— Ребята, на этом всё. Вы уже в одиннадцатом классе — пора сосредоточиться на учёбе. В будущем вы станете опорой нашей Родины, так что усердно учитесь и приносите пользу стране. Я верю в вас: в следующем году вы принесёте славу Первой средней школе уезда Байцюань…
Директор Ли парой фраз уладил разгоревшийся конфликт. Поскольку Лу Цинхань оставалась их учителем математики, после урока никто больше не заговаривал об инциденте.
Правда, это не касалось Сун Фэйханя. После обеденного звонка он непременно потащил Шэнь Нянь с собой и принялся допытываться о деталях.
Шэнь Нянь, конечно, ничего ему не рассказала:
— Заботься лучше о своей пассии, а не лезь ко мне со своими провокациями.
— Какая ещё пассия? — растерялся Сун Фэйхань.
— Да Цзинь Инъин, конечно! — ответила Шэнь Нянь совершенно уверенно. — Если бы она тебя не любила, зачем бы ей меня трогать?
Лицо Сун Фэйханя покраснело до корней волос — то ли от злости, то ли от смущения.
— Да ты чего?! Не неси чепуху! Она мне и вовсе не подходит. Да и кто её сравнивает с тобой? Если уж выбирать, то только такую, как ты!
— Катись отсюда, пока цел! — взорвалась Шэнь Нянь. — Кто вообще захочет быть твоей пассией? Ты ещё молокосос — усы-то не отросли!
— Ты, ты, ты… — задохнулся от возмущения Сун Фэйхань. — Ты вообще женщина или нет? Как можно так грубо ругаться!
— На этот вопрос я уже отвечала. Больше не комментирую, — бросила Шэнь Нянь, подняв бровь.
Сун Фэйхань почувствовал полное бессилие. Но после такой перепалки он и сам забыл, зачем вообще приставал к ней, и, покачав головой, отправился домой.
Шэнь Нянь, едва переступив порог дома, раскатисто рассмеялась:
— Ха-ха-ха!
Вся семья испугалась этого смеха и бросилась к ней.
— Чего ржёшь, как одержимая? Опять старая болезнь проявилась? Дать тебе по шее? — косо взглянул на неё Шэнь Хэн.
Шэнь Нянь мигом подскочила к нему:
— Братец, скорее! Загони нашу свинью на крышу — хочу посмотреть!
Шэнь И сначала удивилась, но тут же обрадовалась:
— Нянь, ты заняла первое место?
Шэнь Нянь радостно закивала и вместе с сестрой принялась прыгать на месте:
— Да! Первое место во всём классе!
Люй Чуньцяо и Шэнь Дэюнь переглянулись, а потом тоже расхохотались.
— Наша Нянь выросла настоящей гордостью! Не поверю, пока не увижу собственными глазами! Завтра обязательно схожу к предкам на кладбище, поблагодарю их, — проговорил Шэнь Дэюнь, причмокивая, затягиваясь из трубки, и даже морщины на лице его сияли от радости.
— Сяо И, купи сегодня вечером говядины. Сегодня будем готовить пельмени с говяжьим фаршем, — щедро распорядилась Люй Чуньцяо. Ведь в их доме говядину покупали раз в год — слишком дорого.
Шэнь И тут же кивнула:
— Хорошо!
Пёс Хуаньцзы крутился вокруг Шэнь И, чувствуя общее ликование, и радостно залаял:
— Гав-гав-гав!
Шэнь Хэн внутри тоже радовался, но внешне этого не показывал. Он почесал нос:
— А ты уверена, что заняла первое место? Может, просто дурачишь нас?
— Да что ты, братец! Проверь у Цинь Мань или у любого одноклассника! — фыркнула Шэнь Нянь. — Неужели хочешь отвертеться от своего обещания? Не выйдет!
Шэнь И не могла сдержать смеха:
— Не волнуйся, Нянь, мы с мамой за тебя поручимся. Давай сначала пообедаем, а потом посмотрим, как братец загонит свинью на крышу. За всю жизнь такого не видывала!
— Отлично! — захлопала в ладоши Шэнь Нянь, оставив Шэнь Хэна в полном отчаянии.
Он чуть не ударил себя по щеке: зачем в тот раз так глупо пообещал, что если Шэнь Нянь займёт первое место, «свинья полетит на крышу»?
Но теперь что делать? Шэнь Хэн посмотрел на веселящихся родных и невольно улыбнулся. Однако, бросив взгляд на свинью в хлеву — явно под двести кило — и на высокую крышу, лишь покачал головой: даже если убьётся, всё равно не загонит её туда.
За обедом Шэнь Нянь вдруг вспомнила: ведь она обещала Лу Кэ прийти посмотреть на «свинью на крыше». После еды она не стала спать:
— Мам, я ненадолго выйду! Братец, подожди меня, только тогда показывай!
Шэнь Хэн сидел за столом, мрачно нахмурившись: как же быть? Шэнь И тут же начала поддразнивать:
— Пожалел, да? Жаль, лекарства от жалости не продают.
Шэнь Хэн бросил на неё недовольный взгляд:
— И я сейчас выйду. Скоро вернусь.
— Только не думай сбежать! Сегодня убежишь — завтра всё равно поймают, — насмешливо сказала Шэнь И. Обычно её голос казался ему приятным, но сегодня он звучал как демонская музыка.
Шэнь Нянь весело помчалась к дому Лу Кэ. Подумала: ведь все они подростки, лет шестнадцати–семнадцати. Такие, как Сун Фэйхань, наверняка любят шум и веселье. Эта история — отличное развлечение, почему бы не позвать Лу Кэ? Парень весь день словно старичок, будто Лу Цинхань совсем выжала из него детские радости.
Это был первый раз, когда Шэнь Нянь приходила к Лу Кэ домой. Забор у них был невысокий — ей было видно всё во дворе.
Только она завернула в переулок, как услышала издалека пронзительный голос Лу Цинхань. Чем ближе подходила, тем отчётливее доносились слова. Шэнь Нянь прислонилась к забору и услышала, как Лу Цинхань отчитывает сына:
— Если бы не ты, разве я приехала бы сюда преподавать?
— Из-за тебя меня все сторонятся, даже мужа найти не могу! А ты что? Когда сегодня случилась эта история, ты хоть слово сказал? Ты вообще считаешь меня своей матерью?
Шэнь Нянь нахмурилась. Лу Цинхань просто искала, на ком выпустить злость, и выбрала сына.
Вероятно, Лу Кэ не хотел, чтобы одноклассники видели его в такой момент. Лучше не заходить. Но едва она развернулась, как в уголке глаза заметила нечто такое, что чуть не заставило её ворваться во двор и исцарапать лицо Лу Цинхань до крови…
Лу Цинхань всё продолжала бушевать, и злость её только росла. Лу Кэ молчал, не отвечая ни слова. Это ещё больше разозлило мать. В тот самый момент, когда Шэнь Нянь собралась уйти, Лу Цинхань со всего размаху дала сыну пощёчину по левой щеке.
Щека Лу Кэ моментально опухла, и на ней чётко отпечатались пять пальцев.
— Почему молчишь?! Я кормлю тебя, плачу за учёбу — а ты не можешь даже первым стать! Ты вообще достоин меня? С таким результатом ты поступишь в Пекинский университет?
Лу Цинхань зло смотрела на сына, вымещая на нём весь гнев, накопленный из-за Шэнь Нянь:
— Слушай сюда, Лу Кэ! Если не поступишь в Пекинский университет, отправлю тебя в деревню пахать землю! Никогда больше не увидишь книг!
Лу Цинхань отругала Лу Кэ весь обеденный перерыв, и только эта пощёчина положила конец истерике. Во дворе воцарилась тишина.
Лу Кэ даже не потрогал опухшую щеку. Только он знал, как боль медленно проникает в сердце, постепенно вытесняя последний лучик света. Сколько их ещё осталось — он уже не мог сказать.
Все эти годы, стоило Лу Цинхань напомнить, что она его растила и обеспечивала учёбу, он глотал любую обиду.
Шэнь Нянь, прижавшись к забору, смотрела на худощавого юношу в поношенной одежде. Откуда в нём столько стойкости и терпения? Что давало ему силы идти дальше?
Солнечные лучи освещали его юное лицо. Шэнь Нянь видела чистые глаза Лу Кэ — мальчик нес на плечах бремя, не подобающее его возрасту. Но в его взгляде не было ненависти — или он мастерски скрывал её.
Неизвестно почему, сердце Шэнь Нянь сжалось от боли, когда она увидела, как Лу Кэ едва заметно приподнял уголки губ. Ей стало невыносимо горько: почему такой замечательный парень должен иметь такую мать?
По дороге домой Шэнь Нянь никак не могла успокоиться.
У самого порога она сделала несколько глубоких вдохов, похлопала себя по щекам и постаралась изобразить радостную улыбку. Едва она вошла, Шэнь Хэн тут же подозвал её:
— Почему так долго? Ну что, смотри, как твой братец исполняет обещание — свинья на крыше!
Раньше это зрелище было для Шэнь Нянь главным ожиданием дня. Ведь здесь, в уезде, развлечений почти нет. В кино ходить дорого — не позволишь себе тратить семейные деньги.
Но сейчас перед глазами снова и снова всплывала та сцена. Всё её воодушевление будто окатили ледяной водой с кусками льда.
Она подняла глаза: вся семья с нетерпением ждала представления.
— Ладно, братец, давай скорее! Хочу посмотреть!
Шэнь Нянь думала, что Шэнь Хэн придумает какой-нибудь хитроумный способ, используя законы физики, чтобы поднять свинью на крышу. Но вместо этого…
Шэнь Хэн вынес маленького поросёнка, приставил лестницу и ловко взобрался на крышу. Там он поставил поросёнка и радостно крикнул вниз:
— Нянь! Обещание выполнено — свинья на крыше!
Шэнь Нянь моргнула:
— Братец, ты жульничаешь!
— При чём тут жульничество? Свинья на крыше! Я специально сбегал и купил именно эту свинку — чистокровная самочка! Не веришь — проверь сама!
В ответ поросёнок на крыше хрюкнул пару раз, будто подтверждая его слова.
Шэнь Нянь не знала, смеяться ей или плакать. Она точно не умела различать половую принадлежность свиней. Увидев довольную физиономию брата, она подняла большой палец:
— Ладно, раз ты мой брат, на этот раз прощаю.
Шэнь Хэн спустился с лестницей и сунул поросёнка Шэнь Нянь:
— Дарю тебе! Подарок за первое место. Вырастишь — к Новому году зарежем на мясо.
Шэнь Нянь не успела и рта раскрыть, как от поросёнка пахнуло такой вонью, что сёстры чуть не вырвались.
— Фу! Как же воняет!
Она тут же поставила поросёнка на землю. Тот сразу же захрюкал и побежал носиться по двору.
— Братец! Мои новые вещи… Как я теперь пойду в школу?! — воскликнула Шэнь Нянь, схватила черпак воды и бросилась за Шэнь Хэном.
Конечно, Шэнь Хэн бегал быстрее. Он нарочно её дразнил, и Шэнь Нянь запыхалась так, что еле дышала. В итоге лишь немного воды попало на брата.
Опершись на колени, Шэнь Нянь тяжело дышала. Но едва она перевела дух, как ветерок снова принёс запах свиного сала.
— Бле… — Шэнь Нянь склонилась над оградой хлева и вырвало так, что весь мир перевернулся.
Запах свиного сала и грязи был просто убийственный.
Люй Чуньцяо не выдержала:
— Ты что, издеваешься над сестрой? — пнула она Шэнь Хэна.
— Мам, ты всегда на её стороне! — не стал уворачиваться Шэнь Хэн и зашёл в дом переодеваться.
Остаток обеденного перерыва Шэнь Нянь потратила на мытьё и смену одежды.
Но вонь так въелась в неё, что даже переодевшись, она всё ещё чувствовала этот отвратительный запах.
На уроке она постоянно спрашивала Цинь Мань, не пахнет ли от неё. В итоге Цинь Мань решила, что у подруги галлюцинации.
— Да брось ты уже про запах! Ты пахнешь розами! — отмахнулась Цинь Мань. — Слушай, ты заметила? Лу Кэ сегодня не пришёл.
Шэнь Нянь сразу поняла, что его нет. С таким лицом он вряд ли появится в классе.
Как и предполагала Шэнь Нянь, Лу Кэ не пришёл ни в тот день, ни в среду. Его место оставалось пустым.
Поскольку Чжоу Вэньин временно заменила Лу Цинхань, а в среду как раз должен был состояться визит профессора Лу из университета Сячэна и представителей управления образования, места в классе не пересаживали.
Шэнь Нянь сидела далеко от парты Лу Кэ, но всё равно то и дело бросала взгляд на пустое место.
Говорили, что сегодня приедут проверяющие, но после тревожного утреннего сбора и первого урока никого не появилось.
Цинь Мань вышла на перемену и, вернувшись, таинственно потянула Шэнь Нянь за рукав:
— Горячая новость!
Шэнь Нянь усмехнулась:
— Какая?
— Говорят, профессор Лу из университета Сячэна уже в школе! Первым делом вызвал к себе Лу Цинхань. Сейчас они в кабинете директора Ли. А сам директор и чиновники из управления образования ждут у двери — никто внутрь не заходит.
Цинь Мань понизила голос до шёпота:
— Неужели у Лу Цинхань такие связи? Тогда тебе плохо, Нянь! Ты ведь основательно её обидела. А вдруг после сегодняшнего она снова станет нашим классным руководителем?
http://bllate.org/book/9909/896207
Готово:
