Ли Сиси недоверчиво распахнула глаза:
— Чёрт! Какой мерзавец?!
Цзян Ту нахмурился, его взгляд стал ледяным. Сюй Сянъян огляделся вокруг с нахмуренными бровями: кто, чёрт возьми, осмелился?
Одноклассники перевели взгляды на Чжу Синъяо.
Для Чжу Синъяо это был первый раз в жизни, когда её так оскорбили — да ещё и одноклассником! Ощущение было ужасное. Она поморщилась, явно чувствуя себя униженной. Снизу донёсся голос учителя:
— Электричество скоро вернётся! Все успокойтесь, не шумите и не ходите без дела!
Зажигалка всё ещё горела, пламя дрожало.
Цзян Ту посмотрел на Чжу Синъяо и глухо произнёс:
— Садись пока на место.
Едва они уселись, как вдруг вспыхнул свет.
Электричество вернулось.
Цзян Ту бросил раскалённую зажигалку на стол. Чжу Синъяо сидела, опустив голову; её тонкая белая шея выглядела особенно хрупкой. Он взглянул на неё, затем встал и вышел. Проходя мимо парты Чжан Шэна, он опустил глаза на его обувь. На Чжан Шэне были красные кроссовки за несколько тысяч юаней: левый начищенный до блеска, а правый — с сероватым пятном на носке.
Чжан Шэн почувствовал себя неловко под его взглядом и нахмурился:
— Ты чего уставился? Всё равно не купишь себе таких!
Едва он договорил, как по щеке его ударили кулаком. Он вскрикнул от боли — из уголка рта потекла кровь.
Одноклассники испуганно ахнули. Чжан Шэн, оглушённый ударом, даже не успел опомниться, как Цзян Ту схватил его за воротник и врезал спиной о стену. Голова Чжан Шэна глухо стукнулась о бетон. Цзян Ту был жесток и беспощаден — кулак за кулаком в живот.
Сюй Сянъян первым пришёл в себя и бросился разнимать:
— Да что ты делаешь?! Зачем дерёшься?!
Цзян Ту оттолкнул его и влепил Чжан Шэну ещё один удар в лицо. Тот завопил от боли.
Сюй Сянъян снова попытался вмешаться:
— Хватит! Так и вправду дело плохо кончится! Даже если не до смерти, точно получишь взыскание!
Чжу Синъяо некоторое время стояла в оцепенении, но вдруг всё поняла. Она подбежала и потянула Цзян Ту за край рубашки, тихо прошептав:
— Не надо больше.
Цзян Ту замер. Его лицо по-прежнему было мрачным. Он подтащил Чжан Шэна к Чжу Синъяо и холодно бросил:
— Извинись перед ней.
Чжан Шэн был весь в синяках, лицо пылало от боли, живот будто горел. Он тяжело дышал и, сверкая глазами от ярости, прорычал Цзян Ту:
— Да за что?! Я ничего не делал!
Цзян Ту продолжал держать его за воротник и ледяным тоном повторил:
— Извинись перед ней.
Чжу Синъяо нахмурилась, глядя на Чжан Шэна.
В классе воцарилась полная тишина — все наблюдали за происходящим.
Чжан Шэн вдруг схватил со стола ручку и рванулся вперёд, целясь остриём в лицо Цзян Ту. Тот отпрянул, схватил его за запястье — и в этот момент у двери раздался гневный окрик:
— Кто разрешил вам драться?!
Цзян Ту замер. Чжан Шэн, потеряв контроль, воспользовался моментом и рванулся вперёд.
Цзян Ту не успел увернуться полностью — стержень ручки скользнул по его шее, оставив жгучую боль и жар.
Цао Шуцзюнь ворвался в класс и резко оттащил Чжан Шэна. Увидев его избитое лицо, он на секунду замер, потом перевёл взгляд на Цзян Ту и нахмурился:
— Что вообще происходит?
— Ту-гэ, у тебя… кровь течёт, — дрожащим голосом сказала Чжу Синъяо.
Она смотрела на рану на его шее — там, где стержень ручки прорезал кожу. Его длинная, белая шея была испачкана двумя алыми полосками, которые стекали вниз, пачкая синий воротник школьной формы. Она быстро схватила пару салфеток и приложила к ране.
Цзян Ту сам прижал салфетку, опустив на неё взгляд.
Лицо Чжу Синъяо побледнело. Если бы Чжан Шэн чуть сместил руку…
Цао Шуцзюнь глубоко вздохнул:
— Сюй Сянъян, отведи их в медпункт. Пусть Цао Минь поможет.
Чжан Шэн словно сошёл с ума — его еле удерживали. Сюй Сянъян посмотрел на Цзян Ту. Тот убрал салфетку — кровь уже почти не текла. Он нахмурился:
— Мне не нужно идти.
Чжу Синъяо не согласилась:
— Надо сходить в больницу и сделать укол от столбняка. Это же рана от ручки.
Цзян Ту опустил на неё глаза и тихо ответил:
— Завтра утром сделаю в медпункте.
Цзян Ту вызвали на разговор к Цао Шуцзюню и вернулся лишь под конец урока. Чжу Синъяо вместе с Ли Сиси сходили в медпункт за медицинским спиртом и ватными палочками. Как только он сел, она повернулась к нему с ватной палочкой:
— Давай обработаю рану.
Порез был заметным — покрасневший, с повреждённой кожей, явно болезненный.
Цзян Ту снял очки и посмотрел на неё. Его глаза были тёмными, как ночь. Он коротко кивнул:
— Мм.
Чжу Синъяо придвинулась ближе и очень осторожно начала протирать рану спиртом. Она заметила, как его кадык слегка дрогнул. Её движения на мгновение замерли, и она тихо спросила:
— Больно?
— Нет, — ответил он низким, слегка хрипловатым голосом.
Чжу Синъяо вдруг занервничала. Она ускорила движения, и как раз в этот момент прозвенел звонок с урока. Все начали собирать вещи, чтобы идти домой. Цзян Ту тоже встал.
Чжу Синъяо подняла голову:
— Подожди!
Она порылась в рюкзаке и достала два пластыря — розовых, с мультяшными рисунками.
Цзян Ту слегка замер.
Она отклеила защитную бумагу и, вставая, пробормотала:
— Не смейся над розовым цветом. Я знаю, у тебя дома полно пластырей. Просто дома поменяешь на другой.
Цзян Ту опустил на неё взгляд. Чжу Синъяо подошла ближе и аккуратно наклеила пластырь, слегка прижав пальцами. В этот момент мимо проходил одноклассник, и его рюкзак случайно толкнул её в спину. Она пошатнулась вперёд — и её губы нечаянно коснулись подбородка Цзян Ту.
Оба замерли. Сердце Чжу Синъяо заколотилось. Она поспешно отпрянула назад, не решаясь взглянуть на него — видел ли кто-нибудь?
Ли Сиси, закончив разговор с Сюй Сянъяном, обернулась:
— Звёздочка, можно идти?
Чжу Синъяо прикусила губу и, опустив голову, стала собирать рюкзак:
— Сейчас.
За окном разразился ливень. Ветер, врывавшийся в распахнутое окно, нес с собой сырость и запах мокрой земли. Цзян Ту повернулся к окну и глубоко вдохнул. Потом обернулся к ней — лицо его уже было спокойным.
— Я пошёл, — сказал он ровно.
Чжу Синъяо торопливо подняла глаза:
— Не забудь завтра утром сделать укол от столбняка!
Цзян Ту едва заметно кивнул и вышел.
В пять часов утра Цзян Ту резко проснулся, тяжело дыша. Он открыл глаза и уставился в темноту потолка, затем закрыл лицо ладонью и глубоко вдохнул. Через несколько секунд он нахмурился, встал и направился в ванную.
Вернувшись с мокрыми волосами, он машинально вытер их и больше не обращал внимания. Не включая свет, он на ощупь достал из ящика пачку сигарет, прикурил одну и прислонился к столу. Это был уже не первый раз, когда ему снилась Чжу Синъяо. После каждого такого сна он чувствовал лёгкое чувство вины.
Цзян Ту провёл пальцем по шее.
Там всё ещё, казалось, оставалось тепло её прикосновения.
История с дракой между Цзян Ту и Чжан Шэном была замята Цао Шуцзюнем. До выпускных экзаменов оставалось совсем немного, да и Цзян Ту считался главным претендентом на звание чжуанъюаня — в такое время нельзя было допускать, чтобы он получил взыскание. Однако родители Чжан Шэна не собирались сдаваться: их сын избит до полусмерти, и виновного обязательно нужно наказать.
В кабинете заведующего учебной частью собрались директор, заместитель директора Лю, Цао Шуцзюнь, родители Чжан Шэна и сам Чжан Шэн. Цзян Ту стоял один, с каменным лицом, образуя с ними треугольник.
Отец Чжан Шэна был вне себя:
— Это он первый начал, верно?
Заместитель Лю старался сохранять спокойствие:
— Успокойтесь, пожалуйста. Цзян Ту — образцовый ученик. Он не стал бы без причины нападать.
— То есть тот, кто первым ударил, ещё и прав? — возмутилась мать Чжан Шэна.
Цзян Ту холодно посмотрел на них:
— А вы спросите своего сына, что он натворил.
На лице Чжан Шэна, и так исписанном синяками, вспыхнул румянец — теперь он выглядел ещё хуже.
— А у тебя есть доказательства? Было же темно! Откуда ты знаешь, что это я? — выпалил он.
Цзян Ту вдруг усмехнулся — насмешливо и презрительно:
— А у тебя есть доказательства, что это не ты?
Отец Чжан Шэна указал на Цзян Ту и обратился к директору:
— Вы видите, в каком он тоне разговаривает?! Без строгого выговора и компенсации морального и физического ущерба мы не уйдём!
— Тогда пусть ваш сын будет исключён из школы за домогательства ко мне, — холодно произнесла Чжу Синъяо, появившись в дверях кабинета.
Рядом с ней стоял Чжу Юньпин.
Цзян Ту поднял на неё глаза и слегка нахмурился.
Они вошли в кабинет. Чжу Юньпин посмотрел на отца Чжан Шэна:
— Я услышал, что мою дочь в классе оскорбили. И этим человеком оказался ваш сын. Мы не можем оставить это без последствий. Не хотите же вы, чтобы я вызвал полицию?
Он перевёл взгляд на Чжан Шэна. Тот, несмотря на свои восемнадцать лет, при упоминании полиции начал терять уверенность. Под пристальным взглядом Чжу Юньпина он вскоре опустил голову.
Родители переглянулись. Отец Чжан Шэна спросил сына:
— Домогательства? Что это значит?
Чжан Шэн не сказал правду. Он упомянул лишь драку из-за девушки, но не назвал её имени. Люди всегда инстинктивно выбирают, кого бояться. Чжан Шэн мог позволить себе кроссовки за несколько тысяч, но Чжу Синъяо играла на виолончели стоимостью в миллион. Семья Чжу явно состоятельнее их. Если то, что сказала Чжу Синъяо, правда, у них нет никаких шансов.
Чжан Шэн молча опустил голову.
Цао Шуцзюнь вздохнул:
— Я предлагаю уладить это миром. До экзаменов осталось совсем немного. Не стоит портить детям настроение и мешать подготовке.
Отец Чжан Шэна всё ещё хотел наказать Цзян Ту, но Чжу Юньпин холодно заявил:
— Раз так, тогда вызываем полицию.
Не было никаких оснований позволять Цзян Ту защищать его дочь, а потом самому не встать на его сторону. Поступок Чжан Шэна действительно заслуживал побоев.
В итоге конфликт замяли, обошлось без официальных последствий.
Выходя из кабинета, Цзян Ту сказал Чжу Юньпину:
— Спасибо, дядя.
Чжу Юньпин окинул взглядом высокого парня — тот был даже чуть выше него самого. Он хорошо запомнил Цзян Ту ещё с больницы и теперь похлопал его по плечу:
— Это я должен благодарить тебя. Этого паршивца стоило избить. Жаль, нам, родителям, самим нельзя было этого сделать…
— Пап! — Чжу Синъяо вмешалась, смущённая.
Цзян Ту чуть не получил взыскание, а он тут шутит!
— Ладно, идите на уроки. В следующий раз, если что — сразу зовите родителей, ладно? — сказал Чжу Юньпин, но тут же почувствовал неловкость. Цзян Ту явно был зрелым парнем, а родители, способные набрать долгов и играть в азартные игры, вряд ли были хорошими родителями… Цзян Ту, однако, не выказал никаких эмоций и вместе с Чжу Синъяо направился в класс.
Чжу Юньпин, шагая по коридору, позвонил Дин Юй:
— Всё уладили. Но, знаешь, когда у дочери такая внешность — одни хлопоты. Всегда найдутся какие-нибудь ухажёры, а то и такие типы, как Чжан Шэн… — Он вдруг вспомнил Цзян Ту и задумался: «Неужели этот парень неравнодушен к моей дочери?» — Вздохнув, он добавил: — Мы вырастили настоящую красавицу-беду.
По дороге в класс Цзян Ту и Чжу Синъяо молчали. Чжу Синъяо всё ещё смущалась из-за случайного поцелуя прошлой ночью. Проходя мимо медпункта, она наконец спросила:
— Ты сегодня утром так и не сделал укол?
— Нет, — ответил он. — Сделаю в обед. Не переживай.
Чжу Синъяо кивнула:
— Тогда пойду с тобой.
Цзян Ту на секунду замер:
— Хорошо.
В обеденное время Чжу Синъяо не смогла составить ему компанию — Чжан Шэна в туалете избили, и нападавшим оказался Лу Цзи. Сразу после звонка с урока Ли Сиси таинственно утащила её в «секретную базу» — на крышу учебного корпуса.
Туда редко кто заходил, если не было занятий. Раньше именно здесь любили собираться Лу Цзи, Сюй Сянъян и другие участники олимпиад.
Чжу Синъяо остановилась у двери на крышу:
— Так вы с Сюй Сянъяном здесь тайно встречаетесь?
Ли Сиси покраснела:
— Да что ты! Иногда заходим, и всё!
— Тогда зачем меня сюда привела?
— Это я попросил её привести тебя, — раздался голос из угла.
Из тени вышел Лу Цзи, засунув руки в карманы. Он посмотрел на неё.
Чжу Синъяо удивлённо уставилась на него. Ли Сиси тихо сказала:
— Я подожду внизу.
На крыше дул сильный ветер, растрёпывая им волосы. Форма Чжу Синъяо надулась, как парус. Она вышла вперёд и прижалась спиной к стене, подняв на него глаза:
— Зачем ты избил Чжан Шэна? Если бы тебя поймал учитель?
Лу Цзи встал рядом, наклонил голову и улыбнулся:
— Неужели я должен был спокойно смотреть, как тебя обижают?
Он хотел добавить: «Ты ведь моя девушка. Конечно, я должен защищать тебя».
Но Чжу Синъяо, похоже, решила, что их отношения прекратились, когда директор Лю разлучил их. Хотя они так и не говорили друг другу «расставание».
Чжу Синъяо растерялась и не знала, что сказать. Лу Цзи схватил её за запястье и потянул вперёд. Она испуганно огляделась:
— Куда ты?!
Они обошли угол здания — там стоял маленький столик, на котором лежали несколько одноразовых контейнеров с едой из того самого ресторана, где он праздновал день рождения.
Лу Цзи отпустил её руку, открыл контейнеры и посмотрел на неё:
— Давно не ели вместе. Пообедаем перед уходом?
Он добавил:
— Я сегодня не ходил на занятия — специально съездил в город за едой.
Чжу Синъяо села. Она отправила Цзян Ту сообщение:
[Ту-гэ, ты сможешь сам сходить сделать укол от столбняка?]
Через некоторое время пришёл ответ:
[Хорошо.]
Через двадцать минут Чжу Синъяо первой спустилась вниз. Ли Сиси выбежала из лаборатории и взяла её под руку. Когда они шли в класс, Ли Сиси соединила указательные пальцы и, улыбаясь, спросила:
— Ну что, целовались наверху?
http://bllate.org/book/10516/944564
Готово:
