Шэнь Линъэ получил сообщение прямо на балу. В пальцах он держал бокал шампанского, равнодушно слушая собеседников — всё это время его лицо оставалось совершенно бесстрастным.
Пока вдруг не дрогнул телефон в кармане.
Обычно Шэнь Линъэ никогда не брал с собой телефон на подобные мероприятия — свой аппарат он всегда оставлял у помощника Сяо Суна. Но сейчас в кармане лежал именно тот смартфон, который ему купила Вэнь Сянь.
Вэнь Сянь была единственным контактом в этом устройстве.
Он поставил бокал на стол, и едва он двинулся, как все вокруг замолчали. Шэнь Линъэ лишь слегка кивнул, давая понять, что разговор может продолжаться, и только после этого гости снова заговорили.
А сам он открыл чат с Вэнь Сянь.
[Шэнь Линъэ: ?]
[Шэнь Линъэ: Опять я палочковый человечек?]
[Вэнь Сянь: Аааа, в какой ты класс записал?!]
[Шэнь Линъэ: Что случилось?]
[Вэнь Сянь: Мои одноклассники — дети семи-восьми лет!!! Только я одна взрослая! ТОЛЬКО Я!!!]
[Шэнь Линъэ: .]
[Шэнь Линъэ: Ты тоже моя девочка.]
[Вэнь Сянь: .........]
[Вэнь Сянь: Я пойду спать. Пока.]
Брови Шэнь Линъэ слегка нахмурились. Он вспомнил разговор с управляющим и понял, что тот неправильно истолковал его указания. Но сейчас он решил, что так даже лучше — по крайней мере, Вэнь Сянь никто не обидит среди малышей.
В машине.
Додо с изумлением наблюдала, как Вэнь Сянь швырнула телефон на сиденье рядом и медленно, но верно покраснела вся до кончиков ушей. Она опустила голову, пряча лицо в ладонях.
— Мисс, что с вами?
— Не трогай меня пока!
— ...Хорошо.
...
Дом Цинь.
Цинь Цзань закрыл перьевую ручку и задумчиво смотрел в окно на тёмное ночное небо. Ни луны, ни звёзд — лишь плотные тучи, пропитанные чернотой ночи.
Днём он получил сообщение от своего ассистента: Вэнь Сянь отказалась от предложения работы от Benoy.
В этой битве Шэнь Линъэ и он находились в равных условиях. Вэнь Сянь не знала, кто стоит за корпорацией Шэнь, и не знала, кто управляет Benoy, но всё равно выбрала компанию Шэня.
Цинь Цзань не знал, расскажет ли Шэнь Линъэ Вэнь Сянь хоть что-нибудь, но чувствовал: он проиграл.
Вечером, когда он вернулся домой и начал разбираться со слухами о Вэнь Сянь в светских кругах, ему доложили, что всех тех, кто осмеливался распространять сплетни о её личной жизни, уже предупредили семьи. Никто больше не посмеет говорить об этом.
Шэнь Линъэ действовал гораздо быстрее, чем он ожидал.
Лицо Цинь Цзаня потемнело, почти сливаясь с ночью за окном.
—
Когда Шэнь Линъэ вернулся в особняк Шэнь, было почти одиннадцать вечера. Он выпил немало, и обычно холодные, ясные глаза теперь были затуманены, с тёмными отголосками опьянения.
Управляющий заранее приготовил чай от похмелья, но Шэнь Линъэ сделал всего несколько глотков и сразу поднялся наверх.
В отличие от дома Вэнь, особняк Шэнь был тихим. Прислуга знала, что он не терпит шума, и никто не осмеливался его беспокоить.
Шэнь Линъэ опустился в одно из кресел, снял галстук и бросил его в сторону. Его бледное лицо выглядело уставшим, дыхание было тяжёлым, воздух наполнился запахом алкоголя.
Здесь царила полная тишина — слышалось лишь его собственное дыхание. Но Шэнь Линъэ почему-то ощущал присутствие Вэнь Сянь рядом, будто Вэнь Сяньсянь всё ещё крутилась у его ног.
Он словно забыл, сколько времени, и просто набрал видеозвонок.
Первый вызов остался без ответа. Он позвонил второй раз.
На этот раз она ответила. Девушка только что вышла из душа и высушала волосы. На ней была ночная рубашка, чёрные пряди рассыпались по белоснежным плечам, щёчки порозовели от тепла. Она произнесла его имя:
— Гэгэ, почему ты всё ещё в костюме? Только что приехал?
Шэнь Линъэ долго смотрел на экран, прежде чем хрипло ответил:
— Да, только что.
Вэнь Сянь приблизилась к камере и с подозрением спросила:
— Ты же пил?
Чёрные глаза Шэнь Линъэ не отрывались от неё:
— Да, пил.
Личико Вэнь Сянь тут же нахмурилось, и она тихо проворчала:
— Тебе ведь не обязательно зарабатывать столько денег... Я могу вообще ничего не тратить. Мне не хочется, чтобы тебе было так тяжело.
Горло Шэнь Линъэ пересохло. Он хотел сказать ей, что это не трудно, что он хочет дать ей лучшую жизнь, что ему немного не по себе... Но ничего из этого не вымолвил.
Он лишь смотрел на неё, глаза его были тёмными и непроницаемыми, и тихо сказал:
— Скучаю по тебе.
Автор добавил:
Гэгэ: «Я тебя берегу, как драгоценность».
Сяньсянь: «Это же песня!»
—
Я закончил главу! Ухожу!
До завтра! Целую вас!
Хрустальные люстры меркли перед сиянием драгоценностей, украшавших светских дам. Роскошные платья развевались в такт музыке, звучавшей в зале, создавая атмосферу таинственности и романтики.
Вэнь Сянь пряталась в углу, тайком разглядывая весь этот великолепный бал через отражение в бокале шампанского.
Когда она уже решила, что никто её не заметил, к ней направился мужчина. Его лицо было прекрасно, взгляд холоден, а чёрные глаза смотрели на неё без малейшего тепла.
Вэнь Сянь инстинктивно сделала шаг назад, но в следующее мгновение он прижал её к стене.
Её обдало ароматом снежного кедра и лёгкого белого мускуса.
Её талию обхватила сильная рука, и она затаила дыхание. В ухо ей, с лёгким запахом алкоголя, тихо выдохнули:
— Скучаю по тебе.
Тёплое дыхание коснулось мочки уха.
Вэнь Сянь распахнула глаза.
Это был всего лишь сон.
В комнате царил полумрак, рядом раздавался тихий храп.
Вэнь Сянь повернула голову и увидела Цюйцюя, спящего у неё под боком. Малыш свернулся клубочком, доверчиво открыв пушистый белый животик. За окном едва начинало светать.
Она тихо села, обхватив колени руками. Теперь её сны заполнял только он.
Вэнь Сянь никогда не была склонна легко влюбляться. Вэнь Тяньлинь с детства учил её не доверять чувствам — это слишком больно.
Но Чан Шуань говорила иначе: люби смело, сколько бы раз ни пришлось, даже если сердце будет разбито — ведь за спиной всегда будут мама и папа, готовые защитить.
После их смерти Вэнь Сянь решила последовать совету отца — ведь некому было её больше оберегать.
И вот теперь Цинь Сун и Сюй Чуви своими поступками подтвердили: не стоит доверять чувствам легко. Но Шэнь Линъэ был для неё совсем другим. Он появился ради неё.
Раньше она спрашивала его, поженятся ли они. Тогда Шэнь Линъэ спросил в ответ, нравится ли он ей.
Теперь Вэнь Сянь растерянно думала: Шэнь Линъэ, кажется, уже строит собственную жизнь. Он родился не для того, чтобы принадлежать ей. Он принадлежит самому себе.
Только когда за окном взошло солнце, она медленно встала с кровати. Решила пока отложить эти мысли. Ведь его жизнь только начинается.
Она не хотела становиться для него путами.
...
Дом Сюй.
Сюй Чуви, только что закончив макияж, взяла в руки новую сумку лимитированной коллекции и собралась выходить на встречу. В гостиной её родители принимали гостей.
Она вежливо поздоровалась и уже хотела уйти, но разговор родителей дошёл до неё:
— Точно с компанией Шэнь?
— Да, целый месяц занимался этим в Минчэне.
— Когда назначена встреча?
— В эти выходные. Президент компании Шэнь будет на скачках — у друга открытие ипподрома, он приедет поддержать.
— Сколько у нас времени?
— Пятнадцать минут.
— Этого достаточно! Надо подготовиться и выбрать подходящего представителя.
Шаги Сюй Чуви внезапно замерли.
—
— Додо, мне так спать хочется...
Вэнь Сянь зевнула, прижавшись к плечу Додо, которую та буквально тащила за собой. Вчера она рисовала до самого утра.
Она и представить не могла, что, тайком отправляясь посмотреть на Шэнь Линъэ, придётся брать с собой домашнее задание. На этой неделе ей нужно было нарисовать натюрморт: яблоко, тарелку и бокал на одном листе.
За всю ночь она еле успела изобразить одну тарелку.
В Минчэн поехали только Додо и Вэнь Сянь. Никто, кроме Додо, не знал, куда отправилась мисс, а Додо Вэнь Сянь строго наказала никому не рассказывать Шэнь Линъэ.
Поэтому они рано утром тайком пробрались в аэропорт.
Додо переписывалась в группе с подружками, выясняя, где сейчас Шэнь Линъэ. В конце концов, благодаря своей всемогущей сети, она узнала: сегодня днём он будет на новом ипподроме.
— Мисс, сегодня господин поедет на ипподром! — радостно сообщила Додо. — Подруга, которая там работает, проведёт нас внутрь.
Вэнь Сянь немного оживилась, но, прижав к груди планшет, с сомнением спросила:
— А если он там по делам? Мы ведь не помешаем?
Додо ласково погладила её по голове:
— Мисс, вы можете приходить к господину в любое время и в любом месте — вы ему никогда не помешаете. Господин всемогущ.
— И... он точно будет рад вас видеть.
Вэнь Сянь надула губки:
— Ещё чего! Он только ругать будет.
Но внутри она всё равно с нетерпением ждала встречи. Прошло уже пять дней с тех пор, как она его видела, и она очень скучала по своему «щенку».
Минчэн.
Только что завершив совещание, Шэнь Линъэ спустился вниз и увидел Чи Янюя, уже ждавшего его у машины. Чи Янюй сам за рулём, поэтому Шэнь Линъэ сел к нему.
Чи Янюй бросил взгляд на его одежду и вздохнул:
— Братец, ты и в выходные работаешь? Слышал, сегодня к тебе выстроилась очередь из желающих встретиться.
Шэнь Линъэ кивнул:
— Да. Новый жилищный проект компании Шэнь. Сегодня встречусь с четырьмя потенциальными партнёрами.
Чи Янюй усмехнулся:
— Приезжают не в офис, а специально ловят тебя на ипподроме... Наверное, все через связи пробились?
Лицо Шэнь Линъэ оставалось спокойным:
— Когда отец болел, информация всё же просочилась. Несколько старших товарищей помогли тогда замять дело. Теперь они просят об одолжении — отказывать неудобно.
Чи Янюй завёл двигатель:
— Всё равно решать по качеству и технологиям. Лишний шанс — уже милость.
Когда они прибыли на ипподром, большинство гостей уже собралось. Все ждали Шэнь Линъэ — его участие в подобных мероприятиях случалось крайне редко.
Чи Янюй, улыбаясь, поздоровался с Чжао Чэном:
— Пошли, сначала пообедаем, потом сыграем в гольф, а потом проверим твоих лошадей.
Чжао Чэн незаметно взглянул на Шэнь Линъэ и тихо спросил:
— Как настроение у наследника сегодня? Слышал, многие привезли бизнес-планы.
Чи Янюй похлопал его по плечу:
— Всё нормально, он в курсе.
Услышав это, Чжао Чэн явно перевёл дух. Он боялся, что эти люди сами вычислили местонахождение Шэнь Линъэ и самовольно явились сюда. Если бы Шэнь Линъэ разозлился, праздник можно было бы считать сорванным.
За обедом никто не осмеливался поднимать тосты Шэнь Линъэ. Перед ним стоял только стакан воды.
Чи Янюй спросил:
— Не выпьёшь?
Шэнь Линъэ, услышав этот вопрос, чуть смягчил выражение лица. В его глазах мелькнула нежность:
— Нет, кто-то не разрешает мне пить.
Чи Янюй:
— ?
Он с подозрением посмотрел на Шэнь Линъэ:
— Это та самая, которую ты прячешь?
Услышав упоминание Вэнь Сянь, уголки губ Шэнь Линъэ невольно приподнялись. Он даже не заметил, как в голосе прозвучала нежность и снисходительность:
— Да, капризная очень.
Чи Янюй на секунду замер:
— Брат, неужели ты...
http://bllate.org/book/10603/951573
Готово:
