Фан Цзяньин не смирилась — ей казалось, что Чжун Цинь явно проявляет необъяснимую привязанность к другим. В тот самый момент и Чжан Ли уже не желала оставаться у неё простой посыльной. Так обе женщины тайно договорились и устроили встречу с инвесторами IP-проекта. Подробности переговоров остались в тени, но результат был налицо: Фан Цзяньин всё же получила главную женскую роль в экранизации этого проекта, а Чжан Ли стала её новым менеджером.
Увы, сериал, который до премьеры будоражил публику, после выхода в эфир разочаровал зрителей и не принёс Фан Цзяньин ни славы, ни популярности. Напротив, её долго и жёстко критиковали в интернете.
Об этом знали лишь немногие — иначе её тщательно выстроенный имидж давно бы рухнул.
Фан Цзяньин опустила взгляд на телефон и, заметив, что Чжан Ли вернулась, спросила:
— Ну как? Что ответил главный редактор ZU?
Чжан Ли покачала головой:
— Похоже, в ZU уже определились с кандидатурой.
Лицо Фан Цзяньин стало холоднее. Она ничего не сказала, но Чжан Ли сразу почувствовала её раздражение.
ZU — ведущий модный журнал страны, входящий также в число самых авторитетных изданий мира. На этот раз Чжан Ли связывалась с ними из-за обложки декабрьского рождественского номера. Ранее она уже пыталась договориться, но редакция вежливо отказалась, сославшись на несоответствие стиля. Раньше Фан Цзяньин сознательно выстраивала образ чистой и невинной девушки, чтобы завоевать симпатии фанатов, и этот имидж прочно закрепился в общественном сознании. Однако именно он теперь мешал её дальнейшему росту.
— Зато JR связались со мной — хотят сделать с тобой интервью. Как думаешь? — осторожно спросила Чжан Ли.
JR, конечно, уступал ZU, но всё же лучше, чем ничего — так рассуждала Чжан Ли.
— JR? — Фан Цзяньин подняла на неё взгляд. — Именно потому, что ты постоянно цепляешь мне такие низкопробные рекламные контракты и журналы, мой статус и не растёт! Мне нужны ресурсы первого эшелона, а не то, что любой никому не известный актёр может получить!
Чжан Ли сдержала раздражение и тихо проговорила:
— Ладно-ладно, поняла. Просто откажусь тогда.
Они всё ещё находились на съёмочной площадке, поэтому Фан Цзяньин больше ничего не добавила и снова уставилась в экран телефона.
— О! — вдруг воскликнула она, словно увидев что-то необычное.
— Что случилось? — машинально спросила Чжан Ли.
— Посмотри, это же Янь Хуань!
Фан Цзяньин протянула ей телефон. На фотографии, сделанной в баре, девушка в чёрном мини-платье, с дымчатым макияжем и сигаретой во рту источала ауру разврата и упадка.
— Да, это она! — уверенно подтвердила Чжан Ли.
Подобных снимков было несколько, каждый — в разное время и в разных местах. На одном из них лицо Янь Хуань особенно чётко: без макияжа, но с ярко-разноцветными волосами, увешанными пирсингом ушами и в совершенно нелепой одежде. Публиковал эти фото популярный блогер в Вэйбо с лаконичной подписью: «Нашёл интересную подборку. Похоже на кого-то?»
[Маленький Ус ANUY]: Блин! Это же та самая актриса-манекенщица?
[Кто хочет плёнку]: Пфф! Такое тело — просто огонь!!!
[nini мясо мясо]: Это она, точно она! Ещё скажите, что с такой внешностью можно быть спокойной! Ждём, как будет отбеливаться наша актриса-манекенщица~
[Большой Блинчик]: Ужасно! Почему до сих пор не запретили таких людей, которые развращают общество?! Хоть бы подумали о школьниках!
Комментарии были сплошь негативные — ни одного доброго слова.
Чем дальше Фан Цзяньин пролистывала ленту, тем шире становилась её улыбка. Она как раз ломала голову, как бы навредить Янь Хуань.
С момента публикации прошло всего несколько минут, но уже множество популярных блогеров начали репостить запись. Стало ясно: за этим стоит кто-то влиятельный. Самый первый, кто выложил фото, прямо написал, что через час обнародует новый компромат. Пользователи уже готовились «лакомиться арбузом», усевшись с попкорном перед экранами.
* * *
— Босс, всё плохо! — тихо сказал Чжан Мин, подавая Лу Синчуаню телефон, поскольку рядом находились другие люди.
Лу Синчуань взглянул на экран и через три секунды нахмурился. Две фотографии Янь Хуань он узнал сразу — это были снимки времён их пребывания во Франции.
Он молча встал и направился к выходу из гримёрной, не сказав ни слова.
— Эй, босс, куда ты? — Чжан Мин поспешил за ним.
В гримёрной актрис сейчас все обсуждали этот скандал. Внезапно дверь распахнулась, и все повернулись к вошедшему Лу Синчуаню.
— Босс, что-то случилось? — спросила Чэнь Кэсинь.
Лу Синчуань быстро окинул комнату взглядом, но Янь Хуань там не было.
— Вы не видели Янь Хуань? — прямо спросил он.
Чэнь Кэсинь указала за дверь:
— Она только что вышла, она…
Не дождавшись окончания фразы, Лу Синчуань развернулся и вышел, машинально прикрыв за собой дверь.
Янь Хуань в это время сидела в машине вместе с Чжун Цинь и Чэнь Синем.
— Янь Хуань, что всё это значит? Не молчи, хотя бы объясни, откуда эти фотографии, — с досадой сказала Чжун Цинь. Утром она ещё хвалила девушку, а уже днём разразился скандал. Главное — Янь Хуань упорно молчала, и Чжун Цинь не знала, с чего начать урегулирование ситуации.
— Цинь, может, дай Янь немного времени, пусть придет в себя, — мягко вмешался Чэнь Синь. Он уже некоторое время работал с ней и не верил, что она такая, какой её рисуют в сети.
Чжун Цинь смягчилась:
— Хорошо, Янь Хуань. У тебя есть полчаса. Через тридцать минут я хочу услышать объяснение.
С этими словами она вышла из машины, оставив Янь Хуань одну.
Телефон Янь Хуань почти разрывался от звонков — семья, друзья, журналисты… Но она не брала трубку, пока в конце концов не выключила аппарат. У Чжун Цинь дела обстояли не лучше: звонили Янь Чжэнь, представители СМИ, даже бренд DL, с которым Янь Хуань только что подписала контракт на лицо бренда. Ведь репутация официального представителя напрямую влияет на имидж бренда.
— Босс, вы как раз вовремя! — воскликнул Чэнь Синь, увидев Лу Синчуаня.
Чжун Цинь обернулась и, увидев его, быстро закончила разговор:
— Где Янь Хуань? — голос Лу Синчуаня звучал встревоженно.
— В машине, — ответила Чжун Цинь, мгновенно уловив нечто большее в его тоне.
Лу Синчуань без промедления открыл дверь и сел внутрь. Дверь захлопнулась.
Чэнь Синь: …
Чжун Цинь перевела взгляд на Чжан Мина.
— Цинь, — сразу признался тот, — да, всё именно так, как вы подозреваете.
Чэнь Синь снова оцепенел, но внезапно всё встало на свои места — будто туман рассеялся!
* * *
В салоне машины:
— Зачем ты приехал? Сейчас столько проблем, не хочу втягивать тебя, — тихо сказала Янь Хуань.
Лу Синчуань притянул её к себе, и в его глазах читалась глубокая боль и забота.
— Янь Янь, рядом со мной тебе не нужно притворяться сильной.
Янь Хуань, до этого сдерживавшая эмоции, при этих словах сразу расплакалась. Горячие слёзы одна за другой катились по щекам. Её расстраивало не то, что прошлое вышло наружу, а то, что она прекрасно знала, кто стоит за этим.
Она понимала: не должна больше страдать из-за этого человека. Но не могла сдержать боли. Как можно быть таким жестоким отцом? Смотреть, как младшая дочь методично губит старшую, и даже помогать ей в этом!
Фотографии она уже просмотрела. Их сделал частный охранник, которого Цзян Чуаньхуа когда-то нанял специально для «наблюдения» за ней — якобы для защиты, на самом деле — для контроля. Так продолжалось до тех пор, пока она не уехала во Францию. Два крупных плана в баре были сделаны вскоре после её прибытия туда — она сама тогда попросила кого-то сфотографировать её и отправить снимки Цзян Чуаньхуа, лишь чтобы его разозлить. А теперь эти же кадры стали оружием в руках Цзян Чуаньхуа, которым он помогает Цзян И уничтожить её.
Прошёл час.
Первый блогер, опубликовавший компромат, действительно выложил новое видео — трёхминутное, без текста.
На видео лица всех участников были замазаны. Это были интервью бывших учителей и одноклассников Янь Хуань, причём подобраны исключительно те, у кого с ней были конфликты. Автор видео явно потрудился на славу.
Сразу же хэштег «Янь Хуань — вон из шоу-бизнеса!» взлетел на первое место в трендах. Все развлекательные порталы поместили эту историю на главные страницы. Новичок, только начавший карьеру, вызвал такой резонанс — такого ещё не бывало!
Папарацци и журналисты уже спешили на съёмочную площадку, чтобы первыми взять комментарий.
— Цинь, выезжайте первыми, чтобы отвлечь внимание. Янь Хуань поедет со мной, — сказал Лу Синчуань.
Чжун Цинь на мгновение задумалась, но согласилась.
Когда Чэнь Синь выехал, все репортёры тут же последовали за машиной, полагая, что Янь Хуань внутри.
А Чжан Мин тем временем незаметно вывел автомобиль с другой стороны — всё прошло гладко.
На заднем сиденье Янь Хуань прижалась к плечу Лу Синчуаня, словно фарфоровая кукла, молчаливая и хрупкая. Обеими руками она крепко держалась за его руку, будто утопающая, ухватившаяся за последнюю соломинку.
Когда они почти подъехали к её жилому комплексу, Чжан Мин заметил неладное: у подъезда стояло множество машин, толпились журналисты. Хотя район и был элитным, охрана и дорожная полиция уже пытались навести порядок.
— Босс, нас здесь тоже поджидают, — обернулся он.
Лу Синчуань взглянул вперёд:
— Подождём немного.
Чжан Мин мысленно поблагодарил судьбу, что сегодня не взял свой «Ленд Ровер» — иначе их бы сразу распознали.
* * *
Через десять минут у подъезда наконец стало свободнее, хотя упрямые журналисты всё ещё дежурили неподалёку.
Чжан Мин медленно въехал во двор, никого не привлекая внимания.
Пока Лу Синчуань и Янь Хуань поднимались на лифте, в Вэйбо появился новый компромат.
На этот раз — её личный дневник. Когда она уходила из дома Цзян, многое осталось позади. Почерк в записях аккуратный, но каждая строчка пропитана злобой и отчаянием:
«Сегодня пятница. Ненавижу учителей, ненавижу одноклассников. Зачем они вообще живут на свете?»
«Сегодня суббота. Толкнула Цзян И, она упала с лестницы и кровоточит. Жаль, что не умерла.»
«Сегодня воскресенье. Завтра отправляюсь в школу-интернат. Отлично. Больше не хочу оставаться в этом отвратительном доме.»
…
Пока Лу Синчуань ходил на кухню вскипятить воду, Янь Хуань успела прочитать всё это в телефоне.
Когда он вернулся, она сидела, свернувшись клубочком в углу дивана, и тихо плакала. Сердце Лу Синчуаня сжалось от боли.
— Разве мы не договорились, что ты не будешь смотреть это? А? — Он забрал у неё телефон и нежно обнял, целуя её покрасневшие от слёз глаза.
Он знал, что сейчас любые слова утешения бессильны. Поэтому просто показывал ей своим присутствием: она не одна.
Слёзы постепенно иссякли, и Янь Хуань немного успокоилась.
— В шестом классе у меня была учительница, которая меня недолюбливала. Однажды я услышала, как она говорит другой учительнице: «У этой девчонки мать есть, а воспитания нет». Я бросилась к ней и потребовала извинений. Она отказывалась. Тогда я укусила её. Учительница вызвала моего отца, но он был занят и прислал ту женщину. Та заставила меня извиниться перед классом. Я сказала, что не виновата. И тогда она дала мне пощёчину при всех, — Янь Хуань говорила тихо, словно сама себе, но Лу Синчуань слушал внимательно.
— В тот день мне исполнилось десять лет. Домработница испекла для меня маленький торт. Я была так рада… Повернулась — и Цзян И выбросила торт в мусорку. Я толкнула её, и она упала с лестницы. Я ужасно испугалась. А когда вернулся отец, его взгляд заставил меня почувствовать себя преступницей, ожидающей казни. На следующий день его секретарь оформил мне перевод в школу-интернат.
Голос Янь Хуань стал хриплым, губы пересохли.
Чем спокойнее она рассказывала, тем тяжелее становилось Лу Синчуаню. Его рука, обнимавшая её за талию, невольно сжалась.
— Останься здесь. Я принесу воды.
Он встал и подал ей стакан тёплой воды — как раз остывшей до нужной температуры.
Янь Хуань долго смотрела на стакан, но не брала его и молчала.
— Хочешь, чтобы я напоил тебя? — спросил Лу Синчуань.
Она кивнула.
Тогда он сделал большой глоток, наклонился и нежно прикоснулся губами к её губам, постепенно передавая воду.
http://bllate.org/book/10543/946558
Готово:
