— На что смотрит наследный принц? — голос Се Синчжу был мягким и сладким, но теперь в нём звенела досада. Она прикусила губу и постаралась избежать взгляда Гу Чэнъяня, однако уйти было невозможно.
— Разглядываю твоё платье, — ответил он, подошёл ближе и пальцами приподнял край ткани на её плече. — Как это моё платье оказалось на тебе?
Он наклонился вперёд и нарочито протянул:
— Девушка, неужели ты украла мою одежду?
Се Синчжу побледнела от испуга и поспешила оправдаться:
— Нет, я не крала!
— Мне его дал господин Ли, — добавила она.
Гу Чэнъянь скривил губы:
— А, значит, Ли Цюаньли украл мою одежду?
— Господин Ли не крал платье наследного принца! — возразила Се Синчжу.
— Тогда кто же украл мою одежду?
Се Синчжу растерялась, моргнула и наконец осознала: как мог Ли Цюаньли передать ей одежду Гу Чэнъяня, не спросив разрешения самого принца?
Так что же он сейчас делает?
Поняв, что Гу Чэнъянь просто дразнит её, Се Синчжу постепенно успокоилась. Вся её первоначальная паника медленно улеглась.
Она глубоко вздохнула и мягко спросила:
— Зачем наследный принц пришёл? Когда господин Ли искал меня сегодня, он очень переживал за вас. Теперь, видя вас в таком виде, он, вероятно, может быть спокоен.
Она смотрела на Гу Чэнъяня серьёзно, но в её словах явственно чувствовалась обида. Ли Цюаньли и Ван И так волновались за него, а он сам втянул её во дворец и теперь ведёт себя так, будто ничего не случилось.
— Есть дело, — сказал Гу Чэнъянь. Он отпустил край её платья и пристально посмотрел ей в глаза, затем лёгким движением коснулся пальцем её лба. — Девушка, почему ты так любишь всё решать сама? Кто разрешил тебе лезть во дворец и вмешиваться не в своё дело?
Любой умный человек понимал: дела наследного принца — запретная тема при дворе. А она уже не в первый раз вынуждена вступать с ним в контакт. Особенно сегодня: внешне казалось, будто именно из-за неё император велел Гу Чэнъяню стоять на коленях, но Се Синчжу прекрасно видела, что всё гораздо сложнее.
Как только давление на плечо исчезло, Се Синчжу отступила на два шага, увеличивая расстояние между ними.
Она опустила глаза и честно ответила:
— Я тоже не хочу лезть во дворец и вмешиваться не в своё дело. Но император приказал мне прийти и уговорить наследного принца. У меня есть выбор?
В последних словах прозвучала горькая ирония.
Она ведь не Гу Чэнъянь — у неё нет права позволять себе капризы. Как она может ослушаться указа императора?
Се Синчжу почувствовала, что Гу Чэнъянь снова приблизился. Он поднял руку, взял её за подбородок и заставил встретиться с ним взглядом.
— Если он снова пошлёт за тобой, скажи, что так сказал я, — произнёс Гу Чэнъянь.
Его лицо выражало дерзкую уверенность и презрение. Она не могла отказать — тогда он откажет за неё.
Се Синчжу удивлённо посмотрела на него. Гу Чэнъянь отпустил её, и в его глазах вспыхнула жёсткость.
«Он» — разумеется, император Сяндэ.
Се Синчжу пошевелила ресницами. Она поняла: Гу Чэнъянь говорит всерьёз. Он действительно поможет ей отказать императору. Она смутно чувствовала, что он делает это не потому, что считает её вмешательство лишним, а просто не хочет, чтобы она оказывалась в этой грязной игре между ним и императором.
Сердце Се Синчжу сжалось. И от него, и от собственного положения.
Две няни вошли и поставили перед Се Синчжу и Гу Чэнъянем по чашке горячего чая. Се Синчжу несколько раз неловко поправляла на себе платье. С точки зрения её прежней жизни, надеть чужую одежду на время — не проблема. Но сейчас, когда она носит одежду Гу Чэнъяня прямо при нём, ей было странно и неловко.
Она украдкой взглянула на выражение лица Гу Чэнъяня. Он хмурился и спокойно пил чай.
Се Синчжу задумалась. Неужели злодей не собирается уходить? Ей придётся всё это время провести с ним в таком виде?
Вошёл Ли Цюаньли с пиалой лекарства в руках:
— Наследный принц у госпожи Юньжун? Лекарство готово, ваше высочество, выпейте, пока горячее.
Сегодня врач прописал Гу Чэнъяню новый рецепт.
Гу Чэнъянь взял пиалу и быстро выпил всё зелье.
Се Синчжу наблюдала за ним. Видя пар, поднимающийся от горячего отвара, она даже испугалась, не обожжёт ли он себе рот. В детстве ей иногда приходилось пить травяные отвары, и каждый раз горечь заставляла её морщиться. Лекарства в этом мире были намного горче тех, что она знала раньше. В первые дни после перерождения один лишь запах отвара чуть не заставил её вырвать.
Но тут же она поняла, что, вероятно, преувеличивает. Ли Цюаньли бы не осмелился подать слишком горячее лекарство. Да и Гу Чэнъянь с детства привык к таким снадобьям — ему не сравниться с ней.
Когда Гу Чэнъянь допил лекарство, Ли Цюаньли достал две баночки мази: одну поставил перед наследным принцем, другую протянул Се Синчжу.
— Госпожа Юньжун немного постояла на коленях под дождём. Хотя и недолго, всё же лучше проверить, не повредились ли колени. Сейчас я попрошу няню осмотреть вас, — сказал он.
— Благодарю вас, господин Ли, — ответила Се Синчжу, мельком взглянув на Гу Чэнъяня, прежде чем взять баночку.
Она посмотрела на мазь и чуть заметно втянула носом воздух. Эта мазь была такой же, как ту, что дал ей Гу Чэнъянь в прошлый раз.
Удивительно, но после того как она намазала лицо мазью, подаренной императором Сяндэ Гу Чэнъяню, покраснение исчезло ещё до возвращения во Дворец Цзинского князя. А на следующее утро рана на ладони уже начала затягиваться корочкой. Обычная мазь, конечно, помогла бы, но не так быстро.
Ли Цюаньли взял вторую баночку и посмотрел на наследного принца, который снова спокойно пил чай. Слуга замялся. Принц легко выпил лекарство, но убедить его использовать мазь — совсем другое дело.
— Ваше высочество… — начал он неуверенно.
Гу Чэнъянь поставил чашку на стол — раздался чёткий звук. Ли Цюаньли вздрогнул и проглотил все слова. Се Синчжу тоже повернула голову к Гу Чэнъяню.
Гу Чэнъянь был необычайно красив, но его холодное и суровое выражение лица заставляло любого терять дар речи от тревоги и напряжения.
— Девушка, хочешь вернуть мне платье? — внезапно спросил он.
Се Синчжу инстинктивно обхватила себя за грудь и настороженно посмотрела на него.
Ли Цюаньли растерялся. Вернуть платье? Какое платье?
— П-позже… — пробормотала Се Синчжу, стараясь говорить тише. — Цзянь Юэ ещё не пришла. Во что я переоденусь? Гу Чэнъянь, если захочет, не станет думать об этом.
— Я обязательно верну, — добавила она для убедительности.
Гу Чэнъянь пристально смотрел в её миндалевидные глаза. Се Синчжу перевела взгляд в сторону. Гу Чэнъянь слегка усмехнулся, и в уголках его глаз мелькнула насмешливая искорка.
Ли Цюаньли уже не впервые видел, как наследный принц улыбается госпоже Юньжун, поэтому не был так потрясён, как в первый раз, но всё равно это вызвало у него лёгкий шок. Только когда Гу Чэнъянь бросил на него взгляд, слуга очнулся.
Он подошёл ближе с мазью:
— Ваше высочество, позвольте нанести вам мазь.
Ли Цюаньли осторожно посмотрел на выражение лица принца, пытаясь понять, правильно ли истолковал его молчаливое согласие.
Гу Чэнъянь даже не взглянул на него и не ответил. Но то, что он сейчас не возражал, уже радовало Ли Цюаньли.
Слуга поспешно подошёл и начал наносить мазь на колени принца, забыв на миг, что рядом всё ещё сидит Се Синчжу.
Се Синчжу опустила глаза на своё платье. На нём не было ни одного узора — иначе Ли Цюаньли бы не осмелился дать ей одежду принца.
Ли Цюаньли закатал штаны Гу Чэнъяня. Колени принца действительно выглядели хуже: синяки увеличились, на коже проступили кровяные нити. Сегодня он промок под дождём, и раны, размоченные водой, побелели по краям, будто вот-вот начнут гноиться.
Глаза Ли Цюаньли наполнились слезами. А Гу Чэнъянь сидел, опустив брови, без единого признака эмоций. Никто бы не догадался, что наследный принц сейчас в лихорадке и с такими ранами на коленях.
Ли Цюаньли всегда знал, что его господин невероятно стоек и обладает железной волей, но теперь, зная причину, он чувствовал ещё большую боль за него.
Он опустил штаны принца. Гу Чэнъянь зевнул — в лекарстве были успокаивающие травы, и его клонило в сон. Внезапно он встал и направился к выходу.
— Горничная госпожи Юньжун уже прибыла во Восточный дворец. Я велел младшему евнуху привести её сюда, — сказал Ли Цюаньли Се Синчжу. Увидев, что фигура принца почти исчезла из виду, он схватил баночку мази со стола и поспешил за ним, будто хотел ещё что-то сказать Се Синчжу, но не успел.
Вскоре младший евнух привёл Цзянь Юэ.
Увидев Се Синчжу, горничная просияла, но, заметив рядом евнуха Восточного дворца, сдержала порыв.
Младший евнух поставил поднос на ближайший стол. На нём лежали новые одежды и украшения — всё это Се Синчжу не видела в Доме Цзинского князя.
Евнух поклонился и почтительно произнёс:
— Госпожа Юньжун, императорский евнух только что приходил. Его величество сказал, что сегодня вы можете остаться во Восточном дворце. Если вам чего-то не хватает, просто прикажите.
Се Синчжу не поверила своим ушам. Она не ожидала, что император Сяндэ сразу разрешит ей остаться во Восточном дворце. Она думала, что как только Цзянь Юэ принесёт ей платье, она сможет уйти.
Се Синчжу долго сидела ошеломлённая, не в силах прийти в себя. Она бросила взгляд на Цзянь Юэ, стоявшую за спиной евнуха.
— Горничная Цзянь Юэ также может остаться с госпожой Юньжун во Восточном дворце, — добавил евнух.
Се Синчжу наконец поняла, что хотел сказать Ли Цюаньли, не договорив до конца.
Когда евнух ушёл, Цзянь Юэ подошла к Се Синчжу и тревожно окликнула:
— Госпожа…
— Раньше господин Ли велел вам срочно прийти во дворец. Что случилось? Почему император вдруг разрешил вам остаться здесь с горничной?
На самом деле Цзянь Юэ больше всего хотела спросить, не обидел ли снова госпожу наследный принц. Но, находясь во Восточном дворце, она не осмелилась произнести это вслух.
— Как там няня Чэнь в эти дни? Что в Доме Цзинского князя? — вместо ответа спросила Се Синчжу.
После того как она наказала Чэнь Цюаня, Се Синчжу велела Цзянь Юэ следить за няней Чэнь и её сыном.
— Я подкупила нескольких служанок во Дворце Цзинского князя. Няня Чэнь ведёт себя тихо. А вот Чэнь Цюань, пока лечится, что-то бурчит себе под нос, — ответила Цзянь Юэ.
Она не стала повторять грубые слова Чэнь Цюаня, чтобы не пачкать уши госпожи.
Се Синчжу не удивилась. Няня Чэнь — старая служанка дома, она знает правила. Достаточно было видеть, как она позволяла себе язвить в адрес Се Синчжу, но не осмеливалась плохо обращаться с ней по-настоящему.
Что до Чэнь Цюаня, Се Синчжу не придавала ему значения — он просто прикрывается авторитетом матери.
— Раз император велел нам временно остаться во Восточном дворце, мы должны подчиниться. Здесь всё же резиденция наследного принца, и он здесь хозяин. Нам следует быть особенно осторожными. Старайся избегать встреч с наследным принцем, — сказала Се Синчжу.
Она знала, что Цзянь Юэ — девушка рассудительная, но характер Гу Чэнъяня не сравнить с другими господами.
Ли Цюаньли прислал нескольких младших евнухов, чтобы они подготовили комнату для Се Синчжу. Та выбрала из принесённых одежд неброское платье цвета бледной орхидеи и переоделась. Цзянь Юэ уложила её волосы в простой узел «юаньбао». Наконец избавившись от чужого платья и неловкости, которую оно вызывало, Се Синчжу с облегчением выдохнула.
Она села на диванчик в гостиной. Ранее одна из нянек, помогавших ей искупаться, опустилась перед ней на колени, чтобы осмотреть её колени.
Через некоторое время няня поднялась:
— С вашими коленями всё в порядке, госпожа Юньжун. Но ваша кожа нежная, и на коленях немного синяков. Я нанесу вам мазь для рассасывания синяков.
Услышав это, Се Синчжу и Цзянь Юэ обе перевели дух.
http://bllate.org/book/10283/925039
Готово:
