Дела в семье Лао Лю ещё не уладились, и новый водитель оказался ещё более тихим и простодушным — всё, что скажет Чжу Синъяо, он и делал. После звонка они вышли из переулка и свернули на следующую улицу.
Через десять минут они добрались до закусочной с утиным кровяным супом и лапшой.
Заведение работало допоздна, уже подавали ночные заказы, и внутри было шумно и оживлённо.
Чжу Синъяо заказала миску утиного кровяного супа с лапшой, порцию жареных пирожков и бутылочку соевого молока.
Она просто умирала от голода. Пока ждала еду за столиком, не отрывая глаз смотрела на окошко выдачи. Цзян Ту, прислонившись к спинке стула, впервые видел её такой — ему показалось это одновременно забавным и трогательным, и взгляд невольно стал мягче.
Через несколько минут раздался вызов по номеру.
Цзян Ту встал:
— Я схожу за едой.
Они давно уже были на короткой ноге. Чжу Синъяо доверяла ему безоглядно и совершенно не стеснялась — ведь именно так он на неё действовал. Как только поднос опустился на стол, она даже не стала разговаривать с Цзян Ту, а взяла расщеплённые им одноразовые палочки и, опустив голову, сразу же начала есть, пробормотав сквозь укус:
— Умираю с голоду…
Цзян Ту сидел напротив, расслабленно откинувшись на спинку стула, и прямо, открыто смотрел на неё.
Ведь она этого не видела.
Значит, можно позволить себе чуть больше вольности.
Даже сильно проголодавшись и едя быстро, Чжу Синъяо сохраняла изящную манеру. Когда острое чувство голода немного улеглось, она повернулась и, обхватив соломинку губами, сделала большой глоток соевого молока, после чего наконец подняла глаза на Цзян Ту. Он чуть пошевелился, и очки соскользнули с высокого переносицы, скрыв все эмоции.
Чжу Синъяо с удовольствием прищурилась:
— Ах, теперь-то я наконец пришла в себя.
Цзян Ту поправил очки и спокойно напомнил:
— В следующий раз так не делай, вредно для желудка.
— Обычно я так не ем, сегодня просто особый случай… — возразила Чжу Синъяо, снова беря палочки и глядя на него. — Хочешь немного? Жареных пирожков, наверное, не осилю…
В итоге два пирожка остались нетронутыми.
Она действительно больше не могла.
Цзян Ту взглянул на неё, достал новую пару палочек и тихо сказал:
— Не стоит выбрасывать еду.
Чжу Синъяо на миг замерла, глядя, как он доедает оставшиеся два пирожка. Что-то в этом показалось ей странным. Если бы он ел вместе с ней — ничего особенного. Но сейчас… получалось, будто он ест то, что она не доела.
Она растерянно задумалась, но Цзян Ту уже встал и, ничем не выдавая своих чувств, произнёс:
— Пора идти. Тебе пора домой.
— Ах, точно.
Чжу Синъяо поспешно поднялась. Его спокойствие и естественность были такими убедительными, что она сама начала сомневаться: не слишком ли много воображает? Просто Цзян Ту не любит тратить еду впустую. Она последовала за ним, выходя из заведения, и заметила, что на настенных часах уже десять двадцать.
Едва эта мысль мелькнула, как зазвонил телефон.
Звонила Дин Юй.
Конечно, родители вернулись домой и не нашли её — вот и звонят.
Цзян Ту услышал, как девушка за его спиной нежно и ласково объясняется с родителями, что уже едет домой. Он обернулся.
Как раз в этот момент они вышли на улицу и направились к месту, где стояла машина. Там же, через дорогу, появился Чэнь И в окружении компании друзей. Один из них ткнул пальцем:
— Эй, да это же Цзян Ту! Ну надо же, только что его кредиторы гонялись, а теперь он уже с девушкой гуляет. Видимо, красивым парням неважно — богаты они или нет, всё равно девчонки сами липнут.
Чэнь И посмотрел в указанном направлении и действительно увидел Цзян Ту рядом с девочкой в школьной форме. Её стройная фигура, хвостик с лёгкими завитками на концах, развевающийся по спине — это была та самая Чжу Синъяо, которую он видел в переулке.
Другой парень восхищённо добавил:
— Это та, что в переулке? Я лицо видел — красотка!
— Да уж, красотка, — протянул Чэнь И. — Цзян Ту, оказывается, не промах.
Пока они переходили дорогу, Цзян Ту и Чжу Синъяо уже скрылись за углом.
В переулке Хэси, кроме торговой улицы, где фонари горели ярко, повсюду царила полутьма. Лампы мерцали так, будто вот-вот погаснут от малейшего громового раската. Машина Чжу Синъяо стояла у старого жилого дома, и водитель предусмотрительно включил фары, чтобы осветить путь.
За несколько десятков метров до автомобиля Цзян Ту остановился, взглянул на машину и, опустив глаза на Чжу Синъяо, сказал:
— Иди домой.
Октябрь уже наступал, и разница между дневной и ночной температурой становилась всё ощутимее. Чжу Синъяо потерла худые белые руки и, улыбнувшись ему, сказала:
— Тогда я пошла.
Она сделала несколько шагов назад, помахала рукой и побежала к машине.
Спустя несколько секунд:
— Чжу Синъяо.
Он окликнул её.
Чжу Синъяо обернулась и, стоя под лунным светом и в свете тусклого фонаря, весело спросила:
— А?
Цзян Ту пристально посмотрел на неё и слегка приподнял уголки губ:
— В следующий раз не рассказывай никому, что в больнице дают скидки. Кто, кроме Линь Цзяйюй, в такое поверит?
Чжу Синъяо:
— …
Она не знала почему, но, хотя он и говорил про «такую дурочку, как Линь Цзяйюй», ей казалось, что он прямо ей говорит: «Дурочка». Только дура могла придумать такую отговорку про скидки в больнице…
Лёгкий румянец выступил на её щеках, и она недовольно бросила:
— Каждый раз, когда ты надо мной смеёшься, мне кажется, будто я совершила какую-то глупость.
Цзян Ту наклонил голову и тихо рассмеялся:
— Потому что ты и правда немного глупишь.
Чжу Синъяо:
— …
Ладно, теперь он прямо в лицо её обозвал.
Цзян Ту перестал улыбаться и серьёзно посмотрел на неё:
— В следующий раз так не делай. Иди домой.
Чжу Синъяо подумала и сказала:
— Только никому не говори.
Цзян Ту кивнул и подбородком указал на машину. Она улыбнулась, помахала рукой и побежала прочь.
Цзян Ту засунул руки в карманы и проводил взглядом уезжающую машину, прежде чем сам отправиться домой.
Вернувшись в переулок Хэси, он увидел, как Линь Цзяйюй, подпрыгивая на одной ноге, выскочила из дома и, опершись на косяк, закричала:
— Почему ты так долго?
— Пошёл поесть, — ответил он, остановившись на месте и подняв на неё глаза. — Вы там в переулке столкнулись с Чэнь И. Он что-нибудь сделал?
— Нет, как раз в этот момент вернулся папа, и они ушли, — сказала Линь Цзяйюй.
Цзян Ту кивнул и направился внутрь. За его спиной снова раздался голос:
— Эй!
Он обернулся:
— Что ещё?
Линь Цзяйюй смущённо потупилась:
— Спроси у Чжу Синъяо… сколько стоил больничный счёт. Папа сказал, что в больнице не бывает скидок, значит, она за меня заплатила… Мне нужно вернуть ей деньги.
— Сама спрашивай.
— У меня же нет её номера!
Цзян Ту взглянул на неё и продиктовал цифры:
— Запомнила?
Линь Цзяйюй:
— …
Она растерялась — как тут запомнишь!
Цзян Ту явно начал терять терпение, вытащил телефон из кармана и бросил:
— Сейчас пришлю тебе.
Через минуту телефон Линь Цзяйюй, лежавший на столе, завибрировал. Она подпрыгнула обратно, открыла сообщение и вдруг почувствовала странность: Цзян Ту ведь сразу же назвал номер Чжу Синъяо наизусть?
На следующее утро, едва Цзян Ту вышел из дома, как увидел Линь Цзяйюй, которая, опираясь на самодельную костыльную палку, прыгала к нему навстречу с другой стороны улицы.
— Цзян Ту, какой у меня номер телефона? — спросила она, как только он приблизился.
Цзян Ту остановился.
— Ты ведь не помнишь, — фыркнула она.
— Ты думаешь, у меня такая же память, как у тебя?
Цзян Ту презрительно взглянул на неё и пошёл дальше.
Линь Цзяйюй:
— …
Это он её называет забывчивой или просто глупой?
Чжу Синъяо получила сообщение от Линь Цзяйюй вскоре после завтрака. Та писала, что хочет вернуть деньги. Прочитав это, Чжу Синъяо вздохнула: ну конечно, отговорка про «скидки в больнице» была слишком глупой — Линь Цзяйюй всё поняла.
В гостиной стояли чемодан и футляр от виолончели. Чэнь Лань сейчас находилась в Пекине и выделила несколько занятий специально для неё — скоро ехать в аэропорт.
Чжу Юньпин поднял чемодан и, улыбаясь, спросил:
— О чём вздыхаешь?
Чжу Синъяо покачала головой:
— Ни о чём. Просто глупость совершила… Пап, не спрашивай. Пойдём скорее в аэропорт.
Чжу Юньпин тоже покачал головой:
— Вот и выросла — ничего нам больше не рассказываешь.
Дин Юй подхватила футляр от виолончели и подгоняла:
— Ладно, пошли, а то опоздаем.
Семья вышла из дома. Чжу Синъяо села в машину и только тогда ответила Линь Цзяйюй:
[Тебе пока надо хорошо лечиться. С деньгами разберёмся в школе.]
…
После окончания праздников, так как нога Линь Цзяйюй ещё не до конца зажила, а родителям нужно было на работу, Цзян Ту вынужден был подвозить её в школу. У самых ворот их остановил директор Лю, повысив голос:
— Эй, вы что тут делаете?
Цзян Ту нахмурился и холодно пояснил:
— У неё травмирована нога.
Проходящие мимо ученики начали оборачиваться. Линь Цзяйюй поспешно слезла с велосипеда, едва коснувшись земли здоровой ногой, и тоже стала объяснять:
— У меня и правда нога болит.
Директор Лю с сомнением осмотрел её:
— Как получила травму?
Школьники зашептались. Линь Цзяйюй никогда раньше не оказывалась в центре такого внимания и покраснела.
В этот момент подошла Чжу Синъяо и, увидев происходящее, сразу же поддержала Линь Цзяйюй, обращаясь к директору:
— Директор, у неё и правда нога повреждена. Я сама с ней в больницу ходила.
Директор Лю знал Чжу Синъяо и поверил её словам:
— Ладно, проходите.
Чжу Синъяо взглянула на Цзян Ту:
— Я провожу её внутрь.
Цзян Ту кивнул и уехал на велосипеде.
Чжу Синъяо и Линь Цзяйюй вошли в школу. Линь Цзяйюй благодарно посмотрела на подругу и тихо сказала:
— Директор наверняка подумал, что между мной и Цзян Ту что-то есть. Хорошо, что ты подошла. Если бы не травма, Цзян Ту никогда бы не согласился меня подвезти… Кто бы мог подумать, что в первый же раз, как я сяду к нему на велосипед, нас поймает директор.
— Ты впервые садишься к нему на велосипед?
Чжу Синъяо удивилась. Ведь Линь Цзяйюй и Цзян Ту с детства вместе росли.
— Да, — подтвердила Линь Цзяйюй. — Если бы не нога, он бы точно не повёз меня.
Чжу Синъяо вспомнила, как он возил её в прошлый раз, и почувствовала лёгкое волнение, но не успела разобраться в своих чувствах, как кто-то сзади обнял её. Она вздрогнула от неожиданности, а Ли Сиси, выскочив из-за спины, радостно засмеялась:
— Испугалась?
Чжу Синъяо закатила глаза:
— До смерти.
Ли Сиси весело хихикнула, но, заметив, что Линь Цзяйюй странно ходит, удивилась:
— Что с тобой случилось?
Линь Цзяйюй вздохнула:
— Перед праздниками прыгала в высоту и неудачно приземлилась…
— Ах, ничего серьёзного?
— Нет, почти зажило.
Чжу Синъяо и Ли Сиси по обе стороны поддерживали Линь Цзяйюй, пока они поднимались на третий этаж. Линь Цзяйюй вытащила из кармана чуть больше ста юаней и, смущённо улыбаясь, протянула Чжу Синъяо:
— Держи, возвращаю тебе деньги. Спасибо…
Чжу Синъяо взглянула на купюры и вспомнила слова Цзян Ту о том, что она глупит. Сложные чувства охватили её, но она всё же взяла деньги.
До начала утреннего чтения оставалось совсем немного. Цао Шуцзюнь и Се Я поднимались по лестнице, и троица поспешила в класс. Едва Чжу Синъяо вошла, как услышала, как Чжан Шэн смеётся:
— Вы не видели? Сегодня утром Цзян Ту привёз свою девушку, и их у ворот остановил директор Лю!
Кто-то в изумлении спросил:
— Правда?
— Спроси у него самого, он же из соседнего класса, — ответил Чжан Шэн.
Все повернулись к Цзян Ту. Хотя они учились вместе совсем недолго, все уже знали, что Цзян Ту и Чжан Шэн друг друга недолюбливают: Цзян Ту холоден и нелюдим, а Чжан Шэн — язвительный болтун.
Чжу Синъяо стояла в проходе между рядами парт и нахмурилась:
— Не болтай ерунды. Между Цзян Ту и Линь Цзяйюй ничего нет, они просто с детства знакомы. Не надо распространять слухи.
Подобные разговоры могут довести до разговора с учителями, а в худших случаях — и до вызова родителей.
Цзян Ту замер и перевёл взгляд на неё.
Ли Сиси презрительно посмотрела на Чжан Шэна:
— Ты, парень, слишком любопытен для мужчины.
Чжан Шэн:
— …
Сюй Сянъян кашлянул и постучал по столу:
— Хватит шуметь, в коридоре уже учительница.
Чжу Синъяо вернулась на своё место и заметила, что Цзян Ту всё ещё смотрит на неё.
— Что случилось? — тихо спросила она.
Цзян Ту вспомнил, как она только что решительно защищала его, и сердце его сжалось от тёплой, почти болезненной нежности. Она постоянно делала такие вещи — непроизвольно, без всяких задних мыслей, — которые он не мог игнорировать.
Он прищурился и тихо ответил:
— Ничего.
Дин Сян, словно только что очнувшись, обернулся и сказал:
— Чёрт, я уж испугался, что у Ту-гэ и правда появилась девушка.
Ли Сиси моргнула:
— Почему тебя так потрясло, что у Ту-гэ может быть девушка? Ты, кажется, совсем дух потерял.
Дин Сян не задумываясь выпалил:
— Конечно, потрясён! Разве Ту-гэ похож на человека, который способен влюбиться? Совсем нет! Я даже представить не могу, как он будет выглядеть, если полюбит кого-то.
http://bllate.org/book/10516/944544
Готово:
