Судя по её виду, она слушала довольно внимательно. Сяо Шу невольно улыбнулся и, словно рассказывая сказку ребёнку, медленно и чётко повторил заклинание ещё раз.
— Ладно, уже поздно. А Цзин, иди отдыхать. Мне тоже пора искупаться и ложиться спать.
Юнь Цзин молча запомнила заклинание наизусть. Услышав эти слова — ясное приглашение удалиться, — ей совсем не хотелось вставать.
Ей тоже хотелось искупаться: весь день простояла под палящим солнцем, и теперь чувствовала себя ужасно.
Ей тоже хотелось спать на мягкой постели, а не в том жёстком, высохшем гнезде из соломы — слишком убого.
Но главное — ей не хотелось лишаться этого источника… кислорода.
Сяо Шу встал, аккуратно убрал книгу и снял чёрный верхний халат. Обернувшись, он увидел, что Юнь Цзин всё ещё не двинулась с места.
— А Цзин?
Она случайно подняла глаза и сквозь белоснежную рубашку разглядела его мощную фигуру. Ей стало неловко, и она поспешно отвела взгляд.
Ей так хотелось задержаться здесь! Хоть бы договориться с божественным владыкой: пусть он спит себе, а она рядом — ни капли не потревожит.
Но после того, как увидела это, столь нелепая мысль больше не казалась уместной.
Медленно и неохотно она добралась до двери. Взглянув на небо, где собрались плотные тучи, Юнь Цзин вдруг вспомнила кое-что важное и, быстро хлопая крыльями, закаркала:
— А Цзин, опять что-то случилось? — Сяо Шу лишь недоумённо смотрел на неё.
Она повела его прямо к своему гнезду у пруда и даже ногой ткнула в эту простенькую кучу соломы.
«Разве ты не видишь, божественный владыка, что сейчас пойдёт дождь? Если я останусь спать здесь, меня снова промочит до костей! Перенеси мне гнездо куда-нибудь!»
Сяо Шу некоторое время всматривался в неё и, наконец, примерно понял, чего она хочет. Он рассмеялся:
— А Цзин, разве тебе раньше не нравился дождь? Ты могла просто стоять под ним целых полчаса.
Юнь Цзин: «…»
То была глупенькая А Цзин, а не я — умная и красивая!
Сяо Шу немного подумал и указал на циновку у ступенек:
— Раз тебе нравится вода, оставим гнездо здесь — пока не будем переносить. Если ночью грянет гром и тебе станет страшно, приходи спать на эту циновку. Хорошо?
Понимая, что в таком виде ей точно не пробраться в комнату божественного владыки, Юнь Цзин неохотно согласилась.
Как только Сяо Шу закрыл за собой дверь, она стремглав бросилась к циновке и стала вспоминать то самое заклинание.
Когда она открывала глаза, перед ней текли потоки ци. А когда закрывала — видела нечто новое!
Авторские заметки:
Благодарю ангелочков, которые с 2020-07-05 20:35:28 по 2020-07-06 20:23:46 поддержали меня «бомбами» или питательными растворами!
Особая благодарность тем, кто бросил гранату: K и Луна (пятый уровень без ультимейта) — по одной штуке.
Огромное спасибо всем за поддержку! Я продолжу стараться!
Во тьме, возникшей перед её мысленным взором, появился простенький человечек, нарисованный сплошной линией.
Ниже колен его тело уже заполнялось мягким флуоресцентным светом, который мерно пульсировал и выглядел очень приятно.
Такое загадочное зрелище Юнь Цзин видела впервые.
Вспоминая заклинание и строя догадки, она решила, что этот человечек, вероятно, показывает прогресс её поглощения ци. Возможно, как только свет заполнит всё его тело, она сможет полностью обрести человеческий облик.
Эта мысль привела её в восторг.
Если каждый день висеть рядом с Сяо Шу, словно амулет, впитывая ци, то при таком темпе уже через несколько дней она станет человеком!
Раньше она думала, что тайная практика будет трудной, и готовилась провести в образе птицы немало времени, даже предполагала, что однажды голод заставит её забыть о гордости и есть живую рыбу.
А теперь, благодаря неизвестному великому наставнику, всё шло невероятно быстро. «Великий наставник, кто бы вы ни были, не хотите ли явиться лично? Я для вас песню спою или танец станцую…»
Без Сяо Шу рядом уровень ци в теле человечка почти не рос — настолько слаб был поток окружающей энергии, что глазом и не уловишь.
Но это ничуть не портило Юнь Цзин настроения. Она весело закрывала глаза и с восторгом рассматривала своего маленького человечка снова и снова, испытывая радость, будто собирает очки достижений в игре.
Внимательная, она вдруг заметила на левом плече фигурки крошечную красную точку.
Вспомнив сегодняшнюю царапину на крыле, где выпал пучок перьев, Юнь Цзин вновь восхитилась: «Так у тебя ещё и эта функция есть? Да ты просто медицинское чудо!»
Глубокой ночью действительно начался дождь.
Юнь Цзин, уже успокоившаяся после всплеска эмоций, съёжившись, сидела на циновке и задумчиво смотрела на водяную завесу, струившуюся с карниза.
Вчера в это же время она только что переселилась в это тело и чувствовала такой страх за свою жизнь, что дрожала всем телом.
А уже сегодня внутри зарождалось странное чувство привычки. Кажется, жить здесь вовсе не так уж плохо.
Всё это ощущение безопасности исходило исключительно от Сяо Шу.
Но каково будет ему, если он узнает, что его питомец уже не тот, что раньше?
Вчера, только очутившись здесь, Юнь Цзин не обратила внимания на странности тела А Цзин, решив, что холод и окоченелость — просто от дождя.
Теперь же, вспоминая неестественную скованность мышц, она поняла: скорее всего, оригинал А Цзин уже умерла до её прибытия.
На теле не было ран, никаких признаков болезни. Юнь Цзин напрягла память, пытаясь собрать осколки смутных воспоминаний А Цзин, и пришла к единственному выводу: сердце А Цзин разбилось от любовной неудачи, и она умерла от горя.
Она всегда очень любила Да Фэня, поэтому каждый день старалась подойти поближе, лишь бы постоять рядом с ним.
Но Да Фэнь предпочитал изящную и грациозную Сяо Сюэ и никогда не замечал А Цзин, неказистую и неуклюжую.
Более того, он молча допускал и даже защищал издевательства Сяо Сюэ над ней.
Никто и не знал, что под этой глуповатой и грубоватой внешностью скрывалось ранимое и чувствительное сердце.
Вот в ту самую ночь, вскоре после того, как Да Фэнь и Сяо Сюэ стали парой, А Цзин тихо закрыла глаза и ушла в вечность.
Если бы Юнь Цзин не вошла в её тело, никто бы никогда не узнал о глубине её чувств. Мир просто сочёл бы историю нескольких птиц забавной байкой.
Юнь Цзин тяжело вздохнула — ей было и грустно, и злилась.
«Глупышка А Цзин! Да Фэнь тебя не замечает, зато божественный владыка тебя любит! Зачем ради этого слепого журавля жертвовать собой?»
Она подняла голову к небу, крепко обхватила крыльями себя и мысленно произнесла:
«Если ты там, на небесах, малышка, открой глаза и смотри хорошенько.
Я не только позабочусь о божественном владыке вместо тебя, но и, как только обрету человеческий облик, найду нам обоим прекраснейшего мужа! И тогда мы вместе отправимся к Да Фэню с Сяо Сюэ и так их разозлим, что они запрыгают от злости! Отомщу за тебя!
Согласна?»
Всю ночь она то радовалась, то сокрушалась, чувствуя себя такой бодрой, будто и спать не нужно. Но всё же незаметно задремала.
Утром её разбудил чёткий щелчок пальцев.
— А Цзин, разве птицы тоже видят сны? Звал тебя уже давно, а ты не просыпаешься, — сказал Сяо Шу, поставив перед ней ведро с рыбой. — Вчера ничего не ела, сегодня хоть немного поешь.
Как только он появился, Юнь Цзин вытянула шею и уставилась на него во все глаза.
«Да ладно вам, рыба — это ерунда! Вы, божественный владыка, гораздо важнее! Подойдите поближе — и этого достаточно!»
Сяо Шу присел рядом и, видя, что она всё ещё не трогает еду, нахмурился. Он долго пристально смотрел на неё, а затем вдруг протянул руку и приложил ко лбу — будто проверял, нет ли у неё жара.
Юнь Цзин: «…»
«Конечно, тронута вашей заботой, но, божественный владыка, вы что-то напутали!»
*
Сегодня Сяо Шу был очень обеспокоен. Его А Цзин внезапно заболела, но признаков болезни не было.
Когда он сражался с наставником на площадке, мысли его были заняты только этим, и сосредоточиться не получалось.
Цинь Чжэньлин и Чэнь Е выпустили Да Фэня и Сяо Сюэ и повели их за собой. Цинь Чжэньлин усмехнулся:
— Мы же договорились сегодня сражаться вместе с журавлями! Почему ты один? Даже если связь между тобой и А Цзин слаба, всё равно не стоило так поступать — выглядит, будто мы тебя обижаем.
Сяо Шу взглянул на Юнь Цзин, всё ещё стоявшую под древним деревом, и серьёзно ответил:
— А Цзин больна.
— А?! Как вдруг заболела? — удивился Чэнь Е.
Цинь Чжэньлин не удержался и фыркнул:
— Неужели от любви?
Сяо Шу недовольно взглянул на него, и Цинь Чжэньлин сразу понял: младший брат действительно переживает.
Он тут же стал серьёзным, прочистил горло и спросил:
— Расскажи, что случилось? Сейчас она выглядит вполне нормально.
Протирая меч, Сяо Шу нахмурился и медленно ответил:
— Она ничего не ест с самого вчерашнего дня.
— Ого! — Цинь Чжэньлин аж ахнул. — Для А Цзин это действительно странно! Раньше она могла съесть несколько вёдер рыбы за день. Почему вдруг перестала?
Сяо Шу покачал головой, и выражение его лица стало ещё мрачнее.
Чэнь Е спросил:
— Может, у неё просто изменились вкусы?
Раньше привередливость А Цзин доводила поваров столовой до отчаяния — каждый день они готовили разные сорта рыбы, пытаясь угодить её капризам.
Сяо Шу снова покачал головой:
— Я только что водил её в столовую. Пробовали разную рыбу — она даже не взглянула.
— …Тогда это действительно странно.
Цинь Чжэньлин почесал подбородок и вдруг усмехнулся:
— У нас дома говорят: если ребёнок капризничает и не ест, нужно либо проголодать, либо отшлёпать. Если не хочешь бить — оставь без еды на пару приёмов. Как проголодается — сама наестся с аппетитом.
Сяо Шу бросил на него ледяной взгляд, помолчал и добавил:
— Но сегодня она привела меня сюда быстрее, чем раньше, и ни разу не ошиблась дорогой.
Цинь Чжэньлин: «…Значит, это правда болезнь. Неужели последний всплеск сил перед кончиной?»
Чэнь Е закрыл лицо ладонью:
— Наставник, не говори глупостей.
Сяо Шу бросил на Цинь Чжэньлина раздражённый взгляд, и тревога в его сердце усилилась. Не зная, как разрешить эту ситуацию, он сделал замах мечом и тихо сказал:
— Сегодня я слишком взволнован. Не буду брать А Цзин с собой. Пусть побудет одна. Я один сразюсь поочерёдно с каждым из вас — хоть выплесну своё раздражение.
Юнь Цзин сидела под деревом и усердно впитывала ци, когда вдруг услышала звон металла и крики журавлей.
«Кто осмелился устраивать беспорядки на территории Лиси Тянь? Неужели не боится, что божественный владыка разнесёт ему голову?» — подумала она с тревогой.
Открыв глаза, она увидела, что это сами божественные владыки!
Цинь Чжэньлин, держа в руке меч, и Да Фэнь, парящий в воздухе, атаковали с разных сторон одинокого Сяо Шу.
Да Фэнь уже не выглядел беззаботным и свободным.
Летая в небе, он двигался с поразительной ловкостью. Кроме острых ударов клювом, каждое взмахивание крыльев создавало хаотичные порывы ветра, направленные на противника. Несмотря на то, что он был изящным журавлём, в бою проявлял свирепость настоящего ястреба.
Сяо Шу крутился, уворачивался, отражал атаки мечом — ему приходилось одновременно противостоять стремительным ударам Цинь Чжэньлина и внезапным нападениям Да Фэня с тыла.
В такой неравной схватке победить можно было, только если реакция была молниеносной — иначе неминуемо следовала бы ошибка.
К счастью, скорость Сяо Шу была высока. Хотя он и не мог одолеть наставника в такой ситуации, ему удавалось увернуться и контратаковать. В итоге поединок завершился без победителя.
Юнь Цзин встала и с восхищением наблюдала за битвой.
«Неужели это уникальное оружие Лиси Тянь? Два против одного — это же нечестно!»
Но, видя, как легко Сяо Шу справляется, она почему-то почувствовала радость.
«Ведь это же божественный владыка! Конечно, он великолепен!»
Вскоре Да Фэнь спустился на землю, а Сяо Шу и Цинь Чжэньлин обменялись почтительными поклонами мечами — поединок закончился. Юнь Цзин наконец перевела дух.
Но едва Цинь Чжэньлин отошёл в сторону, как Чэнь Е с Сяо Сюэ вышли вперёд — похоже, очередь Сяо Шу сражаться с ними.
Юнь Цзин тут же бросилась к краю защитного круга.
«Как так? После такого напряжённого боя хоть дайте передохнуть! Почему все целятся только в одного человека!»
Она возмущалась за Сяо Шу и изо всех сил хлопала крыльями, громко каркая, надеясь привлечь их внимание.
— Твоя А Цзин вдруг ожила! Что с ней? — Цинь Чжэньлин указал в её сторону и широко улыбнулся.
http://bllate.org/book/10033/905918
Готово:
