Личико Шэнь Фу, не больше ладони, утопало в глубоком багряном капюшоне. Бледные щёки, лишённые румянца, словно приглушали её несравненную красоту.
В испуге миндалевидные глаза слегка округлились, наполнившись дымчатой влагой, а нижняя губа, которую она нежно прикусила, побледнела до едва уловимого розоватого оттенка.
Смотрит ли он на неё сейчас?
Шэнь Фу нервно прижимала к себе кошку. В тот самый миг, когда появился Хэлань Чжао, ей показалось, будто её маскировка рухнула.
Едва её влажный взгляд случайно столкнулся со взором Хэланя Чжао, она тут же опустила ресницы, чувствуя себя виноватой. Они слегка дрожали, отбрасывая на веки крошечные тени.
Хэлань Чжао долго смотрел на Шэнь Фу, а затем спокойно опустил тёмные ресницы.
Его указательный палец слегка согнулся и указал на кошку, которую она держала на руках.
Голос мужчины был ровным и сдержанным:
— Это кошка наследника.
Шэнь Фу: «…»
Она моргнула и, заметив жест Хэланя Чжао, вдруг поняла: он говорит о Сюэцюй, а не о ней самой.
«Фух, ложная тревога», — подумала она, но кончики ушей уже предательски залились ярким румянцем.
Девушка облегчённо выдохнула, даже не заметив мерцания в глазах Хэланя Чжао.
Шэнь Фу послушно и мягко сделала несколько шагов к Хэланю Чжао и осторожно протянула ему Сюэцюй.
— Мяу? — Кошка колебалась, поворачивая круглые голубые глаза то на Шэнь Фу, то на Хэланя Чжао.
Но её острые коготки крепко впивались в рукав платья Шэнь Фу. Тонкая ткань уже расползалась по швам, обнажая участок белоснежного запястья.
Белого до ослепления.
Когда Шэнь Фу протягивала кошку, Хэлань Чжао чётко разглядел её слегка розовые ногти, изящные косточки запястья и бледно-голубые венки на белоснежной тыльной стороне ладони.
Тонкий аромат целебных трав, почти растворившийся в благовонном дыму храма, доносился до него порывами ветра.
Шэнь Сяо и Шэнь Минсюй, видя, что выражение лица наследника при взгляде на Фуфу такое же спокойное, как всегда, немного успокоились. Однако они не переставали внимательно следить за каждым движением Фуфу и наследника, ощущая в происходящем что-то странное.
Хотя Хэлань Чжао сидел в инвалидном кресле, его осанка была прямой, а благородная аура — непроницаемой. Когда он молча сжимал губы, в нём было что-то загадочное и недоступное.
Протягивая руку, чтобы принять Сюэцюй из рук Шэнь Фу, большой палец Хэланя Чжао невольно скользнул по её кончикам пальцев — так быстро, будто это было просто миражем. Шэнь Фу ничего не заподозрила.
Хэлань Чжао слегка сжал большой палец, на котором ещё мельком задержалось ощущение её мягкости.
Он невнятно взглянул на Шэнь Фу и произнёс:
— Моей кошке ты очень нравишься.
Сюэцюй свернулась клубочком у него на груди, широко раскрыв кошачьи глаза и уставившись на Шэнь Фу вместе с хозяином. Наклонив пушистую головку, она прищурилась, когда ладонь мужчины неожиданно почесала её:
— Мяу-ууу…
— Правда?.. — Шэнь Фу опустила взгляд и увидела, как длинные, словно из нефрита, пальцы Хэланя Чжао неторопливо гладят Сюэцюй по пушистой шерстке.
Хотя он всего лишь гладил кошку, у Шэнь Фу по тонкой коже на затылке пробежал холодок.
На мгновение она ощутила странный сдвиг во времени и пространстве, будто эти расслабленные движения были направлены не на кошку, а на неё саму. Прикусив нижнюю губу, она тихо пояснила:
— Сюэцюй очень послушная и ласковая ко всем. Так что не то чтобы именно мне…
Даже если Хэлань Чжао и не узнал её сразу, как обещал, Шэнь Фу всё равно волновалась. Её мягкий голосок дрожал, словно мелкие капли дождя, падающие на нежный бутон розы.
Хэлань Чжао чуть приподнял веки и многозначительно произнёс:
— Сюэ…цюй?
— !!
Сердце Шэнь Фу заколотилось. Под пронзительным взглядом Хэланя Чжао ей показалось, будто он уже давно всё раскусил.
Ведь Хэлань Чжао ни разу не упоминал имени кошки. Откуда же она его знает?
Шэнь Минсюй, заметив замешательство сестры, естественно вмешался:
— Ваше высочество, когда Сюэцюй прибежала одна, мы были вместе с моей сестрой. Именно я узнал Сюэцюй и сказал сестре это имя.
Хэлань Чжао слегка кивнул. Из последующих слов Шэнь Минсюя и Шэнь Сяо он узнал её имя и положение.
— Шэнь… Фу.
Язык Хэланя Чжао едва коснулся нёба, беззвучно повторяя эти два иероглифа. Имя звучало для него необычайно мелодично. Его ладонь слегка сжалась в воздухе.
— Сюэцюй очень послушная, да? — спросил он.
Шэнь Фу моргнула, её глаза слегка запотели.
Разве нет?
Хэлань Чжао тихо усмехнулся, разжал слегка сжатую ладонь и показал на суставы пальцев, где виднелись следы засохших царапин.
— Вот что натворила твоя «послушная» Сюэцюй, — произнёс он сдержанно.
Затем добавил с намёком:
— Да ещё и убежала от меня, не издав ни звука.
Евнух Ван, стоявший за спиной наследника, мысленно вздохнул: «…Ваше высочество ведь сами её отпустили! Зачем же теперь вводить в заблуждение госпожу Шэнь?»
И всё же обманутая госпожа Шэнь поверила.
Евнух Ван решил, что наследник просто нашёл девушку забавной и решил подразнить её, поэтому молча стоял позади, делая вид, будто ничего не замечает.
Шэнь Фу опустила глаза и про себя ворчала: «Всё равно, когда я была кошкой, я вела себя хорошо. Это вина Сюэцюй — с меня нечего спрашивать».
Она робко пробормотала:
— Ну… тогда это неправильно с её стороны.
— Мяу?! — Сюэцюй, будто обиженно, уперлась лапками в грудь Хэланя Чжао и жалобно заворковала.
Хэлань Чжао скрыл улыбку в уголках губ и спокойно кивнул:
— Генерал Шэнь рассказывал мне одну народную примету.
Шэнь Фу машинально посмотрела на отца, который стоял рядом с поясным мечом в защитной позе. И действительно, старый отец спокойно и уверенно кивнул, подтверждая, что такая примета существует.
Шэнь Фу удивилась: с чего вдруг её отец стал таким разговорчивым с наследником?
Хэлань Чжао продолжил ровным тоном:
— Говорят, если кошка пропадает — это к убыткам и бедам. А если её находят — обязательно к богатству и защите от несчастий. Наследник ещё не поблагодарил госпожу Шэнь за то, что вернула кошку и тем самым уберегла меня от беды.
Слова «госпожа Шэнь» прозвучали в его низком голосе с неуловимым оттенком двусмысленности — внешне сдержанно и официально, но с тонким намёком на флирт.
Шэнь Фу этого не уловила.
Она прикусила губу, подумала и с лёгкой улыбкой ответила:
— Раз Сюэцюй уже нашлась, значит, Ваше Высочество непременно обретёте богатство и избежите бед.
Уже нашлась?
Да.
Нашлась.
Хэлань Чжао слегка прижал палец к уголку губ. В его чёрных глазах мелькали непостижимые отблески.
— Наследник принимает добрые пожелания госпожи Шэнь, — произнёс он.
Шэнь Минсюй, доверяя своей интуиции, решил, что пора прекратить разговор. Он не хотел, чтобы младшая сестра слишком долго общалась с таким проницательным и коварным наследником. Подав отцу знак глазами, он быстро попрощался и увёл семью.
Хэлань Чжао кивнул, не проявив ни малейшего желания их задержать, и Шэнь Минсюй окончательно перевёл дух.
Когда они отошли достаточно далеко, Шэнь Минсюй тихо прошептал сестре:
— Фуфу, не волнуйся. Похоже, наследник тебя не узнал.
— Мне кажется, что-то не так, — возразил Шэнь Сяо. — Наследник никогда не обращает внимания на женщин, а сегодня разговаривал с Фуфу целых десять фраз!
Он нахмурился:
— Десять фраз! Хотя… все они, конечно, были вполне уместны и сдержанны.
Шэнь Минсюй не хотел тревожить сестру понапрасну. По его мнению, невозможно, чтобы наследник узнал, что Фуфу когда-то была Сюэцюй, и при этом оставался таким невозмутимым.
Он постарался успокоить отца:
— Отец, вы слишком переживаете. Наследник очень привязан к Сюэцюй. А Сюэцюй явно тянется к Фуфу, да ещё и Фуфу нашла и принесла её. Естественно, из-за любви к кошке он проявил внимание и к Фуфу.
К тому же, когда мы решили уйти, наследник даже не попытался нас задержать. Как он мог узнать правду? Просто мы сами заранее решили, что всё сложно, и теперь видим проблемы там, где их нет.
Чем больше он говорил, тем сильнее убеждался в собственной правоте.
Шэнь Сяо помолчал, глядя на задумчивую Шэнь Фу:
— А ты как думаешь, Фуфу?
— Обманщик, — машинально вырвалось у неё.
— Что? — не расслышали братья.
— … — Шэнь Фу слегка сжала пальцы и моргнула. — Я хотела сказать… похоже, мы всё-таки обманули наследника. Он нас не узнал.
Ещё и обещал: «Я сразу тебя узнаю». Из-за этого она так долго тревожилась…
Обманщик.
Евнух Ван, увидев, что семья Шэнь скрылась из виду, а наследник всё ещё молчит и не даёт команды уезжать, осторожно напомнил:
— Ваше Высочество, может, пора покинуть Лотосовый павильон?
— Подожди ещё немного, — остановил его Хэлань Чжао, не позволяя трогать коляску.
В его глубоких чёрных зрачках алый силуэт становился всё меньше и меньше, пока совсем не исчез.
Евнух Ван терпеливо стоял рядом. Заметив, что наследник, кажется, в хорошем настроении, но вспомнив решение императора, которое никак не могло радовать, он осторожно заговорил:
— Ваше Высочество, насчёт решения Его Величества о передаче полномочий…
— Отличное решение, — лёгкая улыбка тронула губы Хэланя Чжао.
Евнух Ван остался в недоумении, но знал: у наследника всегда есть свой план. Поэтому он замолчал и больше ничего не спрашивал.
— Посылку отправили?
— Да.
※
Когда карета Шэнь подъехала к главным воротам дома Шэнь, из дворца как раз прибыли посланцы императора с подарками для семьи.
Такая милость вызвала настоящий переполох среди горожан. Люди толпились, вытягивая шеи, и с восхищением перешёптывались.
Два огромных ларца из пурпурного сандалового дерева, запертые на замки, сверкали вделанными в них драгоценными камнями и самоцветами, давая понять, насколько велика их ценность.
По дороге домой Шэнь Фу слушала, как отец сочинил историю для императора: будто бы мать с дочерью поднялись в храм Линъинь, чтобы помолиться за здоровье Его Величества. Она также услышала, как Шэнь Сяо описывал комичные лица чиновников, которые сначала рыдали, а потом остолбенели, услышав эту выдумку. Её сердце, до того сжатое тревогой, мгновенно расправилось, и красивые глаза засияли весёлыми искорками.
Шэнь Сяо — величайший обманщик в истории.
Когда толпа уже собиралась расходиться, решив, что зрелище закончилось, вдруг вихрем примчались два белых коня, везя за собой ещё один сандаловый ларец.
Неужели ещё не конец?
Люди услышали: на этот раз подарки прислал сам наследник.
В дом Шэнь торжественно внесли три тяжёлых сундука из пурпурного сандала.
Евнух Цюаньфу, доверенный слуга императора, прочистил горло и публично зачитал список даров. Получив от управляющего дома Шэнь мелкую серебряную монетку, он с улыбкой повернулся, чтобы уйти, и в этот момент столкнулся лицом к лицу с гонцом наследника.
Шэнь Фу узнала его.
Это был Ци Пин, личный страж Хэланя Чжао.
Ци Пин передал слова наследника семье Шэнь, его взгляд на мгновение задержался на Шэнь Фу:
— Это подарок наследника лично госпоже Шэнь Фу — в качестве компенсации и благодарности.
Благодарность она ещё могла понять.
Но компенсация?
В глазах Шэнь Фу мелькнуло недоумение:
— Компенсация?
— Да. Его Высочество сказал, что Сюэцюй порвала вашу шёлковую юбку, — ответил Ци Пин, строго следуя наставлениям наследника: «Многословие вредит делу». Сказав всё необходимое, он немедленно удалился.
Шэнь Минчэн, который до этого сдерживался, не выдержал, как только все ушли:
— Значит, наследник узнал Фуфу?
Увидев, что Шэнь Минсюй и Шэнь Сяо смотрят на него, он понял, что, видимо, не узнал. Но теперь он был ещё больше озадачен:
— Не узнал? Тогда почему, как только Фуфу вошла во дворец сегодня, наследник тут же прислал и компенсацию, и благодарность…
Шэнь Минчэн не заметил на юбке Фуфу никаких следов разрыва и решил, что это просто предлог:
— Это предлог.
http://bllate.org/book/10348/930468
Готово:
