— Даже взрослый Цзян Янь, переживший все мыслимые страдания, заставил бы Мэн Нин корчиться в муках, а не позволил бы ей уйти из жизни так легко! Это было бы слишком милосердно!
Автор: Простодушный малыш Янь холодно смотрит на Ниньнинь: «Попробуй умереть».
Простите за опоздание — я просто забыл установить время публикации главы qwq.
Мэн Нин помнила, что из любопытства к судьбе прежней хозяйки тела она, перед тем как вернуть книгу однокласснице, быстро пробежала глазами главу о её смерти.
Автор описывал всё довольно расплывчато: девушку нашли повешенной, на шее остались чёткие следы от верёвки.
Кроме того, были заметны лёгкие синяки и отпечатки пальцев.
Хозяева дома Сюй видели это, но всё равно отказались вызывать полицию и проводить судебно-медицинскую экспертизу. Они поспешно кремировали тело и устроили похороны — и на этом всё закончилось.
Читатели, считавшие, что девушка покончила с собой, полагали, будто синяки и отпечатки пальцев оставлены ею самой: процесс удушения при повешении слишком мучителен, поэтому следы — результат её собственных судорожных попыток освободиться.
Те же, кто был уверен в убийстве, утверждали, что синяки и отпечатки принадлежат другому человеку: сначала он задушил жертву до потери сознания, а затем подвесил её на верёвке, инсценировав самоубийство.
В тот момент Мэн Нин склонялась к версии самоубийства, ведь автор упоминал про прощальное письмо, подлинность почерка в котором не вызывала сомнений.
Погружённая в размышления, она вдруг услышала за спиной шаги. Тень накрыла её сверху и легла на пол, почти сливаясь с её собственной.
Сердце её дрогнуло. Несмотря на дрожь в ногах, она резко обернулась и, воспользовавшись светом, проникающим из дверного проёма, узнала того, кто стоял позади. Лишь тогда она смогла перевести дух.
Это был Цзян Янь.
Как бы то ни было, она верила: этот юноша никогда бы не стал убивать прежнюю хозяйку тела.
Мэн Нин сделала шаг вперёд, уголки губ приподнялись, и звонкий голос произнёс:
— Цзян Янь, спасибо, что спас меня сегодня днём.
Её глаза сияли, зрачки блестели, словно чистейшие чёрные камни, невольно притягивая к себе взгляд.
Цзян Янь всё ещё чувствовал раздражение. В глубине его чёрных глаз мелькнула странная эмоция — и исчезла.
Губы его были сжаты в прямую линию, и он холодно бросил:
— Держись от меня подальше.
Мэн Нин на две секунды замерла, затем отступила на шаг. Увидев, что Цзян Янь по-прежнему недоволен, она отошла ещё на два шага и, моргнув, спросила:
— Теперь достаточно далеко?
Цзян Янь: «…»
Он сейчас совершенно не хотел её видеть и тем более разговаривать. Нахмурившись, он развернулся, чтобы уйти.
Но Мэн Нин не удержалась и тихо окликнула:
— Цзян Янь…
Он замер, но всё же обернулся.
Мэн Нин показалось, что его лицо стало ещё бледнее. Она слегка кашлянула и осторожно сказала:
— Я только что поблагодарила тебя.
Цзян Янь: «…»
Он прищурился и быстро зашагал прочь.
Мэн Нин смотрела ему вслед и больше не решалась звать.
Хотя её одноклассница в реальности уверяла, что Цзян Янь не убил бы её, ей всё равно не хотелось жить, мучаясь всю оставшуюся жизнь…
Его взгляд только что выглядел так, будто он хочет проглотить её целиком QAQ.
*
На следующий день была суббота.
Накануне вечером Мэн Нин провела в ветеринарной клинике до восьми часов, дожидаясь, пока котёнок полностью придёт в себя после наркоза.
Перед сном она отключила все будильники и сегодня утром наконец-то проснулась сама.
Сюй Жань уехала на занятия в частный учебный центр, и в доме остались только она и Цзян Янь.
Мэн Нин взглянула на часы — девять тридцать. В это время Цзян Янь, скорее всего, уже позавтракал и сидит в своей комнате, делая уроки. Значит, внизу она с ним не столкнётся?
С этой мыслью она умылась, переоделась и вышла из комнаты.
Едва она собралась спуститься по лестнице, как увидела, что Цзян Янь входит через парадную дверь. Не успев отвести взгляд, их глаза встретились.
На нём наконец-то не было школьной формы — вместо неё он надел длинное чёрное пуховое пальто, которое делало его кожу ещё белее снега.
Правда, одежда выглядела очень тёплой, идеально сидела по фигуре и отлично подчёркивала его юношескую свежесть.
Мэн Нин вспомнила вчерашний вечер у входа в ветклинику — взгляд Цзян Яня, полный ярости. Её ресницы дрогнули, и она инстинктивно отвернулась.
Помедлив мгновение, она быстро вернулась в свою комнату, решив спуститься позже, чтобы позавтракать.
Цзян Янь молча смотрел, как дверь на втором этаже закрывается. В глубине его узких чёрных глаз на миг вспыхнули бурные, неизмеримые эмоции.
Большую часть выходных Мэн Нин проводила в ветеринарной клинике, помогая котёнку восстанавливаться.
В понедельник, когда она пришла в школу, Сюй Жань категорически отказалась ехать с ней в одной машине, ведь та только что общалась с кошкой. Чжан Вэньюй пришлось вызвать ещё одного водителя, чтобы отвезти сестёр раздельно.
Хотя мать Сюй лично сходила с Цзян Янем за одеждой и тем самым косвенно вернула ему прежнее положение в семье, он всё равно отправился в школу один и ушёл очень рано.
В девятом классе никто особо не стремился приходить на утренние занятия, кроме одноклассницы Мэн Нин — единственной в классе, кто любил учиться и занимал первое место среди всех учеников второго года старшей школы на гуманитарном отделении.
Мэн Нин никак не могла понять, почему лучшая ученица гуманитарного отделения оказалась именно в их девятом классе.
Она несколько раз пыталась заговорить с одноклассницей, но каждый раз замолкала.
Ху Юань вздохнула и, отложив учебник английских слов, сказала:
— Спрашивай уже, что хочешь знать.
Мэн Нин смущённо улыбнулась и тихо спросила:
— Почему ты, с таким отличным уровнем знаний, учишься у нас в девятом классе?
Ху Юань молчала около десяти секунд, прежде чем ответила:
— Мой брат упросил меня прийти сюда.
???
Мэн Нин удивилась:
— Твой брат тоже учится в нашем классе? Он уже пришёл?
Ху Юань посмотрела на неё с выражением, которое трудно было описать, и тихо сказала:
— Мэн Нин, я могу сказать тебе, кто мой брат, но ты никому не должна рассказывать.
Мэн Нин торопливо закивала:
— Хорошо, обещаю!
Ху Юань:
— Мой брат — Ху Мэн.
Она ожидала увидеть на лице Мэн Нин изумление, но та лишь растерянно смотрела на неё, явно не имея ни малейшего представления, кто такой Ху Мэн.
Ху Юань: «…»
У неё ещё осталась половина слов для заучивания, а скоро английский учитель придет на диктант. У неё не было времени объяснять подробности. Она снова взяла учебник и продолжила заучивать слова с того места, где остановилась.
Мэн Нин сообразительно выпрямилась и тоже достала из портфеля книгу — роман на английском языке, который она успела прочитать лишь наполовину до своего перерождения.
Прочитав пару страниц, она вдруг заметила, что вокруг неё собралась целая группа мальчишек, которые с любопытством разглядывали её и книгу в её руках.
— Ого, сестра Нинь, ты пришла в школу так рано только ради чтения?
— Сестра Нинь, что это за книга? Я смотрю — одни английские буквы, ничего не понимаю!
— Да ты совсем безграмотный! Это же английский роман. Обложку я видел у одноклассников из других классов. По-русски называется, кажется, «Гордость и предубеждение»?
Мэн Нин: «…»
Она уже собиралась поправить его, как вдруг один из парней громко рассмеялся:
— Сестра Нинь, в нашем классе не принято выпендриваться! Признайся честно — ты вообще понимаешь, что там написано?
Парень, сидевший перед ней, проснулся от шума и, зевая, обернулся:
— Почему бы и нет? Это же просто случайная комбинация букв A, B, C, D, E, F, G — что тут сложного!
Ребята уже собирались продолжить издеваться, как в этот момент в класс вошла учительница английского. Все тут же вернулись на свои места.
Хотя учёба давалась им с трудом и большинство не любило заниматься, они всегда проявляли уважение к преподавателям, поэтому отношения с учителями и классным руководителем у них были вполне хорошие.
Учительница Ли Лань поставила учебник на кафедру и сказала:
— Сегодня мы не будем писать диктант. Мне нужно уйти по делам, поэтому я проведу урок заранее. Откройте учебники на странице двести шестьдесят седьмой.
— Кто хочет прочитать первый абзац вслух?
С этими словами она посмотрела на единственную надежду класса — Ху Юань.
Но к её разочарованию, Ху Юань сегодня, как и все остальные, опустила голову и не смела встречаться с ней взглядом!
Зато соседка Ху Юань спокойно смотрела на доску за спиной учительницы.
Ли Лань на миг замерла. Она не могла вспомнить, кто эта девочка.
«Ладно, неважно», — подумала она и указала на Мэн Нин:
— Ты, встань и прочитай.
Мэн Нин удивилась, но послушно встала и начала читать.
Произношение девушки было безупречным, интонация — правильной и выразительной, а мягкий тембр делал её речь особенно приятной на слух.
Ху Юань, которая всё ещё зубрила слова, вздрогнула и уронила учебник себе на колени.
Раньше, когда Мэн Нин говорила по-английски, даже самые простые слова вроде «hello» звучали с сельским акцентом и казались крайне деревенскими.
Ли Лань с изумлением и восторгом воскликнула:
— Excellent!
Она быстро подошла к столу Мэн Нин, открыла титульный лист и взглянула на имя:
— Your spoken English is really fluent. Sit down please.
Когда учительница вернулась к доске и начала урок, парень, сидевший перед Мэн Нин, обернулся и с любопытством спросил:
— Сестра Нинь, сестра Нинь, что сказала тебе учительница?
Мэн Нин лукаво улыбнулась:
— Она сказала про комбинацию английских букв A, B, C, D, E, F, G.
Парень: «…»
Сестра Нинь, кажется, изменилась.
Раньше, когда они подшучивали над ней, она только ругалась и посылала их подальше.
А теперь научилась отвечать с сарказмом.
Эээ... почему-то стало обидно.
*
Сюй Жань больше не хотела ездить с ней в одной машине, и Мэн Нин наконец обрела свободу.
После уроков в понедельник она решила заглянуть в канцелярский магазин рядом со школой. Едва выйдя за ворота, она увидела, как к ней направляется целая компания людей — парни и девушки в форме старшеклассников школы Шэнъян.
Во главе группы шёл здоровенный парень, который показался ей знакомым.
Мэн Ху («Грозный Тигр») подошёл ближе и с искренним волнением воскликнул:
— Ниньнинь!
Его товарищи хором подхватили:
— Привет, сестра Нинь!
Мэн Нин: «…»
Мэн Ху выглядел так, будто вот-вот расплачется:
— Ниньнинь, родители и сестра заставили меня сдавать пробные экзамены один за другим — первый, второй, третий! Всего несколько дней не виделись, и ты уже забыла меня?
Мэн Нин вспомнила: этот парень был тем самым хулиганом, который в день её перерождения наступал ногой на Цзян Яня.
Если она не ошибалась, прежняя хозяйка тела, должно быть, знала его и, возможно, даже дружила?
Мэн Нин подумала и осторожно спросила:
— А как ты… сдал экзамены?
Мэн Ху был растроган:
— Ниньнинь, ты сегодня сама обо мне спросила!
Не успела Мэн Нин продолжить расспросы, как он добавил:
— Ниньнинь, раньше тебе гораздо лучше шла причёска! Сейчас ты выглядишь так скучно. И куда делись твои колокольчики? Без них ты теряешь весь свой шарм!
«…»
Выражение лица Мэн Нин стало сложным. Она не знала, что сказать.
Мэн Ху, заметив её реакцию, понял, что ляпнул глупость: какая же девушка не любит комплименты? Он ведь только что сказал, что она выглядит скучно!
Он поспешно сменил тему:
— Ниньнинь, теперь, когда экзамены позади, тот парень по фамилии Цзян снова тебя обижает? Скажи честно — я тут же пойду и устрою ему взбучку!
Сердце Мэн Нин екнуло.
Неужели из-за неё эта компания постоянно ищет поводы для драк с Цзян Янем?
Автор: Малыш Янь: «Держись от меня подальше».
Ниньнинь (отступает на полшага): «Хватит?»
Малыш Янь: «Слишком далеко».
Мэн Нин некоторое время размышляла, но так и не смогла вспомнить, как именно Цзян Янь «обижал» её в прошлый раз, чтобы Мэн Ху готов был переломать ему ногу ради мести.
С момента её перерождения она запомнила Цзян Яня только как сдержанного, холодного и терпеливого юношу. Его изысканное бледное лицо редко выражало эмоции, поэтому невозможно было понять, радуется он или злится.
http://bllate.org/book/10043/906694
Готово:
