Объяснения Чжоу Чжэня звучали чрезвычайно убедительно и логически безупречно: на каждый её вопрос он находил разумный ответ.
Именно это и настораживало Вэнь Яо всё больше.
Чжоу Чжэнь — главный режиссёр сверхпопулярного реалити-шоу, а она всего лишь начинающая артистка. Ещё можно было бы понять, если бы он лично принял её, но зачем проявлять такую неестественную учтивость — почти заискивающую? Неужели только потому, что она заподозрила какие-то тайны программы?
Если же эти «тайны», как уверял сам Чжоу Чжэнь, даже в случае разглашения окажутся в пределах общественного понимания, то зачем тогда главному режиссёру, человеку с таким статусом, опускаться до подобного уровня и лично угождать им? Это совершенно не соответствовало его положению.
Вэнь Яо чувствовала: излишняя любезность Чжоу Чжэня — дурной знак. Когда дела идут вопреки обычаю, наверняка кроется какой-то подвох.
Чжоу Чжэнь, уставший от долгих объяснений, внимательно следил за выражением лица Вэнь Яо. Но оно оставалось всё таким же спокойным и бесстрастным с самого начала — невозможно было понять, поверила ли она его словам.
Внутри у него всё сжалось от неопределённости, но он уже сказал всё, что должен был. Любое дополнение сейчас выглядело бы слишком навязчиво и вызывало бы подозрения.
Он передвинул к Вэнь Яо тарелку с большими креветками и улыбнулся:
— За полмесяца на острове изголодались, небось? Ешьте побольше. Эти креветки — сегодня утром наш повар съездил за ними на рынок морепродуктов за тридцать километров. Свежайшие!
Заботливо похлопотав над Вэнь Яо, он повернулся к Лу Юньси:
— Юньси, с твоим здоровьем всё в порядке? Ничего ядовитого не съела случайно? Когда я смотрел тот ролик, сердце ушло в пятки. Конечно, для участников мы подготовили лучшие медицинские условия, но даже самое современное оборудование не всегда способно нейтрализовать все виды ядов.
Лу Юньси взглянула на Вэнь Яо и покачала головой:
— Со мной всё хорошо.
— Вот и слава богу! — облегчённо выдохнул Чжоу Чжэнь. — Теперь моё сердце может успокоиться.
Он встал, достал из стерилизатора два стакана и налил им по стакану молока.
— Выпейте молочка. Обе вы исхудали до костей.
Чжоу Чжэнь нарочито играл роль заботливого отца, надеясь своей доброжелательной внешностью заставить девушек расслабиться.
Вэнь Яо взяла стакан, уголки губ приподнялись в вежливой улыбке:
— Спасибо, Чжоу дао. Скажите, каковы теперь наши дальнейшие планы?
Программа уже знала, что она раскрыла их секреты, так что отправлять их обратно на остров было немыслимо.
Если она не ошибалась, продюсеры постараются как можно скорее отправить её домой.
Отсюда до Китая — более двадцати часов перелёта и десятки тысяч километров. Как только она вернётся, ей уже не вмешаться в происходящее здесь.
Но ведь для зрителей Лу Юньси уже «умерла от отравления». Если следовать логике Чжоу Чжэня, то возвращение Юньси домой автоматически разоблачит фальшивость заявленного показателя смертности в шоу «Выживание на необитаемом острове».
Вэнь Яо перевела взгляд на Чжоу Чжэня, ожидая ответа.
— Яо-Яо, — начал он, — ты и сама видишь, насколько удалено наше местоположение. Отсюда никуда не уедешь легко. Да и у команды сейчас столько дел, что некогда присматривать за тобой. А тебе одной здесь, в чужой стране, опасно. Поэтому я собираюсь связаться с твоим менеджером и завтра же отправить тебя домой. Как тебе такое решение?
Всё именно так, как она и предполагала.
— А не создаст ли мой отлёт проблем для программы?
— Не волнуйся об этом. Мы вместе с твоей компанией выпустим официальное заявление, что по определённым причинам ты была вынуждена досрочно покинуть проект. Все обязательства по сохранению твоей репутации лягут на плечи программы. Гарантирую — твоё имя останется безупречным.
Благодаря Вэнь Яо рейтинги этого сезона выросли почти вдвое. Её уход неизбежно вызовет бурю в соцсетях.
Но сейчас любая буря ничто по сравнению с необходимостью сохранить тайну.
Как бы то ни было, нельзя допустить, чтобы Вэнь Яо узнала правду.
— А что насчёт Лу Юньси? — спросила Вэнь Яо.
Чжоу Чжэнь знал, что девушки дружны, но программа уже объявила миру, что Лу Юньси скончалась. Если она вернётся домой, зрители обязательно заподозрят неладное, и это создаст новые трудности.
Он перевёл взгляд через Вэнь Яо на Лу Юньси.
— Честно говоря, возвращение Юньси действительно нанесёт урон программе. Но если бы ты согласилась остаться за границей…
Он не успел договорить — Лу Юньси перебила его:
— Чжоу дао, я не согласна.
Чжоу Чжэнь слегка нахмурился, но тут же взял себя в руки и терпеливо продолжил:
— Юньси, не горячись. Мы, конечно, уважаем твоё решение, но позволь закончить.
Он окинул обеих девушек взглядом и продолжил:
— Ты можешь выбрать любую страну для жизни — кроме азиатских. Программа обеспечит тебе всё необходимое и дополнительно выплатит тридцать миллионов юаней, чтобы ты могла спокойно прожить всю оставшуюся жизнь.
Услышав эту сумму, Вэнь Яо невольно ахнула.
Шоу «Выживание на необитаемом острове», хоть и пользовалось бешеной популярностью, всё же оставалось всего лишь китайским реалити-шоу. Даже при высоких рейтингах доход имел свои пределы.
А ведь приглашая участников, программа платила каждому по десять миллионов юаней — итого триста миллионов на тридцать человек.
Необитаемый остров, пусть и не имеющий постоянных жителей, всё равно принадлежал какому-то государству, и арендная плата за него наверняка была огромной.
К тому же программа задействовала множество вертолётов и передовое оборудование для прямых трансляций — затраты были колоссальными.
И вот теперь каждому серьёзно пострадавшему участнику предлагают ещё по тридцать миллионов компенсации. Получается, один сезон обходится почти в миллиард юаней.
Кроме того, Вэнь Яо заметила: в отличие от других шоу, сериалов или фильмов, в «Выживании на необитаемом острове» полностью отсутствовала рекламная интеграция. Значит, весь этот миллиард ложился исключительно на плечи продюсеров.
Сможет ли шоу, транслируемое всего тридцать дней, окупить такие расходы и принести прибыль?
По опыту работы в индустрии развлечений Вэнь Яо считала это маловероятным.
Такой расточительный проект не может существовать без получения колоссальной выгоды. Если прибыли нет, никто не станет заниматься таким убыточным делом.
Все эти факты укрепляли Вэнь Яо во мнении: с программой явно что-то не так, и эти проблемы куда серьёзнее, чем кажется на первый взгляд.
Глядя на Чжоу Чжэня, Вэнь Яо уже не видела в нём доброго дядюшку. Перед ней стоял улыбающийся тигр, готовый в любой момент вцепиться зубами в их горло.
— Юньси, — мягко произнёс Чжоу Чжэнь, — подумай над предложением. Тридцать миллионов — это серьёзно. В твоём досье указано, что ты училась в США. Не хотелось бы тебе остаться там на постоянное место жительства? Я могу помочь получить грин-карту, а твою семью перевезём к тебе.
Честно говоря, тридцать миллионов плюс грин-карта — соблазн, от которого сложно отказаться любому студенту за границей.
Но Лу Юньси не колеблясь отвергла предложение.
На самом деле она пришла на это шоу не по собственному желанию. Её мать тяжело заболела, и нужны были деньги на лечение. Именно ради огромного гонорара она рискнула жизнью в этой «ловушке смерти».
Как только контракт был подписан, деньги сразу поступили на её счёт. После месяца лечения состояние матери стабилизировалось и, скорее всего, уже пошло на поправку.
Сейчас Лу Юньси мечтала лишь об одном — вернуться к матери. Никуда больше ей не хотелось.
— Если бы я хотела жить в Америке, — сказала она, — я бы просто не вернулась домой. Чжоу дао, не тратьте понапрасну слова. Я в любом случае лечу обратно в Китай.
Услышав это, Чжоу Чжэнь на мгновение нахмурился, но тут же скрыл недовольство за маской учтивой улыбки и заверил, что уважает её выбор.
— А как вы объясните всё это зрителям? — не отставала Вэнь Яо.
— Яо-Яо, не переживай. Программа сама всё уладит.
Чжоу Чжэнь встал:
— Ну что ж, девочки, вы поели, всё прояснилось. Поздно уже, идите отдыхать. Завтра с утра свяжусь с твоим менеджером.
Чжоу Чжэнь был улыбающимся тигром, но Вэнь Яо тоже умела прятать когти.
— Хорошо, спасибо, Чжоу дао. Тогда мы пойдём, — сказала она с вежливой улыбкой.
— Идите.
Вэнь Яо и Лу Юньси быстро вернулись в номер. Едва закрыв за собой дверь, Лу Юньси хотела заговорить, но Вэнь Яо остановила её жестом и протянула бумагу с ручкой.
Хотя она уже проверила комнату, нельзя было полностью исключить наличие скрытых камер или прослушивающих устройств.
Лу Юньси сразу поняла намёк и написала:
«Ты веришь его словам?»
Вэнь Яо ответила:
«Конечно, нет.»
Лу Юньси:
«Тогда что будем делать? Просто позволим отправить нас домой?»
С тех пор как они приехали в этот штаб, сердце Лу Юньси не находило покоя — тревога здесь была сильнее, чем на самом острове.
Если бы их просто отпустили домой целыми и невредимыми — это был бы лучший исход. Она боялась, что дальнейшие расследования разозлят продюсеров, и тогда они вообще не смогут выбраться живыми.
К тому же дело явно касалось множества пропавших участников — значит, ситуация крайне серьёзная. Такие вопросы не по зубам обычным людям.
Она боялась, что все их усилия окажутся напрасными и в итоге они сами погибнут.
Всё, о чём думала Лу Юньси, Вэнь Яо понимала не хуже.
Честно говоря, у неё тоже не было полной уверенности в успехе. Но раз уж она дошла до этого этапа, отступать — не в её правилах.
Вэнь Яо написала:
«Не волнуйся. Рано или поздно мы найдём улики.»
Лу Юньси хотела уговорить Вэнь Яо остановиться. Она знала, что это трусость, но она была обычным человеком и боялась смерти.
Однако она прекрасно понимала характер подруги. После внутренней борьбы она просто кивнула, не произнеся ни слова.
* * *
Глубокой ночью вокруг царила такая тишина, что слышно было, как тикают секунды на стенном часах.
Был уже далеко за полночь. Все, кроме ночной смены, давно спали, но Вэнь Яо открыла глаза в темноте.
Она тихо встала с кровати и направилась в ванную.
Распахнув окно, она осмотрела территорию внизу, затем оттолкнулась ногами от стены и выскользнула наружу.
Их комната находилась на четвёртом этаже. Расстояние до земли было немалым, но внизу росла мягкая трава, так что Вэнь Яо без труда приземлилась на ноги.
Осмотревшись, она нашла укрытие и, прижимаясь к стене, добралась до административного здания.
Целью её ночной вылазки были седьмой и восьмой этажи.
Кнопки этих этажей в лифте были заглушены без всяких объяснений — значит, там что-то скрывали.
Поскольку лифт был под наблюдением, она решила воспользоваться лестницей. Но вход на лестничную клетку на первом этаже оказался заперт, а ручка покрыта толстым слоем пыли — похоже, сюда давно никто не заходил.
Неужели здесь никто не пользуется лестницей?
Вэнь Яо подняла глаза на верхние этажи здания.
Слишком высоко — даже «лёгкими шагами» не забраться.
А лифтом пользоваться нельзя: внутри свет, камеры и звуковой сигнал при остановке — слишком заметно.
Оглядевшись, она заметила рядом с зданием высокое дерево, достигавшее четвёртого этажа. С его помощью можно было запрыгнуть прямо на подоконник седьмого этажа.
Вэнь Яо действовала стремительно — всего за несколько секунд она уже стояла на карнизе седьмого этажа.
Но окно оказалось наглухо заварено, а стекло покрыто чёрной плёнкой, сквозь которую ничего не было видно.
Она попыталась открыть окно — безрезультатно. Уже собираясь искать другой путь, она вдруг услышала за окном голоса.
Вэнь Яо стояла на карнизе седьмого этажа, собираясь уходить, как вдруг донёсся звук голосов изнутри.
Стекло обладало звукоизоляцией, поэтому она лишь смутно различала, что кто-то разговаривает, но слов не слышала.
Прижав ухо к стеклу и сосредоточившись, она снова попыталась разобрать речь — безуспешно. Однако на этот раз ей удалось уловить женский голос.
http://bllate.org/book/10296/926203
Готово:
