Ху Юань тоже испугалась её реакции и тихо спросила:
— Я заметила, ты всё время витаешь в облаках. Что-то случилось?
Мэн Нин машинально потерла грудь. Она уже собралась что-то сказать, как вдруг вспомнила один важный момент из книги: первая Мэн Нин умерла прямо на своём восемнадцатилетнем дне рождения.
Из всего Сунъянского частного колледжа на этот банкет могли попасть лишь члены семьи Сюй… и единственный посторонний — Сун Синчэнь.
А среди всех знакомых ей людей только Сун Синчэнь был наследником знатного рода Сунов.
Значит, вполне возможно, что убийца прежней хозяйки ещё не появился рядом с ней — и она его пока не обидела?
Она с облегчением выдохнула и тихо спросила Ху Юань:
— А ты не знаешь, как мы с твоим братом вообще познакомились?
Ху Юань задумалась:
— Кажется, однажды он подрался и получил ранение, а ты как раз проходила мимо и помогла ему.
Она помолчала немного и пристально посмотрела на Мэн Нин:
— Ты сама разве не помнишь?
Лицо Мэн Нин побледнело. Она слабо улыбнулась:
— Прошло уже так много времени… Я немного забыла.
Ху Юань ничего не заподозрила. Мэн Нин и раньше особо не интересовалась её братом, так что совершенно нормально, что она не помнит, как спасла его больше года назад.
Днём погода начала портиться, и плотные тучи собрались на небе.
Последним уроком у девятого класса была фортепианная практика, которую они проводили вместе со спецклассом.
Мэн Нин собиралась после занятий навестить Сяо Бая, поэтому заранее собрала рюкзак и повесила его на плечо. Вместе с Ху Юань они направились к музыкальному кабинету.
Ещё за несколько шагов до двери они услышали оттуда приятную мелодию, сопровождаемую аплодисментами и свистками.
У входа в класс Мэн Нин увидела, как Сюй Жань играет на рояле, а рядом сидит Сун Синчэнь. За их спинами толпились почти все мальчики из спецкласса, тогда как парни из девятого класса ещё медлили в коридоре и никто из них даже не подошёл.
Сейчас взгляды учеников спецкласса были прикованы исключительно к школьной красавице — прекрасной, многогранной и талантливой Сюй Жань, исполняющей музыку. Они даже не заметили, что у двери появились две девочки.
Ху Юань наклонилась к уху Мэн Нин и шепнула:
— Сюй Жань правда твоя двоюродная сестра?
Мэн Нин на секунду замялась, потом кивнула:
— Да.
Ху Юань внимательно оглядела её лицо и с грустью вздохнула:
— У тебя довольно правильные черты, и ты действительно немного похожа на Сюй Жань… Но почему у неё кожа белоснежная, словно фарфор, а у тебя — бледная и худощавая, будто тебе не хватает питания?
Мэн Нин: «…»
Фырк! Раньше-то она тоже была белоснежной красоткой, настоящей красавицей!
Хотя неизвестно, удастся ли ей вернуть прежний вид в этой жизни, но она уже старается питаться получше.
Правда, даже когда в прошлой жизни она была необычайно прекрасна, с ней почти никто не хотел дружить.
Во всех школах, куда бы её ни перевели, родители обязательно говорили директору, а тот в свою очередь предупреждал весь коллектив: «С Мэн Нин нужно быть особенно осторожными — у неё очень хрупкое здоровье, нельзя допускать, чтобы её травмировали!»
Поэтому, несмотря на внешнюю красоту, для сверстников она всегда была всего лишь изящной, но хрупкой фарфоровой куклой, к которой никто не осмеливался прикоснуться или подойти ближе.
Именно поэтому у неё почти не было друзей с детства. Единственным исключением был её партнёр по парте в реальной жизни.
С самого детского сада и до конца одиннадцатого класса, когда она ушла, её соседом за партой всегда был один и тот же человек.
Мэн Нин вдруг поняла, что уже не помнит, как звали того одноклассника. Даже образ его лица начал стираться в памяти.
Она попыталась вспомнить хотя бы полминуты, но безрезультатно.
Мэн Нин вздохнула.
Ладно, это всё было в прошлой жизни. Люди и события давно канули в Лету.
В классе сорок учеников и двадцать учебных роялей — по два человека на инструмент. Пары выбирали места сами.
Подруга Ху Юань училась в спецклассе, и они всегда садились вместе.
Мэн Нин стояла у двери и издалека заметила Цзян Яня, сидевшего в дальнем углу в одиночестве. Рядом с ним было свободное место.
Она сделала несколько шагов в его сторону — и в этот момент он поднял глаза и посмотрел прямо на неё.
Цзян Янь прищурил свои узкие глаза, выражение лица стало мрачным и нечитаемым. По крайней мере, так показалось Мэн Нин — будто он открыто угрожает ей.
«Он ведь сам довёл меня до бессонницы! Почему бы мне не посидеть рядом с ним?» — подбодрила себя Мэн Нин.
Она отвела взгляд и быстро подошла, обошла его и села рядом.
Напротив них сидели два парня из спецкласса. Один из них писал в тетради, но, заметив их краем глаза, сразу же отложил ручку и толкнул локтем своего товарища, который всё ещё с восторгом смотрел на школьную красавицу.
— Я вдруг понял, что Мэн Нин из девятого класса и наш Цзян Янь — идеальная пара! Один урод, другой чудак; одна двоечница, другой отличник. Оба выглядят как антисоциальные типы…
Он не успел договорить, как друг зажал ему рот ладонью:
— Потише можешь?! На Цзян Яня хоть наплёвать, но зачем ты трогаешь Мэн Нин? Тебе что, жить надоело? Хочешь, чтобы тебя избили старшеклассники-хулиганы?
Парень отодвинул его руку:
— Кстати, о Цзян Яне… Ты заметил, что последние два дня он ходит в брендовых пуховиках? Ведь ещё неделю назад он, как и в прошлом году, мерз в тонкой толстовке… Неужели он занялся чем-то незаконным?
Наивный друг удивился:
— Каким таким «незаконным делом»?
Парень многозначительно подмигнул:
— Ты что, совсем ничего не знаешь? D-U-C-K-DUCK слышал? Хотя Цзян Янь и замкнутый, мрачный тип, зато красив. Да, худощавый, но у него нежная кожа… Я знаю много женщин постарше, которым именно такой тип нравится…
Как только они заговорили на эту пошлую тему, вокруг них тут же собрались другие парни из спецкласса.
Мэн Нин задрожала от ярости. Она незаметно бросила взгляд на Цзян Яня.
Тот опустил ресницы и читал книгу с невозмутимым и сосредоточенным видом, будто речь вовсе не о нём.
«Он только и умеет, что злиться на меня!»
Мэн Нин резко вскочила. Ножки стула скрипнули по полу, привлекая внимание большей части класса.
Она холодно посмотрела на кучку парней из спецкласса:
— Вы наговорились?
Мальчишки тут же разбежались по своим местам.
«Хорошо, что авторитет школьной хулиганки у меня ещё работает», — подумала Мэн Нин с облегчением.
Ноги её подкашивались, но она, собрав всю волю в кулак, подошла к тому, кто распускал слухи о Цзян Яне, и захлопнула его тетрадь. Взглянув на имя на обложке, она сказала ледяным тоном:
— Цзи Ян? Разве тебе никто не говорил, что можно есть всё подряд, но слова — нет?
Цзи Ян не ожидал, что Мэн Нин вдруг обратит на него внимание. Он опешил на пару секунд, затем встал и стал смотреть на неё сверху вниз.
«Всего лишь девчонка! Без защиты старшеклассников-хулиганов она ничто. Чего она тут важничает? Неужели я, взрослый парень, боюсь драки с ней?»
Атмосфера между ними накалилась до предела.
Цзян Янь нахмурился, в его глазах мелькнула тень раздражения. Он напряжённо следил за Цзи Яном, сжав кулаки.
В этот момент в дверях появились парни из девятого класса.
Её сосед по парте, увидев недружелюбный взгляд Цзи Яна, тут же закричал во весь голос:
— Кто-то решил обидеть нашу любимицу Мэн Нин, пока нас не было?! Выходи, мерзавец! Я тебя щадить не буду!
Цзи Ян прекрасно знал, что «умный уступает, глупец настаивает». Увидев подкрепление противника, он тут же изобразил покаяние:
— Прости, Мэн Нин! Я был не прав!
Кулаки Цзян Яня медленно разжались. Он снова опустил голову и продолжил читать.
Мэн Нин дождалась, пока все парни из девятого класса окружат её, и только тогда почувствовала, как дрожь в ногах прошла. Спокойно произнесла:
— Извиняться тебе нужно не только передо мной.
Цзи Ян: «…»
Выходит, Мэн Нин сейчас защищает Цзян Яня?
Но выбора у него не было. Он скорбно пробормотал:
— Мэн Нин, прости! Больше никогда не буду говорить плохо ни о тебе, ни о ком-либо ещё! Обещаю!
Мэн Нин ещё не успела ответить, как её сосед по парте гордо воззрился на учеников спецкласса и заявил:
— Вы, из спецкласса, не думайте, что раз у вас хорошие оценки, вы такие уж великие! Наша Мэн Нин уже начала прогрессировать! Она теперь даже английские книги читает! Подождите, скоро она всех вас перегонит!
Как и следовало ожидать, он получил презрительные взгляды — от всего спецкласса и даже от своих одноклассников…
Мэн Нин: «…»
Только что ей было так трогательно от его защиты, а теперь… она хотела, чтобы он просто исчез. Прямо здесь и сейчас.
Когда урок закончился, Мэн Нин прижала рюкзак к груди и быстро выбежала из класса.
Сюй Жань и Сун Синчэнь вместе пошли в свой класс за вещами.
Вернувшись на своё место, Сюй Жань заметила три зонта в подставке. Она вдруг вспомнила: утром дворецкий господин Чжан сказал, что днём может пойти дождь, и дал ей три зонта.
Раз Мэн Нин и Цзян Янь уже уехали в школу, он велел передать их зонты ей.
Сюй Жань подумала немного и подошла к столу Цзян Яня, положив перед ним чёрный и белый зонты:
— Это ваши зонты.
Она решила: дело не в том, что она забыла отдать зонт Мэн Нин, а в том, что передала его Цзян Яню.
А уж отдал ли он его Мэн Нин или нет — это уже не её забота.
*
Мэн Нин сказала водителю, что он может ехать, а она сама доберётся домой, и вышла из машины.
Только она подошла к двери ветеринарной клиники, как с неба хлынул проливной дождь.
Мэн Нин бросилась под навес и, глядя, как всё вокруг окутывает водяная пелена, стала рыться в рюкзаке. Зонта там не оказалось.
«Ничего, после визита позвоню водителю, пусть заедет за мной», — подумала она с досадой.
Поздоровавшись с медсестрой на ресепшене, Мэн Нин направилась к Сяо Баю.
У Сяо Бая была отдельная комната с разнообразными кормами и игрушками — настоящий кошачий VIP-номер.
После операции котёнок отлично восстанавливался. Теперь он уже мог ходить, и задняя лапка почти не отличалась от здоровой.
Мэн Нин открыла дверь, и Сяо Бай, услышав знакомые шаги, неспешно подполз к её ногам и начал царапать штанину.
Она поспешно подняла его на руки. Котёнок принюхался к её запаху и начал тереться мордочкой о её грудь, щекоча её.
Мэн Нин закрыла дверь, села на диван и положила Сяо Бая себе на колени. Нежно поглаживая его по голове, она с удовольствием прищурилась.
Котёнок тоже чувствовал себя прекрасно и издавал довольное «ур-ур-ур».
Мэн Нин улыбнулась и тихо сказала:
— Кошачьи детки точно самые милые.
На мгновение ей вспомнился Маоцюэ.
Надеюсь, после моего ухода он хорошо ест и достаточно двигается.
Будто почувствовав её грусть, белый котёнок сел и ласково потерся головой о её подбородок.
Мэн Нин погладила его под шейкой:
— Зато теперь у меня есть ты, Сяо Бай. Кто вообще будет обращать внимание на того невоспитанного, капризного и непостоянного человечка? Верно?
Сяо Бай: «Мяу-мяу~»
Мэн Нин слегка приподняла уголки губ:
— Сяо Бай, ты согласен со мной или хочешь, чтобы я не злилась на него?
Сяо Бай: «Мяу-мяу~»
Мэн Нин кивнула сама себе:
— Точно, я не стану с ним церемониться. Он ведь просто мой младший браточек…
Она не договорила — дверь открылась.
Мэн Нин подняла глаза и прямо встретилась взглядом с Цзян Янем. Его тёмные, холодные глаза, полные звёздного льда, пронзили её насквозь.
Мэн Нин: «…»
Автор примечает:
Мэн Нин, упрямая до последнего: «Ты и правда мой младший брат!»
Цзян Янь спокойно смотрит на неё…
(далее следует тысяча строк неприличного содержания)
Мэн Нин, обессиленная: «Ууу… Я твой младший брат…»
За окном лил сильный дождь. Чёрные пряди Цзян Яня были мокрыми, капли воды катились по его бледной коже и намочили воротник рубашки.
Он не отводил от неё взгляда, и в его глазах читалось что-то неопределённое.
Мэн Нин сглотнула и, опустив ресницы, тихо сказала котёнку:
— Сяо Бай, я имела в виду, что у тебя есть младший брат Маоцюэ. Маоцюэ — твой младший брат.
http://bllate.org/book/10043/906696
Готово:
