Сюэ Кай медленно поднял голову из объятий Юй Сань. Его очки куда-то исчезли от удара, и в расширенных от испуга зрачках читалась растерянность. С трудом он поднял руку, на которой стекло оставило длинный порез, и по предплечью потекла тонкая струйка крови.
Он сжал ладонь Юй Сань, и в его крике сквозь панику ещё слышались нотки детского плача:
— Саньсань! Саньсань, очнись… Очнись же!
Машины сзади одна за другой остановились. Человек в белой рубашке сошёл с тревожным выражением лица и побежал к двум столкнувшимся автомобилям.
Сюэ Кай с усилием пнул уже негодную дверцу машины и попытался вытащить Юй Сань наружу, но силы будто покинули его совсем.
Медленно выбравшись сам, он увидел протянутую ему белую, красивую руку.
— Держись за меня и выходи осторожно.
Сюэ Кай поднял глаза и, узнав того, кто перед ним, словно обрёл спасение — его лицо сразу прояснилось. Он резко схватил рукав незнакомца:
— Саньсань! Моя коллега… моя коллега всё ещё на заднем сиденье…
Чэн Шуя наклонился и заглянул внутрь искорёженного салона. Юй Сань лежала на заднем сиденье, тихая и неподвижная, погружённая в глубокий обморок, словно раненый зверь, забившийся во тьму.
Надбровные дуги Чэн Шуя слегка сдвинулись. Он присел и аккуратно обхватил её мягкое тело, осторожно вытаскивая из тесного пространства.
Юй Сань была очень лёгкой, и Чэн Шуя почти без усилий вынес её наружу. Положив её на землю, он приблизил правое ухо к её губам и носу, полностью сосредоточившись на дыхании. Когда слабый, но ровный выдох коснулся его щеки, он немедленно двумя пальцами нащупал пульс на лучевой артерии запястья. Убедившись, что дыхание и пульс в норме, он незаметно выдохнул с облегчением.
Ещё до выхода из своей машины Чэн Шуя успел позвонить в скорую больницы «Жэнь Я». До клиники было всего несколько минут езды, и вскоре на место прибыла «неотложка». Водителя красного седана уже извлекли — у него была серьёзная травма головы и признаки перелома правой ноги. Водитель Люй был в сознании, но его левая рука явно сломана.
Всех пострадавших погрузили в карету скорой помощи. Медсестра на ходу перевязала руку Сюэ Кая.
— Доктор Чэн, огромное вам спасибо! — Сюэ Кай выпрямился и почтительно поклонился.
Если бы не Чэн Шуя, он бы уже рыдал, уткнувшись в воротник рубашки!
Чэн Шуя чуть приподнял уголки губ, опустив веки:
— Не стоит благодарности. Я лишь делаю своё дело.
Он многозначительно взглянул на бледное лицо Юй Сань на носилках и почувствовал странную тревогу.
— Увидимся в больнице, — бросил он, не уточняя, кому адресованы слова — Сюэ Каю или безмолвной Юй Сань, — и, развернувшись, направился к своей белой машине.
Юй Сань доставили в «Жэнь Я» и сразу перевели в отделение нейрохирургии. Чжэн Хуэйфан поправил белый халат и указал на только что сделанную компьютерную томографию головного мозга:
— Лёгкое сотрясение. В остальном серьёзных повреждений нет.
Чэн Шуя взял снимок и внимательно изучил. Чжэн Хуэйфан фыркнул:
— Ого! Неужели ты мне не доверяешь? Или, может, слишком переживаешь?
Чэн Шуя бросил на него бесстрастный взгляд, и тот благоразумно сменил тему:
— Впрочем, девушке повезло. У другого водителя — тяжёлая черепно-мозговая травма, внутричерепное кровоизлияние и отёк мозга. Третья бригада уже оперирует его. Но этот человек… как он вообще осмелился садиться за руль с эпилепсией в анамнезе? Хотел ли он умереть сам или убить других?
Чэн Шуя нахмурился:
— То есть приступ случился прямо за рулём и вызвал аварию?
Чжэн Хуэйфан пожал плечами, крутя в пальцах ручку:
— Это моё предположение, но, скорее всего, так и есть.
— Причину аварии пусть выясняют полицейские. Нам это не касается.
Заметив задумчивость Чэн Шуя, Чжэн Хуэйфан похлопал его по плечу:
— Ладно, я уже позвонил Жэнь И. Она в ужасе за свою любимую ученицу и сейчас мчится сюда… Так что не задерживайся здесь, иди скорее проведай девушку. Воспользуйся моментом для уединения…
Хотя, по его мнению, Чэн Шуя волновался ничуть не меньше самой Жэнь И.
Эту мысль он благоразумно проглотил — не хотелось навлекать на себя ледяной взгляд.
Чэн Шуя не ответил, просто взял куртку и вышел из кабинета, направляясь в корпус стационара.
Отделение стационара больницы «Жэнь Я» соединялось с амбулаторным корпусом стеклянным переходом. В отличие от шумного амбулаторного зала, стационар был тихим и спокойным — местом для выздоровления.
Сюэ Кай нервно кусал губу, меряя шагами коридор у палаты. Он хотел заглянуть к Юй Сань, но медсёстры строго велели не беспокоить пациентку — ей нужен покой.
Чэн Шуя решительно направился к палате. Увидев его, Сюэ Кай тут же бросился навстречу.
— С ней всё в порядке. Лёгкое сотрясение. Несколько дней покоя — и будет как новенькая.
Сюэ Кай с облегчением выдохнул и даже попытался радостно поднять руку, но резкая боль в свежем порезе заставила его тут же опустить её.
Чэн Шуя спокойно спросил:
— Прививку от столбняка сделали?
Вспомнив, как только что умолял медсестру быть поосторожнее и получил за это презрительный взгляд, Сюэ Кай смутился и кивнул.
Из палаты вышли две медсестры и приветливо поздоровались с Чэн Шуя.
— Говорят, вы сами доставили пациентку в скорую?
— Да, она моя знакомая. Она уже пришла в себя?
Медсестра Линь Цзе дружелюбно улыбнулась:
— Пока нет, но скоро должна очнуться. Состояние стабильное… хотя выглядит очень уставшей.
Её коллега, молоденькая медсестра Чжао Сяохуа, подмигнула Линь Цзе и игриво подтолкнула её локтём:
— А мы-то и не знали, что у доктора Чэна есть такая красивая подруга! Обязательно расскажу Хаохао — она точно будет завидовать!
— Ладно, Сяохуа, не дразни доктора Чэна, — мягко одёрнула её Линь Цзе.
Будучи замужней женщиной, она была гораздо сдержаннее своей недавно окончившей институт коллеги. Побеседовав с Чэн Шуя ещё немного о рабочих делах, она увела Сяохуа с собой.
Сюэ Кай с тоской смотрел, как Чэн Шуя заходит в палату, и обиженно прикусил нижнюю губу. Ему тоже хочется войти! Эх…
Чэн Шуя внимательно изучил историю болезни Юй Сань и, убедившись, что всё в порядке, придвинул стул и сел рядом с её кроватью.
Через открытое окно ворвался лёгкий ветерок, и несколько прядей волос закрутились на лице девушки. Чэн Шуя молча отвёл их за ухо. Его пальцы случайно коснулись её нежной кожи, и в груди что-то дрогнуло.
Лицо Юй Сань в сне было спокойным и прекрасным, уголки губ чуть приподняты, будто ей снилось что-то сладкое.
Длинные ресницы слегка дрожали, а растрёпанные волосы рассыпались по подушке, делая её похожей на маленького оленёнка, только что родившегося в густом лесу.
В левой части груди Чэн Шуя поднялась тёплая волна, и его глаза, полные сдержанного чувства, блеснули. Как во сне, он протянул руку и лёгким движением коснулся щеки спящей.
У окна в маленькой вазочке покачивалась связка цветущих ромашек. Юй Сань словно почувствовала прикосновение — её ресницы дрогнули, и она медленно открыла глаза, полные растерянности.
Чэн Шуя встретился с её влажным, испуганным взглядом и поспешно отвёл руку. К тому моменту, как она сфокусировалась на нём, он уже снова был невозмутим.
Юй Сань прижала ладонь ко лбу, пытаясь сесть, но голова закружилась. Чэн Шуя поднял подушку и прислонил её к изголовью, чтобы девушка могла удобно опереться.
— Доктор Чэн…? — растерянно моргнула она. — Где я…?
— В больнице. Вы попали в аварию.
Юй Сань кивнула, медленно осознавая происходящее. Через мгновение она встревоженно подняла глаза:
— А мои коллеги? С ними всё в порядке?
— Молодой человек в порядке, только рука порезана. Прививку от столбняка уже сделали, — Чэн Шуя налил ей стакан тёплой воды и передал в руки. — Водитель сломал левую руку, его отправили в травматологию.
Главное, что никто не погиб. Юй Сань с облегчением выдохнула, сделала глоток воды и начала массировать виски, где пульсировала боль. Чэн Шуя не выдержал, осторожно отвёл её руку и начал мягко надавливать пальцами на точки у висков:
— Если так стучать, голова будет болеть ещё сильнее… Есть ещё жалобы?
Тёплые пальцы с идеальным нажимом, близость его дыхания — лицо Юй Сань стало горячим, и она не смела поднять глаза. От смущения голова закружилась ещё сильнее.
— Голова кружится, болит… и тошнит немного, — прошептала она.
— Отдыхайте. Через несколько дней всё пройдёт.
Чэн Шуя немного отстранился и заметил, что её щёки уже порозовели — цвет лица улучшился.
— Рана на ноге обработана, это просто царапина. Два дня не мочите… Хотите остаться в больнице или поедете домой?
Юй Сань задумалась. Раз Чэн Шуя спрашивает, значит, состояние не критичное. Дома можно и работать — у неё ведь дедлайн по статье.
Когда Юй Сань вышла из палаты в сопровождении Чэн Шуя, Сюэ Кай, прислонившийся к стене, тут же ожил:
— Саньсань!
Она окинула взглядом его руку, туго перебинтованную бинтом, и заметила ссадину на лице. Без очков Сюэ Кай казался непривычным.
— А твои очки?
Сюэ Кай почесал затылок:
— Я тогда только о камере думал, очки в машине остались… да, наверное, разбились. Ничего, куплю новые.
Юй Сань кивнула:
— Напиши список расходов, я подпишу — газета компенсирует. У стажёров и так зарплата копеечная, да ещё и получилось это при исполнении служебных обязанностей.
Чэн Шуя молча стоял в стороне. Он взглянул на серебристые стрелки кварцевых часов на запястье — уже пять вечера.
Юй Сань заметила его движение:
— У вас, наверное, дела? Мы с Сяо Каем сами доберёмся.
Чэн Шуя покачал головой:
— Нет, я вас подвезу.
— Э-э… — Сюэ Кай поднял здоровую руку и показал на телефон. — Главный редактор написала в WeChat: она сама за нами заедет и заодно проведает дядю Люя…
Чэн Шуя понимающе приподнял бровь:
— Хорошо. Тогда будьте осторожны. Я пошёл.
— Доктор Чэн…
Чэн Шуя уже собирался уходить, куртка лежала у него на плече, но он остановился и обернулся.
Юй Сань собралась с духом и широко улыбнулась — по её мнению, максимально искренне и мило:
— Спасибо вам.
Чэн Шуя посмотрел на эту глуповатую, ничего не подозревающую улыбку и мягко улыбнулся в ответ:
— Не за что.
Жэнь И быстро оформила выписку Юй Сань, после чего повела двух своих «раненых» учеников навестить водителя Люя.
Левой руке дяди Люя сделали рентген — диагностировали травматический перелом. Врачи рекомендовали пока остаться в стационаре: после перелома ткани сильно отекают, и операцию лучше проводить позже, когда отёк спадёт.
Дядя Люй с тревогой смотрел на двух молодых людей и сглотнул комок в горле:
— Со мной-то что… Старая кость, давно пора в землю. А вот если бы с вами что случилось… Всю оставшуюся жизнь мучился бы.
Ему за пятьдесят, он давно смирился с мыслью о смерти. Но эти двое — словно первый луч утреннего солнца, полные энтузиазма к журналистике, готовые смело идти вперёд. Если бы из-за этой аварии…
Он не хотел думать дальше. К счастью, всё обошлось.
Юй Сань наклонилась и пожала его руку, улыбаясь:
— С нами всё хорошо. Это вы пострадали из-за нас.
Она подняла глаза и указала пальцем на его переносицу:
— Да вы хмуритесь! Совсем не похожи на того самого дядю Люя — первого гонщика «Вечерней газеты»!
Сюэ Кай энергично закивал, и его растрёпанные волосы ещё больше растрепались:
— Дядя Люй — самый крутой! Возражения не принимаются!
Дядя Люй расхохотался:
— Посмотри на свою гриву! Прямо хочется взять машинку и всё сбрить под ноль!
Сюэ Кай театрально прикрыл голову ладонями и стал умолять о пощаде. В палате разнёсся весёлый смех.
http://bllate.org/book/9693/878565
Готово:
