— Нам обязательно должны раздать конфеты! — воскликнул один из студентов. — Мы ещё хотим посмотреть, какой же небожитель сумеет жениться на нашей несравненной учительнице Цзян!
— Это зависит от судьбы, — с улыбкой ответила Цзян Мянь. После занятий она оставалась дружелюбной и шутливо перекинулась с учениками парой фраз, прежде чем покинуть аудиторию. У самой двери её взгляд задержался на юноше, сидевшем у заднего выхода.
Как и следовало ожидать, едва она вышла из учебного корпуса, за спиной прозвучал холодный и отстранённый голос:
— Цзян Мянь.
Она остановилась и дождалась, пока он подойдёт, пожала плечами и спросила:
— Как ты здесь оказался?
— Не рада видеть? — Цзян Фэн опустил козырёк бейсболки пониже, засунул руки в карманы, и серебряная серёжка в левом ухе блеснула на солнце. — Или я помешал тебе играть на рояле и говорить о любви?
— Да ладно тебе, — сказала Цзян Мянь. — Я договорилась пообедать с папой. Пойдёшь с нами?
— Ты уверена, что это будет обед, а не ссора? — Цзян Фэн прекрасно понимал ситуацию. — Я пришёл к тебе по делу.
— Какому делу? — удивилась Цзян Мянь. Насколько ей было известно, Цзян Фэн не из тех, кто легко идёт на уступки.
— Я хочу войти в шоу-бизнес, — равнодушно произнёс Цзян Фэн.
Цзян Мянь приподняла бровь:
— Папа никогда не согласится.
— Поэтому я и пришёл к тебе, — сказал Цзян Фэн, устремив взгляд на зелёную листву ивы вдали. — Ты можешь его убедить. И мне нужно, чтобы ты помогла получить место на конкурсе «Сияющая звезда» и гарантировала попадание в десятку лучших.
Цзян Мянь устало провела рукой по лицу. Лёгкий ветерок растрепал её волосы, и она мягко ответила:
— У меня нет таких возможностей.
Цзян Фэн пристально посмотрел ей в глаза. Между ними было не больше шага, но в его глубоких чёрных глазах горела непоколебимая решимость.
— Есть.
Цзян Мянь склонила голову, разглядывая его. Солнечные лучи мягко освещали его профиль, и на мгновение она словно застыла.
— Организатор этого конкурса — компания «Юаньдао», а судьёй выступает Лу Синъе.
Эта фраза надолго выбила Цзян Мянь из колеи.
Жаркое солнце палило землю, вокруг сновали студенты, а Цзян Мянь и Цзян Фэн стояли напротив друг друга. Наконец она нарочито спокойно сказала:
— Мы с ним давно расстались.
Цзян Фэн усмехнулся:
— Но я верю, что ты справишься.
«Юаньдао» — агентство, основанное Лу Синъе собственными усилиями после его дебюта в индустрии развлечений. Под его крылом сейчас несколько популярных актрис второго эшелона, но настоящих звёзд первого плана почти нет — главная звезда компании сам Лу Синъе. Поэтому агентство решило запустить новых исполнителей через конкурс.
В последние годы такие шоу набирают всё большую популярность: множество тренированных участников готовы вернуться из-за границы, а фанаты охотно поддерживают их. Достаточно быть красивым и профессиональным — и можно быстро завоевать армию поклонников. После победы на таком конкурсе, даже если не достичь уровня Лу Синъе, вполне реально пробиться в топ, снявшись в паре сериалов или поучаствовав в нескольких шоу.
Цзян Мянь вздохнула. Она не понимала, почему Цзян Фэн так упрямо настаивает именно на этом пути, зная, как отец ненавидит шоу-бизнес.
— Мы действительно расстались, и очень окончательно, — терпеливо объяснила Цзян Мянь. Она всегда испытывала противоречивые чувства к этому младшему брату.
После смерти матери тётя Цинь некоторое время заботилась о ней, и именно в тот период родился Цзян Фэн. Через три года после его рождения тётя Цинь исчезла, а когда вернулась, Цзян Фэну уже исполнилось пятнадцать. Его дерзкий, вызывающий взгляд напоминал ей самого молодого Лу Синъе.
Она искренне хотела сблизиться с ним, но весь он был словно в иголках.
Цзян Фэн проигнорировал её слова и с лёгкой усмешкой спросил:
— А когда вы виделись с ним в последний раз?
Цзян Мянь: «…»
Она хотела сказать «пять лет назад», но, глядя в эти глаза, так похожие на глаза отца, не смогла соврать и пробормотала:
— Позавчера.
— Вот видишь, — внезапно рассмеялся Цзян Фэн. Его губы изогнулись в идеальной улыбке, и холодность в его взгляде сменилась азартом. Он небрежно положил руку ей на плечо и слегка притянул к себе:
— Сестра.
Цзян Мянь облизнула губы и почувствовала, как внутри всё похолодело.
И точно — в следующее мгновение Цзян Фэн сказал:
— Лу Синъе не откажет тебе. Я серьёзно настроен войти в шоу-бизнес.
Цзян Мянь задумалась на мгновение:
— Цзян Фэн, почему ты не можешь пробиться сам? Зачем тебе моя помощь?
Рука Цзян Фэна на её плече слегка напряглась. Ему было больно слышать этот мягкий, полный сожаления голос, но что поделать? Всё это они сами заслужили.
То, что ему когда-то забрали, теперь должно быть возвращено.
Он легко усмехнулся:
— Сестра, ты ведь знаешь, мы с ним никогда не найдём общего языка. А мне важен только результат, не путь к нему. К тому же, тебе нужно лишь обеспечить мне место в десятке. Всё остальное я сделаю сам. Если у меня не хватит сил, я не стану позориться.
Цзян Мянь пристально смотрела на него. По внешности Цзян Фэн точно станет звездой. Она слышала его песни — в них чувствовался настоящий талант. Ему нужно лишь немного помочь, и он сам проложит себе дорогу.
Но просить об этом Лу Синъе?
Да ты что! Разве этого мало для унижения?
— Я попробую уговорить папу помочь тебе, — сказала Цзян Мянь.
Цзян Фэн покачал головой:
— Сестра, ты же понимаешь: без Лу Синъе здесь не обойтись.
Цзян Мянь оказалась перед дилеммой. В последнее время ей постоянно приходилось делать выбор, и особенно тяжело, когда этот выбор ставит перед ней человек, которого она не может игнорировать.
Казалось, Лу Синъе стоял в тупике, и кто-то невидимый хлестал её кнутом, заставляя двигаться прямо к нему. А она отчаянно пыталась убежать.
Но…
Помолчав, она с трудом кивнула — тем самым дав согласие.
*
На этой неделе в Юньчэне стояла прекрасная погода. Цзян Мянь жила по прежнему расписанию, но в душе тяготело что-то тяжёлое, и ничто не приносило радости.
В пятницу после занятий она собирала вещи в офисе. Чэн Цянь, сидевший за соседним столом, то и дело бросал на неё многозначительные взгляды. Когда она закончила, он наконец неуверенно заговорил:
— Учительница Цзян, у вас… есть планы на вечер? Я хотел бы пригласить вас… поужинать.
Цзян Мянь нахмурилась и вдруг вспомнила студенческие шутки в понедельник. Она слегка усмехнулась:
— У меня встреча с подругой. Может, в другой раз?
Фраза «встреча с подругой» — проверенный способ выйти из неловкой ситуации.
На самом деле она действительно договорилась с Гэн Цаньцань пойти в хот-пот.
Но едва она произнесла это, как раздался звонок. Из динамика послышался громкий вопль Гэн Цаньцань:
— Мяньмянь, я умираю! Уууу! Мама заставляет меня ехать домой на свидание вслепую! Моим женихом будет соседская собака! Я сейчас повешусь!
Цзян Мянь: «…»
Ей стало неловко. Она бросила взгляд на Чэн Цяня и заметила, как тот с интересом наблюдает за ней, явно заподозрив, что она солгала.
Она кашлянула и мягко сказала:
— Я уже почти собралась. Может, поговорим за ужином?
Гэн Цаньцань зарыдала:
— Есть?! Есть?! Да пошла она прочь! Сейчас же собираю вещи и еду домой! Мама сказала, если я не вернусь, она сама пришлёт того пса за мной! Я не переживу такого позора! Ешь хот-пот сама!
Цзян Мянь вздохнула:
— Разве Цинь Му такой ужасный? Всё-таки доктор наук, вернувшийся из-за границы. Внешность на восемь баллов, обаяние на девять. Ты сама даёшь ему десять — почему бы просто не попробовать?
Гэн Цаньцань снова зарыдала:
— Сестрёнка, будь человеком! Для меня его десять баллов — это десять тысяч, нет, сто миллионов! Только тогда он получит мои десять. Он — собака! Я скорее выйду замуж за свинью, чем за него! Уууу, как же тяжко! Даже хот-пот не спасёт! Еду домой. Завтра приходи ко мне — будем на встрече одноклассников.
Цзян Мянь: «…»
Она даже не успела ответить — связь оборвалась.
Цзян Мянь посмотрела на Чэн Цяня, который с надеждой смотрел на неё, и не знала, кому сочувствовать больше — Гэн Цаньцань или себе.
Эта Гэн Цаньцань! В самый неподходящий момент подводит! Не могла подождать хотя бы до выхода из офиса?
Собравшись с духом, она натянула вежливую улыбку, подняла телефон и сказала Чэн Цяню:
— Простите, что услышали эту сцену. Мне неловко стало.
Чэн Цянь поспешно замахал руками:
— Ничего страшного! Поскольку у вашей подруги возникли проблемы… может, вы позволите мне угостить вас ужином?
Он тут же добавил, словно испугавшись своего предложения:
— В прошлый раз вы ушли недовольной… Я просто хочу извиниться.
Цзян Мянь: «…» Что тут скажешь? Придётся идти.
Она продолжала собирать вещи и сказала:
— Я не держу зла за тот случай. Вам не стоит чувствовать вину — я тоже была не права.
Чэн Цянь уже собрался и стоял у двери. Он с недоумением спросил:
— В тот день вы даже бейдж носили… Я подумал, что вы неравнодушны к нему. Оказалось, ошибся. Друзья правы — я совершенно не понимаю женщин.
— Они?
— Ну, мои друзья, — смутился Чэн Цянь, опустив голову и пнув ногой маленький комок бумаги, пока тот не оказался в корзине. — У меня раньше была девушка… Не знаю, почему она со мной рассталась. Друзья сказали — потому что я слишком скучный.
— Правда? — улыбнулась Цзян Мянь. — Я думала, вы никогда не были в отношениях.
Это была просто шутка, но Чэн Цянь принял её всерьёз:
— Да, похоже, так и есть.
— Вы сами за ней ухаживали? — с улыбкой спросила Цзян Мянь.
Чэн Цянь покачал головой:
— Она сама меня выбрала. А потом сказала, что я слишком деревянный, и ушла к одному нашему другу.
Цзян Мянь: «… Простите.»
Лёгкая атмосфера в офисе мгновенно стала неловкой. Зачем она вообще копнула эту тему?
Но Чэн Цянь лишь пожал плечами:
— Ничего страшного. Я даже подарок на свадьбу им сделал. У них родился очаровательный малыш — мой крёстный сын.
Цзян Мянь: «…» У этого человека необычайно широкая душа.
Когда Цзян Мянь закончила собираться, они уже перешли от личных тем к обсуждению недавних уроков. Коллегам, видимо, не стоит говорить о чувствах — безопаснее обсуждать работу.
Поскольку Чэн Цянь приглашал, место выбирал он. Цзян Мянь не ожидала, что он снова приведёт её в тот же японский ресторан.
Рядом с музыкальной академией Юньчэна самый аутентичный японский ресторан — именно этот. В понедельник она уже обедала здесь с отцом.
В прошлый раз они заказали частную комнату, но на этот раз Цзян Мянь выбрала обычный столик у окна. Частная комната стоила на тысячу юаней дороже, и хотя для Цзян Мянь это не имело значения, всё-таки Чэн Цянь платил — не стоило его тратить.
Она уверенно заказала несколько блюд с хорошим соотношением цены и качества и передала меню Чэн Цяню. Тот добавил самое дорогое блюдо. Цзян Мянь удивилась:
— Это блюдо дорогое, но не стоит своих денег. Скорее, как «Петрушка» — требует высокого мастерства, но по сути это просто микс.
Чэн Цянь неловко почесал затылок:
— Я редко ем в ресторанах и не разбираюсь. Друзья сказали: если приглашаешь девушку, нельзя быть скупым.
Цзян Мянь улыбнулась и добавила в заказ ещё два блюда:
— Но это не значит, что обязательно брать самое дорогое. Иногда девушкам важен не счёт, а внимание.
Чэн Цянь покачал головой:
— Женщины — загадка. Как вино: сначала кажется, что можно выпить, но после первого бокала уже не в состоянии стоять на ногах.
Цзян Мянь промолчала. Для человека вроде Чэн Цяня, целиком погружённого в фортепиано и преподавание, женщины, вероятно, сложнее, чем «Сверхтехнические этюды».
Но Чэн Цянь вдруг перевёл взгляд на неё:
— Хотя учительница Цзян совсем не загадочна. Вы словно стеклянная бутылка — прозрачная и понятная. С вами не нужно гадать.
http://bllate.org/book/10542/946467
Готово:
