Сяо Цзиань поздоровался с отцом Цзи и, цокая каблучками, побежал в комнату Цзи Цинлиня. Осторожно заглянул внутрь, увидел, что тот ещё не проснулся, и на цыпочках, стараясь не издать ни звука, тихонько прикрыл дверь и ушёл.
Цзи Цинлинь, который уже целую ночь ждал, когда наконец все заметят, что он снова в обмороке: «......»
Почему же никто не идёт будить его? Быстрее заметьте — он ведь снова потерял сознание!
И ещё... Линь Лэ, не уходи!
Цзи Цинлинь всю ночь метался в постели, перебирая в уме все случаи, когда за последнее время внезапно приходил в себя, и в конце концов пришёл к ужасающему выводу.
Может быть… может быть, бабушка говорила правду.
Ему действительно без Линь Лэ не обойтись.
За всё это время он приходил в сознание в самые разные моменты, но каждый раз рядом оказывалась Линь Лэ — чаще всего именно тогда, когда она делала ему массаж.
А всякий раз, теряя сознание, он тоже как раз оставался один — как только Линь Лэ его отпускала.
Кроме вчерашнего пробуждения, раньше он уже однажды приходил в себя — буквально на секунду.
Но в ту самую секунду, когда он открыл глаза, его сознание полностью прояснилось. Хотя потом он уже не мог открыть глаза, осознание всё равно сохранялось.
Тогда он открыл глаза потому, что Сяо Цзиань, играя, случайно упал прямо на него.
А вчера он очнулся тоже потому, что Линь Лэ нечаянно рухнула на него.
Значит… получается, лишь когда Линь Лэ падает на него, он просыпается.
А если округлить до логического завершения, то вывод прост: стоит Линь Лэ его обнять — и он сразу придёт в себя.
Цзи Цинлинь был потрясён собственным открытием. Всю ночь он пытался опровергнуть эту гипотезу, но сколько ни старался — ничего не выходило.
Действительно, именно благодаря Линь Лэ он приходит в сознание!
Именно из-за того, что он решил развестись с ней, он снова потерял сознание.
Когда бабушка говорила об этом, он лишь насмехался, называя её суеверной старухой. А теперь, спустя всего несколько часов...
Цзи Цинлинь ясно слышал звук хлопков по щекам.
Но сейчас ему было не до гордости.
Пусть бьют — лишь бы он проснулся!
Линь Лэ, не уходи! Обними меня ещё разок, или хотя бы просто прикоснись!
Увы, внутренние мольбы Цзи Цинлиня Линь Лэ не услышала.
Она взяла Сяо Цзианя за руку и, пока Цзи Цинлинь в отчаянии метался в своём сознании, просто ушла.
Вскоре после их ухода появилась Чэншао.
Пока Чэншао готовила завтрак, отец Цзи перекинулся парой слов с Чжоу Жанем, затем взглянул на часы:
— Пора будить Цинлиня. После завтрака начнётся реабилитация — надо скорее восстанавливать физическую форму.
Чжоу Жань кивнул:
— Хорошо.
Он вошёл в комнату и стал звать Цзи Цинлиня:
— Цзи-гэ... Цзи-гэ...
Цзи Цинлинь: «......»
Наконец-то заметили, что он в обмороке.
Но Линь Лэ уже ушла!
Голос Чжоу Жаня становился всё громче и тревожнее. У отца Цзи сердце ёкнуло, и он тоже присоединился к зовущим:
— Цинлинь! Цинлинь! Очнись, Цинлинь!
Цзи Цинлинь: «......»
Пап, уши скоро лопнут, да и слюни твои...
Цзи Цинлинь чуть не заплакал от бессилия.
В доме Цзи поднялась паника.
— Быстрее, быстрее, вызывайте врача!
Врач осмотрел пациента и подтвердил: Цзи Цинлинь снова в бессознательном состоянии.
Его внезапное пробуждение вчера теперь казалось всем просто сном.
— Как такое возможно... как такое возможно...
Отец и мать Цзи были на грани безумия — они никак не могли смириться с этим.
— Не верю! Не верю!
Отец Цзи кричал, отказываясь принимать реальность. В отчаянии он сам схватил сына за лицо и начал надавливать на точку между носом и верхней губой.
Цзи Цинлинь, на лице которого остались следы ногтей: «......»
От боли у него чуть не выступили слёзы.
Мать Цзи, глядя на красные отметины, сама почувствовала боль:
— Хватит давить, это бесполезно.
— Кто сказал, что бесполезно!
Лишить человека надежды, а потом отнять её — слишком жестоко. Отец Цзи покачал головой, стиснул зубы и снова потянулся к лицу сына.
Врач, видя это, вздрогнул и поспешил остановить его:
— Такое давление не поможет. Лучше прекратите, а то кожу повредите.
Цзи Цинлинь с облегчением вздохнул и мысленно поблагодарил врача: если бы тот не вмешался, он бы точно умер от боли.
— Если давление не помогает, тогда что поможет?! — в отчаянии воскликнул отец Цзи, топнув ногой.
— Я же говорила — нельзя разводиться! Нельзя терять Лэлэ! — бабушка Цзи пробормотала у двери. — Вы же не верили мне...
Она схватила Чэншао за руку:
— Где Лэлэ? Куда она делась? И где Сяо Ань?
— Линь Лэ уехала к родителям, — ответил отец Цзи, и в голове мгновенно всплыли воспоминания трёхлетней давности — как Линь Дашань и Ли Лань душили его за горло. Тот странный, почти мистический страх снова накатил, и он почувствовал головную боль.
— Мама, не спеши с выводами. Вряд ли причина в Линь Лэ.
— Именно в ней причина! — настаивала бабушка Цзи. — Стоит Лэлэ отказаться от развода — и Цинлинь сразу очнётся.
Цзи Цинлинь внутри возликовал: «Да, бабушка права! Беги скорее за Линь Лэ!»
Но в этот самый момент Чжоу Жань, обычно самый понимающий, испортил всё:
— Независимо от причины, лучше сначала отвезти Цзи-гэ в больницу.
Отец Цзи быстро согласился:
— Да, да, в больницу.
«Ладно, пусть будет по-вашему», — подумал Цзи Цинлинь с горечью.
— В больницу бесполезно ехать! Нужно срочно звать Лэлэ обратно! — бабушка Цзи хлопнула по столу. — Вы думаете, я не вижу ваших мыслей? Вы просто презираете Лэлэ! Но она — предначертанная судьбой жена Цинлиня, его благодетельница. Без неё он не выживет!
Она строго посмотрела на отца и мать Цзи:
— Пусть врач остаётся здесь. А вы со мной поедете к родителям Лэлэ и извинитесь. Попросите её вернуться.
У отца Цзи голова пошла кругом:
— Мама, не надо верить в эти суеверия.
Он не верил, что причина в этом. Да и мысль о том, чтобы снова извиняться перед жадными и корыстными родителями Линь Лэ, была невыносима.
Он прекрасно представлял, как они снова начнут вымогать деньги.
Три года назад этот инцидент до сих пор вызывал у него приступ ярости. Ещё один такой — и он точно умрёт от злости.
Сейчас ситуация другая: жизнь Цинлиня под угрозой. Но отец Цзи всё равно упорно не верил в мистику.
— Цинлинь, скорее всего, потерял сознание по другой причине. В больнице всё выяснят. Кроме того... возможно, вчера он пришёл в себя именно благодаря Шао Юаньюань.
При этой мысли глаза отца Цзи загорелись:
— Да! Шао Юаньюань — настоящая звезда удачи! Как только она придёт, Цинлинь точно очнётся.
Ведь вчера именно после контакта с Шао Юаньюань Цинлинь пришёл в себя. Факт налицо — все оживились.
— Может, снова пригласить Шао Юаньюань? — осторожно предложил Чжоу Жань.
— Конечно, конечно! — закивал отец Цзи. — Сначала в больницу, проведём полное обследование, а потом позовём Шао Вэньвэнь.
Бабушка Цзи покачала головой, глядя на сына:
— Вы такие упрямые... Трёх лет недостаточно, чтобы научиться на ошибках.
— Мама, давай сначала проверим. Если не поможет — тогда позовём Линь Лэ, — сказал отец Цзи, чувствуя себя увереннее при упоминании Шао Вэньвэнь.
Цзи Цинлинь: «.......»
С разочарованием и безмолвным отчаянием его увезли в больницу, а Чжоу Жань отправился за Шао Вэньвэнь.
Бабушка Цзи была вне себя от злости, но ничего не могла поделать. Под уговорами Чэншао она попыталась позвонить родителям Линь Лэ.
Но Линь Лэ ещё не доехала до дома, и никто не брал трубку.
Бабушка Цзи решила ехать сама, но Чэншао удержала её:
— Лучше отправьте Лэлэ сообщение. Как только увидит — обязательно вернётся.
Она боялась, что бабушка не найдёт Линь Лэ и упустит драгоценное время.
В итоге Чэншао увезла расстроенную бабушку Цзи в больницу.
Цзи Цинлиня поместили в палату, провели экстренные обследования, пригласили знакомых специалистов, но результатов так и не получили.
Никто не мог объяснить, почему вчера он внезапно пришёл в себя, а сегодня снова в коме.
Если бы не знали, что семья Цзи никогда не стала бы лгать, все бы подумали, что Цинлинь вообще не просыпался.
Цзи Цинлинь слушал их споры и обсуждения и мог только молча повторять про себя: «......»
Цзи Цинлиня перевели в палату. Вместо Линь Лэ к нему пришла Шао Вэньвэнь.
Услышав, что Цзи Цинлинь снова в обмороке, она немедленно примчалась, даже принесла с собой книгу, которую читала вчера.
Отец Цзи торжественно повесил на сына оберег и велел Шао Вэньвэнь читать вслух.
— Обязательно поможет.
Шао Вэньвэнь начала читать. Прошло два часа. Голос её осип, горло пересохло, а эффекта не было.
Цзи Цинлиню от скуки хотелось спать.
Даже бабушке Цзи стало клонить в сон.
— Бесполезно... Всё из-за этого развода, — качала головой бабушка Цзи.
Услышав слово «развод», Шао Вэньвэнь на миг замерла, но потом, стиснув зубы, продолжила читать.
Прошёл ещё час — Цинлинь так и не очнулся.
Отец Цзи, сначала полный уверенности, теперь нервничал:
— Почему не действует... Может быть...
Он посмотрел на Шао Вэньвэнь и замолчал. Ведь вчера Шао Вэньвэнь упала прямо на Цинлиня — и тот сразу пришёл в себя. Он хотел попросить её повторить, но не решался сказать такое девушке.
Мать Цзи, поняв его мысль, прямо произнесла:
— Он имеет в виду, можешь ли ты попробовать обнять Цинлиня.
Шао Вэньвэнь тоже об этом подумала и тут же покраснела:
— Это... это...
Цзи Цинлинь: «......»
Только не это!
Он совершенно не хотел, чтобы его обнимала эта незнакомая девушка, но отказать не мог.
В его отчаянии вмешалась бабушка Цзи:
— Что за глупости! Как можно просить такую молодую девушку обнимать мужчину! — Она строго посмотрела на сына и невестку, а затем мягко улыбнулась Шао Вэньвэнь. — Дитя, не бойся. Не слушай их чепуху.
Мать Цзи промолчала, отец же смутился:
— Просто очень волнуюсь.
— Если волнуешься — поезжай за Линь Лэ! — бабушка Цзи поставила ультиматум. — Вы уже проверили — ничего не вышло. Хватит упрямиться. Поезжайте со мной, чтобы привезти Лэлэ обратно.
Отец Цзи опустил голову и не стал возражать.
Всё-таки для него важнее сын.
Цзи Цинлинь тоже облегчённо выдохнул.
Наконец-то! Наконец-то поедут за Лэлэ!
Оказывается, бабушка была права. Она — настоящая опора семьи.
Отец Цзи сдался. Только Шао Вэньвэнь стиснула губы, и в глазах её мелькнула обида.
Вчера её так хвалили, что она сама поверила: именно благодаря ей Цинлинь проснулся.
Но сейчас ничего не получилось.
«Может быть... чтение не помогает. Нужно повторить вчерашнее», — подумала Шао Вэньвэнь.
Но как девушке при всех броситься обнимать мужчину?
— Я ещё немного почитаю... Вдруг сработает...
Бабушка Цзи поблагодарила её:
— Спасибо, Вэньвэнь, но твой голос уже сел. Не мучай себя. Сегодня иди домой.
Им нужно было поговорить между собой.
Шао Вэньвэнь с трудом улыбнулась:
— Мне не тяжело...
Она бросила взгляд на отца Цзи. Тот кивнул:
— Спасибо тебе, Сяо Шао. Сегодня можешь идти домой.
Шао Вэньвэнь пришлось согласиться:
— Хорошо. Если понадоблюсь — зовите.
Она потянулась за рюкзаком, мельком взглянула на Цзи Цинлиня, стиснула зубы и, пока все отвлеклись, нарочно наступила на ремешок своего рюкзака, вскрикнула и, изображая падение, рухнула прямо на Цзи Цинлиня.
Цзи Цинлинь: «.....»
Какая тяжесть.
Шао Вэньвэнь даже постаралась упасть в то же самое место, что и вчера. Затем, не обращая внимания ни на что, затаив дыхание, ждала, когда Цинлинь откроет глаза.
Но Цзи Цинлинь... даже не шевельнулся.
Шао Вэньвэнь не сдавалась и продолжала ждать.
Отец Цзи и бабушка, увидев её «падение», не стали разбираться — настоящее оно или нет. Даже бабушка Цзи в глубине души надеялась, что Цинлинь очнётся.
Поэтому они молча наблюдали за ним.
Шао Вэньвэнь пролежала на нём несколько секунд.
Цзи Цинлинь: «......»
Действительно, очень тяжело.
— Ты не ушиблась? — спросила бабушка Цзи.
Шао Вэньвэнь, поняв, что ничего не вышло, покраснела, побледнела и посинела от стыда одновременно. Услышав вопрос, она поспешно вскочила:
— Со мной всё в порядке.
Лицо её пылало:
— Простите, я случайно... Я пойду.
Она выбежала из палаты, опустив голову.
Отец Цзи даже не попытался её задержать. На лице его читалось разочарование: даже обнимашки не помогли.
Значит... действительно, как три года назад, только мама была права — Цинлинь приходит в себя исключительно благодаря Линь Лэ?
http://bllate.org/book/10333/929063
Готово:
