Но, к её изумлению, услышав эти слова, Чэн Цзюйтань вдруг рассмеялся.
Смех был тихим — но всё же смехом.
Его брови разгладились, уголки губ едва заметно приподнялись.
Чжоу Линь не могла поверить своим глазам.
Она остановилась:
— Ты чего смеёшься?
Чэн Цзюйтань тут же вытянул губы в прямую линию:
— Ни с чего.
— Ты точно смеялся, — нахмурилась Чжоу Линь.
Чэн Цзюйтань мельком взглянул на неё и сделал шаг чуть шире:
— Тебе показалось.
Чжоу Линь осталась стоять на месте, надувшись от обиды.
Когда она капризничала, всегда прибегала к этому приёму.
Раньше Чэн Цзюйтань шёл дальше без малейших колебаний, даже не оборачиваясь, засунув руки в карманы и насвистывая себе под нос. Он знал: постояв немного и убедившись, что он не собирается её уговаривать, она сама побежит за ним следом.
Но времена изменились. Теперь, чтобы вернуть человека, нужно было проявить хоть каплю искренности.
Чэн Цзюйтань обернулся. Стоя в нескольких шагах, он с лёгкой досадой произнёс:
— Посмотри на свои волосы. Ещё немного — и они станут как у Гао Сяосуня.
— У Гао Сяосуня волосы короче моих, — гордо вскинула подбородок Чжоу Линь.
— Ладно, — Чэн Цзюйтань подошёл ближе и встал рядом с ней. — Ты — длинноволосая версия Гао Сяосуня. Победила.
Чжоу Линь прикусила нижнюю губу, и глаза её весело блеснули.
Чэн Цзюйтань некоторое время смотрел на неё, потом мягко спросил:
— Можно идти, ваша милость?
Чжоу Линь провела ладонью по носу и важно зашагала вперёд.
Чэн Цзюйтань улыбнулся и последовал за ней.
Почему он тогда рассмеялся?
Видимо, просто потому, что такой образ был ему знаком — и в таком виде она казалась ему более предсказуемой.
Вот она — настоящая Чжоу Линь: маленькая трусиха, в точности такая же, какой была когда-то, бесившая его своим поведением.
И совсем не похожая на ту, что связана с Вань Шанем или Вань Шуй.
Они вошли в жилой комплекс.
Территория здесь была ухоженной, много зелени, и хотя весна только начиналась, уже чувствовалось настоящее весеннее настроение.
Как раз подходило время ужина, и по дорожкам прогуливалось немало людей. Заметив наряд Чжоу Линь, все с любопытством поглядывали на неё.
Ей стало неловко.
Днём она была одета вполне прилично, но, простояв полчаса на улице, замёрзла до костей.
Руководствуясь оптимистичным девизом «да ладно, всё равно меня никто не знает», она помчалась домой за хлопковым домашним халатом.
И вот, как назло, столкнулась с Чэн Цзюйтанем.
Она бросила на него взгляд: бывший возлюбленный, случайная встреча — кто красивее, тот и победил. В этом раунде она проиграла с треском.
Чэн Цзюйтань, напротив, сохранял полное спокойствие. Его глаза скользнули по объявлениям о сдаче квартир на информационном стенде.
Чжоу Линь проследила за его взглядом:
— Ты ещё не нашёл жильё?
Чэн Цзюйтань кивнул и нарочно сказал:
— Если бы жить здесь...
— Неудобно, неудобно, неудобно! — нервы Чжоу Линь сразу натянулись, и она выпалила эту фразу без малейшей паузы.
Чэн Цзюйтань усмехнулся и перевёл взгляд на её лицо:
— Так сильно переживаешь?
— Я не переживаю, — быстро придумала она оправдание. — Просто аренда здесь... ты понимаешь?
— А-а, — Чэн Цзюйтань сделал вид, что всё понял. — Дорого, да?
Он огляделся вокруг и тихо добавил:
— При таком благоустройстве, конечно, дорого.
Чжоу Линь почувствовала в его словах лёгкую горечь и зависть.
«Он, наверное, обиделся?»
Внутри у неё всё сжалось от раскаяния: «Зная ведь, какой он гордый, зачем ты колешь его прямо в больное место? Да ты просто злодейка! Недаром тебя уволили!»
Она поспешила загладить свою вину:
— Нет, не то чтобы дорого... Просто квартиры здесь слишком большие. Одному человеку невыгодно снимать такую площадь. Гораздо разумнее снимать вместе с кем-то.
Ресницы Чэн Цзюйтаня слегка дрогнули, и он молча пошёл дальше.
— Правда! — Чжоу Линь испугалась, что он обиделся всерьёз, и продолжала оправдываться: — Я, например, живу вместе с Чэнь Синьсинь. Раньше она жила напротив меня, но решила, что квартира слишком большая и пустует, поэтому сдала её.
Чэн Цзюйтань наконец заговорил, повторив её слова:
— Её квартира была напротив твоей, и теперь она сдала её кому-то?
— Да, — поспешно подтвердила Чжоу Линь.
Чэн Цзюйтань мысленно обработал эту информацию и усмехнулся:
— Ты права. Сейчас я получаю всего две с половиной тысячи в месяц — мне точно не потянуть такое жильё.
— Нет-нет-нет! — Чжоу Линь, пряча руки в рукавах халата, замахала ими. — Я вообще неправильно сказала!
Чэн Цзюйтань приподнял веки и взглянул на неё:
— Сегодня у тебя язык особенно хорошо работает.
— Наверное, потому что ветер задувает, — ответила Чжоу Линь.
У подъезда она обняла камеру и взяла штатив:
— Тогда я пойду наверх.
— Иди, — сказал Чэн Цзюйтань.
Он бросил взгляд на номер подъезда и окликнул её:
— На каком этаже ты живёшь? Давай я занесу.
— На седьмом, — машинально ответила Чжоу Линь, а затем добавила: — Есть лифт, всё в порядке.
В глазах Чэн Цзюйтаня мелькнула улыбка:
— Беги наверх.
Чжоу Линь стояла на ступеньках и сказала:
— Пока!
— До встречи, если судьба захочет, — ответил Чэн Цзюйтань.
Он проводил её взглядом, пока она не скрылась в лифте, тихо рассмеялся и закурил.
Когда сигарета догорела, он выбросил окурок и потушил его о крышку мусорного бака.
Шагая прочь, он набрал Вань Е.
Вань Е всю ночь играл в игры и сейчас крепко спал. Ответил он раздражённо:
— У меня разница во времени, брат!
Чэн Цзюйтань взглянул на часы:
— По твоему времени тебе давно пора вставать.
— Не хочу, — пробурчал Вань Е с сонным носом. — Сегодня моя цель в жизни — лежать как труп.
Чэн Цзюйтань проигнорировал его сонную ворчливость и перешёл к делу:
— Ты же говорил, что не хочешь жить дома после возвращения?
— Да, — поморщился Вань Е. — Мне не хочется жить с братом.
Чэн Цзюйтань усмехнулся:
— Я нашёл жильё.
Он обернулся и посмотрел на окна дома.
Чжоу Линь, стоявшая у окна, вздрогнула и тут же спряталась за штору.
Увидел ли он её?
«Не подумай ничего лишнего! — мысленно воскликнула она. — Я теперь независимая современная женщина, а не та малолетняя фанатка, что всё время тайком на тебя пялилась!»
Чэнь Синьсинь вышла из кухни с кружкой настоя шалфея:
— Выпей скорее.
— Спасибо, родная, — Чжоу Линь взяла кружку, прижала к груди и снова выглянула на улицу.
Тусклые лучи заката уже погасли, и наступали сумерки.
Фигура Чэн Цзюйтаня выглядела одиноко и свободно; тёплый свет уличных фонарей мягко очерчивал его силуэт.
Он шёл неторопливо и больше не оглядывался.
— Что ты всё смотришь? Дай и мне посмотреть! — подскочила Чэнь Синьсинь.
— Ничего-ничего-ничего-ничего-ничего! — Чжоу Линь резко повернулась и прижала спину к окну.
Чэнь Синьсинь странно на неё посмотрела:
— У тебя сегодня масло в рот попало? Так быстро болтаешь?
Чжоу Линь засмеялась и потрогала губы:
— Нет, просто ветер задувает.
— Сама себя наказала, — поддразнила Чэнь Синьсинь. — В такую стужу придумала снимать документалку на улице! Если бы я не знала, как ты любишь это дело, решила бы, что ты просто хотела замёрзнуть насмерть от отчаяния.
Чжоу Линь вовсе не слушала её брюзжание. В голове у неё вдруг всплыл вопрос:
— С кем ты сегодня обедала?
— С новым коллегой, — Чэнь Синьсинь будто включили рубильник. — Представляешь, ему вчера украли кошелёк! Я повела его в фуд-корт на обед, а вечером он ещё и искал жильё поблизости — так я его и подвезла сюда.
Чжоу Линь: …
Она сделала большой глоток настоя и молча посмотрела на свою «свинью-напарницу». Говорить не хотелось.
Чэнь Синьсинь тем временем продолжала с энтузиазмом:
— Коллега довольно симпатичный. В офисе уже несколько девушек постоянно находят повод с ним поговорить. Особенно Ли Ли — помнишь, ту, что в ливень носит солнцезащитные очки?
«Конечно помню! — подумала Чжоу Линь с лёгкой гордостью. — Это же мой личный стандарт красоты!»
Чэнь Синьсинь продолжала:
— Но у него есть девушка. Эти девчонки просто бездельничают! Может, им стоит выучить устав компании или ввести новые правила поведения в офисе?
У Чжоу Линь перехватило дыхание, и настой застрял в горле:
— Девушка?
— Да, — на этот раз Чэнь Синьсинь скупилась на слова.
Чжоу Линь хотела расспросить подробнее, но передумала и проглотила вопрос.
Наличие девушки — это нормально. У меня ведь тоже есть парень.
…Хотя от него почти ничего не остаётся.
Вечером она включила компьютер и скопировала отснятый материал с камеры.
Раньше, когда ей было скучно, она любила наблюдать за прохожими на улице, пытаясь по их одежде, выражению лица и походке угадать, как они живут.
Теперь, не зная, чем заняться, она просто решила снимать для себя.
Пролистав отснятые кадры, она вдруг обнаружила, что в кадр попал Чэн Цзюйтань.
На видео он некоторое время стоял напротив неё на другой стороне улицы, затем медленно направился к ней.
В серой зимней метели он приближался всё ближе и ближе, и, оказавшись совсем рядом, улыбнулся прямо в камеру.
Чжоу Линь щёлкнула мышкой, и кадр застыл.
Взгляд его, полный лёгкой улыбки, встретился с её глазами на экране, и у неё пересохло в горле.
В голове вдруг всплыла строчка: «Ты идёшь навстречу — и лёд тает, снег исчезает; ты идёшь навстречу — и земля слегка дрожит».
— Какая сентиментальность! — пробормотала Чжоу Линь.
Она потянулась за кружкой и сделала несколько больших глотков воды, чтобы успокоить учащённое сердцебиение.
Ещё раз взглянув на экран, она прикусила губу, закрыла окно и пошла в гостиную налить воды.
Чэнь Синьсинь лежала на диване, уткнувшись в телефон, но вдруг резко села:
— Линь! Линь! Линь! Быстро иди сюда!
— Что случилось? — Чжоу Линь долила воду в кружку и обернулась. Подруга сияла, как лампочка.
Чжоу Линь сразу всё поняла:
— Твой «Кью-Кью Любимчик» опять что-то написал?
Чэнь Синьсинь швырнула в неё подушку:
— Я же просила не называть его так!
Чжоу Линь ловко увернулась:
— Хорошо, твой «Тенцентовский Любимчик» что сказал?
Чэнь Синьсинь вскочила на диван и, словно богиня, провозгласила:
— Он сказал, что приедет сюда!
Она была счастлива и немного смущена.
Чжоу Линь рассмеялась:
— Поздравляю! Два года растила — и вот, твой цифровой питомец наконец стал человеком.
Чэнь Синьсинь покраснела:
— Я так волнуюсь! Что делать?
— Эй-эй-эй! Контролируй свои ноги! — Чжоу Линь подошла и стащила её с дивана. — Если протопчёшь дыру, пусть твой «Тенцентовский Любимчик» купит новый!
— Противный! — сказала Чэнь Синьсинь.
Она покраснела ещё сильнее:
— Скажи честно, я красивая? А вдруг он увидит меня и решит, что я уродина?
— Тогда просто ослепи его. Раз уж у него нет вкуса, зачем ему глаза?
Чжоу Линь погладила её по голове:
— Я больше переживаю, что он окажется некрасивым. Объясни, как взрослый мужчина, здоровый и без проблем, может два года общаться онлайн, но так и не договориться о встрече?
Чэнь Синьсинь задумалась:
— Внешность не важна. Мне нравится его характер — он такой зрелый, надёжный, с ним чувствуешь себя в безопасности.
Чжоу Линь спросила:
— Он сказал, когда приедет?
— В следующую неделю, — Чэнь Синьсинь крепко сжала её руку. — В выходные сходим за новой одеждой, а в день встречи ты пойдёшь со мной, хорошо?
— Хорошо, — согласилась Чжоу Линь. — Мы ведь безработные, у нас полно времени.
Даже если бы Чэнь Синьсинь не просила, она бы всё равно пошла. Ей было не по себе.
Синьсинь никогда не встречалась с парнями, вся её энергия ушла в работу, и в общении она часто бывает чересчур прямолинейной.
Но если подумать трезво — в его возрасте нормальный, серьёзный мужчина вряд ли стал бы заводить отношения через интернет.
Сейчас даже младшеклассники этим не занимаются!
Они долго обсуждали предстоящую встречу, и только когда энтузиазм Чэнь Синьсинь начал угасать, наступило уже за полночь.
Зевая, Чжоу Линь вернулась в комнату. На её телефоне мигала лампочка — непрочитанное сообщение.
Она выключила компьютер, погасила свет и, оставшись в полной темноте, забралась с телефоном на кровать.
Сообщение было от номера Чэн Цзюйтаня: [Почему тебя уволили?]
Отправлено час назад.
Чжоу Линь положила подбородок на подушку и подумала про себя: «У этого человека рефлекторная дуга такая длинная, что могла бы обогнуть Солнечную систему и вернуться обратно».
Она несколько раз набирала ответ и стирала его — рассказывать было слишком долго. В итоге она отправила всего четыре слова: [Длинная история].
http://bllate.org/book/9705/879458
Готово:
