Сяо Бэй и Лу Минъюань почувствовали, будто огромный камень лег им на грудь — так тяжело стало дышать от этих приглушённых, сквозь слёзы благодарностей. Вспомнив раны женщин, которых они спускали с горы, — раны, от одного взгляда на которые сердце сжималось от боли, — Сяо Бэй ощутил резкую сухость в глазах.
То же самое происходило и в других машинах.
Из-за опасений, что преследователи могут нагнать их и уничтожить всех разом, если колонна будет держаться слишком плотно, Сяо Бэй и Вэй Ян специально разбили автоколонну, вклинившись в очередь машин у пункта оплаты, чтобы их автомобили не стояли рядом друг с другом.
Однако расстояние между ними оставалось небольшим: они рассчитывали, что в случае нападения ближайшие смогут немедленно прийти на помощь тем, кого окружат.
Время шло секунда за секундой. Простояв почти два часа в неподвижной пробке, колонна наконец-то начала медленно двигаться. Сяо Бэй облегчённо выдохнул и плавно нажал на педаль газа, следуя за машиной впереди.
Когда пункт оплаты уже маячил совсем близко, все внутри невольно перевели дух.
Но в этот самый момент Сяо Бэй вдруг услышал сзади шум и сумятицу. Его руки крепче сжали руль, а взгляд метнулся к зеркалу заднего вида.
Откуда-то появились люди — в потрёпанной одежде, с лицами, на которых играла даже какая-то простодушная улыбка. Они подходили к каждой машине, стучали в окна, и как только те открывались, начинали извиняться и заглядывать внутрь.
Если цель не находилась, они тут же становились ещё более «простодушными» и учтивыми, снова кланяясь и извиняясь.
Дыхание Сяо Бэя перехватило. Он толкнул Лу Минъюаня, сидевшего рядом, указывая взглядом назад. Лу Минъюань проследил за его взглядом и увидел мужчин, методично проверявших каждую машину. Лицо его сразу потемнело.
Стиснув зубы и глядя на пункт оплаты, до которого оставалось всего ничего, Лу Минъюань произнёс:
— Уезжайте. Кто сможет — уезжает. Нельзя, чтобы все здесь погибли.
Сяо Бэй понял его замысел. В его глазах мелькнула тень, но он не был глупцом. Если бы в машине были только он и Лу Минъюань, он бы без колебаний вышел помочь. Но сейчас здесь сидели женщины, которых им так трудно удалось спасти.
Он ясно видел страх и отчаяние в их глазах, но никто из них ничего не говорила — ни просьб, ни упрёков. Они просто молча держались за руки, сидя тихо, хотя их тела непроизвольно дрожали, а глаза уже полнились слезами от ужаса.
Когда те люди подошли почти вплотную к машине Вэй Яна, Сяо Бэй стиснул зубы и резко нажал на газ, вписавшись в поток машин перед ним. Под указанием сотрудника пункта оплаты он быстро заплатил и уехал прочь, больше не оглядываясь.
#
Ближе… ещё ближе.
Вэй Ян уже почти слышал голоса тех людей, разговаривающих с водителями позади. Девушки в его машине испуганно прижались друг к другу. Атмосфера в салоне стала невыносимо тяжёлой. Поскольку его автомобиль находился последним в колонне — а значит, в самой опасной позиции, — в нём ехали трое товарищей.
Когда мужчины начали стучать в окна машины, стоявшей прямо за ними, Вэй Ян вздохнул и обернулся к своим:
— Берите вещи. Выходим.
На пассажирском сиденье сидел мужчина лет тридцати с лишним. Услышав приказ, он резко затушил сигарету и тихо выругался:
— Чёрт возьми, будем драться!
Двое других тоже достали заранее подготовленное оружие из-под сидений — не что-то особенное, всего лишь несколько железных прутьев и пару высоковольтных электрошокеров.
Эти деревенские жители могли быть безрассудными и невежественными, но они — нет. Убийство повлекло бы за собой тяжёлые последствия. Шэн Сяо однажды прямо об этом говорил на собрании в компании: в Хуа Ся строго регулируется оборот огнестрельного оружия и боеприпасов. Обычные охранные фирмы не имеют права на ношение оружия, а среди холодного оружия запрещены предметы с чрезмерной поражающей способностью — такие как армейские ножи или штыки.
Выбор доступного оружия был невелик, поэтому в итоге они остановились на том, с чем лучше всего управлялись: массивные стальные прутья и электрошокеры, способные временно вывести противника из строя.
Вэй Ян выходил последним. Перед тем как закрыть дверь, он вынул ключ зажигания и передал его единственной девушке в машине, у которой ещё были целы все конечности.
— С этого момента, — сказал он, — что бы ни происходило снаружи, не открывай дверь и ни в коем случае не выходи. Поняла?
Девушка крепко сжала ключ в ладони, глаза её наполнились слезами. Она быстро схватила Вэй Яна за рукав и отчаянно замотала головой:
— Нет! Не ходи! Не выходи!
Вэй Ян посмотрел на неё и вдруг улыбнулся:
— Всё будет хорошо. Поверь мне.
— Обещаю.
Линь Ся не знала, сколько времени она уже идёт. Её конечности будто налились свинцом, и казалось, вот-вот подкосятся. Но она понимала: падать нельзя. Если она упадёт, тому мужчине, который её отпустил, грозит смертельная опасность. За два года, проведённые на горе Уляньшань, она слишком хорошо узнала «простодушных» и «добродушных» деревенских жителей. Как только они поймут, что женщин освободил именно он, они убьют его в отместку.
Подгоняемая этой мыслью, Линь Ся катилась и ползла вниз по горе. Грунтовая дорога была труднопроходимой, да и бежала она в предрассветной темноте. Несколько раз она чуть не рухнула вниз, теряя равновесие от слабости в ногах.
Когда она добралась до деревни Ванцзяцунь, всё тело её было покрыто ранами: старые, полученные от побоев, снова раскрылись, а новые добавились от падений. Она выглядела совершенно измождённой.
Увидев её состояние, Лу Минъюань и мать Фан, которые ждали в лавке у подножия горы по указанию Шэн Сяо, были потрясены и сразу же захотели отправить её в больницу. Однако Линь Ся отказалась.
Она отлично помнила слова Шэн Сяо перед расставанием. Настаивая, она убедила Лу Минъюаня передать ей флеш-накопитель со всеми собранными материалами по уезду Т и камеру, которую их люди недавно вынесли с горы.
Лу Минъюань отвёз её туда, где ранее они припарковались на окраине уезда Т. Там уже ждали люди и машины для эвакуации спасённых девушек.
За организацию встречи отвечал сорокалетний мужчина по имени Хэ Фэй — ветеран, привыкший не плакать даже от ран. Но даже он почувствовал, как сердце сжалось от жалости, увидев состояние Линь Ся. Выслушав инструкции Лу Минъюаня, он резко выжал газ, и машина помчалась со всей возможной скоростью.
Они выехали примерно в шесть утра. Несмотря на максимальную скорость, дорога оказалась долгой: столица провинции Л находилась в городе Б. Когда Хэ Фэй с Линь Ся добрались до управления общественной безопасности провинции Л, было уже почти девять.
Сначала Хэ Фэй хотел сначала отвезти Линь Ся в больницу, а самому отнести материалы в полицию. Но Линь Ся, хоть и была крайне слаба, решительно отказалась. Она настаивала, что должна пойти сама: она — лучшее доказательство. Если пойдёт Хэ Фэй, полиция всё равно потребует время на проверку достоверности информации.
А на горе Уляньшань каждая минута на счету. Времени нет даже на мгновение.
Присутствие Линь Ся действительно стало самым убедительным аргументом: это не только заставило полицию серьёзно отнестись к делу и немедленно направить подкрепление, но и сделало её главным источником информации — ведь никто лучше не знал обстановку на горе, чем та, кто два года прожил там в плену.
Хэ Фэй не смог переубедить Линь Ся, да и сам понимал, насколько всё срочно: его товарищи и боевые братья всё ещё находились на горе, и каждая секунда для них была бесценна. Поэтому, поддерживая Линь Ся, он вместе с ней вошёл в здание управления.
Перед входом Хэ Фэй связался с несколькими крупными СМИ провинции Л, строго следуя указаниям Шэн Сяо: нужно было поднять шум, привлечь внимание всей страны к торговле людьми в уезде Т. Чем громче станет дело, тем безопаснее будут Шэн Сяо и остальные.
Через полчаса, убедившись в подлинности представленных доказательств, полиция немедленно связалась с управлением общественной безопасности города А и начала мобилизацию различных подразделений. Две группы полицейских выехали в уезд Т города А.
После составления протокола Линь Ся, собрав последние силы, дала интервью журналистам, собравшимся у здания полиции. Перед камерами она без прикрас рассказала обо всём, что пережила за эти два года, не щадя себя и демонстрируя миру свои кровоточащие раны.
Прямая трансляция интервью вызвала настоящий переполох во всей провинции Л. Крупнейшие местные СМИ начали активно освещать событие. История Линь Ся и ужасающая правда о деревне в уезде Т, занимающейся торговлей людьми, наконец-то вышла на свет.
Вскоре новость распространилась и за пределы провинции через интернет. Израненное тело Линь Ся, показанное в эфире, тронуло миллионы пользователей сети, вызвав всенародное возмущение.
Темнота, десятилетиями скрывавшаяся в глухих деревнях, наконец-то была вырвана на свет. Зло и жестокость, веками остававшиеся в тени, больше не имели укрытия.
#
Кровь. Повсюду была кровь.
Вэй Ян уже не мог различить, чья из неё — их, а чья — деревенских жителей, пришедших захватить женщин.
Железный прут в его руках начал деформироваться от ударов, а руки будто налились свинцом. Заметив, что очередной человек пытается прорваться мимо них к машинам, где прятались спасённые девушки, Вэй Ян на миг закрыл глаза и снова поднял своё оружие, раз за разом обрушивая его на врагов.
С тех пор как их настигли, тишина у пункта оплаты мгновенно сменилась хаосом.
Те, кто ещё не успел проехать через пункт, поняли, что уйти не получится. Все ветераны заперли машины и вышли наружу. За их спинами стояли автомобили, доверху набитые девушками, которых они с таким трудом вывели с горы.
Перед лицом толпы, численно превосходящей их в десятки раз, они сами выстроились в два ряда живой стены, полностью отделив деревенских от машин с женщинами. Ни один из них не отступил ни на шаг.
Когда кто-то падал в заварушке, другой тут же занимал его место. Те товарищи, которые уже успели отвезти своих подопечных в безопасное место, вернулись обратно к пункту оплаты, чтобы вступить в бой.
Хотя физическая подготовка и навыки ветеранов были намного выше, чем у деревенских, численное превосходство и изматывающая схватка постепенно истощали их силы. Они уже еле держались на ногах.
Сяо Бэй с размаху пнул одного высокого и худощавого деревенского, а затем безжалостно опустил прут на стоявшего рядом добродушного на вид мужчину средних лет. Но прежде чем он успел перевести дух, в уголке глаза он заметил нечто, от чего кровь застыла в жилах.
В тот момент, когда Вэй Ян развернулся, чтобы справиться с нападавшим на него крепким мужчиной, слева внезапно выскочил тощий парень с дровняком в руках и занёс его, чтобы вонзить в спину Вэй Яну.
— Осторожно!! — закричал Сяо Бэй, бросаясь вперёд, чтобы сбить нападавшего ногой, но было уже поздно.
Клинок уже почти коснулся кожи Вэй Яна, как вдруг раздался громкий «бах!» — тощий мужчина отлетел в сторону, а дровняк вылетел у него из рук и упал на землю.
Отбросил его не кто иной, как распахнувшаяся дверца автомобиля.
Та самая машина, которую Вэй Ян и его товарищи так яростно защищали, теперь открылась. Из неё вышла хрупкая женщина. Дрожащими руками она подняла упавший дровняк и встала рядом с Вэй Яном.
Услышав шум, Вэй Ян обернулся и, увидев рядом с собой эту исхудавшую до костей женщину, обеспокоенно воскликнул:
— Возвращайся в машину! Разве я не говорил, чтобы ты ни при каких обстоятельствах не выходила?!
Но вместо того чтобы послушаться, женщина повернулась к машине и тихо произнесла:
— Выходите.
Её слова словно открыли невидимый затвор. Одна за другой девушки начали выходить из машины. И не только из этой — почти все женщины, которых спасли с горы и спрятали в автомобилях, молча открыли двери и вышли наружу.
Эта неожиданная сцена ошеломила всех. Даже те водители, которые до этого прятались в машинах, боясь оказаться втянутыми в драку, теперь остолбенели.
Вышедшие женщины были ужасающе худыми. Некоторые даже не могли стоять без посторонней помощи — их ноги были переломаны. Каждая из них была покрыта шрамами и носила на себе следы многолетних страданий.
http://bllate.org/book/10347/930349
Готово:
