгкой. Птица торжествующе схватила её и, забыв о неподъёмном человеке, радостно улетела в гнездо.
Лес снова погрузился в тишину.
Прошло неизвестно сколько времени, когда лежащий на земле человек нахмурился, его ресницы дрогнули, и под лучами полуденного солнца он постепенно пришёл в себя.
Юнь Хуа оперся на землю и сел.
Оглядев мирную окрестность, он на миг растерялся.
Через некоторое время он вспомнил: незадолго до этого, возвращаясь с Горы Артефактов с припасами к путешествию, он случайно заметил крайне редкого снежного зверька.
Малыш был размером с ладонь, покрытый мягкой и пушистой белоснежной шерстью. В детстве он выглядел трогательно и нежно, а повзрослев превращался в величественного и грозного зверя — одновременно очаровательного и благородного. Увидев его, Юнь Хуа тут же остановил свой летящий меч.
«Поймаю такого зверька — это же займёт совсем немного времени», — подумал он и свернул в сторону.
Обойдя несколько иллюзий, созданных зверьком, Юнь Хуа аккуратно опустился на землю и протянул руку к комочку, прятавшемуся в траве. А затем…
Дальше он ничего не помнил.
Смутные воспоминания вызвали головную боль. Он потерёл висок, но прежде чем успел углубиться в размышления, почувствовал лёгкое прикосновение у ноги.
Опустив взгляд, он увидел, что снежный зверёк не убежал, а смотрит на него большими влажными глазами, доверчиво прижавшись к его ноге. Встретившись взглядами, Юнь Хуа невольно потянулся и погладил малыша по голове.
Ощущение было настолько волшебным, что голова закружилась от удовольствия.
В тот же миг на лбу зверька вспыхнул тайный знак, и заклинание вновь ударило прямо в тело Юнь Хуа. Взгляд юноши, только что прояснившийся, снова стал затуманенным. Его тело покачнулось, и он, наконец, не выдержал — рухнул на землю.
Возможно, во второй раз действие было слабее, и в сознании ещё теплилась искра ясности. Перед тем как полностью погрузиться в тьму, Юнь Хуа вспомнил ощущение от прикосновения и прошептал:
— …Этот мех… ядовит!!
…
Тем временем
главный виновник беды, подставивший ученика секты, уже давно принял облик Юнь Хуа и шёл в составе отряда к Безграничному Тайнику.
Ся Сиюэ не знала, что приключилось с несчастным первым учеником соседней Горы Артефактов, да и сейчас у неё не было сил думать о чужих проблемах.
Обычно она годами сидела в секте Иньсяньцзун, купаясь в целебных источниках и запивая целебные отвары, стараясь избегать солнца. Даже с нарастающим огненным ядом в теле ей не было особенно тяжело.
Но теперь, в пути, под палящим солнцем, в компании людей, летящих на мечах высоко в небе, даже вуаль морской девы не спасала — становилось всё труднее терпеть.
Она достала заготовленную заранее жидкость для снятия жара и выпила несколько глотков. Взглянув на пустую бутылочку, она поняла: как и предупреждал Лин Чэнь, лекарство действительно теряет эффективность.
К счастью, среди путешествующих было немало учеников с невысоким уровнем культивации.
Ся Сиюэ незаметно убрала бутылочку и время от времени оглядывалась назад.
Заметив, что некоторые ученики начали уставать, а их мечи стали неустойчивыми, она радостно предложила:
— Отдохнём в следующем городе.
Ученики с горы лекарственных трав, привыкшие к спокойной жизни, сразу оживились.
Ся Сиюэ тоже почувствовала облегчение и про себя вздохнула с облегчением, разделяя их мысли: «Наконец-то можно отдохнуть».
…
Они приземлились как раз к вечеру.
Отряд провёл ночь в городе и собирался выступить на следующий день.
Ся Сиюэ заинтересовалась местным рынком. В прежних мирах, хоть и встречались подобные городки, она всегда спешила выполнить задание и уйти, общаясь лишь с отшельниками и культиваторами в горах, так и не найдя времени погулять по базарам.
Поэтому на следующее утро, до назначенного сбора, она выскользнула из гостиницы и с любопытством осматривала разнообразные товары.
На рынке было множество необычных лакомств и игрушек, каждая из которых привлекала внимание.
Однако вскоре её взгляд остановился на простом прилавке с бамбуковыми стаканчиками.
Это была, похоже, точка с прохладительным чаем. Свежесрубленные зелёные бамбуковые стаканчики, вымытые и аккуратно расставленные на стойке, рядом — вёдра со светлым сладковатым напитком. Каждому покупателю хозяин черпал одну меру чая в бамбуковый стакан и подавал его. Вкус напитка был ещё неизвестен, но сам вид прохладного зелёного стаканчика уже освежал.
Наблюдая за этим, Ся Сиюэ взглянула на свою бутылочку с эликсиром и вдруг почувствовала, что драгоценная жидкость потеряла всю свою привлекательность.
Поколебавшись немного, она спрятала бутылочку в карманное пространство на предплечье и направилась к прилавку, решив попробовать чай.
Хозяин, заметив нового клиента, радушно подошёл.
Но, увидев поданную Ся Сиюэ духовную жемчужину, он замер.
Хозяин смущённо сложил руки:
— Почтённая госпожа, мы не принимаем такие камни.
В этом городке поблизости почти нет сект, и духовные жемчужины здесь не ходят в обиходе. Более того, много печальных примеров показывают: такие вещи в руках простых людей часто привлекают злых культиваторов.
Он взглянул на Ся Сиюэ. Хотя лицо скрывала вуаль, фигура казалась хрупкой и юной. Он решил, что перед ним очередная молодая культиваторша, не знакомая с жизнью простых людей, и терпеливо сложил пальцы в кружок, показывая форму медной монеты:
— Нам нужны вот такие.
Шляпа с вуалью слегка качнулась — девушка, похоже, поняла.
Хозяин увидел, как она убрала духовную жемчужину и стала искать что-то в рукаве, и облегчённо выдохнул: «Видимо, наставники всё-таки научили её брать с собой монеты. Просто привыкла платить жемчужинами — вот и подала по ошибке. Теперь вспомнила».
Он уже готовился принять монету, как вдруг Ся Сиюэ снова протянула руку.
На ладони вместо жемчужины лежала круглая белоснежная пилюля — большая, гладкая и идеально круглая, точно соответствующая кружку, который нарисовал хозяин пальцами.
Хозяин: «…»
Ся Сиюэ увидела, как выражение лица торговца начало меняться, и поняла, что ошиблась.
В этот момент рядом появился кто-то ещё.
Юань Чжицин, откуда-то доставший обычный веер, на котором крупными буквами красовалось — «Всегда честен и прям», — прикрыл им половину лица и тихо прошептал Ся Сиюэ на ухо:
— Пилюли, как и духовные жемчужины, простым людям не по зубам. Если проглотит — разорвётся изнутри. Хотя… если выживет, ученица получит талантливого последователя с духовными корнями. Правда, возраст уже не тот.
Ся Сиюэ скептически посмотрела на его веер:
— …Ты кого обманываешь? Это же противоядие, а не пилюля для культивации. На нашей горе даже повара без духовных корней берут такие запасом на случай укуса ядовитой змеи. Даже без отравления можно глотать как конфетку — укрепляет здоровье.
Однако, взглянув на торговца и увидев его испуг, она лишь вздохнула про себя: «Он явно не умеет различать пилюли. Возможно, слышал страшные истории про „разрыв изнутри“ и теперь боится всех пилюль без разбора». Пришлось убрать лекарство обратно.
У Юань Чжицина, конечно, были медяки.
Но он не спешил их доставать, а стоял рядом с явным интересом, наблюдая, как Ся Сиюэ добудет себе чай.
Но Ся Сиюэ, убрав пилюлю, больше не пыталась ничего предложить и, ещё раз взглянув на бамбуковые стаканчики, развернулась и ушла.
— …
Юань Чжицин так и не дождался зрелища.
Его веер, до этого весело покачивающийся, замер. Помедлив немного, он последовал за Ся Сиюэ и с улыбкой сказал:
— Давай помогу тебе придумать способ?
Было очень жарко, и Ся Сиюэ чувствовала себя совершенно измотанной. Она махнула рукой, не желая с ним разговаривать.
Она помнила: за городом есть бамбуковая роща. Сам чай ей был не так важен — главное, чтобы пить из бамбукового стакана, ведь это выглядело так по-особенному.
«Лучше самой срубить немного бамбука и сложить в карманное пространство. Когда будет время, вырежу стаканчик и буду пить… Только надо дождаться, пока Юань Чжицин уйдёт. Рубить бамбук при нём — это уж слишком нелепо», — думала она.
И тут Ся Сиюэ снова почувствовала лёгкую грусть: «Раньше, выходя из дома, мне не нужно было думать о деньгах. В Верхнем Мире, гуляя по ярмаркам, стоило лишь ткнуть пальцем в Нань Сюаня — и он всё оплатит, если только это не было чем-то совершенно безумным. По сравнению с тем временем, сейчас я уже молодец — хоть вспомнила взять с собой духовные жемчужины».
«Как это так — прекрасный опекун вдруг исчез, бросив меня одну дома, да ещё и заставить искать его, как наёмницу? Это разве справедливо?»
«Совсем несправедливо. Как только найду его — обязательно пару раз пнусь, чтобы отвести душу».
http://bllate.org/book/10686/959026
Готово:
