Император уже собирался покинуть павильон, как вдруг остановился, уловив звук. Все придворные тоже обернулись. Се Юньтай с трудом взяла себя в руки и, опустив глаза, склонилась в поклоне:
— Ваше Величество… Рабыня проснулась и не нашла молодого господина на месте, поэтому вышла его поискать.
Сердце её трепетало от страха, но голос она постаралась сделать ровным. Конечно, Су Сянь — взрослый человек, и его временное отсутствие не повод для тревоги. Но почему-то в голову закралась мысль о том, как он однажды поджёг дворец.
Взгляд Императора стал чуть острее. Он бросил взгляд на Цзян Цзюйцая:
— Передай Вэй Бувэню.
Больше ничего не сказав, он направился прочь.
Се Юньтай осталась стоять в поклоне, пока свита полностью не скрылась из виду. Лишь тогда она выпрямилась, но сердце по-прежнему колотилось тревожно.
Куда он делся?.. Только бы снова не пошёл поджигать что-нибудь! У него же ещё не зажили раны — легко могут поймать!
Вернувшись в покои, она сидела, словно окаменев, и ждала. За окном начало светать; лучи солнца косыми полосами проникли внутрь, и в их свете отчётливо виднелись плавающие в воздухе пылинки.
Прошло немало времени, прежде чем она услышала шум — возвращался Император после утреннего доклада, за ним следовала целая процессия придворных.
Ещё через некоторое время снаружи доложили:
— Ваше Величество, канцлер вернулся.
Се Юньтай с облегчением выдохнула и тут же направилась к двери. Распахнув её, она увидела, как Су Сянь входил во внутренние покои и кланялся Императору:
— Ваше Величество.
Рядом с ним шёл Вэй Бувэнь — неужели поймали на месте преступления?
Се Юньтай молча стояла, затаив дыхание. Император холодно спросил:
— Куда ходил?
— Скучно стало в палатах, — лениво зевнул Су Сянь, — сходил в Яофан посмотреть танцы.
Се Юньтай онемела от изумления. Яофан находился внутри Императорского города, но всё же за пределами дворца и был довольно далеко. А этот безрассудный господин, пользуясь своей ловкостью, даже не потрудился надеть тёплую одежду — просто накинул поверх нижнего белья лёгкую, совсем не греющую куртку и отправился летать по крышам.
Он даже принялся с энтузиазмом рассказывать Императору:
— Новые танцы в Яофане такие яркие! Всё в алых тонах. Готовятся к новогоднему банкету? Жаль, что в этом году я не попал во дворец на празднование.
В глазах Императора мелькнула тень раздражения. Он махнул рукой, отпуская придворных. Се Юньтай растерялась, но задерживаться не посмела и вместе со всеми вышла из покоев. Как только двери закрылись, Император вновь спросил:
— Так куда ты всё-таки ходил?
— Ах… — Су Сянь лениво подошёл к императорскому столу, засунул руку за пазуху и вытащил книгу. — Подумал, раз предстоит служебное поручение, стоит заглянуть в Императорскую библиотеку и почитать местные летописи.
Император бросил взгляд на книгу — и выражение его лица стало ещё мрачнее:
— Неужели нельзя было послать за ней слугу?
В Императорскую библиотеку посторонним вход воспрещён, но если бы Император дал согласие, книгу спокойно принесли бы ему сюда. Не нужно было устраивать представление вроде вора, перепрыгивающего через крыши.
Су Сянь криво усмехнулся, нарочито широко и фальшиво:
— Просто очень уж скучно стало.
На самом деле просто воспользовался возможностью смотаться.
Император пристально посмотрел на него. Тот продолжал улыбаться всё тем же неестественным оскалом. Наконец Император, махнув рукой, вернулся к своим докладным запискам:
— Убирайся в свои покои.
— Есть! — Су Сянь тут же развернулся и направился в спальню.
Вскоре придворные вернулись на свои места. Се Юньтай вошла вслед за ними и сразу подошла к Су Сяню, который уже сидел на кровати и читал:
— Молодой господин, как вы себя чувствуете? Простудились ли? Ничего не болит?
Он жевал арахис и, не отрываясь от книги, бросил в рот ещё два орешка:
— Нет, всё в порядке.
— На улице ещё холодно, — мягко упрекнула она, — не стоит так убегать. Хотите посмотреть танцы — пусть танцовщиц пригласят сюда.
Су Сянь подумал и решил не пугать её правдой о краже книг:
— Приглашать их в Павильон Цзычэнь? Те старые зануды тут же начнут меня обвинять. А сейчас у меня нет сил с ними спорить.
«Врешь! — подумала Се Юньтай. — Сил хватило полететь в Яофан!»
Пока он читал, она осмелилась бросить на него сердитый взгляд и пошла заваривать горячий чай.
Следующие две недели Су Сянь провёл, зарывшись в книги. Он читал невероятно быстро, но прочитанные тома не позволял убирать — все они оставались в палатах. Каждый вечер Се Юньтай аккуратно складывала книги одну на другую. Через два-три дня стол переполнился, и пришлось ставить стопки на пол рядом.
Прошло чуть больше двух недель, и у Су Сяня образовалась целая стена из книг у изголовья кровати.
К концу месяца раны окончательно зажили. Императорский лекарь заявил, что опасность рецидива миновала, и теперь достаточно просто продолжать восстанавливаться. Су Сянь давно сгорал от нетерпения и тут же попросил разрешения вернуться домой. Император согласился, и в тот же вечер придворные помогли Се Юньтай собрать вещи — одежды было немного, зато книг, которые Су Сянь выбрал в Императорской библиотеке накануне и ещё не успел прочесть, набралось немало.
На следующее утро три повозки покинули дворец. В первой ехали люди, а в двух других — книги, а также старые докладные записки и письма, которые Су Сянь лично отобрал. Се Юньтай не знала, зачем ему всё это понадобилось.
Дома слуги тут же вышли встречать и занялись багажом. Се Юньтай шла рядом с Су Сянем, и, переступив второй порог, увидела, как Айцзин выглядывает из-за третьего. Заметив отца, девочка сделала шаг навстречу, но тут же замерла, будто колеблясь — выходить или нет.
Су Сянь улыбнулся:
— Айцзин?
— Папа! — девочка тут же забыла о сдержанности и, словно яркая жёлтая птичка, бросилась к нему.
Она прыгнула ему на колени, но Су Сянь подхватил её на руки. Айцзин вскрикнула и тут же стала вырываться:
— Не надо меня обнимать! Говорят, у папы раны!
— Фу! — презрительно фыркнул он и, не обращая внимания, уверенно зашагал дальше. — Даже с ранами могу десятерых таких, как ты, поднять!
Вскоре они оказались в кабинете. Хотя Су Сянь и отсутствовал почти полмесяца, Чжоу Му каждый день приказывал убирать здесь, и комната выглядела точно так же, как в день отъезда. Су Сянь усадил Айцзин к себе на колени, и та не отрываясь смотрела на него:
— Папа, ты больше не уедешь?
— Нет, не уеду, — ответил он.
— Отлично! — Айцзин облегчённо выдохнула, обняла его за руку и немного помолчала. Потом тихо, с дрожью в голосе, добавила: — В следующий раз, когда папа поедет куда-то, возьми меня с собой, хорошо?
Су Сянь не задумываясь, рассеянно кивнул:
— Хорошо.
Се Юньтай нахмурилась — что-то здесь не так. Она присела на корточки и, встретившись с девочкой взглядом, увидела покрасневшие глаза. Хотя, конечно, это могло быть просто от тоски по отцу, она всё же решила уточнить:
— Айцзин, что случилось? Когда папы не было, тебе кто-то обидел?
Не договорив, она заметила, как глаза девочки стали ещё краснее. Та прижалась лицом к груди отца, чтобы спрятать слёзы, и прошептала:
— Нет… Ничего такого.
Су Сянь нахмурился:
— Что случилось?
Айцзин снова отрицала, но голос её дрожал:
— Ничего…
В этот момент вернулся Чжоу Му. Он только что побывал в доме рода Су, чтобы сообщить о возвращении Су Сяня — ведь формально они всё ещё одна семья. Увидев Чжоу Му, Су Сянь вновь спросил, что произошло. Айцзин тут же обернулась и крикнула ему:
— Ничего не случилось!
— Айцзин, не бойся, — мягко сказала Се Юньтай, погладив девочку по лбу. — Хорошие и плохие новости — всё должно знать папа. В семье нельзя ничего скрывать.
Эти слова подействовали. Айцзин плотно сжала губы, бровки её слегка нахмурились, и она, напряжённая, прижалась к отцу.
Чжоу Му тяжело вздохнул:
— Вы ведь знаете, как обстоят дела в том доме. То, что Император пригласил вас во дворец для лечения, дало повод думать, будто раны ваши смертельны. Все сразу начали строить планы. Уже на следующий день несколько более наглых родственников пришли требовать имущество — я их прогнал. Потом несколько детей пробрались сюда и отобрали у маленькой госпожи её вещи. Та в гневе ударила одного из них.
Когда Чжоу Му дошёл до последней фразы, тельце Айцзин дрогнуло. Она испуганно взглянула на отца и прошептала:
— Я не хотела… Прости, папа.
Она и не собиралась цепляться за вещи. Но те дети говорили ей прямо в лицо: «Твой отец умрёт, он никогда не вернётся! Ты теперь сирота!» А ведь она каждый день молилась за него… Услышав это, она в ярости и страхе схватила первый попавшийся камень и запустила им.
Она плакала, когда бросала, и даже не разглядела, куда попала. Помнила лишь, как того двоюродного брата уводили слуги с кровью на половине лица, а он всё кричал: «Погоди! Когда твой отец умрёт, я тебя проучу!»
Се Юньтай похолодела от ужаса. Чжоу Му выразился мягко, но смысл был ясен: вся эта «семья» решила, что Су Сянь умирает, и пришла делить наследство.
Какая же это семья?!
Она вспомнила, как в тот день сказала Су Сяню, что родные приходили проведать его, а он ответил, что они ждут его смерти. Тогда она спорила с ним, но теперь поняла — он был прав.
Лицо Су Сяня стало ледяным. Он откинулся на спинку кресла, и из его зубов вырвалось:
— Осмелились обижать мою дочь в моём собственном доме? Ну, погодите.
С этими словами он поставил Айцзин на пол. Девочка тут же в ужасе схватила его за рукав:
— Я виновата!
— Ты ни в чём не виновата, — мягко рассмеялся он, взял её за руку и направился к двери. — Пойдём, папа сам разберётся с этими мерзавцами.
Се Юньтай замерла, но тут же окликнула его:
— Молодой господин!
— Да? — он оглянулся.
Она подошла ближе и, подумав, тихо сказала:
— Позвольте рабыне сходить вместо вас с Айцзин.
— Что? — Су Сянь нахмурился, не понимая.
— Вы — канцлер, вам не стоит лично заниматься такими ничтожными делами, — спокойно сказала она, склонив голову.
За время, проведённое в доме, она насмотрелась на его вольности и слышала множество слухов — например, как он однажды лично облил нечистотами одного из учёных Академии Ханьлинь. Она знала: он не признаёт условностей и всегда поступает так, как ему хочется. И не считала это плохо. Но сейчас его раны ещё не до конца зажили!
А лекарь строго запретил ему волноваться!
Су Сянь пристально посмотрел на неё, и в его глазах мелькнуло веселье:
— Ладно, иди.
— Хорошо! — Се Юньтай кивнула и взяла Айцзин за руку. — Пошли, тётушка отведёт тебя к этим мерзавцам!
Они вышли из кабинета. Су Сянь стоял, скрестив руки, и с интересом наблюдал, как две девочки — одна маленькая, другая постарше — держатся за руки и уходят. Он цокнул языком.
Надо обязательно посмотреть это представление!
И в тот же миг Чжоу Му почувствовал порыв ветра:
— Эй, госпо…
Он не успел договорить — Су Сянь уже исчез.
По каменной дорожке Се Юньтай вела Айцзин к дому рода Су. Девочка, убедившись, что отец не сердится, уже не боялась и прыгала рядом. У главных ворот они увидели, что те закрыты. Се Юньтай толкнула их — с другой стороны двое слуг ухаживали за цветами и, увидев открывшуюся дверь, изумились.
— Госпожа… — они подошли, стараясь говорить осторожно. — Вам что-то нужно?
— У нашего молодого господина есть дело, — ответила Се Юньтай, не останавливаясь и ведя Айцзин дальше. Она помнила дорогу и направилась прямо в цветочный зал, где в прошлый раз устраивали пир. Там она усадила Айцзин на стул у входа, а сама встала рядом.
Ей не пришлось долго объяснять — слуги сами побежали докладывать хозяевам, что из дома канцлера пришли люди, и явно не с добрыми намерениями.
Тем временем в тени за залом бесшумно приземлилась тень. Осмотревшись, она взлетела на балку и скрылась из виду.
Вскоре появились оба старших Су. Старая госпожа Су вопросительно посмотрела на Се Юньтай:
— Что случилось?
Се Юньтай склонилась в поклоне, сохраняя почтительность:
— Молодой господин прислал рабыню передать кое-что.
Она сделала паузу и серьёзно посмотрела на обоих:
— Но вас двоих будет недостаточно. Позовите всех, кто сейчас в доме.
Старики нахмурились и переглянулись. Наконец старая госпожа Су сказала:
— Что именно? Может, сначала расскажешь?
Се Юньтай чуть приподняла подбородок:
— Наш молодой господин — канцлер. Неужели он не в силах созвать весь ваш дом?
Её голос был мягким, но тон — решительным. Лица обоих слегка исказились от досады, но в конце концов они приказали:
— Позовите всех.
Слуги и служанки бросились выполнять приказ. Старые Су сели на главные места у восьмигранного стола и молчали, не обращая внимания на Айцзин.
Скоро в зале собралась вся семья. Внешняя часть зала была небольшой — всего лишь место для кратковременного отдыха, и теперь, когда сюда ввалились десятки людей, стало тесно и шумно.
Се Юньтай оглядела собравшихся:
— Все здесь?
Затем она присела рядом с Айцзин и мягко спросила:
— Ну, покажи тётушке, кто у тебя вещи отбирал?
Девочка испуганно отпрянула, но потом долго смотрела на толпу и, наконец, неуверенно указала на одного мальчика.
Се Юньтай проследила за её взглядом и сразу узнала того самого — у него на лбу была повязка.
Она кивнула и спросила:
— А ещё кто?
Говоря это, она подняла Айцзин:
— Давай, спустись и покажи тётушке.
http://bllate.org/book/9703/879365
Готово:
